Детские Игры

Школа № 17 ничем не выделялась среди прочих. Старое кирпичное здание, разделённое на три части. За долгие годы, в её стенах побывало много поколений детей, и даже не одно поколение учителей. Среди них была одна женщина, особенно крепко связанная со школой. Она пришла в эту колыбель знаний с самого открытия, больше сорока лет назад. Молодая выпускница педагогического университета – всю свою жизнь и все свои силы отдала она обучению детей. Даже постарев, продолжала учить. Мария Антоновна Шаталова. Это имя знала вся школа. Добрая и очень внимательная к детям старушка, часто подменяла разных учителей, и потому, многие классы её запомнили. Ну а коллеги так и вовсе души в ней не чаяли. Больше сказать – несколько учителей, что работали в школе, выбрали эту профессию именно из-за неё. Вот так вот она вдохновлять умела. Даже нынешний директор когда-то у Шаталовой учился. Да, её многие знали, но всё-таки внимания ей уже особого не уделяли. Иногда, кто-то из коллег спрашивал у неё совета, но лучшие годы Марии Антоновны уже были позади. Не могла она столь пристально вникать в дела учеников, не могла так вдохновлять их, как раньше. Учила себе потихоньку, не привлекая внимания. Пока не настал 2004 год. Ибо этот год был особенным. Именно в этом году, школе, и её работе в ней, исполнялось сорок пять лет. Тут, о старушке вспомнили все. Каждый, кто хоть как-то с ней сталкивался, считал своим долгом её поздравить. Учителя и ученики по классам собирали деньги на подарок. Везде, кроме тех классов, в которых классными руководителями были её бывшие ученики и ученицы. Уж они-то знали, что Марии Антоновне все эти подарки даром не нужны. Чтобы действительно порадовать её, чтобы поздравить, нужно было кое-что иное. Что-то, что ребята сделают своими руками. Что-то, что покажет, как они растут и учатся, творят и развиваются. И ещё раз докажет Шаталовой, что её воспитанники тоже стали хорошими учителями. Все взялись за разные творческие проекты. Учительница истории, Алла Михайловна, со своим классом решили сделать стенгазету. Такую, в которой было бы показана вся история школы. Со старыми фотографиями и с интервью бывших учителей. Ребята примерили на себя роль настоящих журналистов. Математичка Ирина Петровна отдала свой класс под начало другой воспитанницы Шаталовой – учительницы труда у девочек. И они всем классом стали делать большое одеяло, с разными вышитыми рисунками. Каждый ученик вышил на нём свою небольшую картинку. У кого-то получилось плохо, особенно у мальчиков. Но Шаталова всё равно была очень рада такому подарку. Оригинально поступил учитель физкультуры, у которого тоже не было своего класса. Он, собрал несколько талантливых, но очень ленивых ребят со всей школы, и отправил их на любительские спортивные соревнования. Под предлогом того, что победу, если они её одержат, они посвятят Марии Антоновне. Никто не победил. Но двое ребят всерьёз заинтересовались спортом, и этого было достаточно. Пятой бывшей ученицей, была преподавательница русского и литературы, Наталья Игоревна Яковлева. Самая молодая из всех, она не торопилась со своим подарком. Она уже придумала, что именно сделает её класс. И это, как ей казалось, будет намного лучше, чем то, что придумали другие. Лишь в сентябре, основательно подготовившись за лето, она раскрыла свой план подопечным, ученикам 9 А класса. – Мы, на День Учителя, подготовим настоящий спектакль. Не как другие, а настоящее представление. Мы поставим Золушку. Класс начал недоуменно галдеть. Почему Золушку? Что это за «Настоящий Спектакль»? Кто-то вообще не понял, зачем это надо, но им быстро напомнили другие ребята. Наталья Игоревна подняла руку, и все замолчали. – Это будет настоящее представление. И не просто переигрывание, это будет творческая и оригинальная работа. Будет тяжело, но это будет уникальный опыт для всех нас. Кто знает, может кто-то из вас откроет в себе актёрские таланты. А Золушку я выбрала неслучайно. Это любимая сказка Марии Антоновны. Помню, как она читала её нам, и другим детям. И всегда плакала. – Плакала? – удивились дети. – Да, представляете? Я очень хочу показать ей этот спектакль. Так что готовьтесь. В ближайший месяц, мы будем очень заняты. Не записывайтесь на курсы, ничего не планируйте. Скажите родителям, что будете после школы задерживаться. Тут дети загалдели возмущённо. – Как так? – Не имеете право! – Что за подстава! – А мне мама не разрешит! Яковлева подождала, пока крики немного утихнут, и вновь призвала учеников к порядку. – Не бойтесь, это будет весело. А с вашими родителями я всё обсудила ещё в прошлом учебном году. Они только за. Так что участие в спектакле строго обязательно. Тут все загалдели ещё громче. Но учительница вновь навела порядок. После чего стала рассказывать, и даже показывать, что это будет за спектакль. Показала платья, которые одолжила в местном театре, и от которых у девочек глаза загорелись. Бутафорские шпаги, которые очень понравились мальчикам. Рассказала, что у них даже будет световое шоу. А на балу у принца, будет играть настоящая живая группа. Ребята разошлись по домам почти даже и не расстроенными. Кто-то и вправду загорелся участием в спектакле. А другие, видя сколько сил тратит на эту затею их классная, просто смирились. Особенная вдохновенная атмосфера возникла в классе на следующий день. Все стали обсуждать, как бы им улучшить спектакль. Даже те, кто ещё вчера был равнодушен, заразился этим творческим порывом. Фантазии били ключом, но всё больше из области фантастики. Например, кто-то предложил принца на настоящего коня посадить. Учителям пришлось постоянно останавливать разговоры в течение уроков. А потом, после окончания занятий, ребята всем классом пошли к Наталье Васильевне. Никто не ушёл домой. Идеи, она приняла к сведению. Девочки всё больше по поводу костюмов предлагали. Одна из них заявила: у её мамы, мол, есть туфли, которые прямо будто из сказки. А другая сказала, что от сестры осталось у неё классное голубое платье, прямо в самый раз для Золушки. Сестре оно уже без надобности, та из него выросла, так что... Мальчики же идеями делиться особо не стали, потому что ничего дельного и реалистичного не придумали. Идею устроить драку на шпагах или вывести на сцену настоящего коня, Яковлева сразу отвергла. Выслушав их предложения, она разделила ребят на две части. Семь парней были назначены помогать за сценой. А пятеро актёрами. Тут ей очень помогло то, что она учитель именно литературы. Она выбрала тех, кто лучше всех проявлял себя, когда выходил к доске, кто хорошо держал себя перед классом. Например, при декламации стихов. Окончательный список ролей, она планировала составить завтра. При этом предоставить мальчикам и девочкам самим выбирать, кто и кого будет играть. Она не забывала, что смысл представления в детях, а не ней самой. На следующий день, после уроков, Наталья Игоревна разделила мальчиков и девочек по двум свободным кабинетам. Она выдала им костюмы, и велела выбирать самим, кому какая роль достанется. А сама ушла в свой кабинет, у неё в этот день уроков было больше, чем у 9 А. Когда урок закончился, к ней пришли три девочки. Одна брюнетка, другая блондинка, и третья – рыжая, с короткими волосами. Три закадычные подружки чуть не плакали. – В чём дело? Катя? Женя? Саша? Что случилось? Вас мальчики обидели? Они что, подсматривали? – Нет, Наталья Игоревна. У нас с туфлями проблема! – воскликнула блондинка. – О господи! Кать, ну вы меня и напугали. Что с ними не так? – Они слишком большие. Никому не подходят! – пожаловалась Катя в ответ. – Вот как? Ну, ничего страшного. – Но они такие классные, прямо для Золушки сделаны! Но почти у всех с ног спадают. Юшкиной и Денисенко получше, но и они в них танцевать не смогут. Там ведь каблуки! Из всех, только Маркеловой они и подошли. Но какая из неё Золушка? Наталья Игоревна улыбнулась и кивнула. Маркелова был девушкой весьма нестандартной. Больше и сильнее большинства парней. Характер у неё тоже был непростой. Таких на роль злодеев берут, а не на роль милых девушек. – Мы Маркелову мачехой сделаем. Согласны? Девочки закивали, но как-то уныло. – Ну, чего нос повесили? Не всё в одни туфли упирается. Решили, кто кого играть будет? – Нет, мы туфли мерили, – призналась невысокая рыжая девочка. – Что, весь урок? Саша, вы совсем с ума сошли? – Но мы хотим Золушку в туфлях! – Ну и что мне с вами делать? – отчаянно воскликнула учительница. – Послушайте, смысл не в костюмах, а в том... Но тут дверь постучали, и в неё заглянул парень. – Можно? – спросил он. – Заходи, Ваня, заходи. Ну, хоть вы решили, кто кого играть будет? – спросила учительница. – Нет. Только Лёшку Белкина Королём выбрали. Девочки захихикали. Белкин был самым толстым парнем в классе. На роль Короля подходил идеально. А вот учительница восторгов не разделяла. – Господи, уже два дня прошло, а у меня только Мачеха и Король! Ваня, вы-то почему не смогли выбрать? – Не знаю. Мы спорили, а потом решили, что лучше уж вы. – Я хотела, чтобы вы сами... Господи! – Наталья Игоревна, так что с туфлями делать? – спросила Катя. – Да, мы хотим туфли на Золушке! – чуть ли не скандировали рыжая Саша и темноволосая Женя. Яковлева схватилась за голову. Но тут на глаза ей попался растерянный Ваня. И в голове появилась интересная мысль. – Шапиров, а какой у тебя размер ноги? – Тридцать девятый. А что? – Девочки? – Что? – Несите туфли! – Что? А... Сейчас принесём! И мигом, все три скрылись из кабинета. – Наталья Игоревна, а что происходит? – спросил удивлённый мальчишка. – Кажется, я нашла тебе роль. И придумала, как нам добавить изюминку в наш спектакль. Через пятнадцать минут, весь класс собрался в кабинете русского и литературы. И все дружно помогали учительнице уговаривать Ваню участвовать в спектакле. Ну, то есть как помогали... Девочки да, а вот мальчики больше мешали. – Ванёк, давай, жги! Тебе туфли идут! – Мы всегда знали, что ты баба. Давай! Незлобно, но шутливо и глумливо. Как это подростки умеют. Разумеется, такие уговоры лишь подливали масло в огонь. Все попытки учительницы убедить, что над ним никто не будет смеяться, ничего не давали. – Да они уже сейчас ржут! – возмущался Ваня. – Ничего мы не ржём! – возмутился один из парней, и тут же засмеялся в голос. Учительница смерила его злым взглядом. – Ваня, ты понимаешь, что это отличный творческий ход? Ты будешь играть Золушку, а ода из девочек – Принца. Девочки ведь не возмущаются. Вот, например, ты Катя. Принца бы сыграла? – Конечно, – кивнула блондинка. – С удовольствием. – А остальные? Девочки, кроме Маркеловой, дружно закивали. – Между прочим, это большое доверие. Это показывает, как доверяю я твоим актёрским способностям. – Каким способностям? – возмущённо спросил Ваня. – Наталья Игоревна, я что, совсем тупой? Вы меня выбрали, потому что размер ноги совпал. – Без этого не выбрала бы. Но я действительно думаю, что ты справишься с этой ролью. А это кое-что да значит. Это ведь большое мастерство для мужчины – сыграть женскую роль. Только настоящий актёр сможет. – Ага, – гоготнул один из парней. – Брюс Уиллис, поди, всех баб переиграл. – Не буду я! Пусть вон Тимкин играет, у него волосы длинные. – Эй, ты стрелки не переводи! – возмутился с задних рядов парень со светлыми волосами до плеч. – Олег совсем не умеет на публике выступать, он её боится, – сказала учительница. – Да, боюсь, – донесся сзади саркастичный голос. – Да, Олег, боишься, и это не шутки. Ты даже перед классом стих нормально рассказать не можешь. Поэтому я тебя в актёры и не выбрала. – А другие? – умоляюще спросил Ваня. – Я думаю, что среди всех, именно ты лучше всех справишься. – Чего все в эти туфли так упёрлись? Без них никак? – спросил Шапиров. Но тут на него набросились девочки. Все как одна, даже Маркелова, хотели видеть золушку в этих туфлях. И Ваня понял, что тут ему ничего не светит. – Да мне в школе прохода не дадут! – Никто ничего и не узнает. Это будет закрытый показ. Его увидят лишь Мария Антоновна и несколько учителей. Может ещё директор. Это для конкретного зрителя постановка, понимаешь? – Ну ладно, но... Наталья Игоревна, ну вы посмотрите на них, – кивнул Ваня на других мальчишек, – Они меня живьём сожрут. – Нет, мы нет! Мы вообще мирные, мы девочек не обижаем, – откликнулись те. – Вот видите! – Давай так, Шапиров. Все ребята поклянутся, что никогда не будут над тобой смеяться и издеваться за эту роль. – Чего? Поклянутся? – удивился Ваня. – Да, каждый выйдет сюда, и скажет: «Я обещаю и клянусь, никогда не смеяться над тем, что Ваня Шапиров играет Золушку. Никогда не буду над ним издеваться, и никому об этом не расскажу. Клянусь честью». – Ага, пообещают они, как же. А если и пообещают, сразу забудут. Вот тут слова Вани действительно задели остальных мальчишек. И те сразу начали галдеть, что они, мол, способны сдержать слово, и вообще им как делать нечего это пообещать. – Ну что, согласен? – спросила учительница. Растерянный Ваня только и мог что кивнуть. У него было ощущение, что иначе его без всяких Золушек побьют. – Ну, ребята. Давайте по одному. И мальчишки стали вставать, и произносить эти слова. А вслед за ними, и сугубо добровольно, так поступили девочки. Все. Даже Маркелова. – Вот и хорошо, значит, вопрос решён. Репетировать начнём завтра. А если кто-то нарушит обещание, тот получит двойку по русскому. И я не шучу! Ребята разошлись. Несчастный Ваня тоже потащился домой. Девочки в классе мало что знали о Ване. Как, впрочем, и о других мальчишках. Они свои компании формировали, и те не сильно между собой общались. Мальчики же, понятное дело, знали Шапирова чуточку лучше. Некоторые из них догадывались, что ничего с этой затеи не выйдет. Ибо про Ваню в первую очередь вспоминались две вещи. Первая: его папаша – участковый, и мужик весьма суровый, так что такие театральные изуверства явно не одобрит. А вторая: сам Ваня может соглашаться на что угодно, но он, словно заправский адвокат, считает, что исполнять обещание, данное под нажимом вовсе необязательно. Наверняка придумает, как бы ему отмазаться от своей тяжкой ноши. Ваня и в самом деле, не горел желанием играть эту роль. Только вот отмазки придумывать не стал. Он решил, что нужно просто рассказать всё отцу. Тот, конечно, такие девчачьи бредни запретит, и всё. «Извините, ребята, но не нельзя! Мне отец не разрешает!» Вот только не учёл он, два обстоятельства. Точнее, Ваня и не мог их учесть, ибо о таких мелочах даже не догадывался. Во-первых, Наталья Игоревна тоже была не лыком шита и учеников своих знала неплохо. Да и родителей их тоже периодически видела. И потому, пока Ваня шёл домой, она позвонила его маме на работу. А второй сюрприз был в том, что мама Вани тоже когда-то училась у Шаталовой. Не в один год с Яковлевой, и примером для подражания Мария Антоновна для неё не стала. Но всё-таки, о ней у Ваниной мамы сохранились самые тёплые чувства. А Ваня ничего не знал. Пришёл домой, сделал уроки, и, не дуя в ус, решил немного вздремнуть. Всё равно, надо было дождаться прихода отца. Вот только пока он спал, с работы вернулась мать, и перехватила отца первой. Она начала долгий разговор, по поводу затеи со спектаклем, и будущего сына. Участковый Шапиров и в самом деле был мужчиной не робкого десятка, но с женой спорить не умел. В конечном счете, он только махнул рукой и сказал, что добром это не кончится. Мол, бабы не могут представить, как долго это парню будет аукаться. Условились, что папа даёт разрешение, если сын захочет сам. Он очень надеялся, что Ваня не захочет. А Иван тем временем проснулся, и отправился к отцу. Но тот отмахнулся от разговора, и сказал, чтобы тот поговорил с мамой. Ваня стал догадываться: что-то идёт не по плану. Мама же не стала тянуть резину, и разводить долгие разговоры, как с мужем. Тем более, что сына она знала намного лучше, чем его друзья или учительница. Если он упрётся, его невозможно будет убедить. А если заставить, то он будет себе же палки в колёса вставлять. Так что она зашла с козырей: – Ваня, ты ведь любишь машины? – спросила хитрая мама. – Да, – озадаченно кивнул Иван. – И ты хочешь, чтобы мы купили тебе машину, когда ты права сможешь получить? – Конечно! А вы купите? – А вот это зависит от тебя. Но сейчас у тебя есть возможность сделать первый взнос. – Первый взнос? – Ну, скажем, заработать себе на десятую часть машины. – Десятую? Мам, ты о чём? – О спектакле, в котором ты будешь играть роль Золушки. – Классная позвонила? – догадался парень, – Мам, надо мной смеяться все будут. – Ну, Ваня, дело твоё. Ваня стоял, как буриданов осёл, и не мог решить, стоит ли игра свеч. Но потом нашёлся, и сказал: – Хорошо, согласен. Но есть условие. – Условие? – Не десятая часть, а пятая. – Восьмая. – Шестая. – Идёт! – улыбнулась мама. – Но только дело доведёшь до конца, понял? И никаких отмазок, как обычно. – Ладно, ладно... И на следующий день, Иван Шапиров отдал себя на растерзание стаи бешеных девчонок, которые принялись обряжать его в платье, и надевать на него туфли. Чего не сделаешь, ради машины!