Одна ночь

Перед глазами мелькают яркие всполохи света: уличные фонари, блестящие украшения, свечи на столах ресторанов,переливающийся шелк. Меня окружают пряные запахи духов, кожи, вина. Ночью магия, глубоко скрытая в недрах серого города, сквозь трещины в асфальте проникает в человеческие души. Ночью я живу. Из темного угла бара на меня смотрит пара прозрачно-голубых глаз. Его лицо скрыто тенью, но мне уже шепнули на ушко, что это знаменитый актер. "Жирный" клиент, как говорили в моих профессиональных кругах. Я как раз присмотрела симпатичные шпильки от Вивиен Вествуд на Оксфорд стрит. Он поднялся со своего места и направился к мне. Я отвернулась. Фишка в том, что я не веду себя как шлюха, я не играю в ролевые игры, я сама устанавливаю правила. Дыхание на шее. Голос чуть-чуть дрожит. Он хочет меня угостить. Строит из себя спокойного, циничного соблазнителя. Я маскирую смех кашлем. Он напоминает мне моего первого приятеля Дуга. Такой же смущенный, неловкий, на шее такая же родинка. Я чувствую себя ужасно старой, мудрой и усталой по сравнению с ним, хотя мне всего 24. Он молчит. Курит. Вот и мое жилище. Вот моя кровать, мой душ, мое тело. Это все, что я могу предложить. У меня нет ни чая, ни виски, ни сока. Жажду утоляю прохладой простыней. Сколько у меня было мужчин? Считайте сами: с 18 лет я продаю себя. В неделю принимаю 4-5 клиентов. У меня плохо с арифметикой, наука обольщения как то ближе. Мужчины брали меня, как берут пустой бокал, чтобы выпить вина. Я приходила пустой, пустой я и уходила. Ложась в постель с Бенедиктом (не люблю имен, они конкретизируют то, что не требуется), я не ожидала ничего, кроме короткой схватки, в которой я всегда выигрываю, потому что, подобно самураю, ничего не чувствую. Сильный. Нежный. Трепетный. Властный. Что он делает со мной? Я задыхаюсь по настоящему. Он не имеет права быть со мной, безликой и безымянной проституткой, таким. Я не верю в сказки и отважных принцев. Бенедикт пришел удовлетворить свой голод, а не спасти меня от злых чар. Но как это ново, черт возьми, желать так сильно. Он давно ушел, а я лежу, смотрю в потолок и прокручиваю в голове эту ночь. Я вижу снова, как перекатываются мышцы на его теле. Руки, неважно его или мои, скользят по груди, животу, раздвигают колени. Он погружается в меня, его движения подобно лодке, покачивающейся на волнах. Никакой спешки, я смакую каждое прикосновение. Я сжимаюсь, как пружина, одно касание- и я взорвусь. Переставь песочные часы, пусть отсчет начнется заново... Дрожа, я нахожу себя на остывшей постели, влажной, сжимающей бедрами свои пальцы. За окном просыпался город.