И что же в этом такого.

«Тëмный мрачный коридор, Я на цыпочках, как вор..» - именно эти строки звучали в голове парня, направляющегося по мрачному этажу школы мимо затянутых зимней темнотой окон к белой, слегка обшарпанной двери одного из классов. Нельзя было сказать, что шëл он, как в песне, тихо: шаги словно отдавались эхом в абсолютно пустом помещении с парой-тройкой мигающих ламп на потолке. – И на какой хрен я сюда пришëл? - хмыкнул школьник, наконец прекратив прислушиваться к собственным шагам и уже стоя у двери кабинета, табличка на котором гласила: «психолог». Постояв в раздумьях ещё какое-то время, кареглазый всë же дëрнул на себя ручку и, на ходу приодëрнув свитер, плюхнулся на стул, что находился напротив стола, разделяющего их с психологичкой. Парень посмотрел на женщину с каким-то ожиданием во взгляде, будто этот «безусловно очень важный» разговор интересовал его. Хотя, на самом деле всё же можно было понять, что всё только выглядит так. – Пик, как я понимаю? - осведомилась та, на что клиент лишь кивнул. – Что вы хотели мне рассказать мне сегодня? - такой же «заинтересованный» тон. – Я? Это меня сюда послали, не кажется, что это вы должны сказать что-нибудь такое, из-за чего я бы задумался над своим поведением и прочим? - губы фиолетового изогнулись в лёгкой усмешке. Глаза бегали по шкафам, стеллажам с устаревшими учебниками, и прочей мебели в кабинете, которой, к слову, было немало. – То есть вы не видите смысла в нашем сегодняшнем сеансе? - ответом на вопрос послужило лишь невнятное движение плечами, – Это «нет» или «да»? – В какой-то мере. Что-то всё же притащило меня сюда. - пробормотал подопечный, закинув ногу на ногу. – Допустим. Начнëм же разбираться в ситуации, как думаете? Неужели не интересно из-за чего это произошло? Что двигало вами в тот момент, когда вы решились на такое? - взгляд парня чуть поменялся, всё же остановившись на женщине, задающей вопросы. Будто им всем: директору, психологу, родителям есть дело до него и его проблем.. Будто всем родственникам и не родственникам пострадавшего не хочется лишь сделать вид, что смогли избавиться от мешающего звена в неясной цепочке? Что они сделали хоть немного лучше?.. – Я про себя всё прекрасно знаю. Ошибка этого урода была в том, что он подумал, будто меня можно безнаказанно унижать. - кареглазый скрестил руки на груди. Кареглазый определëнно не желал делиться тем, что было внутри когда-то, но достаточно долго, с каким-то левым человеком. Пусть даже и делающем вид, что заинтересован в причинно-следственных связях того или иного поступка и упорно притворяющимся приветливым и добрым. – Так, а вот с этого момента подробнее. Как именно он это делал? - всё та же «заинтересованная» интонация. Девушка теребила в руках блокнот и ручку. Нервы. Ей бы самой наведаться в кабинет с белой дверью, а уж потом звать туда других.. – Стебался. Ненавижу таких. - казалось слова из него придётся вытягивать долго. – Так как же именно? Способов есть много, любой школьник подтвердит. Расскажите же. Как думаете, из-за чего он это делал? – Моя фамилия Чертов. Ни о чëм не говорит? - их взгляды встретились, – А также Чëртов, чертила, чëрт лысый, чмошник, - на секунду тот остановился, – мне продолжать? - готовясь перечислить и другие клички, которыми его называл непутёвый одноклассник. – Чертов. Но это всё лишь слова. Что побудило вас к столь решительному действию? - лишь слова?! Рука, лежавшая на предплечье другой сжала рукав свитера. В мыслях моментально всколыхнулись эти несколько месяцев, с перевода этой гниды в школу, стëбных шуточек по поводу фамилии, внешности и тому подобного, на которые «рогатый» лишь закатывал глаза, иногда чуть сжимая зубы. Пускай думает, что ему наплевать, если вообще умеет думать. Все мысли, возникающие при мимолëтном взгляде на себя в зеркало. Всё это, подобно заботливым родителям, взращивало в обладателе странного цвета волос злость и жажду заткнуть того, из чьего грязного рта вылетали оскорбления, раз и навсегда. И теперь кто-то говорит, что это просто слова? – Лишь слова? Каждый день, из урока в урок, от случая к случаю, из раза в раз?Он знал, что моë терпение не безгранично. - последняя фраза прозвучала будто плевок на пол, – Я не из тех слабаков, которых способно задеть подобное. - пауза, – По крайней мере, от одного человека. - на самом же деле Пика очень трудно было назвать и экстравертом, для которого потеря социального контакта являлась чем-то очень страшным; или особо чувствительным к чужому мнению человеком. В нëм жила всего лишь нелюбовь к наступающим на одни и теже грабли много раз, влекущим при этом за собою остальных своей тупостью, эгоистам. – От тех, кто идёт дальше надо избавляться, так что пусть радуется, что обошëлся только одним ударом. - мысли, что столько времени таились лишь в покрытой довольно длинными тëмно-фиолетовыми волосами, пара торчащих прядей из которых чем-то напоминала рога, голове, всё же смогли найти выход наружу через рот, а не безрассудные действия. – Как я поняла, он часто сравнивал ваш образ с чëртом. Как думаете, с чем это связано? - да что же за тупорылые вопросы пошли? Действительно. Ответов было много: «рожки» на голове, убрать которые не выходило даже если адекватно причесаться; слегка заострённые клыки, придающие обладателю сходства то ли с собакой, то ли с реальным бесом; не стоит забывать и дурной, резкий и свободолюбивый характер, да даже фамилия. Чего непонятного?! – А самим посмотреть? На меня. - заметив, что женщина начала что-то записывать в книжечку, что теребила в руках ранее, – И догадаться. Это же ваша работа? - смешок. Эта беседа определëнно начинала раздражать. * * * .. – Неужели вы всё ещё считаете, что то, что вы сделали абсолютно нормально? – Подобные шутки начали повторять и другие. - парень безрадостно усмехнулся и убрал прядь волос, упавшую на лицо, – Я должен был показать всем, что будет с теми, кто ко мне полезет. - зевок. И смысла в этом разговоре сейчас? Зачем объяснять очевидные вещи тому, кто умело делает вид, что ему интересно? Взгляд вновь пустился в путешествие по кабинету. – Да и я просто был ужасно зол на него. - тихо, будто это было что-то незначительное, но всё же различимо. – На столько, что решили пырнуть своего одноклассника канцелярским ножом прямо во время урока?