И повторится снова.

Уже полностью одетый Пит стоял и зачарованно смотрел на спящего Вегаса. Если бы Питу не нужно было поговорить с повелителем, он с удовольствием устроился бы рядом с любовником и охранял его сон. Его потрясающий смертный оказался совершенно неутомим в сексе: после четвёртого оргазма Пит был так вымотан, что Вегасу пришлось нести его в душ на руках. Вымотать сексом инкуба было непосильной задачей для большинства смертных, но не для Вегаса. Демон понимал, что любой человек на его месте не мог бы даже ходить после того изматывающего сексуального марафона, который устроил ему любимый, но сейчас энергия Вегаса бурлила в нём таким мощным потоком, что хотелось устроить что-нибудь весёлое и энергозатратное, например, пойти к Наттавину и признаться во всём. К вышедшему из спальни Питу тут же подбежал кот, очень возмущённый поведением хозяев, которые целый день не уделяли ему должного внимания. Инкуб покормил кота и долго гладил, радуясь, что общение с Греем дало ему небольшую отсрочку перед возвращением к повелителю. Но долго тянуть было нельзя, и Пит, вздохнув, переместился в книгу. *** Повелитель задумчиво смотрел на склонившегося перед ним Джакапана. Не было никаких сомнений, что недавно его советник питался, однако удивлял объём энергии, которая наполняла его подчинённого. Нет, конечно, даже сейчас, когда сам Наттавин был ослаблен, Джакапан не был сильнее повелителя, однако, при прямом столкновении мог бы оказать серьёзное сопротивление. «Новый источник… — размышлял повелитель, — непохоже! Цвет и вкус энергии не изменился… Но откуда у смертного столько энергии? Неужели этот Вегас мёртв?» Инкуб, устав ждать реакции повелителя, поднял взгляд на него. Наттавин хмыкнул и махнул рукой, позволив ему подняться. — Брат не с тобой? — Он с Кимом, — ответил Пит, вспомнив шушуканье и приглушённый смех, которые он услышал, когда кормил Грея. — Надеюсь, этот смертный не позволяет себе ничего лишнего? — поморщился повелитель. — Конечно нет, он просто учит Порче играть на гитаре и петь, — инкуб отчаянно старался сдержать улыбку, повелитель сейчас вёл себя как ревнивый отец, которому скоро предстоит расстаться с дочерью. — Жаль, что место брата здесь! Я бы не хотел, чтобы он жил рядом с людьми! — повелитель раздражённо встал, — если этот Ким попробует ему навредить… — Повелитель, — возразил Пит, — ваш брат, конечно, слабее демонов, но он сильнее любого человека. Он сумеет постоять за себя. — А когда ты мне собирался сказать, что убил этого смертного, Вегаса? — резко сменил тему Наттавин. — Вегас жив, повелитель, он сейчас спит. — Не лги мне, Джак... Пит, ты переполнен энергией так, что весь светишься! Ни один смертный не может дать столько энергии и при этом остаться в живых! — Я не лгу, — ответил инкуб, уловив, что повелитель ещё не привык к его новому имени, — я думаю, что большой объём энергии, которая легко восполняется, —это отличительная особенность всех потомков короля. Я не могу измерить уровень энергии Вегаса, но у Кима энергии столько же, сколько было у Чата. — Интересно, какой же тогда уровень у носителя искры? Возможно, он один сможет поддерживать мои силы вдали от источника, — размышлял повелитель. — У меня есть просьба, — прервал размышления Наттавина советник. — Я слушаю. — Я хочу остаться на земле с Вегасом, после того как вы освободитесь, — решительно сказал Джакапан. Наттавин настолько удивился, что несколько минут смотрел на советника и не мог сказать ни слова. — Что за чушь? Ты с ума сошёл? Я понимаю, этим Вегасом приятно питаться, тем более, что ты всегда слишком много внимания уделял сексуальному удовольствию, но ты моя правая рука, мой советник, второе лицо в землях инкубов! Ты хочешь лишиться всего, чтобы жить с этим смертным?! — Я люблю Вегаса, — твёрдо сказал инкуб. — Пит, — голос повелителя смягчился, — ты для меня значишь больше, чем любой другой подданный, мы дружили с детства. Я уверен, что ты просто запутался! Смертные – это пища и ничего более. Сейчас у тебя есть только один источник энергии и удовольствия, поэтому ты и привязался к этому Вегасу. Скоро я выберусь из ловушки, и ты сможешь получить столько смертных, сколько захочешь! — Повелитель, я уверен, я никогда и ни с кем такого не чувствовал! — Хватит! — Наттавин был в ярости, — я не позволю тебе связаться с этим животным! — Но ваш отец связал свою судьбу со смертной! В следующий момент инкуб оказался на земле, не смотря на огромное количество энергии, которая защищала Пита, ярость повелителя заставила его потерять сознание. Когда инкуб очнулся, он был уже на руках у Наттавина, тот явно сожалел о том, что настолько сильно вышел из себя. Если бы такая вспышка случилась в любой другой момент, то Джакапан был бы сильно ранен и не факт, что энергии книги хватило бы на то, чтобы сохранить ему жизнь. Сейчас же это был просто обморок. — Прости, — тихо сказал Наттавин, — я не хочу потерять тебя, мы ведь столько испытаний прошли рука об руку. — Я в порядке, — Пит поцеловал руку повелителя. Несколько минут неловкой тишины, – повелитель встал и помог подняться советнику. — Мне привести вашего брата? — Нет, пусть отдохнёт! И… Пит, поговорим о твоей просьбе позже. Инкуб радостно кивнул, ведь повелитель не отказал окончательно, значит, был шанс уговорить его дать советнику отставку. *** После ухода Пита повелитель долго сидел на своём троне в полном одиночестве и мрачной тишине. Напоминания об отце всегда вызывали в нём ярость, ведь когда-то тот из-за глупых чувств погубил себя и чуть не стал причиной смерти своих детей. Флешбэк. Испуганный Наттавин бежал в тронный зал к отцу, прижимая к себе маленького брата. За стенами дворца бушевала разъярённая толпа — инкубы подняли бунт. Ещё совсем недавно никто бы не посмел даже косо посмотреть в сторону повелителя страны инкубов, но сейчас и Пхату, и его детям, и, конечно, его смертной избраннице грозила неминуемая гибель. Когда несколько лет назад правитель притащил в своей дворец смертную женщину, никто из инкубов не придал этому никакого значения — просто вкусный десерт, чтобы не скучать в монотонных буднях управления страной. Пока инкубы находились в пределах своих земель, у них не было необходимости искать себе энергию. Вся страна питалась источником силы, которая досталась им со времен первородной тьмы, из которой появились первые жители подземных территорий. Но зависимые от сексуальных удовольствий инкубы с удовольствием появлялись на земле, чтобы получать энергию от смертных. Такие посещения были редкостью, ведь появление порталов для перемещения в мир людей зависело от артефактов, находящихся в руках смертных. Обычно портал перемещал демона к глупцу, который вызывал потусторонние силы, однако период пребывания на земле был коротким, поэтому инкубы, обычно, старались как можно быстрее расправиться с жертвой, получив и секс, и энергию. Повелитель и его советники пытались разработать более стойкие порталы для перемещения инкубов в земли людей, но пока успехов не добились. Наттавин, которому на момент появления смертной женщины было всего двадцать лет, тоже не посчитал её присутствие чем-то значимым: в тот момент он был ещё слишком молод, до пятидесяти лет демоны не могли использовать порталы и перемещаться в тенях и уж тем более не могли питаться от смертных. Тогда он весело проводил время со своим приятелем Джакапаном, который был сыном первого советника Пхата и тоже жил во дворце. А через год случилось то, что повергло всех инкубов страны в шок: Пхат и смертная женщина стали родителями малыша Тиннасита. Первый сын правителя был зачат как положено: в союзе с суккубой из соседней страны, причём, она была младшей сестрой тогдашней правительницы, что было гарантией большой силы для плода их союза. Но сейчас повелитель с гордостью продемонстрировал своего второго ребёнка с балкона дворца и назвал смертную женщину своей супругой. Над дворцовой площадью долго царило молчание, которое затем сменилось возмущённым шёпотом. Наттавину очень нравился маленький братишка: Тиннасит был забавным и совсем некапризным. Видя старшего брата, он радостно улыбался и тянул к нему ручки, заливаясь хохотом. Смертная супруга отца пыталась наладить контакт с пасынком, но тот сторонился женщины, помня правило, о котором ему постоянно напоминали учителя, — смертные всего лишь пища для демонов. Наттавин не понимал отца, но подчинялся, правитель был главным и сильнейшим из демонов в их стране, и подчинение самому сильному из инкубов было правилом в их землях. Но теперь, после нарушения Пхатом самого незыблемого табу, среди его подданных росло и ширилось недовольство: смертная правительница и её ребёнок не пришлись по вкусу никому из инкубов. Тут и там слышались шепотки: «А вдруг с наследником что-то случится и нами когда-нибудь будет править полукровка или, что ещё хуже, эта смертная». Заговорщики выбрали идеальное время для бунта: советник повелителя с семьёй и половиной охраны дворца отбыл в спорные земли для переговоров с нагами. Эти переговоры за никому ненужный кусок пустоши велись уже сотни лет и скорее были частью дипломатических отношений, чем реальным спором. Дворцовая охрана была малочисленна, а регулярной армии у инкубов не было — прошло много столетий с тех пор, как затихла последняя война в подземных землях. Конечно, сам повелитель своей силой мог остановить несколько десятков инкубов, но осаждавших дворец было значительно больше. Сын повелителя замер в дверях тронной залы: отец и его смертная супруга вместе громко читали какое-то заклинание, а потом, сначала смертная решительно ударила острым кинжалом по своей шее, а затем и Пхат, перехватив кинжал из слабеющей руки жены, сделал то же самое. Не успели тела супругов упасть на каменный пол, как капельки крови неподвижно застыли в воздухе, — время остановилось. Перед трупами появился высокий белокурый мужчина. — Так! И что у нас тут… повелитель инкубов и смертная. Хорошая жертва! — весёлым голосом произнёс незнакомец и, повернувшись к детям Пхата, добавил, — ну чего застыл, ты хочешь остаться и защищать трупы от этой толпы или пойдёшь со мной, чтобы, набравшись сил, отомстить за отца? Наттавин решительно схватил за руку незнакомца и, не выпуская из рук свёрток с Тиннаситом, нырнул в портал. Почти тридцать лет братья жили в чертогах демона Хроноса, он заботился о них и учил тому, чему должны были учить отец и учителя. Именно демон времени первый обратил внимание будущего повелителя на то, что его брат не инкуб, а полукровка, которому лучше будет жить среди людей, а не в подземных землях инкубов. Когда Наттавину исполнилось пятьдесят лет, он по меркам демонов был взрослым инкубом и мог претендовать на престол по праву рождения. В этот день Хронос перенёс в свои чертоги Джакапана и его отца, бывшего советника Пхата. Будущий повелитель был счастлив, что и его друг, и его отец остались в живых, укрывшись в землях нагов. Выяснилось, что в стране инкубов с момента смерти Пхата царила неразбериха: правители постоянно менялись, в стычках между претендентами гибло много инкубов, остальные демоны больше не поддерживали дипломатических отношений с инкубами. Однако отец Джакапана имел своих агентов не только среди обычных инкубов, но и среди обитателей дворца, которые настолько устали от постоянной смены власти, что без колебаний были готовы поддержать Наттавина, который единственный среди всех инкубов был полноправным претендентом на престол. Захват власти был молниеносным, уже через несколько дней после появления Наттавина в землях инкубов, он стал повелителем — каждый из его подданных принёс клятву верности и, наконец, впервые за последние тридцать лет в стране воцарился мир. Те из бунтовщиков, кто имел отношение к смерти его отца, были жестоко убиты вместе с теми, кто пытался противиться власти нового повелителя. Однако, власть была не единственной целью молодого правителя, он решил продолжить дело отца по созданию постоянных порталов в мир смертных и, благодаря помощи Джакапана и его отца, добился успеха. Они нашли решение проблемы — объединение сил самого сильного инкуба и божественной силы могло создать постоянный и стабильный портал. Был создан особенный чёрный фолиант, который, напитав силой и кровью Наттавина, отправили с одним из инкубов временным порталом в земли смертных. Посланник не вернулся обратно, видимо, он погиб, выполняя задания повелителя, но через несколько месяцев самого правителя затянуло в воронку, которую образовал фолиант. Пользуясь своей силой и энергией, которую ему давал правитель Сиама, в котором горела искра Будды, он смог создать постоянный проход для инкубов между подземным миром и миром людей. Так Наттавин смог не только получить власть в Сиаме через короля Чата, заняв место его любовника, но и открыть неограниченный путь для своих подданных, которые теперь могли свободно перемещаться по земле и в любое время питаться смертными. Он был всего лишь в шаге от покорения человеческого стада по всей Азии. Конец флешбэка. Очнувшись от воспоминаний, Наттавин решил наметить себе более чёткий план по возвращению власти и решил, что сразу не будет убивать Кинна. Если в нём действительно так много энергии, то смертный может на долгие годы быть его «дойной коровой», а также страховкой на случай появления воинов Будды. Правда, в отличии от Пита, он вовсе не собирался жить вместе с Кинном, ему хватило и надоедливого короля Чата. Смертного вполне можно было держать в заключении и использовать по мере необходимости. А когда он выйдет из книги, то и Пита можно будет переубедить, дав ему хороший выбор среди смертных. Для самого же Наттавина люди были одинаково неприятны: злые, похотливые, алчные — даже такому жестокому инкубу как повелитель они были одинаково противны. Город Каласин. Rimpao Hotel. Кинн проснулся очень рано, за окном только занимался рассвет. Ему снова снился прекрасный незнакомец, но в этот раз начало сна было очень неприятным, а конец заставлял задуматься. Он увидел загадочного мужчину в объятиях другого человека. Любовники страстно занимались сексом, постоянно целуясь, заставляя всё видевшего Кинна рычать от ярости и разочарования. Но потом, когда загадочный красавец оторвался от губ своего любовника и, лукаво улыбаясь, сел на его бедра, Кинн обомлел: партнёром загадочного незнакомца был он сам. Наследник империи отелей сидел на кровати своего номера и размышлял о своих снах. Он чувствовал себя как герой фильма «Спокойной ночи», который во сне встретил свою идеальную девушку и после этого посвящал свою жизнь снам, потому что они были приятней реальной жизни. Как бизнесмен Кинн понимал, что нужно жить реальной жизнью, а не хвататься за иллюзии как бы они ни были приятны. Сейчас он принял решение разыскать незнакомца из снов, если он существует, или забыть об этом наваждении навсегда. Через полчаса готовый к отъезду Кинн, уже стучался в номер своего помощника Чана. Когда дверь открылась, Кинн быстро рассказал, что ему срочно необходимо вернуться в Бангкок, а Чану придётся остаться и исправить оставшиеся недоработки управляющего новым отелем. — Конечно, кхун Кинн! Я здесь всё решу и вернусь следом за вами! — уверенно сказал помощник и добавил, помедлив несколько секунд, — я могу оставить Бига? — Бига? — Кинн мыслями уже был в Бангкоке, поэтому не сразу сообразил, что речь идёт об одном из его телохранителей, — Да, конечно, распоряжайся им как хочешь. Только скажи ему сам, я очень тороплюсь. Кинн, сопровождаемый телохранителем Армом, зашагал к лифту, личный самолет семьи уже был готов к вылету. *** Чан закрыл дверь и направился к кровати. — Ты слышал, что сказал босс? Я могу распоряжаться тобой как захочу! — довольно улыбаясь, мужчина снял халат, — а я хочу прямо сейчас! Биг, лежащий на кровати, раздвинул ноги и застонал в предвкушении приятного секса.