Белый ворон

Я поднялась  с кресла, с помощью руки Бориса и расправила плечи, так как от того, что я достаточно долго сидела, спина затекла и заболела. Но стоило сделать пятиминутную растяжку, как всё встало на место и я даже ощутила облегчение. Хотя бы физическое. Борис протянул мне платье цвета неба в солнечный день и я даже не сразу заметила на нём разрезы или какие-то порванные детали. Он провёл меня за ширму из книг и стеллажей, а сам отвернулся к двери, рассматривая её так, будто находил в ней что-то интересное. Скорости моей можно было позавидовать. А завидовала бы улитка! Потому что я не могла справиться со шнуровкой на корсете, а просить мужчину было как-то неудобно. - Ты там долго ещё? - Его голос был слегка раздражённым и я поняла, что  у меня нет другого выхода, кроме как просить о помощи. - Я застряла со шнуровкой, никак не могу справиться! - Так и задумано! - фыркнул он, когда я стала выходить, - никто после чего- то ужасного не стал бы выглядеть прекрасно. Платье должно быть чуточку свободным, рукав порванным, волосы потрёпанными и так далее. - Вздохнув, я поняла на что намекает Борис и чью роль мне придётся играть, а поэтому оставалось самое неприятное действо. Изуродовать меня. Временно, конечно, но надавить на жалость никогда не будет лишним. Почувствую ли я боль? Вот что стало интересно. То, что не приносит моему телу раны, синяки и прочие телесные повреждения, не приносит и боли. А вот вытащенный Борисом кинжал золотого цвета и по всей видимости сделанный из золота, выглядел внушающе и так, словно он мог сделать мне больно и даже очень. - Этот кинжал сделан из красного золота с добавлением крови Гриша. Поэтому на тебе останутся порезы до послезавтрашнего вечера. Это поможет ему доверять. Также ты выпьешь этой настойки, чтобы твой разум немного помутнел, но ты смогла и дальше соображать. Моя карета будет находится в кустах и я буду следить за тем, чтобы на тебя клюнули только Вороны. Ты готова? - Я не стала ничего отвечать, а лишь посмотрела на выставленную колбу, нож и выдохнула протягивая руки. С них он и начал, а я вскрикнула только от того, что металл едва коснулся моей руки. Было не просто больно, а не выносимо, я сжала между зубами кусок платья, а из глаз моих полились слёзы. Мужчина действовал точно и быстро, поэтому я быстро выдохнула с облегчением, хотя жгло всё тело. Словно раскалённым крюком вспарывали кожу, а затем сверху посыпали солью, пока раны кровоточили. После всего я поняла, что и притворяться, будто меня измучили, избили не придётся, я и так ощущала невыносимую усталость и боль. По моему лицу растеклась тушь, а волосы и без того растрепались на голове. Через силу я заставила себя выпить содержимое маленькой колбочки и посмотрела на Бориса с грустным выражением лица. Услышав его "Отлично!" наполненное радостью и восхищением проделанной работы, он подхватил меня под руку и вывел на улицу через черный вход. Он грубо впихнул меня в свою карету, предварительно извинившись и сказав, что это необходимо, а затем доехав до определённого места, по которому сто процентов должны были идти Вороны, высадил меня и аккуратно усадил на землю, возле кирпичного здания. Тротуар был мокрым, что говорило о том, что на улице шёл дождь, но я не ощущала ни холода ни сырости, а только сильное головокружение и жжение в каждой ранке. *** Каз и Инеж возвращались в своё логово. Их практически не было слышно, но мой слух улавливал почти каждый шорох на улице, отчего становилось ещё более невыносимо! Болезненное состояние сопровождалось с гудением и звоном в ушах, а мозг полностью потерял контроль над телом. Когда мои глаза устало закрылись, понимая, что больше не в состоянии следить за происходящим, я поняла, что ко мне подошла обеспокоенная девушка. Да! Сработало! Они были на крючке. И в ту же секунду я отключилась. Моя голова почти безжизненно упала на кирпичную стену, с характерным звуком, а сжатая до этого рука в кулак ослабла. - Каз! Ей нужна помощь! - Выкрикнула Призрак и я чуть заметно сморщилась. "Пожалуйста! Не так громко!" Подумала я про себя, всё ещё находя в себе остатки здравомыслия. - Нам не хватало сейчас проблем, Инеж. Оставь её в покое. - Тебе может и не хватало, но нельзя оставлять её в таком виде на улице, особенно в Кеттердаме. Кто знает чьей ещё она жертвой может стать. - Хищники не едят падаль. - Выругался парень и подошёл к "своей спутнице" ближе, присаживаясь на одно колено. Я ощущала его строгий взгляд на себе. И ощущала, как он рассматривает меня, отчего стало неприятно. Хотелось бы малейшего сочувствия, а не взгляда на меня, будто я проьухший кусок солёной рыбы. - Каз, пожалуйста. Я никогда тебя ни о чем не прошу. Но она может умереть и это будет на твоей совести. Не сказав ни слова, он отдал трость Инеж и поднял меня на руки, прижимая мокрое от дождя, истощенное от боли тело к своему. На секунду я ощутила успокоение, но оно тут же сменилось на напряжение, когда он случайно задел открытые раны на спине. Я шикнула. Он вздохнул. Дашли мы втроём шли молча. Инеж периодически смотрела в мою сторону и притрагивалась холодной рукой к моему лбу. - Кажется, у неё температура. Я была защищена от пуль, так как была физически подготовлена. Но не была защищена от болезней. От самых обычных температур, кашлЕв и соплей. Мне даже стало смешно, что такие мелочи меня убивали. Кажется, Борис просчитался и отлеживаться мне придётся дня три, а-то и четыре. - Она выглядит очень слабой. - Фыркнул Бреккер, но тут же по моему телу пробежал болезненный рой мурашек, сопровождаемый глухим стоном и тихим "Больно...". - Прости. Я бы приняла его извинения, будь я в более нормальном состоянии, чем сейчас. Шли мы довольно долго, так как Грязные Руки хромал, а я то и дело, то вскрикивала, пугая и парня, и девушку, то постанывала, заставляя их останавливаться. Это бы не специально. Я сама хотела, как можно быстрее добраться до тёплого помещения, но увы, да ах. Спустя час, мы наконец-то зашли. Тут же произошёл прилив тепла и я перестала дрожать. Будучи в бреду, я приоткрыла глаза и увидела длинговолосую девушку. Она сидела рядом и обеспокоенно гладила меня по голове. А я, забыв обо всём взвизнгнула, пытаясь отодвинуть её руку от себя, что было бесполезно и больше походило на барахтание неуклюжего котёнка. - Тшшш! Всё хорошо, я тебя не обижу, но позволь убрать кровь с твоего лица и рук. - Я опомнилась, мельком кивнула и вновь закрыла глаза, позволяя Призраку дотрагиваться до себя, хоть это было и безумно больно. Она даже наверное и не представляла почему я так кричу, если это обычные раны, но виду не подавала. На шум вернулся Каз. - Что у вас тут? - Он прислонился к косяку и уставился в одну точку. Даже с закрытыми глазами, я видела, как он испепеляет меня, словно уже в курсе зачем я тут. - Раны слишком глубокие, может пойти заражение, если не обработать. А ещё она вся горит. Похоже у неё слишком высокая температура. - Нужна какая-то помощь? - Голос был сухим. Да! Вот! Я нашла полное описание Каза Бреккера - Ублюдка из Бочки! Сухой. Внешность, характер, голос. Всё в нем было сухое. Ни капли живого и ни капли того, что могло бы дать подсказку на то, что он человек. - Нужна какая-то одежда. Она промокла. - Я закашляла и снова застонала. Пока я успокоивала себя только одной фразой "Когда все закончится - я буду богатой!" - Если ей не переодеться, я боюсь, что до утра она не дотянет. - Я тебя понял. Через час принесу. - Он развернулся и ушёл, оставляя нас наедине. Я услышала, как хлопнула дверь и чуть. облегчённо выдохнула. Я боялась его, потому что знала его власть и силу. А сейчас нахожусь в его... логове, почти голая и полностью без какой-либо защиты. У меня даже моего друга не было - револьвер Валерий! А что если он узнает раньше, чем необходимо? А что если, он захочет узнать кто я без моего ведома? Что если он уже пошёл разузнавать кто я есть? Белый ворон? Убийца воронов? Сейчас, честно говоря, я и сама не знала кто я такая. - Ты позволишь мне, я накрою тебя одеялом, но для этого придётся распрощаться с платьем? - Голос дрожит. Она боится сделать мне больно, но при этом убивает не смотря. - Да, - хрипло выпалила я, - да. - Хорошо. - Девушка аккуратным движениями, подстегнула острым лезвием шнуровку корсета на моём животе, затем следующую и так, пока она полностью не ослабла. Тоже самое она повторила и с тканью, в затем с ногами, оставляя меня только в нижнем белье. Инеж мгновенно накрыла меня пледом и отошла в сторону, чтобы избавиться от изрезанных лоскутков ткани. А вид изуродованного живота запомнится ей надолго. Как Каз и обещал, он вернулся через час. Но в это время я уже спала, пока Инеж караулила или охраняла мой сон. Она приложила палец к губам, показывая, чтобы Бреккер молчал и не тыкал тростью по полу. А он лишь закатил глаза и вышел из комнаты снова.