Волюнтаризм

      Джодах собирается свергнуть Богов.       Это был неоспоримый факт, о котором знал каждый, хоть раз общавшийся с ним. Он это не скрывал, да и не видел смысла. Так даже веселее, верно?       Междумирец так не считал. Он злился, яростно шипя на Ангела Смерти — ведь тот портит многовековой план!       О, как же Джодах желал увидеть этот «план». И не был разочарован.       Наконец понял, почему Междумирец выбрал его.       Лололошка…       Был сильным. Поражающе, восхитительно силен, что он не был уверен, как Боги могли позволить такому… просто существовать. Если бы мироходец захотел — лишь одним махом руки разрушал миры. Но не осознавал своей силы — и Джодах не знал, что было хуже. Всё же не обученные маги — самые страшные.       Менял уклад всего. Стоило ему ступить в любой мир — и спустя время тот вставал с ног на голову. Решался делать то, что другие боялись совершить веками. Без сомнений лез в самую гущу событий, и всегда, всегда выходит сухим из воды. И если в первые разы, после перемещения парня в другой мир, Джодах ставил на то, что тот наверняка пострадает — то сейчас с недовольством соглашался со Смотрящим. Невозможный мироходец.       Мог легко отчитать полубога. Не боясь, не сомневаясь в собственной правоте, ставил этих наглых «подростков» на место — о, Джодах будет долго смеяться, вспоминая жалобы парня на наместника ада.       Собирал вокруг себя самых влиятельных, сильных и поразительных людей, заставляя работать вместе. И всегда обходясь минимальными жертвами — даже сам Джодах не смог создать в Ордене ту атмосферу, что теплилась в каждой компании мироходца.       Вел за тобой толпу, являясь символом и лидером. Притягивал людей и заставлял работать на себя. И те следовали за ним, беспрекословно подчиняясь. Тихий, скромный, мироходец совсем не походил на того — но действия говорили лучше слов.       Свергал полубогов, решая их судьбу. И Джодах с нескрываемым наслаждением появлялся перед мироходцем — опять его забывшим — и отправлял тех в Тюрьму Времени. Дразнил того, играясь без толики стыда, как с ребёнком.       Он мог заставить людей разрушать Империи, и мог сделать это сам. Даже, откровенно говоря, особо не напрягаясь.       Лололошка…       Мог легко свергнуть Богов.       — О, дорогой Междумирец, — касаясь губ, елейно произнёс Джодах в пустоту, точно зная, что его услышат. — Я сделаю твой план своим.       И подарит Лололошке бессмертие, чтобы вечность наблюдать за приключениями того. А Боги…       Могут подождать.