Ака один + два

      Арсений устал, у него завалы на работе, непонятки дома, и уже вторую неделю не стоит, так что приходится отрабатывать кунилингусом и игрушками. Катя все так же много работает и все так же думает только о своем удовольствии. А ещё девушка упорно и по долгу смотрит на мужчину, когда думает, что он ее не видит, и это начинает напрягать. Они так ничего и не обсудили.. Катя молчит, а Арсений боится.       Единственное, что обстоятельно радует, так это то, что у Арсения не стоит только в постели с девушкой, но, вот когда он останется один в душе или засиживается в туалете, или идёт за кофе в офисе, и забывает контролировать свои мысли, воспоминания относят его в постель, где Антон ему отсасывает лёжа между бедер Кати и эрекция не заставляет себя ждать.       Он хочет расслабиться, по-настоящему, не двигая рукой и не от оргазма где-то в воспоминаниях, а чтоб ему его подарили, уделили ему время.       

***

      С Антоном пересекаются спустя ещё неделю. Абсолютно случайно и нелепо как в кино. Арсений едет после рабочей встречи, в метро жуткая давка, ещё и поезд останавливается в каждом перегоне. И в какой-то момент, после смены пассажиров на очередной станции, он чувствует, как человек, вставший в угол вагона за ним начинает притираться к его заду.       У него в руке сумка и пальто висит во второй, в отличие от нарушителя личных границ. Тот в коротком дутом пуховике, с натянутым по самые брови капюшоном, так что поворотом головы разглядеть лицо никак не удается. Арс хочет отстраниться, мечется по маленькому пространству, которое ему оставляют другие пассажиры. На него начинают оборачиваться люди спереди, шикают, и гневаются за попытку истоптать ноги.       Поезд снова останавливается, машинист просит соблюдать спокойствие и гарантирует, что проезд скоро отправится. А Арсу перестает хватать воздуха, к нему всё так же притирается незнакомый ему мужчина, но теперь начинает притягивать к себе прижимая сильнее за подвздошные косточки, а второй рукой прижимает поперек груди. Паника застилает глаза, он боится того, что будет дальше, боится звать на помощь, боится не звать. Воздуха начинает не хватать, он дышит глубже, только усугубляя состояние, как замечает в руке человека телефон с горящим экраном и текстом в программе заметок "Арс, успокойся". Замирает в попытке осознать, хорошо ли то, что человек знает его имя, или это ещё хуже. И пока выпадает в раздумья, рука открывает приложение камеры и переключает на фронтальный режим.       На экране смартфона Арс видит свое напуганное лицо с широченными глазами, побледневшими от испуга щеками, напряжёнными губами, и только после замечает, что лицо незнакомца тоже попадает в кадр. И он готов развалиться от расслабления, когда понимает что это лицо Антона.       — Прости, что напугал. Я как тебя увидел, не смог устоять. — жаркое дыхание мурашит шею, и вызывает желание прижаться в ответ.       Кроме резкого расслабления он чувствует возбуждение, нахлынувшее так же резко. Сердце стучит как сумасшедшее, но теперь Арсений может нормально вдохнуть, воздух вокруг перестает искрить нотками опасности. Антон не выключает камеру, и в экране все также видно его лицо и действия, видно, как он проводит по уху от мочки до завитка ушной раковины, и когда язык уже почти отрывается от нежной кожи он резко и с оттяжкой толкается бёдрами, сразу же притягивая обратно.       Ноги сразу становятся ватными, воздух из лёгких выбивает этим толчком, и рука Антона спускается ниже к паху. Дыхание спирает, из центра грузи расползается страх, но не липким испугом, а обжигающим смущением быть замеченными.       — Арсений, дыши. — голос хриплый в самый затылок, поддевая носом коротко стриженные волосы. И Арс вдыхает, как утопающий, который все же смог найти под ногами опору, и теперь жадно глотает воздух, который раньше не ценил.       Если бы их увидел случайный прохожий, то принял за человека с плохой осанкой. Антон так склонил голову к плечам Арса, что его капюшон практически наделся на голову мужчины.       Антон кусает в трапецию мышц, прямо через рубашку, не щадя ни ткани, ни кожи. На что Арсений мычит сквозь плотно сжатые губы и начинает елозить-тверкать по паху парня. Антон рычит и перемещает укус на верх шеи. Рука тем временем спускается ниже, и пытается сквозь брюки приласкать яйца. Но ткань слишком плотная и не сминается в руке, на что парень раздражённо дёргает ее и беспардонно запускает руку за пояс. Сразу крепко цепляясь за головку и пальцами размазывая смазку по уретре и уздечке.       — Арррс, дыши, а то не кончишь, воздуха не хватит. И не вертись, а то заметят. — рычит ему в шею Антон.       Арсения снова обдает жаром осознания происходящего, по телу проступает испарина возбуждения. И он старается держать лицо и дышать, но тихо. Поезд все ещё стоит, и их не заглушает звук поезда, а только тихие переговоры других пассажиров.       — Я. Хочу. Войти. В тебя. Прямо. Тут. — каждое слово сопровождается толчком бедер и контролировать себя становится значительно сложнее. Головка так хорошо лежит в руке, и Антон ее жмакает, так как Арсений не делает сам.       А ещё сейчас впервые за две недели ему дарят возбуждение, и эти все жесты только для него. Это сносит крышу, у него встают даже сосочки от остроты момента.       Антон почти не может двигать рукой, слишком неудобно, поэтому ласкает слух грязными разговорчиками.       — Хочу, что бы нас спалили. Что бы ты залился краской, а я бы продолжил тебе дрочить. — Антон резко быстро и часто-часто вбивается в бедра, и это-то точно не могли не заметить. — Ты видел себя в момент оргазма? — Арсений, хватая воздух мотает головой, — Нет? Ты же гребаное порно. Если бы тебя увидели другие, то весь вагон стал бы новой финальный сценой из парфюмера. — Рукой на манер осьминога ласкает член, уперев его головкой в центр ладони и пальцами массируя ствол.       Арсений сходит с ума. Ему много стресса и мало стимуляции. Он откидывает голову назад, надеясь на поцелуй, но Россия не на столько толерантная. Висящее на руке пальто прикрывает чужую руку в его штанах, но сковывает движения, он бы очень хотел завести одну руку за спину, и ответить парню лаской, но вещи никак не дают, поэтому он впивается пальцами в ткань и кожаную ручку в надежде перенести часть напряжения в них.       — Я по вечерам дрочу на то, как ты открываешь рот и кончаешь.       И это становится последней каплей, Арс стонет.       — Вам помочь? — На него оборачиваются соседи по вагону. Его раскрасневшееся лицо и дикие глаза у любого вызовут вопросы.       — Нет, все в порядке. — голос дрожит, а Антон ему дрочит. "я бы отдал все, чтобы сейчас разорвать твои брюки и войти" — попутно шепчет Антон. А Арсения начинает подташнивать от переполняющего стыда, страха и возбуждения.       — Мужчина, точно? Вы очень бледный.       — Да, все под контролем, "хотел бы что б ты был в кружевных джоки, и что б их ткань отпечаталась рисунком на твоей головке, от возбуждения, пока я вылизываю твою дырку" небольшая паника, но мой друг мне помогает. — эта фраза сопровождается Антоновым скольжением паха меж ягодиц.       Арсений так лицо не держал ещё никогда, и прямо сейчас, трогается поезд, незнакомец, потеряв к нему интерес отворачивается, а Арсений переступает грань оргазма. С закатывающимися от удовольствия глазами, он мычит, заглушаемый ревом поезда, подаётся вперед - назад, пытаясь достичь максимума от стимуляции и благодарен времени, что сейчас ему никуда больше не нужно, кроме как доехать домой.       Антон додрочил ему, размазав сперму по коже, в надежде заляпать тело и не оставить шальных капель на одежде.       — Выйдем?       Арсений бездумно кивает и готовится к выходу, как замечает все ещё включённую фронталку в руке на своей груди. Но что-то изменилось — ведётся запись.       — Это что? — спрашивает он, указывая головой на телефон.       — Буду дрочить на то, как дрочу тебе, — пожимая плечами, абсолютно спокойно отвечает парень. И бёдрами подталкивает к выходу.       По эскалатору едут молча, но интуитивно направляются в одном направлении до ближайшего кафе.       Арса трясет от "недосказанности", он хочет отплатить за удовольствие, и лишь войдя в помещение чуть ли не за грудки тащит того в туалет. Заталкивает парня в туалет, и не раздумывая падает на колени, дёргая за пояс джинс. Он подаётся, и перед взором Арсения появляется член, который он хочет.       Антон в смятении прислоняется к стене, хочет остановить от безрассудства и спасти колени и одежду, но порыв Арсения не подлежит обдумыванию.       Мужчина просто впивается губами в член, с причмокиванием и мычанием обсасывая головку, перебирая в руке яйца, периодически отвлекаясь на вылизывание блядской дорожки.       Антон стонет и понимает, что за время выхода из метро возбуждение не спало ни на каплю. Он отстраняет от себя Арса за волосы, и пару раз ударяет членом по щекам, размазывает смазку по лицу, попадая даже на нос. Прижимает того за голову к яйцам, и дрочит себе, водя рукой прямо промеж его глаз. Арс заглатывает яйцо, и высовывает язык, укладывая его на корень члена.       Выталкивает языком из себя плоть и дарит мелкие присасывающиеся поцелуи по паховой складке.       Антон снова оттягивает его, и укладывает головку на язык. Входит, совсем не на много, головка в открытом рту даже не полностью скрывается, но вид такой крышесносный, что Антону хватает и этого. Он плавно, почти нежно водит уздечкой по шершавому языку, периодически выскальзывал из жаркого рта и упираясь уретрой прямо в нос, и через пару минут таких движений кончает мужчине на лицо в рот, пару капель попадает на волосы.       Арс слизывает капли, до которых может дотянуться языком и продолжает сидеть, открыто смотря снизу вверх.       Антона прошибает такой лаской, заботой и нежностью, что он опускает ладони на лицо мужчины, укладывает на щеки и большими пальцами водит по губам, собирая оставшиеся капли и отправляя в чужой рот. Это и не забота на самом деле, а звенящая пошлость, но этот открытый взгляд и то, с какими глазами Арсений смотрит в ответ, заставляют проступать только так.       — Приходи к нам в выходные? — все так же глядя снизу вверх, в остатках спермы на лбу и волосах, подал голос Арсений. Частично даже не отдавая себе отчёта в том, что озвучил просьбу.       

***

      — Я позвал Антона — через пару часов после возвращения домой, Арсений все же решил поставить Катю в известность.       — Эм... Я думала, что ты больше не захочешь его приглашать. — Катя удивлённо приподнимает бровь.       — Почему?       — Ну у тебя вроде было условие " без посягательств на твое мужское достоинство", а в прошлый раз он вроде как посягнул, как мне показалось.. — Катя смотрит хитро, как мать, которая уже знает о двойке, но хочет, что б ребенок рассказал сам, и разочаруется в себе как в родителе, когда чадо не оправдывает надежд на чистосердечное признание.       — Эээм, — Арсений не знает, что лучше на это ответить, что ему на самом деле понравилось, или что ничего не было, или что это он первым начал...       — Нет, по я не осуждаю, — Катя отчасти сдается, потому что сама предполагала и боялась такого развития сюжета, — Я же понимаю, я же сама хотела попробовать втроём, так что передо мной то можешь не оправдываться. Просто я удивлена твоему спокойному к этому отношению. — надежды на то, что она не заметила рушатся прям сейчас. — И ещё удивлена, что ты не уточнил у меня, может я ещё не восстановилась для вас двоих. Хотя и тому, что ты в принципе поставил меня в известность, а не встретился с ним вдвоем, я удивлена не меньше.       — Ну мы можем перенести встречу попозже, когда ты восстановишься, это было действительно необдуманно... Прости — Арс пытается избежать первого Катиного пункта, о том, что Арсений не против, и благодарить небеса, или тактичность Кати, что она не упоминает о том, что это он на самом деле в прошлый раз начал сближение с парнем...       Разговор пропитан неловкостью, и только начинающим разрастаться отделением некогда близких людей, его хочется как можно скорее закончить, и продолжать делать вид, что все хорошо дальше, но оба понимают, что рано или поздно придет необходимость обсудить.       

***

      Арсений бесится, он так и не рассказал Кате об их встрече с Антоном, постеснялся, испугался, пожалел своих воспоминаний. А Катя все также долго и выжидающе на него смотрит.       А теперь он ещё и опаздывает на свой собственный секс втроём.       Все шло по плану, Антон ещё до обеда написал, что готовится выходить к ним, и уточнил, нужно ли что-то захватить. Конечно, можно было бы у него попросить купить заканчивающуюся сметану, но он скорее всего интересовался презервативами и смазкой, так что продуктовые просьбы были бы не уместны.       Пока Антон ехал успели повздорить с Катей относительно уборки. Арсений успел пробеситься в душе, и был готов признать свое поражение и вину перед девушкой. Но тут сигнальный брелок от машины начал надоедливо пиликать, пришлось спускаться.       Выйдя из лифта, он нос к носу столкнулся с Антоном, который безцеремонно затолкал его обратно и впился губами в шею, а руками в ягодицы, под торопливые объяснения и протесты мужчины. Поднявшись обратно на этаж, Антон оставил укус на мочке чужого уха, и пообещав ждать мужчину отпустил его разбираться с машиной.       На этот раз Арс спускается с большим нетерпением и раздражением. Как выяснилось, машину задел какой-то чудак, и вытрепал все нервы пытаясь решить проблему без полиции, но при этом и не оплатить ремонт.       Обратно Арсений поднимался уже через полчаса взбешённый, и жаждущий уничтожить что-либо на своем пути.       Войдя в квартиру, он услышал сладкие стоны парня, но решил, что присоединятся прямо сразу, да ещё и в таком состоянии — не самая лучшая идея, и для начала необходимо хотя бы освежиться и смыть с себя весь этот стресс. Проходя в ванну, он краем глаза заметил, как в спальне Катя нависает над парнем, и ее руки подозрительно ловко орудуют в зоне его анала. Что...? Видимо показалось, и Арсений не став оборачиваться зашёл в душ.       Но вода не помогла смягчить его состояние, стоны Антона, немного заглушенные водой, его бесили, он ... ревновал? Вышел он все в таком же раздрае, и не вытираясь направился в спальню, где перед ним уже открылась картина порно в 4D.       Антон, сидя, но откинувшись назад на поставленные руки сидел в центре кровати, а на нем покачиваясь сидела Катя в позе наездницы. Антон стонал так тонко, так жаждущее, и не от его (Аросвых) рук, а от девушки, это сорвало крышу.       Арсений, поднявшись к паре, рывком срывает девушку с члена, ставя в колено- локтевую и утыкая носом в член парня. На бедра девушки обрушивается звонкие шлепки, первый, второй, трений, четвертый...Катя на автомате начинает сосать, постанывая от ударов.       Арсений так же не останавливаясь входит, и сразу же набирает активный темп. Он потом обязательно попросит прощения, за свою бесцеремонность, но сейчас ему необходимо выплеснуть все что накопилось хоть куда-то.       — Как — толчок, — я — ещё — устал — он впечатывает в себя девушку и замирает.       Наклоняется к женским плечам, целует, водить носом по лопаткам, и наслаждается звуками хлюпающей слюны и стонов Антона. Так близко, как ему позволяет тело Кати наклоняется и смотрит, как влажный член глубоко уходит в женский рот. Заворожено провожает упругую плоть между жарких губ. И хочет тоже.       За волосы оттягивает Катю, немного разворачивает ее, и подтягивает к себе желанные бедра. Хочет дотянуться, но никак не получается, приходится Катю совсем положить на кровать, и самому развернуться с ней в букву Х вместо l. Теперь он может достать до парня.       Он всасывает в себя кожу на сгибе бедра и стонет вместе с ним. Напряжённый член дёргается и мажет ему по щеке и сводит этим Арсения с ума. Теперь парень стонет от него. Продолжая толкаться в девушку, Арсений вылизывает мошонку, периодически переключаясь на основание члена.       Катя стонет и явно немного поражена от происходящего, но это так горячо, что она пока что не против. Арс не может толком сосредоточиться на отсосе, так что скоро бросает попытки.       — Антон, войдёшь?       Антон фокусирует на нем взгляд, заторможено кивает, потом переводит взгляд на девушку, мотает головой и растерянно бегает глазами по лицам, не зная, как лучше поступить — послушать мужчину, или все же посчитаться с мнением девушки.       Пока Антон в раздумьях, Арсений все думы откладывает, опять вертит девушку приближая к Антону. Воплотить план в жизнь с ходу не получается, приходится выйти, и посадить девушку на член парня и уже потом пристроится самому.       — Арс, я не смогу, — Катя виляет задом, избегая второго члена в вагине. — я не пробовала так, я не растянута.       Арсений видит, как Антон задерживает дыхание от соприкосновения их членов, как запрокидывает голову в беззвучном скулеже, и хочет быстрее к нему.       — Давай просто попробуем. — И начинает втискиваться в теплую вагину.       Катя скулит ей больновато, и удовольствие теряется в пучине дискомфорта. Арсений умудряется немного протиснуть головку, он так сильно прижат к чужому стволу, что кажется чувствует вибрацию другого тела. Но ничего не получается, он психует выходит. Катя оборачивается, пытается понять что происходит, а в глазах у нее страх, Арсению очень жаль и стыдно за себя.       Антон видит и чувствует, что Арс теряет контроль над собой, над ситуацией, и хочет помочь. Поддерживает Катю, пододвигает ее выше и помогает вылезти из бутерброда. Пытается успокоить, гладит, водит по плечам переключается на мужчину. Арс сидит на коленях, с опущенными руками и головой.       Его хочется обнять и утешить, что Антон и делает, мягко притягивает к себе за плечи, утыкая носом в сгиб шеи, садится ближе, что бы их согнутые ноги образовали зигзаг, и запускает пальцы в волосы на загривке, целует в висок.       — Она ни в чем не виновата, успокойся. Если хочешь причинять боль, причиняй мне. — Арсений мотает головой, размазывая влагу с глаз по чужой коже.       — Не хочу причинять боль. Я устал, я просто не могу больше. — он цепляется руками за плечи и пытается успокоится. Глубже дышит, прислушиваясь к биению сердца. Его постепенно перестает трясти.       Катя, глядя на эти объятия, понимает, что их разговор с Арсом будет не долгий, скорее всего они просто разъедутся через пару дней, и, может, будут пересекаться на встречах с общими знакомым.       — Она ни в чем не виновата. — шепчет на ухо, прижимаясь щекой к волосам. — Давай мы тебя сейчас успокоим и расслабим, Окей? — Арсений со вздохом кивает, глубже утыкаясь в мышцы чужого тела. — Катя, присоединишься?       Девушка заторможено кивает и обнимает мужчину со спины. Может она действительно в последнее время была не самой внимательной девушкой, но сейчас она может подарить немного своего тепла.       Антон придерживает его под челюстью с одной стороны и выцеловывает скулу с другой. А Катя тем временем прижавшись к спине водит руками по бокам и бедрам.       Арсению становится тепло, не отпуская плеч Антона, он головой откидывается назад укладываясь затылком на плечи девушки, и открывая больший простор под поцелуи.       Антон стонет, целуя его. Катя перемещает руки на грудь и указательными пальцами начинает водить по ореолам сосков. Арсений дышит глубже, постепенно отпуская себя все дальше по волнам удовольствия. Опавший на нервах член вновь привстает.       Антон поднимает бёдра и остается стоять только на коленях, и теперь может дотянуться до Кати, так же притягивает ее к себе и оставляет парящие поцелуи на щеках. А Арсений не сможет отвести глаз от ключиц перед его глазами. Высовывает язык и лижет по острой косточке, если Антон ещё немного похудеет, то о них, наверно, можно будет порезаться.       Антон от такой лёгкой стимуляции стонет и притирается членом о грудь мужчины, отрывается от девушки и берет член в руку, начинает по нему водить, уткнувшись головкой в нежный сосок. И это так эротично, гладкая кожа головки скользит по ореоле, пока сам сосок упирается в уретру, из-за смазки его начинает холодить. Вся ситуация пиздец как заводит.       Арсений тянется к члену, чтобы мазнуть языком по головке, и продев руки между ног парня сжимает ягодицы. Теперь становится понятно, почему Антон такой отзывчивый в этот раз. В нем нащупывается вибро-пробка, которая видимо работала все это время, а Антон от того, что ее в нем потревожили, стонет так громко и отчаянно, что у Арса поджимаются пальцы на ногах. Арсений достает ее что бы парень перестал мучаться и кидает куда-то на кровать, пока мужчина достает пробку, парень поскуливает из-за растягивающихся мышц и с облегчением выдыхает, когда остаётся не заполненным.       Парень оттаскивает мужчину за волосы и смотрит румяным лицом. Зубы стиснуты, сквозь не плотно сжатые губы прорывается поскуливание смешанное с утробным рыками. Тянет дальше за волосы, заставляя откинуться дальше, а Катя отползает что бы не мешать. Впивается укусом в скулу, переходит на линюю челюсти, спускается к ключицам и разлетается ярким фейерверком под кожей.       Антон тем временем спускается к соску играет языком с чувствительной бусинкой и притягивает к себе Катю, прося присоединиться и устроить экспромт батл их языками за добычу. И теперь два влажный языка чертят круги вокруг и иногда переплетаются друг с другом в борьбе за Арсово удовольствие. И Катя благодарна парню за эту инициативу, за то, что ее тоже берут "поиграть", но при этом на поцелуи она, наверное, была бы уже не способна, слишком чужим в момент стал человек.       Арсений стонет, он никогда бы не подумал, что соски его эрогенная зона. Он чувствует каждое движение языков, его выгибает от периодических царапин зубами, он в восторге от того, что может расслабиться и передать ответственность за свой оргазм другому и безмерно благодарен Антону за то, что тот взял на себя эту ношу.       Арсений тонет, его окутывают теплые руки, нежные касания, мягкие губы. Он мог бы сейчас сказать, что он принцесса, о которой заботиться, но ему сложно ассоциировать себя с девушкой. Антон помогает ему достать из-под себя ноги, вытягивает его вдоль кровати и идёт поцелуями дальше, сопровождаемый Катиным ртом. Они спускаются двумя влажными дорожками к паху, периодически останавливаясь что бы оставить слабенький засос на боку или животе. Добравшись до своей цели, так же вместе с двух сторон оплетая языками член проводят по нему от основания к головке и начинают кружить вокруг уретры и уздечки. И в момент, когда Арсений совсем себя отпускает, Антон приступает к ласке анала.       Сначала просто проводит пальцами по расселине, потом укладывает средний палец на дырку и начинает давить, периодически разминая мышцы массирующими движениями. Иногда смещается на массаж корня члена и обхаживает простату внешними стимуляции. Арсений прогибается в пояснице стонет, и мечется по подушке, ему мало, но так хорошо. Он боится потерять это ощущение тепла, которое сейчас его окутывает, боится просить что-то поменять, что бы не лишили и того, что есть. Катя остаётся сосать одна, а Антон полностью переключается на вход, периодически поглаживая бока. Во рту Кати жарко, слюна стекает по стволу и щекочет яйца, а когда стекает ещё ниже, то служит дополнительной смазкой для махинаций парня.       — Сейчас вернусь, — Катя выпускает член и отходит. А Антон может беспрепятственно закинуть ноги Арсения к плечам и вылизать вход. Закинув ноги, он сильнее раздвигает булки руками и упирается носом в яйца, водя языком по перинеуму, и с мычанием впиваясь поцелуем в нежную кожу промежности.       Арс кричит, когда Антон впивается укусом в бедренное сухожилие и поднимает голову, чтобы понять в чем дело, и видит, как Катя водит по промежности парня пробкой.       — Прости, пожалуйста, прости, я.. Арс, я ... — невнятно лепечет парень, искренне переживая за то, что вырвал из неги наслаждения. Сам попутно стонет от Катиных действий, зализывает, зацеловывает укус. — ммммм, прости, яяяяаааааа. Пожалуйста, ложись обратно, я буду сильнее контролировать. — прерываясь, почти после каждого слова, на жадные вдохи шепчет он.       Арс тает от такой заботы, она отчасти ничем не обоснована, они друг другу никто, а парень так переживает, и он тянется рукой к чужой щеке, чтобы притянуть чужое лицо к себе, и поцеловать. Аккуратно проходясь по губам своими, языком скользит по верхней и чувствует чужое горячее дыхание. Антон, цепляясь за плечи поскуливает, притирается о низ живота и стонет, стонет, стонет.       И когда Катя вставляет пробку до конца, она начинает так ярко стимулировать простату, что Антон заливается на бок, выгибается другой, стонет с закатывающимися глазами и хватается за член, чтобы пережать его у основания.       — Убавь. — сквозь стиснутые зубы просит он, — боже, Катя, снизь вибрации. — его ягодицы дрожат от еле сдерживаемого оргазма, и он рефлекторно продолжает подаваться бёдрами вперёд, трахая воздух. И чуть ли не плачет от разочарования и облегчения, когда девушка все же сжаливается над ним.       Агония прошла, можно возвращаться к своему занятию, но все ещё вставленная подборка так и норовит снова подвести к грани. Антон наконец входит на одну фалангу, и это крайне странные ощущения, словно из тебя достают органы, что-то тягучее и щекотное в районе солнечного сплетения начинает растекаться по телу. Это новое чувство, но сейчас оно самое нужное его странным нервам. Он отпускает весь рабочий стресс, забывает, что видимо расстается с девушкой, ему просто хо-ро-шо.       Антон тем временем углубляется, и увеличивает количество пальцев, сам стонет и еле сдерживается, потому что Катя опять вернулась к играм с пробкой. Антон подкладывает под ягодицы мужчине сложенную подушку, для удобства.       — Катя, придёшь? — спрашивает он, когда может спокойно входить в тело тремя пальцами на всю длину, и не может спокойно ждать продолжения.       Девушка соглашается, перекидывает ногу через бедра Арсения и направляет член к себе в вагину и начинает двигаться. Они смотрят друг другу в глаза, к поцелую не тянет, но находится вместе все ещё приятно, Катя всегда могла кончить от члена мужчины. И становится так печально, что это их последний, наверное, раз, и дальше они пойдут каждый своей дорогой. Мало какая пара может похвастаться таким последним общим воспоминанием.       Но грусть резко отходит на второе место, когда Антон, надев презерватив входит в Арсения. Воздух из лёгких выбивает с первого маленького толчка, когда только головка на сантиметр заглянула в дырку " осмотреться" и сразу вышла. Арсений стонет, прижимая девушку к себе за бедра, и хочет повторения этого перформанса. Антон возвращается, входит ещё и ещё, постоянно полностью покидая тело, но стоит ему несколько раз войти полноценно, и убедиться, в том, что мужчина расслаблен и готов, так он сразу же делает это: Входит до конца, притягивая к себе за ягодицы, и упираясь яйцами в булки. Арсений не знает, куда ему податься, в девушке тепло и привычно, но совместно с тем, хочется ещё глубже почувствовать в себе чужой член.       Он стонет, хнычет, виляет задом от безысходности и чувствует, как парень тянет Катю и его на себя. Антон откидывается на руки, прижимает Катю спиной к груди, и подтягивает Арсения так что бы тот сел прямо на него, и Катя была плотно зажата между телами. Так пробка стимулирует сильнее и Антон, не сдерживаясь стонет, с поступающими слезинками удовольствия на глазах, Катя от смены угла кончает, и ослабших телом сильнее заваливается назад, а Арсений, усевшись на член сходит с ума. Катя сжимается на нем, а Антон так глубоко, что по ощущениям, если нажать на живот, то увидишь выпуклость головки.       Он делает первый скачек, выпуская член на половину, и опускаясь обратно, под гортанный стон свой и парня, он двигается ещё и ещё, пока не затекают ноги, и Катя не хлопает его по руке, чтобы выбраться из переплетения мужских тел. Она уходит в ванну, а Арсений падает на спину, в изнеможении выпуская член парня.       Антон собирает себя по кусочками, после столь интенсивной атаки на его простату, он не смог кончить из-за слабых движений по члену, все же мужчине не хватало темпа для полноценных скачек, и теперь Антон наваливается на него обратно, опираясь на локти у его головы и входит одним размашистыми толчком.       Вибрация пробки в чужом теле отдается внутри приятными волнами интриги, Арс дуреет от протяжных, глубоких толчков, от того, как его член прижат чужим животом, от тяжёлого дыхания на ухо.       — Погодь, я устал, — через несколько минут выдает парень, и падает на кровать рядом. — ноги сейчас отвалятся. Давай так.       Он поворачивается на бок, и притягивает Арса спиной к себе, утыкаясь носом в загривок. Член он пропустил между бедер, упираясь головкой в яйца, а рукой начал водить по члену мужчины. Арсений подается назад, и сильнее сжимает бедра, пока Антон лижет его от трапеции плеч до загривка по шее, собирая капельки выступающего пота. У Арсения по телу бегут мурашки, кружится голова, внизу живота затягивается узел, и еще немного, еще буквально пару движений, но Антон останавливается раньше и укладывает его на живот. Проводит пару раз головкой по расселине и плавным движением вход, навалившись сверху.       И вот этот новый угол, новый импульс удовольствия, новые ощущения, когда член проезжается по простате. Арсений пытается выгнуться назад, но парень сверху не позволяет, и продолжает двигаться в нем, не быстро, но так ритмично и плавно, что Арсению не хватает буквально мелюсенького чего-то чтобы кончить.       — Арс, ты пиздец, — хрипит на ухо Антон, — Арррсений, — жадно растягивая р в имени, продолжает двигаться тот, —Арсссс, бля, у тебя самое трахательное имя, Арс, ААААрсений. Бля…       И это то маленькое чего не хватало Арсу. Это с нежностью и страстью произнесенное имя.       — Моему имени хорошо, когда ты его произносишь, — пытаясь выхватить хоть грамм воздуха произносит он и кончает, от этого голоса и трения о постель.       Спустя пару мгновений, Арс чувствует, как парень выходит из него и вслед за ним начинает вытекать сперма. Под жадное дыхание обоих Арсений вырубается, а где-то за их спинами в коридоре захлопывается входная дверь.