Великолепная Марго!

      Гарри был счастлив!       Наверное это был один из тех редких случаев, когда Гарри Поттер испытывал удивительное и, в то же время, для него, необычное чувство счастья. — Гарри, я пошла! — услышал он голос Гермионы и помахал ей рукой. Девушка собиралась в Хогсмид, чтобы купить себе что-то очень нужное и, безусловно, важное. Ну а как же? Ведь скоро Святочный бал!       Ох уж этот бал! Знали бы другие, насколько ему не хотелось туда идти! Особенно учитывая, что там он был бы в центре всеобщего внимания (чего Гарри очень сильно не хотелось). Вот только… Было одно важное обстоятельство, что делало его участие неизбежным.       И нет, это не ультиматум от Макгонагалл о том, что чемпионы ОБЯЗАНЫ участвовать. В крайнем случае, он мог бы просто оказаться больным, тем более Фред с Джорджем всегда были готовы помочь с чем-то подобным, с помощью своих «прикольчиков» за парочку лишних галеонов. И это при том, что с Роном они так и не помирились.       Вздохнув, Гарри встал со своего места, и пошел на отработку в Зал Наград. Увы, но чемпионство Гарри весьма дурно отразилось на Снейпе. А ведь он так хотел бы сходить в Хогсмид вместе с Гермионой!       Идя по декабрьски холодным коридорам замка, Гарри вспоминал, как круто изменилась его жизнь после первого тура. Нельзя сказать, что это было результатом его краткого разговора с драконом, но и этого исключать нельзя.       В первую очередь, он так и не помирился с Роном. Причин было много. Во-первых, его душила обида за то, что один из немногих людей, чье мнение для Гарри было на самом деле важно так отчаянно завидовал ему, что даже не сделал попытки… Не поверить, а понять Гарри.       Впрочем, даже так, Гарри был готов помириться с ним. Особенно после того, как та Хвосторога… Нет… Не просто Хвосторога, а Маргарет!       Так вот, он был готов помириться после первого тура. Ведь не каждый день судьба дает тебе второй шанс, а благополучное завершение первого тура Гарри считал именно таковым. А жизнь слишком коротка, Гарри знал это точно, чтобы размениваться на мелкие обиды, особенно вызванные такой глупостью, как зависть. Вот только Рон упустил свою возможность. После побега дракона на трибунах случилась давка и многие пострадали. Гарри не знал, как, но Рон загремел в больничное крыло. А Гарри… впервые был предоставлен сам себе и узнал много нового о себе, Гермионе… о Рональде.       Во-первых, к сожалению для Рона, но Гарри узнал о том, что тот делал ставки на то, что в первом конкурсе будет дракон. Причем, судя по тому, что он сказал при этом (спасибо сплетнице Лаванде, которая почему-то была рада насолить Рону и слила информацию Гермионе) «драконы — хорошее вложение», он точно знал о том, что в первом туре будут именно они.       А ведь он мог бы помочь Гарри с тем, чтобы лучше подготовиться! Ведь они с Гермионой столько перепробовали, готовясь к первому туру! Да они весь бестиарий по десять раз перечитали, гадая, что его ждет на испытании! А ведь зная о драконах, они могли сэкономить кучу времени.       Рон мог бы помочь. Мог бы, но не стал!       И это хорошо, что Маргарет оказалась вполне себе коммуникабельной, как выразилась Гермиона. Иначе… что иначе, Гарри даже не хотел думать.       Ну и, во-вторых, то ли на фоне общего бойкота, то ли лелея какую-то свою обиду, то ли просто желая подзаработать, не взирая ни на что (причина не очень важна), но Рон сделал вторую ставку. И ладно бы, если бы он сделал ее в пользу Гарри. Так ведь нет же! Рональд поставил на победу Седрика Диггори!       Выиграл, кстати, немало, насколько Гарри понял. Во всяком случае, он впервые за долгое время надел что-то новое.       Когда Рон, наконец-то выйдя из владений мадам Помфри, попросил прощения, Гарри отказал ему. Одно дело, когда ты просто в ссоре. Но целенаправленное вредительство… Этого Гарри уже простить не мог. А вместе с ним и Гермиона.        Удивительно, но почему-то именно сейчас, подальше от Рона, ему стало думаться гораздо легче. Странное ощущение. Может это разговор с Маргарет так повлиял? Уже и не узнать. Во всяком случае, без Рона, у Гарри осталась лишь Гермиона. — Мистер Филч, я здесь! — сказал он, войдя в Зал наград. — А! Снова ты, Поттер! Сдавай свою палочку! А то знаю я тебя! — ворчливо поприветствовал его старый завхоз и, забрав палочку, оскалился, — Везет нынешним детишкам. Ох, помню, как старый Прингл любил лупить розгами самых наглых! Крики по всему подземельям раздавались! Веселенькое было время! — мечтательно пробормотал Филч и вышел из зала наград, оставив Гарри наедине со шваброй и тряпками. «И чего он хочет добиться? Ведь его бубнеж только первокурсников и может напугать. Мы то привычные», — подумал Гарри и приступил к монотонной работе.       Это была не первая и, Гарри был уверен, далеко не последняя отработка, но сейчас он был рад ей. Все-таки порой полезно остановиться и подумать о том, что происходит в твоей жизни.       На лицо Гарри непроизвольно всплыла улыбка. Три недели назад, Макгонагалл объявила о Святочном бале. К тому моменту, Гарри начал чувствовать, что Гермиона… девушка. Да, это было неожиданным открытием. Ну… он конечно знал, чем девочки от мальчиков отличаются, но осознал он это почему-то именно сейчас, когда они стали очень плотно и много общаться. Даже увлечение Чжоу Чанг, действительно красивой и необычной девушки, как-то незаметно отошло на второй план.       К счастью или к несчастью, но у Гарри была неистребимая привычка в начале делать, а потом только думать. И вот, в тот момент, когда Макгонагалл устроила демонстрацию вальса с охреневшим от происходящего Роном, а весь факультет с трудом сдерживал хохот от комичного зрелища (ну не смеяться же над деканом), он выпалил, а по другому это не назовешь, приглашение Гермионе.       Полюбовался ее раскрытыми то ли от удивления, то ли от ужаса карими глазами, обозвал себя пару раз олухом и… получил ее согласие!       Весь день, потом, он проходил с идиотским выражением лица, из-за чего, в один момент, полностью потерял счет времени и вернулся в Гриффиндорскую гостиную уже после отбоя.       Впрочем, он не жалел. Получать от Гермионы за опоздание (а она прождала его весь вечер у камина), почему-то оказалось очень приятно. Наверное, потому что она была единственным человеком в Хогвартсе, наверное, кроме Дамблдора с Макгонагалл, кому на Гарри не было все равно.       Хотя… все-таки им больше важен престиж школы, а не Гарри, каким бы «выдающимся» молодым человеком он ни был. А вот Гермионе важен он. И хоть ни он, ни она еще не говорили о том, что между ними происходит, но Гарри чувствовал, что и это не за горами.       Гарри, монотонно протирающий пол новенькой шваброй, вдруг поморщился. Синяк под глазом стрельнул болью. Откуда у него взялся синяк?       Ну так не только он один понял, что Гермиона-девушка!

***

Три дня назад.       Очередная отработка у Снейпа. Сколько их было и сколько их будет? Гарри не знал. Но настолько привык работать со старой шваброй, которую уже четыре года выдавал ему Филч каждый раз, как он попадал на отработку, что, в принципе, научился с этим справляться без особых эмоций. Правда, Гермиона была недовольна (Ну, Гарри! Ведь это так просто выучить таблицу совместимости ингредиентов), но тут было дело принципа. Учиться у Снейпа Гарри не хотел. Справедливости ради стоит отметить, что и сам Снейп не горел желанием учить Поттера. И вот такое вот взаимное нежелание приводило к тому, что Снейп тратил нервные клетки, а Гарри время, которое мог провести с Гермионой.       Вот только сегодня спокойно перетерпеть наказание ему не дали. Неожиданно, дверь в комнату открылась и он увидел… Виктора Крама? — Здравствуй, — с чувствительным акцентом, сказал он и встал у двери. — Здравствуй, — ответил Гарри, на автомате крепче перехватив швабру. Не понятно почему, но развившаяся за эти годы чуйка просигнализировала о надвигающейся опасности. — Я… придти… поговорить, — сказал Крам и скрестил руки. Гарри лишь кивнул, — я… спросить… ты с мисс Грейнджер… идти на бал? — спросил он, на что Гарри удивленно раскрыл глаза.       Первой мыслью было послать болгарина куда подальше. Но потом… он вспомнил опыт с Маргарет и решил в начале поговорить. — Да, — просто ответил Гарри. — Я тоже хотеть позвать ее, — выдал Крам, вздернув подбородком, — но она мне отказать, — констатировал он, на что Гарри пожал плечами, хотя и был удивлен тем, что Виктор говорит об этом так просто и тем, что Гермиона умолчала об этом. Хотя… кто знает, может она просто не успела сказать? — И что? Отказала и отказала, — сказал Гарри, на всякий случай, сжимая швабру покрепче. Палочки, как назло, под рукой не было из-за того, что ее забирали на отработках. — Я… спрашивать… вы не пара. Уступи ее. Я… буду очень благодарен, — сказал он, словно делая ему, Гарри, великое одолжение. — Нет, — сказал Гарри и начал глазами искать то, что можно было бы еще использовать как оружие. — Получишь, что хочешь. Деньги. Артефакты. Помощь в Болгарии. Моя семья есть очень влиятельна, — сказал он, так же напрягшись.       Впрочем, Гарри не боялся. Он сражался с Василиском и Волдемортом. Что ему пускай и умелый, но семикурсник? Да, глупая детская мысль, но в тот момент Гарри, злой от столь наглого предложение, по другому думать не мог. — Я сказал, нет, — сказал Гарри. И стоило ему сказать «нет», как Виктор дернулся за палочкой. Благо, Гарри ждал этого и со всей дури бросил в Виктора швабру, после чего сразу же бросился в атаку…

***

       Вот так вот. Бросок был настолько удачным, что попал ему прямо в стриженный ежиком лоб. Правда, побить Виктора не получилось. Да, он выронил палочку да и в целом был дезориентирован, вот только физически был сильнее, из-за чего Гарри получил кулаком по глазу. Да и если бы бой продолжался долго, Гарри был уверен, что проиграл бы. Вот только к счастью для Поттера, в комнату ворвался профессор Флитвик и очень быстро прекратил бойню.       И теперь Гарри полировал полы новой шваброй, а Виктор лечился от сотрясения мозга.       Скандал бы-ы-ыл… что интересно, Виктор почему-то взял вину на себя и Каркарову, его директору, формально не за что было зацепиться. Зато персонально от Снейпа (почему не Флитвика, Поттер не понял) Гарри получил отработки до самого Рождества. Да и Макгонагалл обещала придумать ему наказание пожестче.       Гермиона же… повела себя не совсем обычно. Да, она ворчала на него, называла безответственным идиотом и еще с десятком других разных эпитетов. При этом она одновременно обрабатывая здоровенный синяк под глазом и накладывала медицинские чары, что в совокупности создавало впечатление о том, что она ругает его, потому что волнуется, а не как обычно, потому что любит покомандовать.       Странное ощущение. Непривычное. Тебя ругают, потому что за тебя волнуются, а не потому что ты урод и ненормальный, как любили говорить Дурсли. Это чувство было в новинку. Так что Гарри и не думал обижаться на нее. Наоборот, он сидел и балдел от ее заботы.       Интересно… а откуда Маргарет узнала о Гермионе? Вычитала в его голове? Или где-то услышала? Во всяком случае, совет драконихи пришелся в руку. Гермиона действительно замечательная. И он будет ее держаться! А там…       Впрочем, жизнь научила Гарри не загадывать вперед.       Ведь мало ли, какая подлянка ждет его впереди, да?       И с этой мыслью, Гарри мокнул швабру в ведро и шлепнул мокрую ткань на пол!       Вот только спокойно поработать ему опять не дали. Как и в прошлый раз, дверь открылась и в комнату вошел… Крам. — Ты опять за свое, — вздохнул Гарри, крепче перехватив швабру, но заметил, что теперь на лице Крама не было враждебности. Скорее, что-то вроде уважения. — Я… придти извиниться, — сказал он и слегка поклонился, — директор Каркаров сказать мне, что мое поведение… не есть допустимо. — Поэтому решил извиниться? Потому что директор сказал? — ляпнул Гарри не подумав, но Крам словно не услышал сказанного. Или просто не обратил внимание на контекст. — Нет. Извиниться я решить сам. Потому что уважать тех, кто стоит до конца. Уважать сильных, — сказал он и, вновь поклонившись, вышел из комнаты. А Гарри… а что Гарри? Он пожал плечами.       Ну хоть тут проблем не будет!

***

POV Альбуса Дамблдора       Святочный бал! Какое замечательное событие! Все такие красивые, нарядные! В воздухе витает атмосфера праздника!       Коллеги славно постарались, украшая Хогвартс к праздникам. Давненько замок не был таким нарядным. Уверен и наши гости и министерские господа будут весьма довольны. Пожалуй, надо подумать о рождественской надбавке к зарплатам. Лишь бы Попечительский совет не заупрямился. Малфой и так слишком нагл в последнее время!        Так-так. Кого я вижу! А… молодец Хагрид! Таки набрался смелости пригласить мадам Максим! Редкостная красавица. И как человек… кхм… полувеликан хороший. Красивая пара.       О, вот и входят чемпионы! Встаем, хлопаем. Хм… Минерва оказалась права. Мистер Поттер выбрал себе в партнерши мисс Грейнджер… что же… это было ожидаемо. Молли будет недовольна, но да это ее проблемы. Хотела прибрать к рукам обретенную? Подобрала бы ей кого-то соответствующего! Да хоть того же Персиваля, а не Рональда! Да, мальчик неплох, но… слишком импульсивен. Вон, стоит весь красный. Мерлиновы подштанники! Только обратил внимание! Это что за наряд?! Даже в мою молодость данный фасон уже вышел из моды, не говоря о нынешних временах! Мда. Как бы я не хаял чистокровных, но Предатель крови — это предатель крови. Метка на магическом ядре влияет на поведение, как бы ты и не говорил об обратном. Да, большая часть из них замечательные люди. И Уизли в том числе. Я ни разу не пожалел о том, что посвятил их в дела Ордена Феникса. Но… вот это вот пресловутое «но»!       А мисс Грейнджер может удивить. Могу только поздравить Гарри с тем, что подобрал себе такую пару. Вот бы еще и драк из-за нее не было. А то, чтобы не выглядеть уродом, мистеру Поттеру пришлось поверх тонального крема мисс Грейнджер (один из портретов видел, как она накладывает крем толстым слоем на синяк, перед их выходом), еще и косметические чары накладывать на синяк под глазом. Хотя вон, мистер Крам вообще с забинтованной головой вошел. Всем говорит, что упал на движущихся лестницах, но я то знаю, что это Гарри его огрел шваброй.       Хорошо, что Флитвик был рядом. Магия порой так помогает в жизни. Один взмах палочкой и драчуны уже по разные стороны комнаты. Хм… хорошо, что Филиус — не Северус. Иначе не видать Гарри бала как собственных ушей.       Так, начались танцы. О, Минерва, с удовольствием составлю тебе компанию! — Скажите, профессор. Какое взыскание вы предусмотрели для Гарри? Он ведь и так был наказан любезным Филиусом. — Ох, не знаю, директор. По правде говоря, я хотела лишить его права походов в Хогсмит на семестр за эту безобразнейшую драку, — говорит Минерва, вздыхая. — Ну-ну. Не будьте столь жестоки, Минерва. В конце концов главное, что у мистера Крама к мистеру Поттеру нету претензий. Во всяком случае, мне так показалось, — говорю и, дождавшись, когда музыка завершиться, указываю в сторону. Две пары, Гарри и мисс Грейнджер, а также мистер Крам с миловидной девицей из Шармбатона, вполне мирно беседуют. — Что же. Видимо, конфликт действительно исчерпан, — сказала Минерва и, поклонившись, отошла проконтролировать ситуацию. Есть у некоторых старшекурсников дурная привычка проносить на подобные мероприятия крепкий алкоголь.       Возвращаюсь на свое место и начинаю наблюдать за кружащимися в вальсе парами. Как же это красиво. Эх, если бы не угроза возвращения Темного Лорда, можно было бы жить и жить.       А так, только и остается наслаждаться такими вот моментами, пока есть возможность. Конец POV Альбуса Дамблдора

***

      Гарри было хорошо. Он танцевал с Гермионой. Ему было весело. Ему было легко. И плевать на брезгливые взгляды, что кидали на них с Мионой Малфой и Паркинсон. Плевать на ненависть, в глазах Рона. Сейчас он самый счастливый человек как минимум в Хогвартсе.       Музыка закончилась, они поклонились друг другу. — Гарри, давай подышим свежим воздухом, — попросила Гермиона, одетая в изумительное вечернее платье синего цвета. Воистину, макияж и красивое платье преобразили ее. Она теперь могла дать фору даже француженкам. Не говоря уже о местных ведьмах. И хорошо, что они все эти недели вместе репетировали танцы. Иначе Гарри вообще бы ничего не смог сделать!       Выйдя в холл, а затем и в разбитый на территории школы зимний сад, они отошли от толпы и дошли до наименее многолюдной его части. — Как красиво! — сказала Гермиона, рассматривая розовые кусты и летающих тут и там маленьких феечек. — Да. Красиво, — кивнул Гарри и посмотрел на Гермиону, — Миона. Мы… можем поговорить, — сказал он и заметил, как она резко посерьезнела, — я… это… ты мне нравишься. Очень, — Поттер говорил и видел, как Гермиона краснеет, — я… давай встречаться… если… ты… если ты… согласна, — Гарри говорил запинаясь и стараясь выглядеть увереннее. Вот только ничего у него не получалось. Особенно под откровенно напуганным взглядом Гермионы. И вот, кажется, что Гермиона хотела что-то ему сказать, как вдруг сзади раздался насмешливый голос. — Эй, голубки… я вам не помешала? — услышав вопрос, Гарри, вдрогнув, сразу же задвинул Гермиону себе за спину. Прямо рядом с ними стояла дама в зеленой парадной мантии, с черными волосами. Она скрестила руки на груди и насмешливо рассматривала Гарри и Гермиону. — Кто… кто вы? — она была действительно красива. Вот только Гарри сам не понимал почему, но от этой дамочки так и веяло опасностью. — Герой. Сразу же спрятал за спину свою даму. Уважаю, — благосклонно кивнула она и усмехнулась, — я от Маргарет. Надеюсь, ты ее помнишь? — сказала она, а Гарри пробил озноб. Конечно он помнил Маргарет! — помнишь, она сказала, что встретится с тобой? — Гарри кивает и чувствует, как Гермиона касается его чем-то твердым. «Она достала палочку» — промелькнуло у него в голове, — ну так вот. Время пришло, — сказала дама и положила к своим ногам обычную на вид шкатулку, — это — портал. Возьмешь его и произнесешь «Гавейн». Он перенесет тебя в Лондон. Район Ист-Энд. Приходи в паб Зеленый рыцарь, Гарри. Там спроси Маргарет. Тебя проведут. — А если я откажусь? — спросил Гарри, переводя взгляд со шкатулки на даму, и чувствуя, как Гермиона чуть придвинулась в сторону. Если что, она его прикроет. — Твое право. Она не настаивает, — кивнула дамочка и посмотрела теперь уже на Гермиону, — убери палочку, милая. Я не собираюсь причинять вам вреда, — сказав это, дама кивнула им на прощание, теперь уже с доброй улыбкой и ушла, оставив молодых людей в полнейшем смятении.

***

POV Альбуса Дамблдора — Позвольте пригласить вас на танец, профессор, — вдруг за мной раздался мягкий, даже звонкий женский голосок и я, обернувшись, обнаружил за спиною весьма любопытное зрелище. Девица с черными волосами. Карие глаза. Вечерняя мантия бархатно-зеленого цвета. Красива. И опасна. От нее так и прет мощью. Правда непонятной природы, но я почувствовал, как по спине прошелся табун мурашек. — Почту за честь, — говорю и встаю с места и принимаю в свою ладонь ее руку. Рука мягкая, бархатная. Да, повезло мне, на старости лет, станцевать с явно не простой и прекрасной девицей. — Кто вы? Назовите ваше имя? — напрягся, потому что знаю привычку разных криминальных структур, подсылать убийц. Причем без разницы, речь идет о маглах или магах. Методы те же. Хорошо, хоть, эликсир жизни у меня при себе. На всякий случай. Недаром уломал учителя Фламеля на один флакон. — А оно имеет значение? Я всего лишь хотела станцевать с директором Хогвартса и выиграть спор с одной моей подругой, — сказала она, кружась в танце, — ну и… кое-что проверить. — И что же? — забавный диалог. — Да вот, про вас с милейшим Геллертом какие только слухи не ходили, — сказала она, а я сразу же напрягся. А ну как это один из Гриндевальдовских недобитков? — уважаю, профессор. Ни один мускул на лице не дрогнул. Но я не из его марионеток. Я, скорее, из тех, кому такие как он глубоко противны, — сказала она и как-то слишком проникновенно посмотрела на меня. А вот я… да, я не люблю легилименцию, но вот именно в таких случаях она просто необходима. Вот только на глазах девицы явно были линзы, потому что в голову ей залезть никак не получалось. — И все же кто вы? — спрашиваю вновь, на что девица, слегка хмыкнув, говорит. — Если хотите, мы можем встретиться позже. Уверяю вас. Вы не пожалеете, — многообещающе говорит мне это… существо. Да, передо мною точно не человек. Слишком нагло. Слишком самоуверенно вот так вот заявиться в Хогвартс со всеми теми мерами безопасности, что мы предприняли. На такое человек не способен. — С радостью, — я киваю и, когда музыка заканчивается, отпускаю ее руку. Она кланяется, я кланяюсь в ответ, — когда мы встретимся? — Вам сообщат, — сказала она, мило улыбнулась и, развернувшись, ушла, скрываясь в толпе. — Хотите, я прослежу за ней, профессор? — вдруг сзади раздался голос Северуса. — Если тебя не затруднит, друг мой. Но, думаю, эта леди не опасна. Не нам с тобой уж точно, — говорю и краем глаза вижу, как Снейп легонько кивает и удаляется. А я… я возвращаюсь к моему столу.       И все же, кто это был? Кто-то из дивных решил поиграть? Не похоже, слишком доброжелательна для тех, кто живет под «холмами». Может… банши? Да нет, вряд ли. Опять же, слишком спокойна и доброжелательна. Хм… может одна из «Бессмертных»? Это теплее. Вот так вот встретишь какую-нибудь девицу с виду на двадцать лет, а окажется, что она из пиктов, кельтов или какого-то другого древнего племени и ей чуть меньше двадцати веков.       Эх. Старость не радость. Сто с хвостиком лет… для иных волшебников и не возраст вовсе. Живут до трехста, пятиста и более лет. Или вот как эта девица. А вот я… мне слишком сложно переступить через себя, через свои принципы, чтобы стать как они.       Вот и приходится отсиживаться в сторонке после каждого такого вот танца.       А самое страшное то, что ты точно знаешь…       Соблазн велик! Конец POV Альбуса Дамблдора