Перерождение

На небеса мы вернулись истощённые и побитые. Как выяснилось, всё это время мы находились в недрах вулкана, из которого возрождался Эльен. Эзреаль забрал своего перстня-брата и кинулся его расколдовывать и возвращать способность превращения в человека. Самаэль и Софа прощались недолго. — Вот и всё. — сказал он и улыбнулся. — Я не хотела её призывать. — Знаешь, я рад, что после смерти она была со мной. — Куда ты пойдёшь? — Не знаю. — беспечно пожал демон плечами. — Куда-нибудь, где тепло и солнечно. Софа слегка улыбнулась. — Я буду скучать. — А я нет. Пока-пока! — он чмокнул её в щёку и спрыгнул с облака, летя на землю, к людям. — Пока, Сэм. — тихо ответила богиня смерти, провожая его взглядом. Затем повернулась и увидела меня. — Ты как? — Жить буду. — я подошёл и крепко её обнял. — Что за призрак, которого ты призвала там, в вулкане? — Его дочь. Сэм всё это время помогал мне, потому что хотел видеть смерть Эльена, по вине которого она и умерла. Я аж обомлел. Самаэль был последним, кого я бы мог назвать отцом. Он выглядел так беспечно и невозмутимо… никогда бы не сказал, что у него ребёнок умер. Софа замялась и вздохнула. — Я до последнего не хотела её призывать… не хотела, чтобы ему было было больно. Но она была очень сильным мстительным духом. — Мне кажется, он тебя понял. — Мне тоже. — она обняла меня и уткнулась мне в грудь носиком. — Рафи. — Да? — я обнял её, крепко её обняв в ответ. — Я очень тебя люблю. Прости, что тебе пришлось страдать из-за меня. — Ты не виновата. Она кивнула и больше особо ничего не говорила. Только обнимала меня так сильно, как могла. Когда я повёл её в свой дворец, по пути на нас озирались все божества и растерянно смотрели то на Софу, то на меня. На полпути нас остановила Амур. — Привет. — сказала ей богиня смерти и заулыбалась. — Чё как? Та молча обняла её и меня, и зажмурилась. — Я думала, он убьёт вас обоих… я думала, что мы больше не увидимся… — Мы не такие подружайки, отпусти меня! — упиралась смерть. — Нет. — пискнула Амур, прижимая её к себе крепче. — Ты плакать собралась? — спросил я. Она помотала головой, утыкаясь в плечо Софы. Я умилительно улыбнулся и погладил ё по голове. — Амур, ладно тебе, всё же нормально. Мы живы, и даже не умерли во второй раз. Кстати, где Дариус? Он жив вообще? — Жив конечно. Я в общем-то… идёмте. Амур взяла нас за руки и потянула за собой. Боги, которые смотрели на нас, пошли следом. Меня это озадачило. Мы прошли мимо нескольких дворцов, и дошли до трёх строений, скрытых белой тканью. Перед ними выскочил Дариус и улыбнулся богине любви. — Вы чего все улыбаетесь? — спросила Софа, озираясь на толпу. — Вы под чем? Я тоже хочу, в чём дело? — После победы над Эльеном и разрушением заклятья Мерлин Эдолас решил… в общем, смотри. Дариус сорвал ткань с первой постройки. Это была божественная статуя Софы, она сидела верхом на Фениксе, держа косу и куда-то мчалась, судя по тому, как у статуи развевался плащ, а свободной рукой она куда-то тянулась. К рядом стоящей постройке. Все дружно ахнули, я в том числе, и уставились на богиню смерти. Та молчала, разглядывая статую. — Что скажешь? — слегка нервно спросил Дариус. — По-моему круто. — улыбнулся я и посмотрел на Софочку. — Соф? Она моргнула. А потом радостно заулыбалась и запрыгнула на каменного коня и перевесилась так, чтобы закидывать ноги на косу. — Моя собственная статуя! Господи, я поставлю её в своём самом красивом храме! Вах, какая красотка. — она приподнялась и взяла лицо каменной себя в руки. — Я думаю, теперь меня можно считать и богиней красоты. Вы только гляньте на это личико! — Я уж думал, тебе не понравилось. — облегчённо улыбнулся бог. — Ты её сам сделал? — Ну да. — Спасибо! А что под другими тканями? Он сдёрнул вторую. Это была моя статуя. Я аж челюсть на пол уронил. Я держал в руке своё копьё, вторую руку я протягивал к статуе Софы. — Охренеть. — выдал я, разглядывая изваяние. — Я тут не такой толстый. Софа перелезла с коня на руку моей статуи, которая сгибаясь в локте держала копьё, и погладила по лицу. — Это я у тебя изымаю. — сказала она мне. — Тщеславие — грех, а мне тебя мацать можно и каменного, и живого. — Это так красиво. — сказал я, видя, как наши статуи тянутся друг к другу. — Дариус, это слишком круто… а что под третьей? Он улыбнулся и сдёрнул третью простынь. Эта статуя изображала меня, Софу и Эльена, которого я пронзаю копьём, а Софа срубает голову. — Эту я оставлю себе. — раздался голос за мной. Я вздрогнул, обернулся и увидел Эдоласа, который мирно улыбался, разглядывая нас живых и каменных. — Если вы не против. Я хотел бы навсегда сохранить у себя память о том, как вы принесли мир на небеса. — Да, конечно. — закивал я. — София, можно тебя? — посмотрел он на Софу. Та глянула на него. Я поймал себя на мысли, что до сих пор не знаю, какие между ними взаимоотношения. И едва я об этом подумал, как богиня соскочила с моей статуи и азартно улыбнулась. — Чего хотите? — Из-за заклинания Мерлин тебя считали виновной в том, чего ты не совершала. От всех жителей небес я прошу у тебя прощения за это и за все муки, что тебе пришлось пережить после низвержения. Я признаю тебя старшей богиней смерти. И возвращаю тебе былое могущество. От него потянулись золотистые потоки магии, которые стали окутывать Софу. Они вплетались в её тело, и в какой-то момент та громко ахнула. — Мои храмы! — Они восстановлены. Все до единого, что были разрушены за четыреста лет. Сияние вокруг богини угасло. Мне казалось, что во время испытания от неё исходила огромная сила, но сейчас я понял, что тогда это была только доля возвращённой магии. — Теперь посмотри туда. — Эдолас показал рукой ей за спину. Там, совсем рядом с моим дворцом, сиял ещё один. Такой же прекрасный и величественный. Софа взвизгнула. — Божечки, я теперь принцесса! — Ты богиня. — поправила Амур. — Я сказала, принцесса! Рафи, хватай статуи, потащили их ко мне! Или нет, давай в квартире их поставим? — Они пол проломят. — усмехнулся я. — Починим! — она прыгнула мне на шею и расцеловала лицо. — Я слишком счастлива, пойдём. — Куда? — Я научу тебя делать детей! — Софа! — шикнула Амур. — Тут кругом боги! — Я имею право делать то, что захочу! Я старшая богиня, у меня есть целая своя статуя, дворец, храмы, и теперь я захвачу мир! Вот прямо завтра, после того, как чай попью. Всем спасибо, все свободны, Рафи, идём домой! Она утянула меня вниз, и мы полетели в мир смертных, в нашу квартиру. Я улыбался, обнимая богиню и целуя её в макушку. Всё закончилось. И теперь никто и никогда нас не разлучит.