Вознесение

Шаг

два три.

Иду вперед по коридору, и каждый шаг отражается в ушах трезвоньем. Помноженный, усиленный в эхо, он ласкал, как вода ласкает-облипает кожу. Золотой-пустой мед.

Шаг. два. три.

Легко трепещет волосы: распущенные до непотребства, запутанные до непонятия. Спущенная на плечи туника ругалась своим шуршанием: ей никто не внимал, но все-таки. Кожу обжигало прохладным воздухом на постоянной, но ее не спрячешь — нет смысла, желания, нет мнений.

Шаг. два. три. Шаг.

Какая грязная душа у нее, как много всего — белые стены божественного коридора не понимали, не знали, не ведали. Она, богиня, оборачивалась назад только лишь чтобы посмотреть на. На тропу красно-агатовой, запёкшейся человеческой крови от ее ступней. Убедиться, что такое было. Какая же грязная.

Шаг. два. три.

Золотистая жидкость струилась из-под открытых ран: порез на лбу, переходящий на глазное веко, помятые кисти, бедра, ступни — все мерно окрашивалось в лучистый. Дошла до двери — дохромала. Суд не ждет посетителей, лишь всевышнего доказательства.

Шаг.

Тысяча мужчин посмотрели на нее своим обыкновенно-строгим хмурым выражением, устремив глаза-стрелы на нее. — Повелитель. Судьба знала, что здесь ей не место: в прайде войны, бойни и силы. Только вот знала бы это сама она — линии жизни не пришлось бы мучаться. К счастью, она даже не догадывалась. Напротив, ненависть дышала в ней, заменяя сердце, переполняя всю сущность тела, колыхая волосы, зажигая фонари и костры-глаза. — Кто посмел устроить так, что будущая богиня надежды потеряла веру так быстро? Сета поднял чужую голову вверх, к себе, кровь божества потекла по пальцам и капнула, растворяясь в воздухе, не достигнув земли. — Вы, ваше величество, не простите же тех, кто тронул ваших людей. — Предлагаешь мне самолично спуститься и вынести им, смертным, приговор? Ряды зашумели: властелин никогда бы такого не позволил, никому из существующих. — Нет. Позвольте мне самой вынести им приказ. Дайте оружие. Как будущая богиня, я могу не только даровать надежду, но еще и забирать ее обратно. Властелин Сета хмыкнул звонко, раскатив по всему залу. Ладони обожгло некстати приходящем к месту лезвием, принадлежавшим великому Аресу. Богиня Надежды под покровительством властителя войны расцветала.