С чистого листа

Кабинет заполняли тяжёлое дыхание и редкие вздохи, срывающиеся с губ Бишопа. Звенела пряжка ремня, свисающего с расстёгнутых брюк. Стоящий стол, служащий единственным предметом мебели в этом новом кабинете, методично скрипел о пол от каждого толчка. Алексей стиснул пальцами худые бёдра, на которых наверняка останутся красные отметины. Бишоп был уже на пике. В голове стучало только одно — кончить. Он ускорил движения бёдрами, приближаясь к оргазму. Спустя пару-тройку фрикций тот несколько раз дёрнулся и кончил. С губ сорвался низкий утробный звук, похожий больше на рык, нежели на стон. Он вжался в бёдра Ника, ощущая пронизывающее всё тело удовольствие. — Хороший мальчик, — сбивчивым дыханием сказал мужчина, проводя рукой по шрамированному боку Ника. Он восстановил дыхание, отстранился и стянул с члена использованный презерватив. — Мне по-прежнему не по себе, когда мы делаем это в твоём рабочем кабинете, — признался Ник. Поморщившись, он оттолкнулся руками от стола, к которому был прижат. — За два года можно было привыкнуть, — пробурчал Алексей, застёгивая ремень. — Я скорее смирился, — поправил его Ник, надевая брюки. — Какая разница, где получать удовольствие, — усмехнулся Алексей. — Действительно, с кем трахаться — с женой или с любовником, — передразнил тот, не оборачиваясь лицом к Бишопу. Тот хмыкнул, вынимая из ящика небольшую коробочку. — Твой подарок, — мужчина протянул коробку Нику. Ник, не раздумывая, открыл её. — Это чё, я тебе баба, что ли? — с презрением спросил тот, разглядывая перстень. — Ты не умеешь принимать подарки, — устало произнёс Бишоп. — Это мужской перстень, причём с гравировкой. — Это ты не умеешь выбирать подарки, — сказал Ник, разглядывая гравировку со своим именем на обратной стороне кольца. Ник когда-то решил: если уж предстоит работать, то не жалко будет высосать из этой ситуации для себя много полезного. Но не думал, что это будет буквально. Хоть Ник никогда и не проявлял свой характер и внешне был спокоен, на самом деле внутри него взрывалась целая буря эмоций. Он был довольно жестоким подростком и никогда не брезговал своеобразно поглумиться над людьми. Наряду с мстительностью и актёрским талантом, стервозностью тупой блондинки — вся эта смесь заканчивалась алчностью. Выжимать выгоду для себя было у него в порядке вещей. И с возрастом эти качества не менялись, а только усугублялись. Этот парень был неплохо подкован. У него был опыт, и он хорошо знал свою работу. Бишоп не мог этого не заметить. Ник знает, как разговаривать, как себя вести. Броская внешность. Молод, умён и красив. Ещё тогда он проявил к нему несвойственную для себя заинтересованность.