Смысл жизни — Индивидуум

Раздался звонок на урок, после чего отовсюду начал слышаться гул учеников, явно радовавшиеся окончанию занудного урока. Всё это время Альбедо ощущал пристальный взгляд, прикованный к нему где-то с задних парт. Не сложно было догадаться, кого же он так привлекал своим существованием. Скарамучча же, что и был обладателем того самого взгляда, старался всеми силами скрыть от чужих глаз то, как он в открытую пялиться на довольно нелюдимого одноклассника, вот только кого-кого, а именно его он-то провести и не мог. Блондин уже давным давно всё понял, но предпринимать ничего не спешил. Что ж, это внушало в брюнета хоть долю уверенности. Неловко? Почти, однако желание припомнить тому вчерашнее, пусть Альбедо и был виноват во всём этом лишь на словах, разгоралось внутри с того самого момента. Учителя всё никак не было. В классе было по-прежнему шумно, но вдруг в дверном проёме появились знакомые лица, из-за чего брюнет невольно скривился. Он был яано недоволен. — Дорогие ученики, мне нужно забрать некоторых из вас, что будут помогать с нашим проектом. Сейчас оглашу список, — легонько кашлянув себе в кулак, проговорил Аято всё тем же нежным голосом. Аж тошнит. Он обвёл класс пристальным взглядом, затем таки начав подзывать к себе всех упомянутых на листе, что тот держал в руке. Не успели вызванные и моргнуть, как уже стояли в огромном актовом зале, со сценой и сиденьями, которых в общем количестве больше тысячи. Страшно осознавать, что многие будут на это смотреть за ними наблюдать... прямо таки как за зверушками в зоопарке. Как ни странно, здесь ещё находились и ученики седьмых классов. Многие уже начинали шуметь, забив на хотя бы базовые правила приличия, как на сцену взобрался высокий парень, одетый в красивую форму. Или же мужчина? Кхм. — И так, ребят! Вы будете помогать нам с важным проектом под названием «Индивидуум». Сейчас я вам расскажу кто, чё и как, — посмеявшись, Итто устремил взгляд на бумагу, которая уже была знатно помятая. Как же долго он с ней уже стоял, что умудрился сотворить из неё это безобразие? Пару раз запнувшись, мужчина-парень наконец принялся читать вслух: — Аяка и Ё..Ё-моё! Ахах, шучу, и Ёимия занимаются костюмами. Альбедо будет писать сюжет и творить прочую скучную фигню. Скарамучча, Кадзуха и Бэй Доу будут отвечать за декорации! Также, когда это всё закончится, вы будете главными актёрами всей этой белиберды, — Итто явно смог возбудить ребят, но не в том смысле, в каком хотелось бы. — Но это не конец! Если вы согласитесь — можете пропускать некоторые уроки! Мхм, выбирайте! Скучать или заниматься? — напоследок подморгнув ученикам из зала, длинноволосый тут же оказался спущенным со сцены заботливыми Аято и Томой. Да уж, палку он перегнул, вероятно. — Учащиеся, нам необходима ваша помощь! Этот проект очень важен как для нас, так и для нашей школы. В этом есть что-то, что может помочь вам в будущем, даже если сейчас всё это будет казаться вам мелким и ничего не стоящим. Вас будут оценивать для отбора в актёрскую группу, спасибо за внимание. Слова Аято явно обрадовали толпу, из-за чего те начали метаться, кричать и пихать друг друга, в попытке найти хоть одно знакомое им лицо, дабы обсудить только что услышанную информацию. Взгляд же Скарамуччи был устремлён только на Альбедо, по лицу которого было видно, что тот ни капельки в себе не уверен, думает, что у него ничего не получится. Собрание закончилось также быстро, как и уроки. Блондин спокойно собирал учебники и другие вещи в свой портфель, смотря при этом куда-то вниз. Но вдруг из-за плеча раздался голос брюнета. На этот раз Скарамучча не хотел повторять ту неприятную ситуацию с криками, потому и был крайне осторожен. — Ты не можешь, да? Он выбрал слишком сложную тему для тебя. Я тебя начинаю понимать, как ни странно, — сказал брюнет, вот только Альбедо удивило явно не это. «Что случилось?» — промелькнуло в мыслях блондина. А ведь точно... прежде Скарамучча всегда смотрел ему в глаза во время общения. Так что же случилось сейчас? Вздохнув, он подошел к Скаре, медленно приподнимая чужой подбородок, дабы пристально разглядеть его лицо. Альбедо застыл, ибо с глаз друга мощными потоками лились слёзы. «Почему... почему он плачет?» — сказал себе Бедо, продолжая смотреть на брюнета, в то время как тот так и стоял с мокрым лицом. Нету объятий, утешения. Они не знают, что это. Сейчас лишь недопонимание и печаль кружила их головы, ибо прекрасно понимают, что не могут помочь. Альбедо отошёл назад. Его глаза были сухими, пока Скарамучча старался вытереть свои же слёзы, пачкая рукава рубашки. Блондин наконец заговорил: — Почему ты плачешь? — прозвучало действительно холодно, но нотка интереса хотя бы селило в голос что-то, что не давало полностью перенять образ бессердечного. В груди брюнета кольнуло. Бедо, кажется, действительно волнуется. Вот только над ними зависла тишина. Вытерев слёзы и сев обратно на стол, Скарамучча уставился в пол, едва открыв рот для более-менее внятного ответа: — Я... хотел сделать себе больно. Я ничего не понимаю. Я запутался, Лояль... я пытался, пытался понять всё, но, кажется, я просто глупый ребёнок, что не понимает даже себя самого... Теперь всё встало на свои места. Скарамучча сейчас не контролировал эмоций. Лишь в таком состоянии он бы смог выпустить то, что хранилось где-то глубоко внутри. «Понять можно. Мы люди, мы — индивидуумы». — Не плачь. Познать себя не сразу получиться, я думаю, даже если очень сильно постараться. Успокойся, встань. Иди ко мне, — на лице засветилась невинная улыбка, что явно оказалось пугающим дополнением к образу Альбедо. Шаг за шагом, дрожащее тельце оказалось в объятиях блондина. Первым же делом, Бедо начал ощупывать запястья брюнета, находя там пару шрамов. Красивые руки становились такими же, как у него. Печаль... Отпустив Скарамуччу, блондин усадил его перед собой на стул, снимая с него брюки. Брюнет лишь молча смотрел на него, закусывая губу. «Гладкие руки, что явно никто не заметит», — мысль пришла неспроста. Секунда, раздался странный звук. Далее холодное лезвие оказалось прямо у ноги сидящего. Они оба прекрасно понимали, что сейчас будет происходить. — Но запомни, Скарамучча. Делать себе больно надо в невидимых местах, — блондин пихнул тому в руку нож, на что брюнет лишь нервно сглотнул. Страшно. Но ничего не произошло, лишь смех Альбедо отбился от пустых стен кабинета. — Ха... просто запомни это. Но, надеюсь, ты больше не будешь этим заниматься, — вздохнув, блондин натянул чужие брюки назад, всё также улыбаясь. Скарамучча лишь шмыгнул носом и попытался побыстрее привести себя в порядок. Насыщенным был день, однако.

[03:42]

Дома было подозрительно тихо. Везде всё убрано, красиво, ещё и вкусно пахло. Почему? — Скарамучча, ты вернулся! — Розалина встретила его в трезвом виде. Почему? Что случилось? Не понять... — Роза? Ты сегодня... хорошо выглядишь, — Скар улыбнулся, снимая с себя обувь и обнимая её. На них он тут же получил ответ. Как ни странно, Скарамучча почувствовал тепло матери, которого он хотел, жаждал всем сердцем, но, к большому сожалению, никогда не получал. — Почему ты так одета? Почему дома так... хорошо? — спросил Мучча, скорее даже у самого себя, вот только вмиг объятия превратились в острые шипы, что пронзили тело брюнета насквозь. Через секунду, он очнулся в холодном поту, не понимая что происходит. Снова слёзы, снова всхлипы. — Почему я плачу...? — спросил сам себя Мучча, находясь в гробовой тишине, но вдруг раздался звук открывающиеся двери. Это была потрёпанная Розалина. — Чё ревёшь? Сисю дать? — сонно спросила, после чего опёрлась о дверной косяк, скрестив руки на груди и смотря выпытывающим взглядом на брюнета. Всё-таки она впервые видит как он плачет. Мучча лишь вздохнул и похлопал по кровати поодаль себя, дабы та села рядом. — Давай вместе поспим... как мать и сын. Пожалуйста... — он вытер слёзы, а девушка вопросительно уставилась в ответ, думая, были ли это галлюцинации из-за водки или её друг действительно это сказал? На это она лишь кивнула, не собираясь задавать каких-либо вопросов, лишь улеглась рядом, обняв брюнета и крепко прижав к себе. На лице девушки появилась улыбка, как и у Скарамуччи.

«Сладких снов, мать»