Поэт и Муза. Другая история.

Нина была прекрасная, обычная женщина, врач и, безусловно, заслужила, как и все, свое право на личное счастье, которое, впрочем, она получить не надеялась, так как полностью отдавалась работе. Нина мечтала о прекрасном мужчине, который будет таким же красивым и умным как она, обладающим большим богатством и полным любви и заботы к ней. Однако из мужчин у неё был только её коллега дерматолог Аркадий Борисыч, их роман с которым складывался не очень, какие такие страсти могли у нее быть с Аркадием Борисычем — никаких, конечно. Помимо этого, у него было две семьи кроме самой Нины, что не могло не огорчать девушку. Никакой романтики с ним, лишь однообразные, нудные разговоры по вечерам.        Конечно, Аркадий Борисыч не заслуживал такую девушку как она, и Нина это прекрасно знала. Но и бросить его она не могла, ведь тогда нужно было бы искать нового, но кто попало ей не подходил. Лицо у неё светлое, с выразительно небесно-голубыми глазами, которые казалось смотрели на мир с надеждой о лучшем, однако тёмно-каштановые пряди волос закрывали её взор словно пелена, не дающая и шанса разглядеть и долю света в её маленькой жизни, но она безнадёжно пыталась убрать холодными руками непослушные волосы за ухо. Её внешность цепляла взгляды окружающих и даже одинокий уличный скульптор робко просил её попозировать для него. Но она не отзывалась на подобные просьбы, наученная печальным опытом, после встречи с неким кинорежиссёром, от которого еле унесла ноги. Иногда она заходила к своей давней приятельнице, которая уже была замужем и имела ребёнка. Одарив маленького мальчика шоколадом и потрепав по волосам, она прошла на кухню, где муж и жена мило ворковали о чём-то своём, семейном. Смотря на них Нина осознавала, что дальше так продолжаться не может, нужно что-то менять, нужно бросить Аркадия Борисыча и идти дальше на поиски столь желанного ей счастья. А супруги продолжали говорить о чём-то своём, понимаемом только ими, о каких-то обыденных вопросах, бытовых проблемах и столь они казались дружным, что не было к ним даже зависти, а лишь восхищение и умиление. Затем в больнице всех врачей созвали на срочный вызов, началась эпидемия японского гриппа. Аркадий Борисыч, будучи боязливым человеком, изолировался у себя в кабинете, нацепив на себя все средства внешней защиты и вооружившись антисептиком, не желая заразиться этой гадостью. Все дела были переложены на Нину. Будучи ответственным человеком и хорошим врачом, она сразу же пошла проверять больных, которые теперь находились под её крылом. Зайдя в очередную палату, она увидела мужчину с кучерявыми блондинистыми волосами, его голубые глаза в бреду смотрели в окно, и он всё повторял какие-то слова, красиво сочетающейся между собой. Его образ в лучах закатного солнца плотно засел у девушки в голове. Было чувство словно он тот самый, тот, кого она искала столь долго и трепетно. Простояв так ещё пару секунд, она взяла себя в руки и подошла к больному проверить как он. Будни тянулись тяжело, по ночам девушка разбиралась с врачебными делами и бумагами, а день посвящала заботе о больных. Было в каждом дне и нечто необъяснимо приятное. Захаживая в палату к Григорию, она могла не выходить оттуда до вечера. Её необъяснимым образом словно тянуло к нему, она испытывала столь большую бурю эмоций рядом с этим бедным человеком, что сама не понимала от чего это. Она любила слушать его рассказы и стихи, подпрыгивая на стуле каждый раз, когда он ласково называл её своей музой и поглаживал пальцами кончики её волос. Они узнали многое друг о друге, например то, что Григорий был обычным дворником, но каким-то чудом был знаком со многими творческими людьми. В один из дней, проходя мимо палаты Гриши, Нина заметила, что с ним рядом сидит красивая женщина с распущенными волосами. Григорий нежно улыбался ей, словно успокаивая, а она же в свою очередь принимала всю его заботу. Сердце Нины пропустило удар и сжалось, отчего-то захотелось заплакать словно маленький ребёнок и свернувшись калачиком прижаться к стенке коридора. Нина встряхнула головой, подавляя в себе поток негативных эмоций и глупых мыслей. Она медленно вошла внутрь и положила руку на плечо девушки, та вздрогнув обернулась и увидев Нину облегчённо вдохнула. — Добрый день, я лечащий врач Григория, могу я спросить кем вы ему приходитесь? — Здравствуйте, конечно можете, я прихожусь Григорию давней подругой и сегодня пришла навестить моего бедного друга. Тут в разговор вмешался Григорий: — Вот! Эта та, о ком я тебе говорил Агния, моя муза! Нина словно впала в ступор от его слов, они были для неё будоражащей неожиданностью. Она никогда не думала, что Гриша всерьёз называл её музой. Но он сказал это, сказал сейчас, перед другой женщиной приходившейся ему давней подругой. — Мне очень приятно с вами познакомиться, Григорий столько рассказывал о вас в своих письмах, вы поистине прекрасны, даже прекраснее чем я могла себе представить, спасибо вам большое, спасибо, что заботитесь так о Гришеньке. Когда Гриша шёл на поправку к нему начало приходить всё больше и больше знакомых, в их числе была и неудавшаяся художница Лизаветта. Придя в первый раз, она села не как остальные на стул рядом с кроватью, а на край самой кровати ближе к больному. Гриша, однако одёрнул её, прося соблюдать правила приличия и сесть на стул. Лизаветта осыпала его комплиментами, на которые Григорий редко отвечал коротким «спасибо». — Как мне тебя не хватает, наших разговоров об искусстве и многого другого, — Говорила Лизаветта ему печальным голосом, — Как я жду, когда ты вернёшься ко мне. — Этого не будет, — заявлял Григорий, немного строго. — От чего же ты так думаешь? — У меня уже есть человек, к которому я бы хотел возвращаться каждый раз, а лучше и совсем не покидать, моя милая, заботливая муза. — Как грустно это слышать, неужели она так важна для тебя? — Ты говоришь так оттого, что не знаешь её лично. Она прекрасный врач, исцеливший моё тело и душу, если бы я мог изложить ей красиво все те слова, которые хочу сказать… После этого Лизаветта больше не приходила, а Агния лишь радостно заверяла друга: — И правильно! Нечего тебе было с ней водиться, от неё проблем больше, чем пользы, правильно ты её прогнал и про Нину рассказал. Вот наконец пришло время, когда Гриша полностью поправился и пришло время уезжать из больницы. Весь день Нина не находила себе места, ей не верилось, что их с Гришей общение закончится на этом. Григорий же в свою очередь собрал вещи в чемоданы и сел на тот самый стул, на котором до этого принимал гостей, в уже бывшей его палате. Но не тёплые воспоминания об этом месте держали его здесь, а ожидание появления его музы. Наконец Нина зашла в палату, удивившись, что Гриша ещё не покинул данное место. — Вижу вы уже собрались, я пришла чтобы попрощаться с вами. — Как досадно, мне не хочется прощаться с вами Нина, неужели вы бы не хотели остановить меня, попросить не уходить и остаться с вами. — О чём вы таком говорите? — Нина еле держала себя в руках, чувствуя какую-то радость и предвкушение, сердце бешено билось и никак не хотело успокаиваться. — Неужели лишь я это чувствую, чувствую любовь к вам, любовь к нашим разговорам по вечерам, любовь к вашей заботе, вашему голосу и приятным холодным рукам. Ноги Нины подкосились, и она опустилась на колени, вместе с грузом эмоций, лежавшим на её плечах. Радостное приятное чувство заполонило грудь. Он был прав, каждое его слово было правдиво, Нина чувствовала тоже, что и описывал Гриша, неужели это и была любовь? — И я, и я чувствую к вам тоже! Стало быть, и я вас люблю! Ваши кучерявые волосы, тонкие пальцы, ваши стихи и прекрасные глаза, всё в вас. После выписки пара начала жить вместе и почти сразу поженилась. Агния не могла нарадоваться и то и дело таскала Нину на примерку белоснежных платьев. Семейная жизнь была ещё лучше, чем представлялось Нине. Она, как и её приятельница теперь разговаривала с мужем обо всём, обсуждала новости и говорила о бытовых проблемах. Григорий же под строгим надзором жены тоже вырос, стал серьёзнее и ответственнее, помогая Нине чем только сможет. Его поэтичность никуда не делась и к году их совместной жизни стихов у него было на целый сборник. Но на предложения жены о подачи сборника в редактуру он всячески отнекивался, ссылаясь на неопытность. Но Нине всё же удалось уговорить мужа сделать это, как она сказала: «Не попробуешь — не узнаешь!». И правда, сборник быстро приняли, и он разлетелся по всей стране, принося Григорию славу и хорошую прибыль. Нина не могла нарадоваться, она и поверить не могла раньше, что найдёт счастье в обычном дворнике. Правду говорят, что счастье найдёт тебя там, где ты его не ждёшь.