Приручить твоих демонов.

Музыка стихла и я обернулся оглядеться по сторонам. Взгляд зацепился за знакомую фигуру, исчезающую в толпе. Да это же Лера. Пару секунд я метался между желанием догнать её, извиниться, объяснить всё и страхом, что она всё поняла и догадалась. Застыв на месте, я опустил руки и отстранился. Кай проследил за моим взглядом и тоже осознал происходящее. -Ты ей так ничего и не сказал, - ответил он за меня. Я виновато опустил голову. -Между нами ничего нет. Мы поругались и не разговариваем с тех пор, как я избил её дружка. – В первую очередь я решил, что он ревнует и думает, что я планирую вернуться к ней. -Я думаю, ты сделал правильно. И… Я давно хотел кое-что тебе показать, но не знаю, как ты отреагируешь. -Показать что? – мне стало страшно. Если уж он боится рассказывать об этом, значит, там что-то действительно плохое. Кай увлёк меня к диванам подальше от шумной толпы и попросил мой телефон. Я нерешительно подчинился, наблюдая как он вбил в браузере какую-то ссылку по памяти и ждал, когда она загрузится. Передо мной на экране предстало видео, на стоп-кадре можно было узнать знакомые стены клубного туалета. Я не понимаю, что происходит, но мне это не нравится и я не хочу смотреть, тем не менее я принял телефон из его рук и нажал кнопку воспроизведения. Сердце застряло где-то в глотке. Лера стояла на коленях перед каким-то незнакомым мне парнем и… нет, я не могу на это смотреть. Рядом были и другие. Какого чёрта? Это не похоже на изнасилование, скорее всё происходит сугубо по её воле, хотя видно, что тело плохо её слушается, словно она под какими-то наркотиками или чертовски пьяна. В углу экрана я заметил мелькнувший знакомый силуэт, точнее даже там была видна только его рука и часть плеча, но вот татуировку с розой на руке я узнал сразу же. Значит, он при этом присутствовал? Я начинаю понимать, почему Кай не хотел мне рассказывать, скорее показывать это. Боялся, что я разозлюсь. И он, твою мать, прав. Я невероятно зол. -Присоединишься? – спросил чей-то голос. -Не, - лениво отозвался тот, кому принадлежал рисунок розы на руке, и затянулся сигаретой, -Ну вас к чёрту. Он бросил недокуренную сигарету на пол и толкнул дверь, исчезая в темноте коридора. -Эй, малышка, ты сегодня из рук вон плохо работаешь. Я за что плачу тебе деньги? – усмехнулся тот перед кем стояла на коленях девушка, и похлопал её по щекам. Когда он растегнул штаны, у меня к горлу подкатила тошнота. Слишком ярко в памяти отзывались воспоминания, когда я был на её месте. Телефон дрожал и прыгал у меня в руках, так что я с трудом смог бы разглядеть картинку на экране, достаточно было и звукового сопровождения. Уж этот то звук мне весьма знаком. Твою мать, это невыносимо. С другой стороны к девушке подошёл другой мужик и развернул её в свою сторону, придерживая за подбородок. Она послушно открыла рот. Я уронил телефон на пол, руки дрожали. Меня всего колотит от несправедливости и жестокости людей и всего мира, я не могу этого вытерпеть. -Почему, - задыхаясь начал я, взяв смартфон из рук Кая, подобравшего его с пола, -Почему ты был там и ничего не сделал? -Я ушёл, чтобы вызвать охрану, - несмело оправдывался он. Кай, которого я знал, отреагировал бы иначе. Он без разбору скорее всего кинулся бы бить морды всяким выродкам за то, что они сделали. Он не стоял бы в стороне, не отказывался от предложения присоединиться так нарочито безразлично. Я конечно не утверждаю, что он борец за справедливость и защитник всех униженных и оскорбленных, но… Неужели для него это в порядке нормы? Тот же Кай, что был на видео, скорее всего был его нерешительным двойником, с которым я однажды имел честь познакомиться. Он бы остался стоять в стороне, лишь бы не попортить имидж и модную кожаную курточку. Лишь бы никто не заподозрил, что его больше привлекают мальчики. Стоп. А не поэтому ли он отказался и ушёл? -Ты был там и ничего не сделал, - с напором повторил я, - Этому нет оправданий. А что, если бы я был на её месте? Ты тоже отвернулся бы и ушёл? – голос сорвался на писк. -Ты бы никогда не оказался на её месте. – Он поднял взгляд на меня. -Но я был! Я был в такой же ситуации и никто, ни одна живая душа, не помог мне! – я оттолкнул его руку, когда он попытался прикоснуться ко мне и успокоить. Меня трясло и разрывало от бушующей злости. -Знаешь что, пошёл ты! Я быстро схватил валявшиеся на столе ключи от машины, раньше чем он успел понять, что произошло, и остановить меня. Вскочил и метнулся к выходу. Не знаю, что я собирался делать, но точно не оставаться тут. Я теперь прекрасно понимаю, почему он не рассказал и не показал мне это видео раньше – ему тут было совершенно нечем гордиться. -Слава, стой! Верни ключи! Куда ты собрался? – я слышал его голос, но не оборачивался, пробираясь сквозь толпу, пригибаясь или ловко уворачиваясь от неуклюжих незнакомцев. Чёрный внедорожник приветливо отозвался писком сигнализации, я успел запрыгнуть внутрь прежде, чем на улице показался хозяин машины, кричащий все известные ему неприличные ругательства в мой адрес. Хорошо, что я уже захлопнул и заблокировал дверь. Я завёл мотор и слегка занервничал, всё-таки машина чужая, а за рулём я в последний раз сидел лет пятнадцать назад или больше. Не хотелось бы ещё одну тачку Каю разбить. Габариты непривычные, управление тоже. Чёрт бы побрал эти американские развалюхи. Пока я неловко выруливал с парковки, Кай уже оказался рядом и теперь нетерпеливо барабанил в стекло, призывая меня открыть. А я что скажу? Мне страшно открывать ему, он в ярости. Я – тоже. Во что выльется этот взаимный конфликт? В третью мировую? Вполне. Темперамент у нас обоих весьма огненный. Пожалуй, я даже взрывнее его буду. Машина наконец встала ровно на дороге и, оценив в зеркала обстановку, я притормозил и опустил стекло. -Какого черта, Слава? Ты серьёзно собрался угнать мою тачку? – уже чуть спокойнее спросил Кай, поравнявшись со мной. Машина ехала очень медленно и он вполне мог догнать её пешком. -А ты собрался разрушить мою жизнь? – резко ответил я вопросом на вопрос. -Что? – паника, отчаяние и надвигающаяся истерика, - Я не.. И не думал даже. Остановись, пожалуйста. Куда ты собрался? Я переключился на первую передачу и немного притормозил, чтобы машина перестала катиться назад. -Знаешь, что, пошёл ты к черту. Я думал, ты не такой, как все они. А что, если ты решишь поступить также и со мной? Для типов вроде тебя это ведь в порядке вещей – унижать и использовать других. Я не собираюсь становиться твоей очередной игрушкой, я не жертва, я могу за себя постоять. И пошёл ты! Я резко вжал газ в пол и машина послушно рванула с места, оставляя Кая позади. В зеркало я успел увидеть, как он взмахнул руками, что-то крича мне вслед, но я не слышал – у меня по венам растекался адреналин, не кровь. Я был в каком-то приступе отчаянной вспышки гнева, хотелось сметать всё на своём пути. Боюсь, если бы Кай попытался остановить машину, преградив мне дорогу, я бы не стал тормозить. Не потому, что хочу этого, просто тормозов нет ни у машины, ни у меня. Чёрт знает, куда я еду, хочется просто оказаться как можно дальше от этого гнилого места. Почему люди все такие испорченные и прогнившие изнутри? Почему у них в крови только ненависть, жестокость, лицемерие, эгоизм? Не говорю, что я сам святоша, но причинить кому-либо боль я бы не смог. Ударить или убить – рука бы не поднялась. Так почему же для них это так легко – будто чужая жизнь ничего не значит? Я смахнул тыльной стороной ладони непрошенные слёзы, которые мешали смотреть на дорогу. Какого черта я ещё должен реветь из-за него как девчонка? Вот уж обойдётся. На навороченной аудиосистеме еле отыскалась нужная кнопка включения. Зачем тут вообще так много всяких кнопочек, если нужно то всего две-три? Первой же песней включилась Oomph – das letzte streichholz, не слышал раньше такой, но пусть будет она. Дорога исчезала под колесами внедорожника, редкие встречные машины слепили ярким светом фар. Поворот на мост, потом ещё поворот. На какие-то секунды в моей безмозглой головушке мелькнула шальная мысль – выкрутить руль, направляя машину в отбойник. Если не сбавлять скорость, то внедорожник скорее всего подпрыгнет и вылетит с моста в реку. Заманчивая перспектива, но у меня есть вариант получше. Если на съезде с моста свернуть вправо, то там за заправкой и небольшим лесом будет озеро. Вот куда я хочу добраться. Тут пара минут ходу всего. Пресекла мои мысли отчаянно сигналившая дальним светом наглая легковушка, отражавшаяся в зеркале заднего вида. Сначала я даже не понял, что это четырка Яна. Быстро же они меня догнали. Ну, что ж, будем уходить от погони. Благо мощность моего корыта явно побольше, чем его развалюхи. Пара сотен кобыл под капотом позволяет легко оторваться от преследования в какие-то секунды. Чтобы сбросить ладу с хвоста приходится делать обманный маневр - во-первых, пришлось изменить план и свернуть налево, чтобы спуститься с моста, а потом, как только появился подходящий разрыв, совершить резкий разворот на сто восемьдесят градусов прямо перед носом у испуганно сигналившей встречки. Ян точно не ожидал такого поворота событий, ваз вильнул от резкого торможения и чуть не полетел в отбойник. На секунду я даже сам перепугался – Кай наверняка с ним в машине, а что, если бы они разбились? Смог бы я себе это простить потом? Поэтому я усердно высматривал в зеркала, не покажется ли его тарантаз позади. Но он прилично отстал, пока появился просвет на встречке достаточный для разворота. Я выиграл достаточно времени, чтобы оторваться. А вот уже и знакомое маленькое синее здание. Я быстро завернул на парковку и бросил машину за зданием заправки. Дальше проще пешком, хотя внедорожник легко бы осилил лесную проселочную дорогу, но тащился бы так медленно, что они догнали бы меня и пешком. Я помчался через заросли кустов, раздвигая ветки, хлеставшие по рукам и лицу. Поскользнулся на мокрой после дождя траве и проехался на заднице по свежей грязи. Ну, прощайте, мои любимые светлые джинсы, вы служили мне верой и правдой. Жаль, что судя по появившемуся свежему ветерку у меня на бедре, я успел их порвать и теперь там появилась дополнительная вентиляция. Просто отлично. Впереди замаячила гладкая поверхность озера, затянутая рябью. Вода казалась тёмной от отражения ночного неба и луны в ней. Я не стал останавливаться и тратить время на одежду, просто с разбегу сиганул с берега прямо в воду, поднимая фонтан брызг. Хорошо, что глубина здесь была достаточно большой, чтобы я не долбанулся об дно, свернув себе шею. Плохо, что мысль «а какого чёрта я, собственно, творю?» пришла ко мне уже когда вода над головой сомкнулась, поглотив меня целиком. Водичка была весьма бодренькой. Но несмотря на сковавший меня холод, здесь было на удивление тепло и уютно. Может, ассоциация с теми временами, когда я ещё не родился, а сидел в животе у мамы. Покой, умиротворение, комфорт. Я медленно опускаюсь на дно, мне не хочется гребсти и выбираться на поверхность. Здесь мне нравится намного больше. Сквозь толщу воды сюда не пробивается ни единого лучика света. Я мог бы остаться здесь навсегда, отрастить жабры, научиться дышать под водой, никогда не выходить на сушу. Здесь так спокойно. Я наблюдаю, как медленно вырываются пузырьки воздуха у меня изо рта, какими бледными кажутся мои собственные руки, безвольно болтающиеся, словно я парю в невесомости. Как мимо проплывает рыбка и удивлённо смотрит на меня, пытаясь понять, опасен ли я. А глубина тем временем поглощает меня по кускам, отламывает части и вот я уже всё меньше кажусь себе собой. Вода похожа на вакуум – также нечем дышать, такие же замедленные неловкие движения, также притягательна своей таинственной неизвестностью. Кто знает, что скрывается там, на самом дне? И почему мне кажется, что кто-то ждёт меня по ту сторону? У меня и в мыслях не было желания утопиться, я нуждался лишь в тишине и покое. И мне до сих пор непонятно, что всем от меня надо? Я смотрю вверх, пытаясь разглядеть далёкий мир сухопутных млекопитающих, это не так то просто – надо мной много метров воды, но где-то далеко-далеко мелькнула вспышка света. Я не сразу смог её идентифицировать, а когда понял, было уже поздно. Тёмная тень быстро приближалась ко мне, точными и чёткими движениями загребая воду. Фигура, похожая на акулу, хищная, ловкая. Я бы предположил, что это русалка, но тогда у неё был бы хвост. Нет, это скорее какой-то ихтиандр. Похоже, он тут уже давно и успел адаптироваться, отрастить жабры, научиться быстро плавать, ориентироваться в темноте. Как завороженный я наблюдаю за её приближением, не смея сдвинуться с места. Последние запасы кислорода давно покинули мои лёгкие и время идёт на секунды. Мне ужасно хочется, чтобы это неведомое существо прикоснулось ко мне, передало свой восхитительный дар и бесконечные знания. И в то же время мне чертовски страшно, ведь это хищник и он захочет меня сожрать. Поэтому, когда он оказывается совсем близко, я дергаюсь назад, чтобы уйти от столкновения. Меня хотят поймать в ловушку, я должен бежать. Он хватает меня за руку и тащит наверх резким рывком. У меня нет сил сопротивляться, я должен повиноваться и следовать за этим прекрасным существом. Куда он меня приведёт? Всего несколько гребков и вот мы уже выныриваем на поверхность. Чёрт, как же здесь холодно. Я даже не осознавал, как сильно замёрз, пока холодный влажный ветер не ударил в лицо. Пытаюсь по привычке сделать вдох и не могу, лёгкие не пускают воздух внутрь, там уже нет места от скопившейся воды. Кажется, я не был на суше так долго, что успел забыть, как это делается. Я уже успел научиться дышать водой, а не кислородом. Волны плещутся, разбиваясь о нас, падая брызгами на лицо. И всё, что я успеваю увидеть, прежде чем отключаюсь, это его спину, обтянутую мокрой черной майкой, сильные плечи и бледная кожа рук, увитая узорами татуировок. Я не вижу лица своего спасителя, но знаю, что дороже этого человека у меня нет никого на свете, что за ним я бы пошёл в ад, если бы потребовалось. Подо мной наконец оказывается твёрдая земля. Кажется, я успел разучиться ходить и теперь заново повторяю эволюционную цепочку – выползаю на сушу. Очнулся я уже лежащим на прохладной влажной траве. Вокруг лишь звенящая тишина. Где-то поют полночные птицы, квакают лягушки, волны плещутся о берег и стрекочут сверчки. Лёгкие горят от нестерпимой боли, я по-прежнему не могу сделать ни единого вздоха и кто-то рядом умоляет: давай, дыши. Но тьма затягивает меня всё глубже, пока я не падаю на самое дно. А потом из горла рвётся кашель, раздирая всё изнутри, будто это не вода выходит, а осколки стекла. И я кашляю снова и снова, пока желудок не сжимается спазмами, а горло рвотными позывами. Я сейчас как кувшин полный воды, она льётся и льётся из меня, пока не освобождает место для кислорода и вот – долгожданный первый вдох, словно я родился заново. Будто меня только что вытащили из утробы матери и теперь заставляют кричать и плакать. -Живой? – облегчённо вздыхает кто-то у меня над ухом. Я с трудом приоткрываю глаза, щюрясь от непривычно яркого света. Я заново учусь дышать: долгий вдох, медленный выдох, снова вдох, выдох… -И долго мы с ним нянчиться будем? Тебе не кажется, что этот мальчишка должен сам научиться повзрослеть? – недовольно спросил Ян. -Знаешь, что, я сам решу, как мне быть со своей жизнью. А ты не лезь. Надо нянчиться – значит буду. Это мой выбор и я его сделал. – повышает голос его брат. Я снова удивлённо приоткрываю один глаз, чтобы оценить обстановку. -Ты правда такой наивный или прикидываешься? Ты же знаешь, к чему это приведёт. Ты знаешь, кто он. -К счастливой жизни, потому что это человек, который меня любит? У меня сердце ухнуло куда-то в желудок от таких признаний и стучит там. Он правда вот так взял и выложил всё Яну? -Ты придурок! Это всё совершенно не то, чем кажется. Оставь наконец свои розовые сахарные сопли и становись уже собой. – почти кричит Ян. Кай, не выдержав, вскакивает с травы, быстро приближается к своему брату. Похоже, дело идёт к драке. Я стал свидетелем какого-то давнего конфликта между ними. Сейчас Ян скажет, что я прикидываюсь, что я не тот, за кого себя выдаю и бла-бла-бла. Но он выразился лаконичнее. -Он тебя погубит. Кай, не выдержав, толкнул его в грудь. Несколько секунд они играли в гляделки, кидая друг на друга свирепые взгляды. Пока Кай не взорвался окончательно и не заорал на каком-то незнакомом мне языке. Я не понял ни слова, но звучало очень эмоционально. Его речь напоминает то ли итальянский, то ли латынь, то ли смесь из нескольких неизвестных языков. Кай кричал на своего брата, активно жестикулируя, толкал его в грудь, оттесняя назад, а тот как ни странно молча принимал его гнев. Я никогда не видел его таким злым. Совершенно не понимаю, что между ними происходит. -Ладно, ты прав, поступай, как хочешь. Я не твоя нянька. – наконец сдался и отступил Ян.- Разгребать будешь сам, без моей помощи. В ответ снова игра в гляделки. Кай фыркнул что-то на всё том же языке и продемонстрировал брату средний палец. Тут посыл понятен и без перевода. Мол, иди в задницу, справлюсь без тебя. Ян сделал ещё пару шагов спиной вперёд, не разрывая зрительного контакта, потом развернулся и отправился в сторону дороги, исчезнув среди веток деревьев и листвы. Кай отошёл к ближайшему дереву и, прислонившись к нему спиной, сполз на землю. Пару раз взглянул в мою сторону и отвернулся. Я – виновник всех бед и разлада в их семье. Какой же я придурок. Что я затеял? Угнал его машину и решил утопиться? Для чего? Привлечь внимание? Выместить злость? Отомстить? Я даже сам не знаю, но мне очень стыдно за свои необдуманные поступки. Хочется извиниться, но, кажется, у меня голос пропал или я просто трус. Кай так и сидел на земле, уткнувшись лицом в ладони. Я бы хотел его пожалеть, но не найду нужных слов. Вместо этого мы слушали тишину и плеск воды. Это мог бы быть замечательный момент, если бы я всё не испортил. Я хотел бы сидеть так на берегу, рядом с ним, наслаждаться природой и уединением, считать звёзды, образующие причудливые рисунки созвездий. Он поднялся с земли, подошёл ко мне, и не говоря ни слова, подхватил на руки, словно я пушинка, и понёс к машине. Мы оба промокли до нитки, так что я не боялся испачкать его одежду. -На каком языке ты говорил? – поинтересовался я, пока мы шли. -Тебе лучше не знать. – хмуро ответил он. -Почему же? -На этом языке говорят в аду. Его ответ меня несколько обескуражил и повисло напряженное молчание.