Хорошая кукла

–Оши-сан, пожалуйста, поешьте! Вы не ели уже несколько дней, не надо так себя мучать.. –Кагехира. Отстань уже, бестолочь. - прижимая Мадмуазель поближе к груди, мастер сжался в клубочек и отказался принимать из рук своей сломанной куклы свежие круассаны. После ухода Нито из Валькирий, Шу буквально сходил с ума. Последнее, что держало его в сознании это его прекрасная Мадмуазель. Ну, и немного помогал Мика рядом. Устало вздохнув, младший перевернул мастера лицом к себе, опасаясь его гнева, ведь прекрасное лицо брюнету трогать не разрешали. –Ну же, Оши-сан, открой ротик. - на удивление, розоволосый и правда приоткрыл рот, откусывая кусок сладкой выпечки. Радости Кагехиры не было предела. Прожевав последний кусочек, Шу кивнул Мике, ложась обратно. Младший лишь вздохнул, встал с кровати и пошел к двери, но холодная рука мастера остановила его. –Пожалуйста, останься ненадолго. Щеки Кагехиры залились румянцем - ранее его господин не трогал его, только когда необходимо было поправить движение в танце, или, в крайнем случае погладить по непослушным волосам. Радостно улыбнувшись, Мика присел рядом с мастером на кровать, когда владелец самой кровати притянул ещё ближе Мадмуазель, отводя взгляд. Кагехира устал. Но ему не хотелось подводить господина. Мечта брюнета сейчас - вытащить своего господина из такого плачевного состояния, восстановить Валькирию. –Я люблю тебя. - выпалил Шу, сводя брови у переносице и придвигаясь ближе к "сломанной кукле".- Несмотря на то, что ты меня не слушаешь, я тебя люблю. Глупый Кагехира, не молчи ты! Младший же сидел неподвижно, пока глаза не наполнились слезами и он не зарыдал что есть мóчи. Мика понимал, как трудно даются мастеру такие слова, что Оши-сану не нравятся прикосновения, но сейчас брюнет подрагивает в объятиях розоволосого, плача то ли от переизбытка эмоций, то ли от неимоверной радости. –Я тоже тебя люблю!! - Стукнувшись лбом о подбородок мастера, Мика сцепил руки за спиной Шу, обнимая в ответ. Через неделю "Валькирия" уже почти что ожила.