you take my cares away

***

      Ёнджун сидел у себя дома и не замечал никакого подвоха.       Его друзья привычно собрались у него, пили пиво и обсуждали окончание сессии. Это было для них настоящим подарком, но Ёнджун думал о других вещах — Тэсоб отказался приходить к нему в гости, ссылаясь на то, что у него были какие-то там дела.       — Слева от нас вы можете увидеть сидящую кислую субстанцию, — весёлый голос Бомгю вывел Ёна из транса, и последний покосился на друга, уже почти успевая начать говорить, как вдруг заметил кое-что.       Субин и Хюнин как-то уж слишком близко сидели друг к другу, будто у них появились отдельные от компании секреты.       — Ёнджун такой потерянный, даже как-то непривычно, — Хюнин посмотрел на хёна и улыбнулся ему, а потом перевёл взгляд на Субина, пальцами преступая растирать ему щеку.       Ёнджун нахмурился.       А ещё напрягся.       — Ах, эти твои очаровательные щёки, хён, — Хюнин вновь улыбнулся, а потом приблизился к Бину, чтобы эфемерно поцеловать его в эту самую щёку.       Теперь Бомгю и Тэхён тоже насторожились. Казалось, что они пропустили несколько месяцев своих жизней.       — Вы типа сейчас лучшие друзья? — Кан говорил мягко, следя за Ёнджуном, который совсем поник. Он точно не был похожим на себя.       Будто всё внутри него разорвалось, оборвалось…       — Лучше, — довольным тоном дал ответ Субин и почему-то посмотрел на Джуна. Хотелось, видимо, получше разглядеть его реакцию.       — Друзья с привилегиями? — Ён хмыкнул.       Он был точно раздражённым. Ему не нравилась перспектива, в которой кто-то был ближе к его Субину.       — Мы не спали, но как парочка ещё дойдём до этого, — Кай наиграно прикрыл глаза и походил на Чеширского кота — копия просто, один в один.       Ёнджун еле сдерживал себя в руках, сжимая кулаки под столом. Почему Субин не рассказал ему об этом? Почему не поделился тем, что ему нравится Кай? Какого, блять, лешего Субин оказался геем? Разве он не должен был запасть на меня?       — Хах, на тебя, хён? — голос Субина проник в лёгкие, и Ёнджун будто из транса вышел, теперь полностью осознавая, что часть вопросов озвучил вслух. Это же… это же полная катастрофа!       — Я… — Ёнджун не знал, что сказать.       Его зрачки бегали то по Субину, то по Каю, а то и вовсе Чхве прятал свой взгляд.       Ему было неловко. И ужасно противно от себя же.       — Ты никогда не говорил, что тебе нравились парни, Суби… — шёпотом, на грани нервного срыва.       — А ты никогда не интересовался этим, хён. Тебя всегда волновало то, не пялился ли на тебя очередной новенький придурок. Тебе было важнее это, не так ли?       Вероятно Субин был прав. Но он точно должен был сказать это иначе. Потому что Ёнджун взорвался и поднялся на ноги, швыряя телефон в сторону.       Каждый в этой комнате думал о том, что сейчас начнётся настоящий бунт. Но вместо этого Ёнджун просто покинул комнату, тщательно скрывая начавшиеся слёзы на своих розовых щеках.       Это было слишком.       Всё это слишком.       Субин опустил голову и тяжело вздохнул. Ревность Ёнджуна — своеобразна. Если он вообще ревновал. А ещё две пары пронизывающих глаз явно заставляли его рассказать всю правду. Либо хотя бы поставить в курс дела.       Никто не пошёл успокаивать Ёнджуна, потому что знал, что когда он хотел побыть один — лучше ему не мешать.       Субин лишь думал сейчас об одном: а не переборщил ли он с этим импровизированным спектаклем. Это ведь только начало.

***