У всех свои секреты

***

      После падения Гриф мало что помнил. Максимум - это крик Дины, испуганное лицо Данаэля и падающий Рацио. А после - злобный смех и темнота.

***

      Звон будильника. Сраная машина для убийств. Юная девушка звонко шлепнула себя ладонью по лицу. Зачем вообще так рано вставать? С измученным стоном барышня выключила чтоб-его-выебали-нахер будильник и поднялась с кровати. Ещё минут пять ушло на самоосознавание. Кряхтя, она двинулась к зеркалу, стоящему в углу маленькой комнаты. Девушка облокотилась двумя руками о столешницу и уставилась в собственное отражение. Обречённо выдохнув, она принялась расчёсывать огненно-рыжие волосы, доходящие до лопаток, параллельно разглядывая себя в зеркале. Бледная, тощая, но с такими яркими чертами: рыжие волосы и большие янтарные глаза. За что ему это? Ах да, это же парень.       Закончив с расчёсыванием прядей, он двинулся к шкафу. Парень распахнул двери и завис в немом крике. И что ему надеть? У него не так много одежды, как у тех же девушек, но ему и вот так сложно. Хотелось, как в старые-добрые, надеть штаны и пойти так, но мы же в приличном обществе, верно?       Гриша, так его зовут здесь, – кого он обманывает, он никому не нужен – остановил свой выбор на клетчатой рубашке. Ему все вещи велики, включая джинсы, поэтому приходится разворачивать кульбиты при помощи ремня. Вот бы на нем повеситься.       Захватив полный тетрадок коричневый рюкзак, разбитый телефон, отданный когда-то дядей, работу, над которой он кипел до трёх утра, Григорий надел обувь и вышел из комнаты, звякнув ключём. День обещает быть долгим.

***

      Эти пары, кажется, длятся уже вечность. Больше семи часов - это точно. Грифу очень хотелось спать, но он понимал, уснет – пиши пропало. Учитывая, что он здесь учится только благодаря своей успеваемости, ему точно дадут пизды, если он будет дрыхнуть прям на уроке.       На самом деле он ждал сегодняшнего дня. Сегодня после всех уроков их должны отвести в специальную комнату, к специальному человеку, чтобы они могли увидеть свое прошлое. Свою прошлую жизнь. Если быть честным, Гриша и так все прекрасно помнил. Особенно воспоминания, связанные с ним. Но этого не помнили другие, и посмотреть на их лица было бы интересно. Заодно, может быть, он встретит их. Он очень надеялся. Он отчаянно хотел, чтобы его спасли.       Вообще, только месяц прошел с того, как он в старших классах. Ему шестнадцать, с девятого класса началась "взрослая жизнь". Только октябрь, а он уже устал. Устал от новых одноклассников, учебы и нападков его нынешних предков. Вернее, предка. О, вот и работы проверяют. Да здесь он, здесь! Чего орать?       Наконец, уроки закончились. И их повели по коридорам. Гриф рассматривал окна, пока сзади него живо обсуждались всякие сплетни. Вау, даже его затронуть успели. – Она вообще какая-то странная, – заметила одна армянка, – Она совсем ни с кем не общается! Ее поддержала подруга. - Ага! Заучка, сто пудов.       Рыжий нервно выдохнул, а после прислушался, стараясь не обращать внимания на топот чужих ног и мяч, отбиваемый кем-то от стены на пару этажей выше. Последующие слова их старосты привели его в ступор. – Ребята, внимание! К нам приходит новенький. Повисла тишина. И сразу после нее громкий гул. – А кто это? – А он красивый?       И подобные вопросы терзали многих девушек в группе. Естественно, они переговаривались и задавали их друг другу. Гриф подавил желание закрыть уши и хлопнуть ладонью по своему лицу, а после и по лицу каждого одноклассника. – Тише, ребята, тише! Он придет прямо на площадку! За мной!       Ему точно не сдобровать. И даже не послушать тихий шум. Теперь это чертов ор, эхом отскакивающий от стен.