Главное, не где, а с кем

Я стояла у своего «смертного ложа» и смотрела на Мачо. Именно так с большой буквы. Я бы еще и кучу восклицательных знаков прилепила. Бандерас нервно курит в сторонке. Мужчина, который одной фразой прекратил балаган был жгучим брюнетом, явно не чурался спортзала, судя по накачанным бицепсам и трицепсам. Он был красив зрелой красотой. Мои разглядывания прервал его шепот: - Сын! Приплыли тапочки к дивану. Ну почему как классный мужик, так родственник. А ведь меня ощутимо потянуло прижаться к нему в поисках защиты. «Зов крови» - всплыло в голове. А ну его нафиг. В это время мужчина подошел ко мне. Похоже, его тоже плющило и тянуло на обнимашки, но он-то раздумывать не стал, сграбастал меня в охапку и так стиснул в объятиях, что я отключилась. Нет, правда потеряла сознание. В себя пришла опять рывком. Не открывая глаз прислушалась. Вокруг стояла тишина. Нет, я так не играю! Что опять гроб?! Резко распахнула глаза и села. Вау! В этот раз я восседала на шикарной кровати (типа траходром) размером человек на пять. У окна стоял мой давешний идеал. Услышав шорох, он развернулся ко мне, и я поняла, что ошибалась. Мужчина у окна был намного моложе того, что приходил в склеп. - Проснулся, Ниниэль? – с ласковой улыбкой произнес брюнет. – Как ты себя чувствуешь? Прислушалась к себе. Ничего не болело… - Кушать хочу, - капризно произнесла. - Кто о чем, а Ниниэль о еде, - счастливо рассмеялся брюнет. – Раз просишь кушать, значит здоров! Не, так не годится! Я вся такая голодная, а он ржет. Захотелось сделать какую то пакость. Не все же мне страдать от плохого настроения. - Ну, я так не думаю! Вот, например, я ничего не помню: ни кто я, ни где, да и тебя не знаю. Веселье молодого мачо как рукой сняло. Вот так-то лучше. Как говориться сделал гадость сердцу радость. - Так вот какую плату взяли предки, - прошептал парень. На этой фразе отворилась дверь, и вошел тот, первый мачо. - Ну, слава богам! Ниниэль, ты пришел в себя! – воскликнул радостно он. - Отец, он ничего не помнит, - обломал ему кайф младший мачо. - Так вот какова плата, - произнес старший. - Вы это о чем? – решила я подать голос, надоело, знаете ли, изображать ветошь за веником. Вздохнув, старший мачо сел в глубокое кресло, стоящее напротив моей кровати и начал вещать: - Сын. Ты упал с лошади, сильно разбился. Когда мы с твоим братом поняли, что ты обречен, провели ритуал возврата души. - Запрещенный ритуал, - вставил свои пять копеек брат. - Да, запрещенный. Если кто-нибудь об этом узнает, нас всех троих казнят, - подтвердил отец. - Понятно. А моя амнезия, значит, следствие этого ритуала, - решил уточнить я. Говорить правду о своем происхождении я не собирался. Меня вполне устраивала их версия. -Да, - хором ответили мои мачо. - Так пока замнем для ясности. Сейчас я хочу только две вещи: искупаться и поесть. Именно в такой последовательности. Давайте так, пока я буду купаться, вы закажите еду сюда. Ведь это возможно? Больной имеет право покушать в своей комнате? И я не буду против, если мои родственники составят мне компанию, - выдал я. – А где у меня здесь ванная комната? – уточнил я, вставая с кровати. Тут- то меня и повело. Рухнуть на пол помешала рука брата. - Давай братец, я тебя туда отведу. Помоешься, постучи в дверь, обратно тоже транспортирую, - приказный тоном произнес он. - Договорились, - покладисто согласился я. А чего кочевряжиться, чувствовала я себя и правда не ахти, а еще меня все больше нервировало обращение ко мне в мужском роде. Нужно было как можно быстрее добраться до зеркала, а то от падения с лошади и взрыва бомбы живой осталась, а от любопытства скоро помру. Как только брат закрыл дверь с той стороны, я сдернула с себя рубашку и повернулась к зеркалу. Мама дорогая, вот Собеседник, вот юморист доморощенный. Он действительно выполнил мои пожелания очень по своему. Ну, что сказать, я был мальчиком. Не юношей, а именно мальчиком лет тринадцати. И явно пошел не в отца, а в мать. Если отец был мощным брюнетом, то я, очевидно, буду иметь фигуру легкоатлета. Ко всему этому прилагались платиновые волосы до лопаток (блондинка блин), фиолетовые (не голубые, а именно фиолетовые) глазищи… М-дя, нет слов, одни жесты, да и те все не приличные. Ладно, грех жаловаться: не урод, здоров – это главное. А остальное неважно. Ну, паренек и что?! Сыграем эту партию с теми картами, которые раздал мне мой Собеседник. Итак, начинаем! Тщательно вымывшись, отправилась… Стоп, я парень, значит нужно и думать о себе в мужском роде, а то конфуз может приключиться. Начнем сначала. И отправился я в комнату к родственникам. А там меня ждал сервированный стол и брат с отцом. Расположившись в одном из трех кресел, решил объединить приятное с полезным. - Итак, начнем. Как вас зовут, дорогие родственники? - Отца зовут Миргал, а меня Рейнголд, - взял на себя роль рассказчика. - А где наша мать? – перебил я его. - Она умерла, - ответил брат и нерешительно замолчал. - Можно правду? – почувствовав его нерешительность, надавил я. Ответил мне отец. - Официальная версия – упала с лошади. Правда заключается в том, что я ее убил. Ответил и напрягся, ожидая от меня… чего? Осуждения? Порицания? На маньяка он не был похож, значит, была причина. - За что? – решил уточнить. - Она передала своему любовнику некую секретную информацию нашего Дома. - Понятно. Я уже понял, что меня зовут Ниниэль. Сколько мне лет? Но мужчины не спешили мне отвечать на мои дальнейшие вопросы, они недоуменно на меня пялились. - Что? Чего вы так на меня смотрите? – удивился я. - Ты ненавидел отца за смерть матери, - объяснил Рейнгольд. - Рей, а можно я не буду именовать тебя этим зубодробильным именем, а просто Рей. - Можно, - улыбнулся брат. - Так вот, Рей. Во-первых, не знаю, любила ли она меня, я ее, банально, не помню. А вот вы с отцом пошли на преступление лишь бы меня спасти. Я не верю словам, я верю поступкам. Отец поставил на кон свою жизнь, чтобы спасти мою – это и есть доказательство любви. Во-вторых, я сын своего отца. Я могу много простить, но не предательство и ложь. В этом солидарен с отцом, он был в своем праве и защищал интересы Дома. Кстати, а как обстоят дела с любовником. Надеюсь, он тоже на том свете? - А как же! – повеселел брат. - Правильно! Кстати спасибо, что вытащили меня с того света. Говорить посторонним об этом я не буду точно, но у меня к вам милые родственники претензии. - Какие?- насторожился отец. - Не, ну я понимаю ритуал и все такое, но могли бы меня хоть в тапки обуть, а то я от холода чуть не околел, слава богам, алтарь был теплый, но так шмякать мордой о камень и убиться можно, - жаловался я. - Ты это о чем? – ошарашено спросил брат, а отец напоминал каменное изваяние. Похоже, он понял то, до чего мы с Реем еще не додумались. - Да шучу я, не берите в голову. Алтарь был ласково теплым. - Нинель, а теперь быстро и внятно что произошло в алтарном зале, - напряженно спросил отец. Весь его вид показывал, что ему не до шуток. Проникшись, бодро отрапортовал: - Я проснулся, никого нет, алтарь начал светиться, потом нагреваться. Я решил у него погреться, прикоснулся рукой и оказался на нем мордой вниз. Было больно, потом все прошло, камень потух, все! Отец с братом потрясенно смотрели на меня как на восьмое чудо света. - А теперь вы быстро и внятно рассказали мне, что вас так потрясло, - велел я. - Это был алтарь привязки резонатора императора. Таких алтарей много. Они разбросаны по всей империи. Каждого ребенка в десятилетнем возрасте проверяют на дар резонатора. Ты в свое время тоже прошел проверку – алтарь на тебя не среагировал, - объяснил Рей. - Не помню, что было до моего падения, но в этот раз он очень даже среагировал. Чем это мне грозит? - Это значит, что теперь твои энергоканалы синхронизированы с энергоканалами императора. - И все? – осторожно уточняю. - Пока да. - Что значит пока да? – дожимаю отца. - Это значит, что в императорском дворце есть основной алтарь, который реагирует на появления резонатора. Он тоже светился и нагревался, -уведомил родитель. - И как будем объяснять мои вновь открывавшиеся способности? -Объяснить то можно, Сай от радости что появился резонатор, наплюет на этот факт, но вот готов ли ты, когда вырастешь, стать его любовником? - Чего? Он что, не женат или у него нет кучи любовниц? – возмутился я. – Зачем ему спать со своим резонатором? - Он счастливо женат, иногда сворачивает налево, но аккуратно. Императрица мудрая женщина и закрывает глаза на эти мелкие шалости. Но ты это другое дело, ты его резонатор, ваша близость неизбежна, - терпеливо объяснял отец. О боги, в той жизни я делала все, чтобы избежать судьбы шлюхи. Я делала все, чтобы в итоге иметь нормальную семью, детей. А теперь в полный рост встает перспектива, стать чьей то постельной игрушкой. Ну, нет! Этому не бывать! Чувствуя, что не по-детски завожусь, замолчал, закрыл глаза и мысленно сосчитал до двадцати. А когда открыл их, увидел счастливые улыбки на лицах родственников. - Кровь не вода, - произнес с достоинством отец. - Мы тоже так успокаиваемся. - А то! С одной кудели, - согласился брат. - Так, уважаемые взрослые, хорош лыбиться. Хочу вас уведомить, что это мне не подходит, есть варианты как избежать близости с императором? - Пойми малыш, на алтаре произошла только синхронизация энергоканалов. Это сейчас тебе все равно. Еще предстоит инициация связи. После этого сексуальная тяга между вами не оставит вам выбора, - вздохнул обреченно отец. - Э нет, милые родственники, не хочу я быть ничьим любовником. НЕ ХОЧУ! И НЕ БУДУ! Это понятно, - сорвался я на крик. - Не кричи. Мы этого тоже не хотим. Дело в том что за всю историю существования резонаторов был только один резонатор-мужчина и он был нашим родственником, - со вздохом объяснил отец. – Из поколения в поколение передается его пожелание - избегать этой участи. По его словам это страшная мука, когда любимый человек раз за разом уходит к жене в спальню. Все помолчали. - А ответьте ка мне на несколько вопросов. Первый, сколько прошло после того, как вы меня обнаружили воскресшим. Второе, работают ли телепорты и какая их дальность. И третье, насколько силен император и подчиняется ли ему Конклав магов, если таков имеется. - Ты проспал почти сутки, телепорты существуют, Конклав тоже есть и он подчиняется императору, - ответил отец. Он явно был со мной на одной волне. - И если из императорской резиденции нет вестей, значит, они прошляпили активацию алтаря. Что не удивительно, три тысячи лет срок внушительный. Уже почти никто и не верил, что алтари работают, - братец тоже не отставал от нас. - Вот и не отсвечиваем. - Мы обязаны сообщить. Если обнаружится, что мы скрыли эту информацию, мало нам не покажется! – вздохнул брат. - Я вас умоляю! За мое воскрешение нам и так положена казнь. Казнью больше, казнью меньше, - отмахнулся я от его доводов. -Через три месяца день рождения императора. Все главы Великих домов со своими наследникам обязаны быть на празднике вот тогда мы и разведаем, что и как, а пока молчим, - вынес вердикт отец. - Кстати многоуважаемые взрослые, а как у меня с силой? - задал я животрепещущий вопрос. - Ну-у… - А у вас? - Ниниэль, не в силе дело, нужно уметь ею пользоваться. Есть много магов с огромной силой, но полных неучей, - начал увиливать от ответа брат. - Стоп! Я задал вопрос. Я хоть и маленький, но вредный, - пригрозил я родным. - Малыш, ты намного уступаешь Рею в силе, но резонаторы никогда и не были могущественными магами их ценность не в этом. - Ну да, главное их умение проявляется в постели, - горько улыбнулся я. - Я не это хотел сказать, - начал оправдываться отец. - А я это! Я не буду ничьей игрушкой. Поэтому развиваем то, что дала мне природа. Отец, найми мне, пожалуйста, учителя магии. Не нужно самого дорого, лишь бы любил свое дело. Хорошо? – попросил я. Затем обратился к брату: - Рей, надеюсь, ты не будешь против моего присутствия на тренировочном поле. - Нет, конечно. Ты же не в бордель просишься. Хотя, раньше ты не любил заниматься спортом, - решил пошутить он. - Спорт теперь полюблю. Я вообще намерен, стать неотъемлемой частью вашей жизни. Так что и до борделей дойдем! Все весело рассмеялись. Впереди нас ждало много испытаний, но мы были вместе, мы были семьей. Спасибо тебе, Собеседник, меня в этом доме искренне любили. Я обрел свой отчий дом, свою пристань.