See You Soon

— У нее, — Лекса прочищает горло. — Это… — Она снова сползает ниже, прячась за стол. Марго облокачивается на него же рядом — так, чтобы её лицо было обращено к Брук и Лексе — а второй рукой прикрывая профиль. Брук, сидящая посередине, просто опускается ниже и прячет лицо за стаканчиком. — У нее волнистые волосы? У нее ведь были прямые волосы. — Да, она ходила очищать волосы от кератинового выпрямления. Но ты разве видишь через очки? Мне и без них почти ничего не разглядеть. — Вижу, но плохо, — Лекса делает два больших глотка и ставит стакан на стол. Она наблюдает, как блондинка приближается к выходу из гостиной. И теперь она видит её лицо. Сердце Лексы прыгает к горлу. — Блять, — скулит она, быстро поворачиваясь всем корпусом к Брук, в то время как Брук закрывает свое лицо обеими руками. Они действительно выглядят ненормально. Пусть Лексе и положено быть ненормальной по объективным причинам — она тупо свихнулась от всех переполняющих её эмоций, и сама в этом виновата. Но из-за нее две подружки Кларк выглядят не менее дебильно. — А ведь Лекса говорила, что место плохое, — шепчет Брук. — Ты сама его выбрала, — шипит в ответ Марго. — Боже. Я чувствую себя лживой преступницей. Почему я чувствую себя преступницей? Это что… стыд? Я что-то чувствую ненормальное. Это признаки того, что я попаду в ад? — Я не знала, что ты религиозная, — нервно усмехается Лекса, вжимаясь в стул еще сильнее. — Я не религиозна. Но я чувствую, что все, что я делаю, плохо. Прости, Вудс. Я просто не в своей тарелке. А ведь мы тебе даже не нравились. Ты сама сказала, — как-то уже агрессивно шипит Марго. — Тебя это задело? — Мы ей не нравились? Мы тебе не нравились? — Брук раздвигает пальцы и смотрит на Лексу. — Ну, хотя… Лексе вроде никто не нравился, кто не был в её команде. — Мне и в команде мало кто нравился. Марго, прости. Я… я была не права. — Точно? — Точно. — Хорошо. Она нас не увидит, — Марго тянет руку к стаканчику. — Она села. Мы не можем в таком положении сидеть, у меня спина уже затекла. Лекса поворачивается в сторону бассейна. Она рассматривает Кларк, что сидит на шезлонге рядом с Сэм. К ней подходит Хлоя и, присаживаясь на корточки, тянет к ней руки — и та наклоняется ниже. Хлоя её приобнимает и гладит по голове. Хлоя что-то говорит Кларк на ухо, а потом встает. Лекса, еле дыша, продолжает наблюдать за Кларк, вглядываясь в её профиль. Кларк достает телефон и склоняется над ним. Кларк выглядит грустной, хоть Лекса и не видит её лица. Она плохо видит её профиль, но все внутри ей диктует, что Кларк совсем не весело. Сэм гладит Кларк по спине. Может, это и не какое-то шестое волшебное чувство, а простая наблюдательность. Хлоя приносит Кларк какой-то напиток, и та принимает его. Хлоя снова садится на корточки и накрывает рукой экран телефона, словно просит убрать его, но Кларк отдергивает руку в сторону, и Хлоя качает головой, вставая на ноги. — Думаю, что тебе стоит ей написать, — тихо говорит Марго. Лекса понимает, что они тоже молча наблюдали за Кларк. Неважно, в ней ли дело или в чем-то другом. Лекса просто обязана сделать то, зачем она вообще здесь. И если она еще не набралась смелости, чтобы подойти, то отправить жалкое дурацкое сообщение она просто обязана. Хлоя уходит, оставляя Кларк наедине с телефоном и напитком, который та ставит на пол. Вокруг Кларк вообще все рассасываются, но рядом остаются сидеть Сэм и Миранда. Если писать, то сейчас. Лекса достает телефон из рюкзака и разблокирует его: — У тебя в ватсапе у Кларк есть аватарка? Марго в ответ кивает. Значит, ватсап не подходит. Лекса открывает сообщения. «Привет. С днем рождения», — Лекса смотрит на текст. Боже, как это сухо. Как это сухо для человека, который облажался настолько сильно. Но не может же она начать извиняться в сообщении? Хотя так было бы проще, чем сделать это в лицо. Но Лекса просто не имеет права искать легкие пути. И уж тем более — писать что-то подобное, когда у Кларк праздник. Сообщение должно поднимать настроение, а не вскрывать раны. Ага, а это, конечно же, принесет позитива. — Успокойся, — Брук касается плеча Лексы, потому что замечает, как у той дрожат пальцы над экраном телефона. Лекса: С днем рождения, Кларк *очень грустное желтое лицо*. Сообщение отправлено. Лекса ненавидит себя. Какое нахрен грустное лицо? Иисусе. Она вообще хоть что-то может сделать правильно? С другой стороны, а что еще там было бы уместно? Ничего. Ничего не было бы уместно, кроме как: «Кларк, я самая большая идиотина на свете. Ты меня никогда не простишь, но ты должна знать, что я себя ненавижу за то, что наговорила тебе. Я была несправедлива, и я виновата. Миллион раз виновата. Я умираю от того, как скучаю по тебе, и жить без тебя не могу. Я самая тупая сучка. С днем рождения». Лекса наблюдает за Кларк, которая, читая сообщение, подносит телефон ближе к лицу. — Она прочитала. Ура, — довольно констатирует Марго. Позади Кларк гаснет свет, и Лекса переводит взгляд на гостиную, где теперь темнота. Боже. Лицо Лексы начинает стремительно наливаться кровью, когда она понимает, что происходит. Она вздрагивает, когда все начинают петь «с днем рождения». Гостиную пересекает Брэд с огромным тортом в руках, а рядом с ним идет Хлоя. Лекса переводит взгляд на Кларк, что смотрит в телефон, потом — на ребят и снова в телефон. Блять. Ебаное дерьмо. Ребята к ней приближаются, хор голосов усиливается, все улыбаются, а Кларк просто сидит с телефоном в руках, задрав к ним голову. Ну, и снова смотрит в телефон. Лекса нашла самый худший момент, чтобы напомнить о себе. — Я обычно не матерюсь, но это пиздец, — шепчет Марго. — Давай, Гриффин! — перекрикивает голоса Хлоя, призывая Кларк подняться, и та встает на ноги. Кларк оборачивается, и Лекса так низко сползает со стула, что грозит оказаться на полу. Кларк задувает свечи с третьего раза. Все хлопают и кричат, а Кларк просто садится обратно и подносит к лицу телефон. Лекса медленно переводит дыхание, даже не пытаясь проглотить вставший поперек горла ком. Кларк: Спасибо. Шум голосов затихает, но все всё еще стоят рядом с Кларк и растерянно смотрят на нее сверху вниз. — Расходимся, — громко командует Хлоя. — нечего тут толпиться. Гриффин! — Хлоя хватает Кларк за руку и тянет вверх. То, что Хлоя ей говорит, Лекса не слышит, но, судя по тому, как та жестикулирует, она точно ругается. И Кларк кивает, убирая телефон в задний карман. Хлоя наклоняется, поднимая напиток, после чего протягивает его подруге, и Кларк принимает. Они чокаются и выпивают. Кларк достает телефон из заднего кармана и садится обратно на шезлонг. Как бы Лексе хотелось увидеть больше, чем только часть её профиля. И если у нее впоследствии случился бы сердечный приступ от этого, то точно заслуженно. Брук мягко толкает коленом ногу Лексы: — Мы должны к ней подойти. — Да, я понимаю. Вы идите, я посижу пока одна. Ничего со мной не случится. — Мы не можем тебя бросить здесь одну, Лекса. И я уверена, что если мы уйдем, то ты сбежишь в более укромное место. Вполне вероятно, что Марго права. Лекса вытягивается на стуле, замечая Кларк в зоне для танцев — прямо напротив того места, где они сидят. И это уже не та чёртова диагональ ко входу в гостиную: их разделяет всего лишь какое-то ничтожное количество шагов. Боже мой. Кларк с телефоном возле уха: явно с кем-то разговаривает. Она затыкает второе ухо и чуть склоняется, словно пытаясь расслышать, что ей говорят. Лекса дышит как ненормальная, рассматривая лицо Кларк, пока та смотрит в сторону бассейна. Кларк делает шаг в одну сторону, потом в другую. Она ведет разговор, постоянно передвигаясь — то в одну, то в другую сторону. Как же Кларк сильно изменилась со школы. Прошло ведь не так много времени, но её лицо… Её лицо стало… оно просто другое. Лексу накрывает лавиной чувств и прибивает к стулу, оглушая так, что в ушах слышится только гул и биение сердца. Лекса влюбляется снова. Словно, блин, ей и прежних её чувств было недостаточно. Она потрясающая. Кларк потрясающая, и Лекса сейчас потеряет сознание от неадекватно частого дыхания. Кларк очередной раз разворачивается, говоря что-то, и вдруг внезапно замирает. Телефон выскальзывает из её пальцев, но она успевает поймать его где-то на уровне живота — все происходит на автомате, она даже не опускает для этого голову. Она смотрит на Лексу и, не сводя с нее взгляда, медленно подносит телефон к уху, говорит что-то собеседнику и на мгновение отводит взгляд к экрану, чтобы сбросить звонок. — Ну, вот и все, — шепчет Марго. — Нам конец. Рука Кларк опускается вниз, а взгляд перемещается чуть правее — на Брук, а потом и на Марго. И снова на Лексу. Лекса слепая. Она слепая, слепая, слепая и тупая. Она хочет стать слепой хоть на минуту, чтобы перестать подыхать под взглядом Кларк. Кларк не знает. Она еще не знает, и для нее Лекса сможет побыть слепой еще хотя бы пять минут. Ей это нужно. Надо взять себя в руки. Кларк медленно направляется в их сторону, и Лексе кажется, что от судорожного биения сердца вибрирует не только стул, но и земля. Кларк останавливается напротив их столика, уже в упор глядя на Лексу. Грудная клетка Кларк высоко поднимается. У очков очень темные стекла, и на улице не так уж светло. Кларк не может сразу же все понять. Так ведь? И все же для Лексы очевидно — Кларк смотрит прямо ей в глаза, в то время как сама она уже горит на чёртовом стуле. Какие, блять, у Кларк глаза. Самые лучшие глаза на свете. А Лекса — самая ужасная и глупая, притворяющаяся слепой, идиотка. Кларк переводит взгляд на Марго и, скалясь, беззвучно спрашивает: «Что происходит?». Ладно, на самом деле там: «Какого хуя происходит?!», и Лекса не может повернуть голову, чтобы увидеть, как отвечает Марго. Лекса не дышит и вообще уже притворяется не слепой, а мертвой. Кларк прикрывает глаза, и, судя по поднимающейся груди, она набирает в легкие воздух, а потом на выдохе говорит: — Привет. Лекса вздрагивает. И вздрагивает совсем не притворно — это выходит само, потому что, чёрт возьми, все её тело реагирует на Кларк. На взгляд Кларк. На голос Кларк. На ужасно потрясающее лицо Кларк, которое она так мечтала увидеть. Лексе жарко. И как бы она себя ни чувствовала, она должна открыть свой дурацкий рот и ответить. — Привет. — Привет, — говорит Брук. — Привет, — присоединяется Марго. Повисает тишина, в которой ужасно не по себе всем присутствующим. Хотя Лекса точно дала бы им всем фору. Наверное. Может, с ней бы в этом посоревновалась и Кларк, рука которой сейчас сжимает шорты, и пальцы начинают перебирать их, пока, наконец, не замирают, скомкав ткань. — Так. Я думаю, что мне надо нарушить молчание. Кларк, я, наверное, должна объяснить, как так вышло, что мы с Лексой. Сидим. Здесь. — Да. Я бы послушала, — Кларк лишь на мгновение переводит на Марго взгляд и снова смотрит Лексу, на этот раз уже изучая все остальное, кроме лица. — Лекса хотела прийти к тебе, чтобы поздравить лично, но… Это вроде как не очень удобно. Она все-таки… — Марго замолкает, явно не зная, что ей дальше говорить. — Не видит, — буквально выдавливает она из себя. Вот и прозвучала ложь, о которой просила Лекса, и Лексе очень и очень, и очень жаль. — Странно. Мне казалось, что у нее есть подруга с хорошим зрением, — ядовито улыбаясь, говорит Кларк, склонив набок голову и продолжая изучать Лексу. — Ну, она вроде как не приглашена, а мы… Брук, помоги мне, — шипит Марго. — Я их попросила, — вмешивается Лекса. Кларк открывает рот, чтобы что-то на это ответить, но вздрагивает от рук, которые обвивают её талию: — Вот ты где! А я… — Хлоя замирает, когда видит Лексу. Она быстро переводит взгляд на Брук, на Марго, а потом — снова на Лексу. — Ого. — Ага, — кивает Кларк. — Привет, — говорит Хлоя. — Привет, — отвечает Лекса. — Привет, — здоровается Брук. — Привет, — присоединяется Марго. И снова повисает тишина. — Атмосфера у вас тут, — усмехается Хлоя, — напряженненькая. — Она тянет Кларк к себе, и та разворачивается к ней лицом — мне надо выпить. Кларк, тебе надо выпить? — она берет Кларк за руку и кивает головой в сторону, намекая на то, чтобы уйти. — Да, надо, — Кларк снова оборачивается к Лексе, но потом поддается, и они с Хлоей отходят в сторону дома. — У-у-уф, — выдыхает Брук. — Это… Это… — Пиздец, — завершает за неё Лекса. Лекса смотрит в сторону шезлонгов, где скопились друзья Кларк. И теперь они все смотрят на нее. Просто охуенно. Кларк и Хлоя уже там. Кларк взмахивает рукой в сторону Лексы, что-то говоря подруге, а Хлоя отвечает, тоже взмахивая рукой в сторону Лексы. В общем, похоже, они активно обсуждают её здесь присутствие и решают её судьбу. Спустя какое-то время все обсуждения прерываются словами Кларк на повышенной интонации, но, что именно та сказала, Лекса не расслышала. Кларк с напитком садится в шезлонг, и теперь её лицо направлено в сторону Лексы. За последние минут пять она посмотрела на Лексу раз пятьдесят, не меньше, в то время как Лекса, надежно защищенная очками, вообще не сводила с нее взгляда. — Думаю, что тебе надо с ней поговорить. Я пока принесу нам еще выпить. — Я с тобой. Лекса продолжает смотреть на Кларк, а Кларк то и дело бросает свой взгляд в её сторону. Кларк достает телефон, что-то там делает, и телефон Лексы, лежащий на столе, вдруг вибрирует. Лекса берет его и опускает взгляд к экрану. Это сообщение от Кларк. Кларк: Какого хрена ты здесь делаешь, Лекса?! Лекса поднимает взгляд к Кларк — та смотрит на нее. Играет музыка, и, по идее, она сейчас должна поднести телефон к уху, чтобы ей помощник прочитал сообщение. Так бы сделала Лекса — слепая. Она должна сейчас сыграть слепую? Это просто пиздец. Лекса переводит дыхание. Она не знает, что ей делать. Возле Кларк появляется Брэд, и та отвлекается, поворачиваясь к нему. Лекса быстро печатает ответ. Лекса: Я хотела тебя поздравить. И хотела с тобой поговорить. Она отправляет сообщение и смотрит на Кларк: та, отвечая что-то Брэду, смотрит в телефон, а потом оборачивается в её сторону и печатает ответ. Кларк: Учитывая твои хреновые навыки в подобных разговорах, ты зря села у бассейна. Я не в настроении. Брэд дожидается, пока Кларк допечатает, а потом обнимает её, и Кларк прижимается головой к его груди. Лекса: Я у бассейна? *желтое удивленное лицо*. Это, конечно, шутка, но, учитывая, что Лекса уже не слепая, звучит скорее не как шутка, а как ложь. Да и вообще, как она смеет сейчас шутить? Дура. К Кларк подходит Хлоя с какой-то бутылкой и протягивает ей. — А вот и мы. — Как ты тут без нас? — Ну, все не так плохо складывается. Держи, — говорит Марго, и Лекса поворачивается к ней. Принимая у нее стакан, она не успевает его нормально взять, и тот выскальзывает. Лекса ловит, но часть пива проливается ей на руку и на беленькие кроссовки. Лекса выпрямляется со стаканом и ставит его на стол. Она бросает взгляд в сторону гостиной, но Кларк там уже нет. Марго протягивает Лексе салфетку, и та, принимая её, вытирает руку. — Кроссовок облила, — вздыхает Лекса, забирая у Марго еще одну салфетку, с которой склоняется, чтобы вытереть обувь. Она выпрямляется, комкает её и кладет на стол. После чего поднимает взгляд выше и встречается с глазами Кларк. Та стоит в паре метров от столика с бутылкой в одной руке и стаканчиками в другой. — Какого хера? — выдыхает Кларк. Кларк делает два шага, громко ставит бутылку на стол, кидает на него стаканчики, разворачивается и быстрым шагом уходит. — А вот теперь все очень и очень плохо, — констатирует Марго. И Лекса с ней полностью согласна. Она быстро встает, прихватывает со стола телефон и на дрожащих ногах почти бежит в ту сторону, где скрылась Кларк. Она вбегает в дом и оглядывается по сторонам. Лекса идет дальше, доходит до арки и тут же встречается с Брэдом, в руках которого бутылок шесть пива. Тот открывает рот, чтобы что-то сказать, но Лекса перебивает его: — Просто скажи, куда она пошла. Пожалуйста. Брэд, хмурясь, думает несколько секунд, а потом кивает в сторону лестницы. — Спасибо. Брэд ничего ей не отвечает, а только гремит бутылками, перехватывая их удобнее. Лекса отодвигает столбик, проходит вперед, ставит его обратно и начинает медленно подниматься наверх. Оказавшись на втором этаже, она замирает. Это коридор. Он ведет как направо, так и налево. И везде двери. За какой-то из них сейчас Кларк, но Лекса не уверена, что хочет открывать каждую. Не потому, что это нарушает личное пространство или вроде того, а потому, что её снова охватывает страх. Она прислоняется спиной к стене и выдыхает. Ей нужно время, чтобы собраться с силами, хотя тут никакого времени на самом деле не хватит. Надо перестать быть дурацкой трусихой. Она достает телефон. Лекса: Кларк, давай поговорим. Кларк: Боже мой, как же я тебя ненавижу! Лекса: 😥 Кларк: Ты чёртова лгунья! Мне ведь не показалось, да?! Лекса: Не показалось. Кларк: Ненавижу. Кларк: Уходи. Лекса: Я не уйду. Кларк: Уйдешь. Лекса: Не уйду. Кларк: Значит, уйду я. Лекса: Для этого тебе придется выйти. Кларк больше ничего не отвечает. Лекса медленно движется по коридору в правую сторону. Музыка здесь гораздо тише. Она проходит мимо одной двери и щелкает языком, а потом прислушивается. Идет дальше, к следующей. Лекса чувствует себя дурой не потому, что делает это, а потому что она не в том положении, чтобы использовать их с Кларк фишку. Она не имеет на это права. И все же она делает это. Она проходит уже третью дверь, снова щелкает языком и прислушивается. Впереди только одна дверь. Лекса не успевает сделать шаг, как её телефон вибрирует. Кларк: Ты издеваешься?! Это не поможет. Лекса: Это уже помогло. Лекса смотрит на дверь впереди и на ту, которую она прошла. Вообще-то это не очень помогло. Она вздрагивает всем телом, когда дверь в конце коридора открывается. Кларк лишь мгновение смотрит на нее, а потом опускает взгляд к полу. Лекса медленно выдыхает, набираясь смелости, и делает пару шагов вперед. Она замирает. А точнее — цепенеет, не смея подойти ближе. Кажется, что Кларк в любой момент может отступить назад и захлопнуть дверь. Лекса стоит в паре метров от неё, и её ноги дрожат. Кларк прочищает горло и дергает головой, словно о чем-то напоминая себе. Она закрывает дверь, и сама преодолевает эти метры. Она встает напротив Лексы и прислоняется плечом к стене: — Ты хотела поговорить. Говори, — сухо произносит она, пока Лекса помирает, с близкого расстояния рассматривая её лицо. Совсем недавно она готова была отдать все, чтобы увидеть Кларк, и вот она её видит. Кларк здесь. Стоит только протянуть руку. И сейчас она бы все отдала, чтобы прикоснуться к ней. Слова Кларк звучат сухо, но это лишь напускная уверенность — она смотрит в сторону, явно не в силах взглянуть на Лексу. В глазах Кларк нет холода, в них Лекса видит сейчас грусть. Лекса медленно выдыхает через нос и копирует позу Кларк, прислоняясь к стене напротив нее: — Я знаю, что ты сделала, — тихо говорит Лекса. Кларк дергает плечом, продолжая смотреть в сторону: — Да? — Да. Кларк хмурится, поднимая руки и складывая их на груди в замок: — Я не жалею. Я не буду за это извиняться. Если ты хочешь сказать мне еще много разного дерьма, то… — Нет, — перебивает её Лекса, и Кларк быстро переводит на нее взгляд. Их глаза встречаются, и ноги Лексы слабеют. — Нет. Я… Кларк, я так сильно облажалась, — еле слышно и дрожащим голосом, произносит Лекса. Брови Кларк опускаются ниже, и она начинает изучать лицо Лексы, словно что-то на нем ищет. Она слушает. Кларк слушает, и сердце Лексы сейчас выпрыгнет из груди. Лекса получает сейчас больше, чем заслуживает, и она обязана говорить: — Я поверила на слово подруге, даже не подвергнув сомнению, — Лекса опускает голову и теперь смотрит в пол, — меня так сильно задело, когда ты сказала, что тебе не нужны никакие отношения. Я должна была с тобой поговорить об этом, но дальше все было так хорошо. Но я ведь все равно не забыла. Это… Это тревожило меня. Я… Боже, я думала, что мы научились говорить, но это ты научилась. Только ты, а я… Я не помогала тебе, потому что все, что меня беспокоило, я… Точнее, то, что меня искренне беспокоило. Короче. Я просто поверила ей, и… Но… Боже, дело ведь не в этом да? Лекса кусает губу, не в силах поднять взгляд. Но она чувствует, как Кларк прожигает её своим. Надо продолжить. Надо говорить. — Думаю, я могла поверить, потому что это нормально… Верить близким. И я не должна была с тобой так говорить. Я должна была просто спросить. Я… Боже, я ведь не дала тебе шанса. Она замолкает, потому что говорить становится совсем сложно. И все же: — Кларк, — Лекса скулит её имя, и теперь она ни за что на свете не поднимет глаза. Этого мало. Говорить. Надо говорить. Надо сказать главное. — Я сказала, что твои чувства чушь, и я себя за это ненавижу. Я так себя ненавижу. И боже, мне так страшно, потому что я… Я не могу без тебя. Я скучаю по тебе. Я хочу, чтобы ты меня простила, хотя я помню свой тон, и все помню, и не думаю, что … Я думаю, что я мудачка, Кларк. Но… Но я люблю тебя. Я… И с днем рождения. Я хотела, чтобы, ну… Да. Лекса замолкает. Она смотрит на черные босоножки Кларк и не может поднять взгляд ни на сантиметр выше. Кларк все еще молчит. Лекса переводит дыхание: — Я так сильно хотела тебя увидеть. Хотела сказать тебе спасибо. Спасибо, что, ну… И я потом могу тебе всё отд… — Заткнись, — перебивает её Кларк, и Лекса ей очень за это благодарна. Да, надо вовремя заткнуться. Кларк начинает шевелиться, пока Лекса, не дыша, продолжает тупо смотреть вниз. Кларк касается её очков и медленно снимает их. — Посмотри на меня, — шепотом просит Кларк, и Лекса сглатывает тугой ком. Она не может. Кларк пальцами поддевает её подбородок, — посмотри мне в глаза, Лекса, — шепчет она, и Лекса слушается. — Ты мне сделала очень больно. — Я знаю, — еле слышно отзывается та, что есть силы, удерживая свой взгляд на голубых глазах, в которых, кроме грусти, теперь еще стоят слезы. — Я думала, что это конец, и это убивало меня. — Да, я… — Лекса не может больше ничего сказать. Она так хочет коснуться Кларк, но не может пошевелиться. Но даже если бы могла, то точно не решилась бы. — Чего ты хочешь? — Кларк чуть опускает голову, внимательно глядя в глаза Лексе. — Допустим, я прощу тебя, но этого недостаточно. Чего ты от меня хочешь? Между нами ведь ничего нет. Ты сказала, что… — Нет, — рука Лексы дергается, словно она хочет схватить Кларк за руку, и Кларк отшатывается. — Я так не считаю. Боже, Кларк. Конечно, все было не так. Кроме каких-то ярлыков, я знаю, что было. Я просто идиотка. — Этого недостаточно, Лекса. Мне надо вернуться вниз, — Кларк делает шаг назад. — Кларк, я хочу быть с тобой, — выпаливает Лекса. — Я хочу с тобой быть. Не знаю, как, но я хочу этого очень сильно. Кроме того, чтобы ты меня простила. Я хочу, чтобы ты меня простила так же сильно. Кларк замирает и снова изучает лицо Лексы. Она это делает достаточно долго, после чего приближается на один короткий шаг. Подносит руку к лицу и касается кончиками пальцев её щеки: — У тебя очень красивые глаза, Лекса. Лекса молча смотрит в ответ. — Ты предлагаешь мне отношения? — Да. Нет. Да, да, предлагаю. — Хорошо. — Хорошо? — Лекса даже отшатывается от удивления. Кларк обходит её: — Ты идешь? Лекса смотрит ей вслед. Да, она идет. Лекса ничего не понимает. Это успех. Это успех по всем фронтам, но… Кларк… она просто ушла. Лекса получила больше, чем даже рассчитывала. Больше, чем заслужила получить сейчас. Кларк согласилась? Она ведь согласилась, но… Она ушла. А что она могла сделать? Они должны были обняться? Поцеловаться? Очевидно, что все не так просто. Кларк нужно время. И это время она взяла, не послав Лексу куда подальше. И Лекса должна быть ей миллион раз благодарна. Боже. Ей только что дали больше, чем даже шанс все исправить, и теперь она стоит и шокированно смотрит на стену.