Иллюзия

Нечаев не может перестать восхищаться человеком, которому абсолютно плевать на чьи то чувства, постоянно зарываясь в науку, которому лишь бы закончить эксперимент как можно быстрее. Не может перестать смотреть на его необычайно красивую внешность, которая притягивала взгляд куда бы тот не направлялся, забываясь во времени, из-за чего Сеченов дозванивается до майора минимум на десятый раз. – Люблю тебя – насквозь пропитанные любовью слова, тихо выскальзывают из уст, звуча так нежно насколько это вообще возможно, посылая собой все эмоции держащиеся где-то глубоко в груди. – Я знаю – максимально холодный и отречённый тон, брошенного ответа, разбивает и растаптывает пламенное сердце майора. И каждый раз убивает воскреснувшую надежду. Это была ошибка. Самая большая ошибка в его жизни. Даже в Болгарии он так не ошибался, и ни на какой-либо другой битве. Что может быть больнее, чем полюбить человека, с камнем вместо сердца? Постоянно обнимать того, кто даже на банальное приветствие, не отвлекается от наблюдений или бумажной работы? И всё же банальное игнорирование было лучшим ответом на любую заботу со стороны Нечаева, это гораздо лучше, чем слышать бесконечные претензии или наезды с ровного места. Лучше постоянных ссор и споров, которые как едкий дым табака, кажется пропитали их дом, отношения и рабочие кабинеты, медленно и верно убивая, но только лишь майора. Он как верный пёс. Постоянно возвращается к хозяину, что бьёт и орёт на него даже за неправильный взгляд в сторону. Сергей готов выполнить любую просьбу, сделать абсолютно всё ради любимого человека. Даже если Захаров предложит провести на нём эксперимент, майор тут же согласиться, не думая о вреде или последствиях. Готов был любить ужасно холодного человека науки, несмотря ни на что. Несмотря на ужаснейшую боль, которая с каждым разом всё больше и больше превращалась из психической в физическую, пробивая каждый нерв в теле. Но нельзя согреть то, чего нет. Нечаев всегда будет надеяться, что однажды всё станет как раньше. Постоянное игнорирование, и лишь изредка отвечающую взаимностью, больше похожую на наигранную, любовь, как раньше. Спокойствие, безмолвное согласие на мнение друг друга, не вступая в спор, не доказывая свою правоту, как раньше. Вечную тишину, без единого крика, повышенного голоса, как раньше. Просто как раньше. Раньше, которого особо и не было. Пару месяцев минимальной заботы, чтобы заполучить Нечаева в своё “рабство”, и использовать его подобно Сеченову. Сделать предложение, чтобы уж точно закрепить свою манипуляцию над нежным и ласковым сердцем. Создать иллюзию любви, которая останется не пометкой на какой-нибудь периферии, а шрамом в самом центре сознания, постоянно тяготя болью и горечью.