Монстры среди нас

- Сделка должна будет пройти в ювелирном магазине, который находиться в не самом богатом, но и не в самом плохом районе. А если точнее на этой улице. Указал пальцем Папирус на определённую улицу на карте города, которая была раскрыта на столе. - По информации от наших людей, там будут оба важных лица. Директор этой ювелирной сети и тот, кто украл наши товары. Похоже они слишком расслабились, раз так спокойно решили встретиться. Но возможно нам это даже будет на руку. Выпрямился и скрестил руки на груди. - и все же меня раздражает тот факт, что мы не можем найти и хоть одного доказательства, что наши поставки украли... Выдохнул. - Я же правильно все понял, Санс? Повернулся в сторону к брату, который за все время не сказал и слова. Похоже оно снова витал в облаках. Это участились. Папирус видел, как брат все чаще начал уходить в свои мысли, быть временами растерянным. Он не мог не поинтересоваться. - Ты в порядке? - А? Обернулся, словно его только выдернули из мыслей. Секундное замешательство и Санс кивает. Да, он снова витал в облаках. Да... Нам хотя бы поймать одного и устроить допрос. А там уже все будет нормально. Авось гляди и сможем даже вернуть часть своего, если повезет. Но у меня есть чувство что в этот раз все будет намного спокойнее чем, в прошлый раз. Слишком много говорит словно пытается показать, что все контролирует. Но также отводит тему от себя. От Папируса не ускользнуло это странное поведение. - Брат, тебя что-то тревожит? Ухмылка Санса и прикрытые глаза тут же дают ответ. - Так заметно? Развернулся и присел на край стола. Руки по привычке уже спрятаны в карман джинсов. Куртки не хватало, это да. Где-то сбоку торчит локон волос, который вылизала во сне корова. все как обычно. Но глаза... Этот блуждающий взгляд, словно ищет что-то, но что не знает сам. Папирусу достаточно этого, чтобы понять, что его брат не в порядке. Он слишком уж хорошо знал его. Подошел и присел рядом на стол - Ты же знаешь, что я выслушаю. Санс улыбнулся, поднимая голову. - Я знаю, потому и не хочу тебя втягивать в это. Папирус в свою очередь наклонился ближе к брату. - Я не отстану. Санс опустил голову и чуть отвернулся, все так же улыбаясь. - и это знаю. . . Молчание длилось около минуты. Папирус молчал, словно давал брату осмыслить все. Санс поднял взгляд на брата, приоткрыл и тут же закрыл рот. Колебание. закрыл глаза, выдох. Поднял веки, отвёл взгляд и глядя в пол начал говорить. Словно если он посмотрит на брата, тот тут же передумает и снова закроется в себе. В последнее время у меня такое чувство будто. . . От меня оторвали что-то. Что-то очень ценное, чем я очень дорожил. И это совсем не связано с работой. Но я не знаю, что. . . И это длится кже около... Не знаю, месяца, а может и двух. хотя, чем больше думаю об этом, тем больше кажется, что все больше дверей у меня закрыты. Словно я сам заблокировал для себя что-то. Пожал плечами. – не знаю. Вроде все хорошо. Ты и отец рядом. А Маффет. . . Я... Я уже не уверен в ней. Хоть мы и встречаемся, но похоже я ничего к ней не чувствую. Ладонь легла на грудь. А душа и сердце ноют. Словно я потерял того, кем действительно дорожил... Даже во сне иногда. Нет. Слишком часто я вижу очень смутный образ, но каждый раз, когда я пытаюсь приблизиться к нему, то тут же просыпаюсь от невыносимой головной боли. И меня словно держат цепи, которые не дают приблизиться. Смешок. Ладонь перетянулась на лицо, закрывая половину. - я наверное уже чокнулся. . . Голос перешёл на шёпот. Санс прикрыл глаза, успокаивая себя. Тишина в пару секунд повисла в кабинете и... - БРАТИК! Резкий голос, как и объятия заставили Санса в ступор. Даже чуть не упал, но вовремя устоял на ногах, и рука благо обхватила край стола. Тот в недоумении улыбался. – ээ?! - Я С ТОБОЙ! Я тебя ни за что не брошу! И громкие крики и ручьем слезы, от чего Санс окончательно растерялся. Такое происходит тогда, когда для Папируса это слишком важное. Видимо история Санса была слишком личной и не факт, что Санс так легко бы ей поделился. Старший брат осознал свою ошибку. Папирум теперь так просто не отстанет. Точнее пока не успокоится, не отстанет. - ЧЕРТ! Папирус! Прости! Мне не следовало- Попытка отстраниться, провалилась. Папирус с новой силой прижал к себе. Сансу ничего не оставалось кроме как обнять брата в ответ и успокаивать его, а именно еще и слегка похлопывать по спине. Правда тот не собирался останавливаться. Минуты длилась достаточно долго, но Санс выдохнул. - Все, Папс! Хорош! Санс чуть отодвинул своего брата, освобождаясь от цепких объятий. Отстранившись, улыбнулся брату. Убедившись, что Папа успокоился продолжил говорить. - Нам нужно ещё собрать людей! Да и Метаттон закончил свои дела, наверное. Старший брат встал и обошёл стол, снова разглядывая карту. - Я думаю, мы сможем поймать их, если выйдем с этого перекрёстка... Санс продолжал вслух составлять план по перехвату, пока Папирус сжимал за спиной дрожащие ладони. Младший брат смотрел на карту, но его мысли были далеко о другом. На лице было напряжение, но еще тревога... И страх... "Нашёл..." В Лаборатории тем временем Метаттон одевал клетчатую рубашку с розоватым оттенком и застегивал пуговицы. Гастер стоял позади Альфис, которая кликала по клавишам компьютера. Учёный выдохнул и перевел взгляд на парня. Метаттон, не буду врать. Устройство, которое поддерживает твои частички душ, понемногу слабеет. Хотя и устройство старается держать баланс, но твоя цветная душа постепенно поглощает бесцветную. Мы предполагали, что такое может случится. И все же... Если ничего не предпринять и так пойдет и дальше, то. . . Метаттон опустил взгляд на зеркало, что стояло, напротив. А точнее на своё тело, на устройство в груди, что еще было не закрыто рубашкой. И так было видно, что цветная часть души была более яркой, чем белая часть. Парень слегка нахмурился, опуская веки. Гастер тем временем подошел поближе к Меттатону. - Мы знали, что рано или поздно подобное начнет происходить. Я не долгожитель, оно было видно. Уже чудо, что вы вытащили меня из лап смерти. А после продолжил застегиваться. Гастер нахмурился. Для него звучит так, словно этот парень с легкостью готов принять смерть. - Ты отказался от идеи полностью сделать твое тело механическим. Меттатон не стал молчать и ответил мгновенно. - Я не хотел терять свою личность. - Но в итоге все равно постепенно умираешь. - Лучше так, чем быть бесчувственным роботом. Резкие шаги. Метаттон обернулся, сталкиваясь с озлобленным взглядом Гастера. - Я бы не стал дорожить тобой, если бы не мой сын. Я предложил тебе кучу вариантов, которые могли бы помочь тебе жить дальше! Но я смотрю в твоих планах просто напросто оставить моего сына с этими спиногрызами?! - И стать вашей лабораторной крысой? Нет, спасибо! Я имею все для своего счастья! И наши приемные дети не так уж и много доставляют ВАМ хлопот! Вы даже толком не виделись с ними! Голос Гастера явно повысился, а Альфис сидя за компьютером наблюдая за перепалкой начала все сохранять по несколько раз эм... Д-доктор Гастер... - Недолгим счастьем! А я предлагаю тебе варианты, в которых ты будешь и дальше счастлив с моим сыном и этими ещё очень-очень долго! - Доктор Гастер! Метаттон дернулся от слов и, не выдержав, крикнул прямо в лицо Гастеру - ТОГДА ПОЧЕМУ ВЫ ТАК ЛЕГКО ИЗБАВИЛИСЬ ОТ ТОГО ЧТО ЛЮБИЛ САНС?! Тут уже дернулся Гастер. Зрачки сузились и сменился цвет. Белизна начала покрываться тьмой. Метаттон тоже напрягся. Было страшно дерзить ему, но взгляд не опускал. Нельзя отступать! Отступить значит показать слабость! Метаттон не мог подвести своего возлюбленного. Лампы заморгали, как и экраны. Казалось даже воздух стал тяжелее. Альфис в испуге соскочила с места и крикнула что есть силы, в попытках достучаться до ученого. - ДОКТОР ГАСТЕР! Учёный дрогнул, и в тот же момент его окутали тонкие нити, заставляя перекрыть потоки магии, что исходили из него. - Не советую двигаться~ Раздался игривый голос у входных дверей. Метаттон выглянул из-за учёного. Глаза расширились и вопрос вылез автоматом. - Маффет? Что ты тут забыла? - Хотела зайти и позвать на свидание любимого, но тут было поинтереснее~ Кажется, и первого и второго передернуло от сказанной фразы, но оба с молчали. Нити оборвались и исчезли, словно их и не было. Гастер медленно обернулся к наглой девушке, которая посмела использовать свою магию на нем. На самом могущественном и опасном бледнодушим существе. Её прожигали взглядом. Пальцы медленно сжимались в кулак, даже был слышен хруст костяшек. А она не боялась. Стояла также и продолжала улыбаться. Смотрит прямо в глаза. И даже посмела дерзить. Не советую использовать свою магию. Ведь наверняка тут все легко можно сломать. Оборудование и данные, что тут есть у вас, наверняка ценные~ Ученый и вправду чувствовал, как магия может повредить здесь что-то. Даже по тяжелому воздуху это было слишком понятно. Он глянул на Альфис которая уже грызла свои ногти от испуга. Ведь она знала, сколько работы, сколько трудов тут же пропадет. И это сильнее злило ученого. Да, защита была, и все же была вероятность того, что что-то да сломается. Гастер цыкнул и молча исчез в синем пламени. Метаттон облегченно выдохнул и присел на стул, что стоял недалеко от зеркала, прикрыв тут же ладонью часть лица. Маффет же не спешила уходить. Стояла напротив парня, скрестив руки на груди. А Альфис уже и след простыл, видимо убежала в свой кабинет. А возможно просто убежала... Раздался игривый голос девушки. - Итак, Метаттон. . . Скажи на милость, та девочка, она ведь ещё жива, да?~ Брюнет поднял на неё ледяной взгляд. Убрав руку, сам выпрямился, все так же придерживая контакт глазами. - С чего мне тебе отвечать? - хо~ значит действительно жива. По плечу у девушки заползал паучок, у которого было розовое пятнышко на голове. - И кажется, прямо сейчас она гуляет с вашими детьми. Глаза Метаттона дрогнули, а вены вздулись. Девушка улыбнулась шире, обнажая клыки. Да. . . У неё действительно везде есть свои информаторы. А после и вовсе рассмеялась. Для нее все жто было сплошным весельем... - Задела за живое?~ Меттатон все так же сидел в недоумении. - и чем же она тебе так насолила? Санс её даже не помнит. Зачем она тебе? - и все же она спала с ним. да она и в принципе меня раздражает. Я хочу насладиться её страданиями сполна. Чтобы она запомнила, что связываться со мной, это очень большая ошибка! Мгновение и парень встал. Шаг вперед. Метаттон навис над ней. Смотрит в глаза, нет... в самую душу. Не советую совершать глупостей. В последнее время ты слишком обнаглела, но не пытайся забрать все себе. И помяни мое слово. Однажды ты заплатишь за все, что натворила. Прошел мимо и покинул лабораторию. Как только двери захлопнулись, Маффет же дернула уголком губы. - ха. . смеют дерзить мне. Ничего. . . Когда милый Санси полностью подчиниться мне, все склонятся передо мной~ ху~ху~ху~ Дорогая машина заехала во двор и черные широкие ворота автоматически начали закрываться. Мотор стих. Двери автомобиля открылись и из него вылезли Папирус с места водителя и Метаттон с пассажирского. Брюнет не выдержал. - Значит твой отец действительно приложил руку к этому... - Да, ещё, как я слышал, к этому задействовали Чару. Меттатон тут же глянул на супруга. - но она же подруга Санса! Папирус кивнул. Метаттон выдохнул и начал вытаскивать пакеты с продуктами с заднего сидения. Папирус же взял часть пакетов и продолжил говорить. знаю. Но сейчас, наверное, нам нужно подумать, как снять печать с брата. А это будет не легко. Даже если и получится, неизвестно что произойдет. В плане... Мы не знаем, как Санс отреагирует на это, не произойдет ли ничего ужасного. А может он и вовсе впадает в ярость, а то и безумство. Я помню, как Санс злиться... Это... Очень страшно. Парни подошли к входным дверям и открыли их. Внутри дома были слышны детские радостные крики. Кажется, они бесились в зале, а Фриск выглянула в коридор из кухни, дабы встретить хозяев дома. Широко улыбнулась и прошла навстречу, вытирая руки салфеткой. На девушке был фартук с кармашком, куда убрала салфетку. - с возвращением! - привет! Спасибо что приглядела за нашими детишками! Сказал с улыбкой Метаттон, передавая пакеты Папирусу и тут же крепко обнял девушку. Фриск обняла в ответ. Кажется, они и вправду очень сильно сдружились. Папирус воздержался от объятий, так как руки были заняты. - Мы очень благодарны, правда. Сказал Папирус проходя на кухню, неся пакеты. Метаттон кинул взгляд в зал, где бегали дети и кажется не замечали прихода родителей. Это ни капельки не смутило родителя. Его сердце наоборот радовалось, когда он видел, как счастливы его дети. - Думаю, они отлично провели время. Фриск улыбнулась и вместе с Метаттоном прошли на кухню. На столе лежала нарезная доска, на которой лежали фрукты. А именно почищенные яблоки и бананы, которые Фриск видимо начала нарезать. Девушка тут же начала отчет по поводу прогулки. - Они были ангелочками, хорошо себя вели. А Папирус лишь ухмыльнулся, разбирая пакет. Глянул на девушку и с улыбкой произнес - хотят произвести на тебя впечатление, чтобы ты чаще навещала их. Фриск улыбнулась. конечно, я буду приходить и играть вместе с ними. Давно я так не веселилась. А вы можете спокойно заниматься своими делами. Разбирая другой пакет, девушка чуть замедлилась. - Мне это и вправду нужно было. Спасибо. Я хорошо провела время. Фриск снова улыбнулась, а веки чуть опустились. Папирус подошел к Меттатону, положив ладонь ему на плечо. Меттатон смотря на девушка тоже улыбался, но эта улыбка была какой-то... Встревоженной? - Значит мы не ошиблись, когда решили позвать тебя. Но Фриск, почему у тебя такое... Грустное лицо? Девушка в недоумении моргнула. Ладонь на автомате потянулась к лицу и коснулась - а? "Да?. . Я не знаю, но. . . У меня очень странное чувство. . . Будто сейчас что-то случится. . . Что-то такое, от чего мне будет страшно и грустно. . . Что это за плохое предчувствие? " - Фриск? Спросил Меттатон, но из раздумий ее выдернул совсем другой звук. Детский крик, который проникал в саму душу и рвал сердце. Джон... Произнес не своим голосом Меттатон. Все трое обернулись в сторону зала, где до этого играли дети и тут же побежали. Первым в зал ворвался Меттатон, а следом за ним Папирус. Фриск влетела последняя. Брюнет дрожащими глазами осматривал комнату, в поисках своих ребятишек. Их здесь уже не было. Папирус повернулся в другую сторону. – Спальня! Произнеся, Папирус пробежал через зал, за два прыжка поднялся по лестнице и влетел в спальную комнату мальчишек. Следом вбежали остальные. От увиденное картины, Фриск прижала ладонь ко рту. А Папирус замер на месте. Глаза Меттатона задрожали. На полу, в самом центре комнаты, лежал один из них, а именно старший сын, Джон, пока над ним возвышался второй. В руке у младшего были ножницы. Кровавая лужа увеличивалась в размерах, она распространялась со стороны горла. Маленькое бледное тело все еще билось в конвульсиях, но уже не так сильно. Глаза смотрели в потолок, но огонь стремительно угасал. Сэм тоже был покрыт кровью, но он продолжал сверлить взглядом старшего брата, у которого тусклая бледная душа начала трескаться... Меттатон осознав картину тут же смог заставить себя сделать шаг вперед. Глаза дрожали. Папирус не двигался. Он все еще не мог осознать что происходит. А Фриск чувствовала, как к горлу поднимается съеденный обед. Меттатон с дрожью в голосе начал. Ч-Что. . . Милый... Младший брат поднял голову и обернулся в сторону родителей. Словно только сейчас услышал как они подошли. Метаттон на негнущихся ногах сделал еще шаг. Вытянул ладонь, словно это поможет достучаться до ребенка. А может Меттатон сам хотел в жто верить... - зачем. . . Солнышко... что ты наделал? Зачем, Сэмми? Почему ты так поступил? Голос предательски дрожал. В глазах Меттатона был страх и он чувствовал, что слезы вот вот польются. Мальчик не отвечал только поднял руку с разведенным ножницами к груди и призвал свою цветную душу, оставляя ее между лезвиями. Подняв глаза на родителей, улыбнулся не своей улыбкой, во все зубы. Она была дикой. Безумной. - ДА ЗДРАВСТВУЮТ ЦВЕТНОДУШИЕ! Метаттон и Папирус слишком поздно поняли, что сейчас произойдет. Они рванулись к своему сыну. Но Фриск четко услышала щелк ножниц...