Вернуть воспоминания или игры Люциуса Малфоя

      Гермиона любила неспешно прогуливаться по берегу озера, наслаждаясь одиночеством и умиротворением. Она уже две недели как жила здесь. Ее неожиданный приезд на неделю раньше от оговоренного времени хоть и несколько удивил профессора Макгонагалл, но нисколько не огорчил. Директор была совершенно не против пораньше впустить в стены школы девушку. Тем более Гермиона обещала помочь с обустройством мест для учеников, а оставшееся время посвятить наведению порядка в библиотеке, так как отлично знала, как там всё было устроено до войны.       В свободное время Гермиона читала учебную литературу, рекомендованную седьмому курсу, а когда та закончилась, нашла в библиотеке учебники продвинутого уровня. Один из них был из запретной секции, но директор вовсе не возражала, так как полностью доверяла девушке.       Три дня назад все приготовления в новому учебному году были окончены. Из-за большого количества учеников проживать им теперь придётся по 6-7 человек в комнате. И учебные классы пришлось сильно расширить, но это не стало большой проблемой. Куда большую трудность вызывал недостаток пособий, котлов и мётел. Оставшегося после войны оборудования для занятий категорически не хватало, но благодаря поступившим в последние две недели благотворительным взносам всё необходимое удалось приобрести вовремя.       В зале трофеев появилась новая ниша с наградами «За особые заслуги перед школой», выданными всем, кто участвовал в битве за Хогвартс. Особое место занимали награды, полученные посмертно. «Их жертва не была напрасной… — виднелось над списком, — их подвиг навечно в наших сердцах». Гермиона каждый раз не могла сдержать слез, глядя на фотографии погибших друзей. Она несколько раз просила профессора Макгонагалл убрать из зала трофеев награды, выданные Тому Реддлу. Но та была непреклонна: «Это наша память. Мы не можем изменить того, что произошло, но это должно стать для нас примером. Даже лучшие из нас могут сделать неправильный выбор». Спорить с директором девушка не стала, хотя, глядя на эту награду, у неё начинала пульсировать вена на шее, а кулаки сами собой сжимались. Она была готова уничтожить ее каждый раз, когда проклятая табличка попадалась ей на глаза.       Также профессор Макгонагалл назначила Гермиону старостой школы, а вторым префектом был выбран Невилл Долгопупс. Несмотря на то, что он не самый прилежный ученик, благодаря своему подвигу во время финальной битвы он полностью заслуживал звания префекта школы.       Каждым вечером своего пребывания в Хогвартсе Гермиона заглядывала к Хагриду. В этом году он опять будет вести «уход за магическими существами». Он очень обрадовался, что Гермиона решила закончить обучение, хоть его курса у неё в расписании не значилось. Полувеликан каждый день угощал ее своей выпечкой, хоть та так и не стала получаться лучше. Об его тыквенные кексы по-прежнему можно было сломать зубы.       Также Хагрид сообщил ей, что завёл нового питомца. Несколько картинок самых опасных зверей пронеслись в голове у девушки, хотя мужчина и сообщил ей, что профессор Макгонагалл совершенно не возражала против его нового друга. Когда Хагрид полез в сундук, чтобы продемонстрировать Гермионе зверька, девушка в испуге зажмурилась. «А вот и Пушистик, познакомься с Гермионой», — тонким голосом пролепетал лесничий. Гриффиндорка тогда не поверила своим глазам, ведь у него в руках было не опасное свирепое существо, а милый карликовый пушистик!

***

*       Два дня назад в школу прибыли и оставшиеся преподаватели. Среди них были и новые: по древним рунам и защите от темных искусств. Преподаватель по магловедению не успевал приехать к началу учебного года. Об этом стало известно лишь 30 августа, поэтому профессор Макгонагалл попросила Гермиону провести несколько занятий до приезда учителя. Гермиона обрадовалась такой возможности, но позже начала переживать из-за выпадшей на нее ответственности, ведь времени на подготовку практически не оставалось. Поэтому утро первого сентября до прибытия в школу учеников она провела в библиотеке, штурмуя первые главы литературы по курсу. Она так увлеклась, что чуть не опоздала к началу церемонии в Большом зале. Убрав книги на место, Гермиона поспешила вниз.       Прямо у дверей её окликнула профессор Макгонагалл. Выглядела она так, будто только что узнала наинеприятнейшую новость. — Мисс Грейнджер, нигде не могла вас найти. — Я была в библиотеке. Что-то случилось? — Мне надо с вами кое о чём поговорить. — Конечно, профессор.       Девушка уже видела этот взгляд раньше. Он был как тогда, на первом курсе в женском туалете, когда Гермиона сказала, что из любопытства пошла посмотреть на горного тролля. Её это немного взволновало. Она мысленно пыталась понять, что могла натворить, но слова директора прозвучали прежде, чем ее мозг смог найти разумное объяснение. — Мне сегодня пришло письмо от Люциуса Малфоя, — Гермиона нервно сглотнула. «О нет, только не это» — пронеслось у нее в голове. — Он хоть больше и не является членом попечительского совета школы, но его влияние на него по-прежнему очень значительно. К тому же его благотворительные взносы… Можно сказать, что на них мы и отстроили школу заново.       Гермиона молча слушала директора не в силах вымолвить ни слова. Что это всё может значить? К чему она клонит? Что было в его письме? — Так вот, мистер Малфой сообщил мне, что вы с его сыном заключили союз… брачный союз, — брови директора поползли вверх.       Глаза Гермионы округлились. Девушка от услышанного приоткрыла рот, но ни один звук так и не сорвался с ее уст. — Хоть я должна признать, что несколько удивлена. Вы и мистер Малфой — это так… это так неожиданно. Но всё же примите мои поздравления. — Э-эм… Я… — замялась девушка, не зная, что ответить. — Спасибо.       Гермиона надеялась, что на этом неприятный разговор закончится. Почему-то она испытывала неловкость и даже стыд. Она осознавала, что в тайне держать их с Драко брак долго не получится, особенно после статьи в «Пророке» и понимала, что подобных разговоров не избежать. Но все же надеялась на чудо. Она много раз прокручивала в голове возможные варианты таких бесед. И даже придумала несколько остроумных ответов и способов перевода темы, но сейчас все они куда-то испарились из ее головы. Пока Гермиона всячески пыталась держать себя в руках, профессор продолжила: — Также он настоятельно просил выделить вам с мистером Малфоем семейную комнату, как это и положено по правилам школы. — Это совсем необязательно! — очень резко вырвалось у девушки. Её голос почти перешёл на писк в этот момент. Щеки горели, она поняла, что покраснела. Стоп. Драко приедет в школу? Но зачем? Он ведь не собирался продолжать обучение… — Хоть женатые пары, учащиеся в Хогвартсе — это большая редкость, но такие прецеденты были, и мистер Малфой прав, вам действительно полагается отдельная спальня. Так как вы с разных факультетов комнату подобрать было не так легко, но… я смогла, — женщина по-доброму улыбнулась, — в северном крыле осталось одно свободное помещение, и я уже попросила эльфов его для вас подготовить. Ваши вещи будут перемещены туда сразу после торжественной церемонии распределения. Сэр Кэдагон, вы с ним уже знакомы, проводит вас до комнаты после банкета. — Но Драко, он не… — Мистер Малфой сообщил, что немного задерживается, но скоро прибудет. Проходите в зал, скоро начало, первокурсники ждут, — женщина указала рукой на дверь.       Гермиона не знала, что говорить, что ей стоит ответить. Наверное, нужно поблагодарить, но совершенно не хочется. Язык просто не поворачивался выдавить «спасибо». Что может быть хуже, чем жить с Малфоем в одной комнате? Неужели не понятно, что ей этого совершенно не хочется? Ей это не нужно! Ну да, как профессор могла это понять, раз они с Малфоем женаты. Люциус ведь в письме не посвятил её в условия их сделки брака.       Гермиона, опустив взгляд, развернулась. Она уже толкала дверь, когда профессор Макгонагалл сказала вдогонку: — И да, мисс Грейнджер, хочу, чтобы вы знали, мое мнение о вас в связи с открывшимися обстоятельствами никак не изменилось, — от слов женщины девушке стало немного легче. Она понимала, что не все так спокойно отреагируют на их с Драко связь, но сохранить хорошие отношения с Минервой для неё многое значило.       Когда Гермиона вошла в зал, все уже сидели. Школьники болтали и смеялись, по началу не обращая на неё внимания. Учеников было много. Непривычно много. С появлением их школа будто вновь ожила. Будто не было всех тех ужасов, происходивших здесь во время войны, будто не в этот зал складывали трупы бойцов, отдавших свою жизнь за защиту школы. Словно это было не с ними. Всё стало как раньше — до войны. Больше не было видно страха в глазах детей, только радость от предвкушения нового учебного года.       В этом году приехали все маглорожденные ученики, кто не смог пройти обучение в прошлом году, а также вернулись практически все из прошлогодних семикурсников, чтобы подготовиться и сдать ЖАБА. Зал был полон. Свободными оставались лишь места для первокурсников.       Девушка увидела в конце стола машущего ей Невилла и поспешила к нему. — Смотрите, — выкрикнул какой-то второкурсник с Гриффиндора и указал на неё пальцем, — это же Гермиона Грейнджер! — всё больше взглядов устремлялось в ее сторону.       Девушка непроизвольно съёжилась от такого внимания. Ей это определённо не нравилось. Так как она почти всё лето провела в Австралии, то уже порядком успела от этого отвыкнуть. Какого же было Гарри все эти годы, жаль, что сейчас его нет рядом. Самое ужасное в сложившейся ситуации оказалось то, что девушке оставалось только гадать, связан такой интерес к ее персоне с ролью во время войны или с недавней статьей в «Пророке». Хотя какая разница, если их с Драко поселят вместе. Сплетни по школе быстро распространяются, долго скрывать не получится...       Драко... Гермиона перевела взгляд на стол Слизерина. Учащихся за этим столом было меньше всего. Среди сидящих парня не оказалось, но, исходя из слов профессора, он прибудет позже. Он приедет учиться или заявится лишь для того, чтобы прилюдно сообщить об их браке? Он ведь не собирался возвращаться, может это Люциус его заставил? Даже здесь эта семейка не оставит ее в покое. Будто они поставили себе задачу превратить ее жить в ад.       Неуклюже плюхнувшись напротив Невилла, Гермиона с облегчением выдохнула. Невилл искренне улыбался. — Всем привет! — девушка попыталась выглядеть как можно более дружелюбно, хотя настроение к этому не предрасполагало. — Привет, Гермиона. Я так рад тебя видеть!       Но не у всех сидящих поблизости были такие радостные эмоции. Джинни Уизли смотрела на неё с презрением. Она определенно злилась на Гермиону. Если Гарри ей ничего не рассказал (он ведь обещал), значит постарался Рон. И даже если его слова можно было списать на бредни ревнивца, то отъезд Гарри в Австралию, совпавший со статьей Скитер, не оставил в голове Джинни никаких сомнений. У неё было право злиться на Гермиону, ведь она не знала причин принятого девушкой решения и скорее всего не была в курсе измен своего брата. — Как твоя бабушка, Невилл? — поинтересовалась Гермиона с легкой улыбкой на губах. — Она наконец гордится мной. Хочет, чтобы я стал мракоборцем. — А ты этого хочешь? — Не знаю, меня увлекают травы, ну ты знаешь. А как твои родители? — Уже лучше, — девушка искренне улыбнулась. — Гермиона, — обратился к девушке мужской голос. Он принадлежал Симусу Финнигану, — а это правда, что писали в «Пророке» про тебя и… — парень не успел закончить свой вопрос, ведь в этот момент двери, ведущие в Большой зал, отворились.       Директор, а следом за ней толпа первогодок зашли внутрь. Она выстроила их вдоль преподавательского стола лицом к остальным школьникам. Профессор Макгонагалл поставила перед ними табуретку, на которую водрузила старую распределяющую шляпу. Та по традиции начала запевать и в своей привычной манере рассказала об истории возникновения четырёх факультетов. Когда ее песнь закончилась, по залу пронеслись бурные аплодисменты.       Директор развернула длинный свиток пергамента и стала по очереди вызывать первокурсников. Когда фамилии в ее списке закончились, всем было разрешено приступить к трапезе.       По окончании банкета профессор Макгонагалл поднялась со своего места. Гул стих, в зале воцарилась тишина. На весь зал разнесся громкий голос директора. Она произнесла длинную речь, посвящённую героям второй магической войны. А после напомнила о правилах нахождения в школе.       Когда тарелки окончательно опустели старосты факультетов стали разводить первокурсников по комнатам. Остальные учащиеся не спеша доедали и также покидали Большой зал. Гермиона с Невиллом пошли в сторону гостиной вместе, чтобы обсудить их обязанности как старост школы. Девушка долго рассказывала о важности их работы для функционирования Хогвартса, о том, какую помощь они окажут директору при качественном выполнении поручений и слаженной работе всех старост факультетов. — …к тому же нам необходимо подготовить график дежурств по этажам, назначить место проведения собраний и ответственных по успеваемости. Я вот тут кое-что уже набросала, — Гермиона передала парню три свитка, — также нам надо составить график работы поля для тренировок по квиддичу и подготовиться к организации общешкольных мероприятий. Вот список на этот год, — она вручила парню ещё один свиток. — Ближайший праздник будет в конце октября, поэтому, думаю, начать готовиться надо через две недели. А вот это график посещения Хогсмида, надо повесить его на доску с объявлениями…       Парень послушно кивал, перебирая руками врученную бумагу. Он уже давно не успевал за мыслями девушки, поэтому, выждав, когда она закончит рассказывать об очередной их обязанности, резко перевел тему. — Гермиона, а ты не знаешь, что происходит с Джинни? Она какая-то странная в последнее время. У них с Гарри всё хорошо? — С Джинни? Думаю, она расстроилась, что Гарри решил не заканчивать обучение, — Гарри рассказывал ей, что они с Джинни не раз ругались из-за этого. Она хотела провести этот год вместе, но парень твёрдо решил пойти на стажировку в министерство. — Понимаю, я тоже буду скучать по Полумне. — Я думала, что вы расстались. — Да, это так, но я все равно буду по ней скучать.       Ребята подошли ко входу в гриффиндорскую башню, загорожденному большим портретом, охраняющим вход в гостиную. — Назовите пароль, молодые люди, — попросила Толстая Дама в розовом шёлковом платье. Она была не одна, поэтому кокетливо помахивала веером и широко улыбалась.       Невилл достал из кармана бумажку и прочел написанные на ней слова. — Сопло соплохвоста. — Верно. Можете пройти.       Перед тем как портрет отъехал в сторону, рыцарь, гостивший на нем, поцеловал руку Толстой Дамы и сказал: — Спасибо за гостеприимство, миледи, но мне пора. — Ну что вы, сэр Кэдагон, — дама на портрете засмущалась и еще более энергично замахала веером. — Юная особа, — обратился он к Гермионе, — я назначен, чтобы сопроводить вас. Прошу, за мной. — Ты это куда? — успел спросить Невилл уже на полпути в гостиную. — Позже расскажу, — уходя, крикнула ему вслед Гермиона.