Lose your Mind

Еще через километр, где-то, они увидели здание, на крыше которого был финиш. Вокруг не было слышно ни одного шороха, ни одного звука бежавших сюда раннеров, ни даже криков. Лиса и Розэ переглянулись, а потом Манобан пошла вперед ко входной двери в здание. Естественно, двери закрыты. Никто и не сомневался. — Будем выбивать? — оглянулась на Пак. — Давай. Что-то я не хочу лезть сначала на то здание, потом прыгнуть и зависнуть на самом краю. Я уже устала, — выдохнула. — Ты же у нас любишь экстрим, — хмыкнула Лиса, отходя от двери и замахиваясь битой, — Очень странно слышать это, — ударила по ручке со всей дури, — от тебя! Ручка двери отлетела куда-то в сторону, а с ним и встроенный замок. Отворив дверь, Лиса сделала небольшой поклон, приглашая Розанну войти. — Вау, вы такой джентльмен, — рассмеялась Пак. — Всегда к вашим услугам, — так же ответила Лиса, проходя за ней. — Теперь мы облегчили другим доступ сюда… — вздохнула Чеен, пока они поднимались наверх. — Думаешь, они увидят открытую дверь? Они слепые, Ро. Так что будь спокойна, — издала смешок, когда они дошли до двери, ведущей на крышу, — И тут закрыто, — вздохнула, — Отойди-ка. Как только Чеен отошла, Лиса вновь сделала проход с помощью биты. Видимо, потом ей придется покрыть расходы на ремонт… Но она подумает об этом позже. Открыв дверь, она вышла на крышу первая, ловя взгляды всех на себе. Розанна же вышла следом за ней, сразу направившись к медикам, потому что эти тонфы натерли ей руки до мозолей. — Чего уставились? — усмехнулась Лиса, — Я покрою потом расходы за выбитую дверь. По всему городу объявили о Лисе и Розэ, которые заняли первые места обе. Все на крыше стали аплодировать, но глаза Лалисы искали лишь одного человека. А когда нашли, то увидели в ее глазах лишь чистый восторг. Как будто в кошачьем взгляде до этого момента страха не было вообще. Манобан хмыкнула и стала подходить к Ким, откинув биту в сторону, чтобы с этой вещью разобрались ответственные за инвентарь люди. — Ты, как всегда, великолепна, — рассмеялся Бэм, приобнимая Лалису за плечи. — Как же иначе. Сколько всего людей выбыло? — задалась она, захотев поскорее разобраться с этой частью, а потом уделить время Джейн, о которой грезила все две недели, пока готовила все необходимое ради такого глобального события для раннеров. — Около 60 точно. Не считая убитых вами и умерших в самом начале. Остальные лишь покалечены. — Эй, мы не специально. Они сами прыгали вниз, — запротестовала Лиса, — Лучше бы просто пытались сюда добежать, а не тратили время в попытке меня замедлить. Бесит их глупость. — Тут ты права. Я пойду, поговорю с Каем, — после этого брови Лисы нахмурились. — Буйный? — Да. И, кажется, со стрелковым оружием. Так что было бы хорошо, если бы его остановили до того, как он дойдет сюда. — Иди. Я тоже скоро подойду, — после ее слов Бэм ушел, а Лалиса, наконец, взглянула на Дженни, — Ну? — улыбнулась, хоть под маской этого и не было видно. — Как бы я не хотела признавать, — робко начала Джен, — Но ты была неотразима, — ее глаза смотрели в глаза Лалисы, чьи руки позже обхватили девушку за талию. — Надо же, спасибо. Две недели к тебе не приходила, а ты успела так подобреть? — Манобан откровенно издевалась над ней. — Причем тут это… — Ким отвернула голову, чтобы скрыть подступивший румянец, хотя маска и так хорошо справлялась с этой задачей. — Посмотри на меня, — потребовала Лиса, одной рукой поворачивая голову Руби к себе, — Сначала мне нужно разобраться с буйным, потом поедем ко мне, договорились? — К тебе? — с подозрением взглянула Джейн. — Что за взгляд такой, Дженни? — лицо Лисы приблизилось к лицу другой девушки так, что они оказались носом к носу, — Думаешь, я живу в какой-то дыре? — Ни в коем случае… — Готовься подбирать челюсть с пола, — усмехнулась Манобан и вновь соприкоснулась с губами Джейн через маску, — С буйным я закончу быстро. Но если устанешь ждать — скажи Бэму. Он отвезет тебя ко мне, поняла? — Что за внезапная забота? — Разве я была такой уже не с первой встречи? — одна бровь Лалисы взмыла вверх, заставляя Руби вспомнить все, что делала Лиса и не делала, — Я даже две недели не подходила к тебе, чтобы ты могла подумать, — и ушла к Бэму, оставив Ким с огромной кипой мыслей. «Я настолько слепая, что за ее желанием овладеть мной не видела других поступков?» — Погоди! Почему к тебе?! — крикнула Ким так, что услышали все. И Лиса не удержала себя от смеха, развернувшись к ней. Все остальные подхватили ее волну, давая Дженни понять, что все они — семья. Своеобразная, конечно, но семья. Чокнутая на голову, но все же… — Потому что я не планирую просто так отпускать тебя сегодня, малыш! — крикнула она в ответ, заставляя Дженни смутиться. Прошло лишь больше двух недель, а она, кажется, уже признала, что начала сходить с ума. Ну точно… Почему ее сердце начало отбивать чечетку от такого вульгарного предложения со стороны этой психопатки? А щеки горели так, словно пожар охватывал тысячу лесов одновременно. — Где он находится? — спросила Лалиса, как только подошла к Бэму и Каю. — Он уже должен быть здесь, по словам патрульных. — Так, ладно. Есть снайперская винтовка? — задалась Манобан. — Ты хочешь попасть по нему отсюда? — удивился Кай. — А у нас есть выбор? Этот гребаный буйный щас всех перестреляет. А этого я хочу меньше всего. — Ты сама многих перебила, Ли, — Бэм закатил глаза. — Да. Но в данном случае здесь Дженни. И вы. Мне поебать на совершенно чужих, но вами рисковать я не собираюсь. И не позволю вам подохнуть от рук торчкового раннера, — рявкнула Манобан, — Или пускай патрульные обездвижут его. Черт подери, мы же все раннеры, вашу мать! — повысила голос, — И какой-то один буйный доставляет нам проблемы? — Они просто осторожны… — В нашем лексиконе есть слово осторожность, когда дело касается подобного? — холодный взгляд Лисы, направленный на Бэма, напугал даже Кая, — Открывайте огонь по этому уебку. — Понял, — Бэм кивнул Каю, чтобы тот срочно передал приказ по рации. — Открывайте огонь по нему… — Кай проговорил слегка неуверенно, смотря на Лису, а после того, как та показала ему большой палец, продолжил: — До летального. — Отлично. Я пойду навстречу, если они каким-то чудом не грохнут его, — проговорила Лалиса и пошла к двери, подбирая с земли свою железную биту, — Напомните мне потом поискать снайпера, — и ушла. Дженни наблюдала за этим со смешанными чувствами. Почему-то она боялась за Лису в этот момент. Ей не хотелось, чтобы она откинулась в этот день. Не тогда, когда та обещала продолжение… «О чем ты, черт возьми, думаешь?!» — ударило Ким ее сознание за подобное, потому что она, по ее принципам, не должна была думать о подобном… Не справившись со своими мыслями, она направилась в сторону Бэма в тот момент, когда на крышу начали приходить оставшиеся бегуны один за другим, некоторые побитые, некоторые будто просто на прогулку вышли. — Слушай, Бэм, — Ким потянула его за рукав, обращая на себя внимание. — Что такое, Джей? — Ооо, так вот, как тебя теперь все будут звать? — издал смешок Кай, — Добро пожаловать, что ли, Джей. — Спасибо, — слегка поклонилась она, неловко смеясь, — Ли сказала, что ты, если что, можешь отвезти меня к ней домой… — после этих слов к ее щекам прилил странный румянец. — Ты хочешь уехать? — слегка расстроился Кай, — А мы ведь только-только познакомились… — Я просто посоветоваться пришла! — нахмурилась Руби, сжимая рукав верхней одежды Бэма сильнее, — Стоит ли мне остаться, или поехать к ней? — Хм, — задумался парень, — Думаю, я могу тебя отвезти. Иначе зачем еще Лиса тебе предложила этот вариант? — Думаешь? — Ким сжала губы, — Черт, мне еще и на работу сегодня… — Эй, — Руби услышала голос приближающейся Чеен, — Как раз о работе. Я могу прикрыть тебя, — проговорила она, кладя руку на плечо Джейн. — Вы типа знакомые? — покосился на них Кай. — Давай без «типа», — хмыкнула Розэ. — А ты сможешь сама выйти после такого забега? — сомневалась Ким. — Я, по-твоему, новичок какой-то? Не недооценивай меня, — фыркнула Пак, — И не такое переживу. — Хорошо-хорошо, — издала смешок Дженни, — Я… чувствую себя странно. — Давай ты подумаешь об этом на трезвую голову? Я отвезу тебя к Ли, так что пойдем. Утро вечера мудренее в этом плане, поэтому не забивай сейчас голову этим, — Бэм потрепал Дженни за голову и направился к двери, Кай в это время с кем-то общался по рации, поэтому лишь махнул им на прощание, а Розанна чуть приобняла, как делала это и в обычное время. Даже несмотря на странное чувство внутри себя, Дженни рада, что их отношения с Чеен не испортились. А еще она рада, что с Лалисой тоже все было хорошо. Выйдя из здания, девушка сразу направилась к уже ревущему байку, на котором располагался Бэм. Надев шлем, Дженни села сзади и обняла парня, снова ловя себя на мысли о разнице в объятиях его тела и тела Лисы. Как только парень почувствовал объятия, он выехал на дорогу. И это уже, кажется, любимое занятие Ким — наблюдать за быстро мелькающими огоньками…

***

У Дженни глаза на лоб полезли, когда Бэм остановил байк перед высоким зданием. На крыше которого, видимо, располагался пентхаус. Ким была уверена, что ей нужно батрачить миллионы, а то и миллиарды лет, чтобы позволить себе такое место жительства. И то без трат на необходимые нужды. Иными словами, она быстрее сдохнет, чем сможет купить жилье в таком месте. — В общем, вот ключи, — Бэм передал ключ-карту от этого огромного дома Дженни, — Расположишься тут сама, а я поеду обратно. Хорошо? — Конечно… — Руби взяла ключ дрожащими руками и слезла с мотоцикла. Она даже шлем снять не успела, а парень уже уехал в обратном направлении, оставив бедную Джейн стоять в ступоре. Но потом, выдохнув и втянув побольше воздуха в легкие, она направилась к зданию, рассматривая ключ. Каков же был ее шок, когда она поняла, что ей придется подниматься до самого верха. До самого пентхауса… Войдя сначала в многоэтажное здание, Ким стала оглядываться, нет ли где-нибудь персонального лифта, при этом попутно снимая шлем. Так как вряд ли у нее получится добраться на обычном… Заприметив такой лифт, Руби направилась к нему и открыла с помощью ключ-карты. Кабинка была оснащена огромным зеркалом на всю стену и светодиодами снизу, как дополнение к основному освещению. Сердце девушки бешено стучало в ушах, пока лифт ее поднимал наверх… Как только двери открылись и девушка сделала шаг в просторное помещение, свет автоматически включился, вновь заставляя Джейн округлить глаза. Высокие потолки, два этажа, а перед ней панорамные окна на всю стену, открывающие вид на ночной город. Разувшись, она прошла вперед, снимая капюшон и маску и кладя шлем на тумбочку неподалеку, и встала перед этим видом. Девушка находилась в открытой гостиной, где располагались черные, кожаные диваны и кресла в неком подобии полукруга. Белый ковер и черный, деревянный стол. Это пока было все, что успела увидеть Ким, потому что все ее внимание было направлено на вид ночного города. Сама она такое лицезреть не может… Так же там была стеклянная дверь, ведущая на балкон. Дженни поняла это лишь по тому, как в ее сторону откуда-то дул ветер. Засунув маску в карман брюк, Руби вышла на балкон, который был обставлен под зону отдыха с гамаком, пуфиками, широким ковром. Еще были шкафы с книгами, которые стояли под козырьком крыши и которые были защищены стеклянными дверцами от погодных условий. Кресло-качалка, небольшой столик. И еще один черный диван, который ближе всего находился к виду отсюда. Не думая вообще ни о чем, Дженни подошла к этому дивану и расположилась на поверхности, устремляя свой взгляд вдаль и погружаясь в свои мысли. Думала ли она, что когда-нибудь будет любоваться ночным городом в таком роскошном месте? Нет… Также она не думала, что позволит незнакомке так увлечь себя. А что сейчас? Сейчас она сидит на диване и ждет Лалису, надеясь на то, что та вернется живой. Руби не знала, сколько времени прошло, но из мыслительного процесса ее вырвал звук лифта, после которого ее дыхание вдруг сперло, а сердцебиение участилось. Она слышала, как вошедшая сняла обувь и откинула верхнюю одежду куда-то, а затем шаги стали приближаться. Когда Дженни почувствовала чужое присутствие буквально над собой, сразу же откинула голову назад и взглянула на Лису, лицо которой выглядело умиротворенным. — И как тебе? — хмыкнула Манобан, ставя руки на спинку дивана по обе стороны от головы Дженни. — Я сразу же прошла сюда… — промямлила Ким, а с губ Лисы слетел смешок. — Вот оно что. Тогда пойдем наверх. Мне нужно принять душ. — Я и тут могу посидеть, — Дженни выпрямила голову, когда ее лицо начало гореть от смущения. — Я не говорю тебе мыться со мной. У меня вторая душевая имеется. Но если хочешь, мы можем полежать в просторной ванной, — руки Лалисы легли на плечи Джейн и слегка сжали. — Что стало с буйным? — От него практически ничего уже не осталось, когда я пришла туда. Все же стрелять они умеют, — еще один смешок, — Так как насчет ванной после душа? Я поставлю воду набираться. — Тебе так хочется, чтобы я полежала с тобой в ванной? — Руби встала с дивана, сбрасывая руки Лисы, и поворачиваясь к ней. — Это одна из моих хотелок, так что ты угадала, — ухмыльнулась та, — Пойдем, Дженни. Я не кусаюсь без необходимости. Как только Лиса направилась внутрь, Джейн не хотела идти за ней следом. Однако когда Манобан остановилась у лестницы на второй этаж и глянула в ее сторону, ноги Дженни автоматически пришли в движение. На этот раз по пути она уже заметила кухонный островок, выполненный в черно-белых тонах. Она пришла к выводу, что весь пентхаус в целом использует конкретно эти цвета и их сочетания в разных соотношениях.

***

Как только девушки оказались на втором этаже, на глаза Джейн попалась очередная открытая зона, которая располагалась как раз над кухонным островком. Здесь стоял огромный и широкий телевизор, а перед ним белые диваны, но не из кожи. Они были сделаны из мягкой и пушистой ткани. На нем так же валялись подушки, но уже черного цвета, а под ногой располагался белый ковер. Также стоял маленький, овальный столик из стекла. — Вот эта комната — гостевая, рядом с ней — моя. Внутри будут двери справа — это душевые, — указала поочередно на комнаты позади тех самых диванчиков, — Все необходимое там уже есть, помимо обычной одежды и нижнего белья, — хмыкнула Лиса, смотря на вновь покрасневшее лицо Дженни. — Может, мне тогда лучше к себе там поехать…? — Я дам тебе все, так что успокойся, — Манобан подошла к Дженни и положила свою руку на макушку той, — Потом заходи сразу ко мне, полежим в ванной. Дверь оставлю открытой, — с этими словами Манобан ушла в свою комнату, а Ким поплелась в гостевую. Войдя в комнату, Руби слегка растерялась от простора. Тут тоже был телевизор, который находился перед огромной кроватью, а на всю стену слева, где и располагалась кровать, были шкафы и полки. Стена напротив входной двери представляла собой панорамные окна с такой же стеклянной дверью, ведущей на балкон, как и на первом этаже. Приметив дверь справа от входа, Ким направилась туда, пытаясь не восхищаться Лисой. Сейчас ей надо было просто принять в душ, а потом… пойти к Манобан и понежиться с ней в ванной. Вдвоем. Наедине. Полностью обнаженными… И от этого к щекам Дженни вновь припал жар, заставив сердце ускориться, а дыхание сбиться. Уж слишком много в последнее время она думает о всяких возможных исходах в отношении Лисы, хотя при этом продолжает считать все это глупым…

***

После душа, накинув халат на все еще мокрое тело, Дженни аккуратно вышла из гостевой комнаты и подошла к комнате Лисы. Манобан же в это время уже лежала в горячей ванной, слушая шипение персиковой бомбочки и медленную музыку. Ее темные локоны спадали по плечами и прилипали к ее телу, пока голова была откинута на бортик. В комнате пахло персиком, приглушенный белый свет сменялся время от времени фиолетовым, придавая интимности, которая усиливалась благодаря мелодии. Вода в ванной колыхалась от мелких движений Лисы. Как только Лиса услышала, как дверь в ее ванную открылась, на ее губах заиграла ухмылка, и она выпрямила голову, смотря на вошедшую девушку, которая стояла на пороге и топталась на месте, смотря на Манобан с красными щеками и сжатыми губами. — Долго стоять будешь, Дженни? — растянула Лалиса, сладко улыбаясь и наблюдая за тем, как Ким робко развязывала пояс халата. — Ты сумасшедшая, раз думаешь, что я могу так легко это сделать, — промямлила Джейн, развязав узел и раскрыв халат, тем самым открывая обзору свое все еще влажное тело. При взгляде на открывшиеся части фигуры Ким, Лалиса вытянулась стрункой и тяжело сглотнула, а ее зрачки расширились. Сердце начало колотиться, словно за девушкой кто-то гонится. Она подозвала Руби, так как выдерживать становилось сложнее. — Давай быстрее, Дженни… — Блять… — выругалась Ким и резко скинула халат, теперь уже оставаясь полностью голой и открытой. Щеки Джейн горели под взглядом Лисы. Она чувствовала, как атмосфера внезапно стала давить. Девушка, сидящая в ванной и пожирающая ее глазами, выглядела чересчур прекрасно. Руби готова поклясться, что почувствовала странное влечение к Лисе еще в первый день, сейчас же это влечение лишь усиливалось. Она подошла к бортикам ванной и аккуратно переступила их, после чего сразу же расположилась напротив Лисы, чувствуя, как горячая вода с ароматом персика обволакивает и расслабляет ее тело. Она даже невольно простонала от этих приятных чувств. — Такое блаженство… — выдохнула Джейн, прикрывая глаза, однако, не получив ответа, она обратила свой взор на Манобан. Та сидела и кусала нижнюю губу, не в силах смотреть на девушку перед собой, потому что иначе ей снесет крышу пуще прежнего. — Лиса? — проговорила Дженни, подсаживаясь ближе к той так, что теперь они сидели плечом к плечу. — Что? — Манобан взглянула ей в лицо и утонула в ее кошачьих глазах. — Ты все еще хочешь свести меня с ума? — О, малыш, — Лиса прикоснулась к щеке Руби и провела большим пальцем по ее нижней губе, — Еще как хочу… — Я… хочу дать тебе шанс это сделать. Но только один, — Руби приоткрыла рот, позволив пальцу Лалисы чуть скользнуть внутрь и оттянуть кожу чуть в сторону. — Хочешь дать мне шанс свести тебя с ума? Я вроде говорила, что это твоя задача — сойти с ума, — ухмыльнулась Манобан, после чего Джейн убрала ее руку и коснулась ее лица свободной ладонью, пока другой держала кисть Лисы, утащив ее перед этим в воду. — Но конкретно сейчас шанс этот тебе даю я, — прошипела Джейн, однако, вместо злости или подчинения, Манобан лишь рассмеялась. — Неужели? — улыбнулась, успокоившись, и укрепила хватку на руке под водой, — Тогда с благодарностью этим воспользуюсь, — и резко примкнула к губам Ким. Вода всколыхнулась, когда Лалиса нависла над Дженни, опираясь на бортики руками и чувствуя дрожащее тело под собой. Ее губы грубо переминали чужие, иногда покусывая, а язык игрался в полости рта. Для Манобан возможность попробовать эти губы равна получению желанного наркотика. Ким расположила свои руки на плечах Лисы и чуть сжала кожу, пытаясь отстраниться, и вторая поняла намек, прекращая поцелуй. — Если бы я знала, каково это — целовать тебя, то уже давно сделала бы это, — пропыхтела Манобан из-за сбитого дыхания и оставила смазанный поцелуй. В этот момент щеки Ким не прекращали гореть, а ее глаза были направлены на обнаженный, мокрый торс Лисы. Капли стекали по шее вниз, огибая грудь и проходясь по подтянутому животу. Руки Джейн начали неосознанно спускаться вниз, в то время как Лалиса лишь молча наблюдала за этим. — Я тебя не убью, Дженни, — издала смешок, — Давай, смелее, девочка, — взяв одну руку Джейн, Лиса накрыла свою аккуратную грудь ее горячей ладошкой. Рука Ким вздрогнула, когда ею начали управлять. Когда она взглянула на лицо Лисы, увидела в нем лишь похоть. В этих глазах не было ничего, что напоминало хоть что-то, помимо обычного плотского желания. — Ты психопатка, Лиса, — еле проговорила Джейн, уже самолично сжимая ее грудь и раздвигая свои ноги, чтобы девушка напротив смогла поудобнее устроиться между ними. — Ты тоже, видимо, не лучше меня, — очередная ухмылка. Когда Лалиса расположилась между ее ног, одна рука сразу ушла под воду в поисках сокровенного места. А когда Дженни издала полустон и сильнее сжала грудь Манобан, вторая поняла, что попала в самую точку, введя два пальца внутрь, даже не церемонясь. Стон слетел с губ Ким прямо в губы Лисы, когда пальцы второй стали двигаться. Обе руки Руби сначала сжали груди Манобан, а затем прошлись по ее плечам за шею, следом притянув обладательницу карих омутов ближе и прильнув к ее мягким губам. Пока вода колыхалась, Дженни не переставала истязать губы Лисы, в то время как сама Манобан ускоряла толчки. Свободная ее рука прошла от живота к шее, а затем сжала эту нежную кожу до той степени, что завтра там будут красоваться небольшие следы от крепкой хватки. Просто у Ким слишком тонкая и чувствительная кожа, и даже несмотря на то, что хватка не смертельная, следы останутся в любом случае. Аромат персика смешался с возбуждением, а заигравшая в колонках песня Bad Drugs — King Kavalier & ChrisLee усилила атмосферу, в которой и так чувствовалось возбуждение обеих девушек. Оно просто переливалось через край. На своих пальцах Лиса чувствовала, как внутри Дженни становилось горячее и мокрее, и это явно не из-за воды. Ее губы продолжали кусать губы Руби, при этом ловя стоны этой девушки. А руки Джейн впились ногтями в спину Манобан, начиная царапать и оставлять следы. Эти следы увеличивались в геометрической прогрессии, когда тонкие пальцы Лалисы стали входить глубже и резче, когда хватка на ее шее стала сильнее и когда воздуха в самом деле начало не хватать настолько, что слезы из глаз потекли. Однако Джейн лишь продолжала кусать губы Манобан чуть ли не до крови, продлевая это чувство лишения. От этого все ее чувства обострились, и внизу, внутри нее, пальцы Лисы ощущались по-другому. И им обеим это нравилось. Лалиса хотела показать Дженни подобное наслаждение очень долгое время, даже когда они еще не были знакомы. Она просто сошла с ума, увидев ее однажды, когда просто пришла к Розэ под предлогом приема, и все… А сейчас Ким стонет ей в губы, царапает ее кожу, и не позволяет остановиться, всеми своими действиями показывая, что ей хочется продолжения. Когда девушки отрываются друг от друга, имя Лисы застывает на губах у Дженни, когда ее глаза закатываются, а голова откидывается назад, в одно время с этим хватка на ее шее ослабевает. Лиса смотрит на покрывшееся потом тело, чувствуя, как по внутренней стороне ее бедер стекает смазка, потому что она достигла пика. Она никогда не достигала оргазма таким путем, но на этот раз так получилось просто потому, что возбуждение накрыло ее с головой. И, видимо, не только ее одну. Грудь Дженни тяжело вздымалась, и Манобан тоже тяжело дышала. Их лица были красными, губы искусанными и опухшими от столь длительных и страстных поцелуев. Лалиса смотрела на лицо Дженни пока что все еще затуманенными глазами, но и то лишь по причине того, что она чувствовала остатки случившейся эйфории. Вытянув пальцы из Ким, Манобан удобнее устроилась перед ней таким образом, что ноги Дженни были согнуты в коленях над бедрами Лисы. Руки Лалисы прошлись по шее Руби к ее лицу и вернули голову в обычное положение, поддерживая за щеки. Глаза той все еще плыли. Дженни во второй раз могла поклясться за этот вечер, что это был самый лучший оргазм в ее жизни. Она еле сфокусировалась на глазах напротив, а потом еле улыбнулась, чувствуя приятную усталость. Манобан ей тоже улыбнулась, слегка поглаживая. В их головах на тот момент крутился вихрь мыслей и эмоций. Дженни не могла поверить, что поддалась порыву страсти. Нет, она не могла поверить, что вообще сюда приехала и ждала эту бестию. Она так и не узнала, как именно решилась проблема с буйным. Осталось ли от него хоть что-то или нет, сделала ли хоть что-нибудь Лалиса, чтобы решить его исход, или же она, в самом деле, не сделала особый вклад. Она думала о том, что не изучила пентхаус и маршрут к нему. В ее голове было беспокойство о том, что же будет дальше, ведь она поддалась искушению. В момент, когда Ким оказалась под пристальным взглядом Манобан, в ее голове что-то щелкнуло, и она окончательно решила дать ей шанс попробовать свести себя с ума. Но чего она не ожидала — так это вывод, к которому она пришла. Еще более неожиданными были чувства, которые всколыхнулись у нее в душе на тот момент. Все это так странно… и безумно. Любовь ли это? Никто не знает, как и я. Отношения на данный момент между ними полны страсти, желания. Они обе зависимы. Возможно, Дженни не думала, что станет так отчаянно нуждаться в этой девушке за столь короткое время, но все свершилось само собой, когда Лиса крепко засела в ее памяти настолько, что Руби и во сне видела ее очертания, ее сладкую и одновременно бесящую ухмылку. Ее сумасшествие. Она чувствовала, что обезумела от того, какой безумной была Лиса. Манобан — раннер, живущий ночной жизнью больше, чем дневной. Кем она работала днем — это было неизвестно, однако ночью ей сносило крышу так, что ей убить пару тройку ублюдков не составит труда. Их глаза горели чем-то странным, чем-то непонятным в этот момент. Руки Дженни теперь уже нежно поглаживали участки кожи на спине Манобан, где красовалась куча царапин чуть ли не до крови. Глаза Лисы осматривали заплаканное лицо Джейн, и от этого ее душа разгоралась. Она не врала, когда говорила, что ей нравится смотреть на такую Дженни, но смотреть на нее и в обычном положении тоже доставляло ей удовольствие и странный комфорт. Ни с кем до этого момента ей не было так хорошо. И даже если эта девушка перед ней — наркотик, а она — гребаный торчок, который готов даже убить за дозу, то пусть так оно и будет. Ей хотелось иметь Дженни во всех смыслах, а Дженни в потемках души скрывала взаимное желание о том же. Она никогда не признается в таких мыслях никому, с кем работает днем. Она ведь врач, так что должна вести себя подобающе. Но кто сказал, что после комендантского часа ей это кто-то запретит? К тому же, у нее теперь появился человек, с которым она может себе позволить выйти за рамки своего разума и своих ограничений. Любовь ли это? К этому вопросу обе девушки ответ найдут лишь в ходе своих приключений. Однако лишь друг с другом они, действительно, будут больными на всю голову. Так получилось, что в этом мире каждой твари по паре, но в этом случае, по их законам, каждому психу по безумцу. Не в рифму, конечно, но звучит до ужаса правильно. Все мы неидеальны, все безумны в какой-то степени. Однако в этой истории безумна не только Лиса. Безумнее лишь та, кто сошел с ума из-за нее, а именно — Дженни. Казалось бы, обычный невролог… Невролог, чьи нервы уже не привести в норму. И ведь Лиса была права — ее задачей было обезуметь, и что в итоге? — Ты свела меня с ума, Лиса…