Рубиновая клетка

20**.10.20, wednesday

После дождя солнце пытается выглянуть из-за тёмно-серых облаков и отдать остатки своего тепла перед погружением в зиму. Как только солнечные лучи начинают светить в глаза, Бан Чан просыпается. Разочарованно шипит, ведь не чувствует себя ни бодрым, ни отдохнувшим. Сон моментально сошёл на нет, когда Чан понял, что не чувствует своей руки. Мужчина с удивлением понимает, что на его предплечье спит Ли Минхо. Его дыхание прерывистое, несколько тревожно подрагивают уголки губ, а брови нахмурены. Интересно, что сейчас снится младшему? — Эй, – тихо зовёт. Чтобы не предаться желанию разглядеть каждую деталь на лице, Чан переключает внимание на другую часть тела. Аккуратно касаясь пальцами, ведёт по ключицам и оставляет поцелуй в изгибе плеча. На шее видит синяки и с особой заботой целует их, как бы извиняясь, но совершенно не раскаиваясь. Кристофер забыл, как должна выражаться любовь в прикосновениях. Бан привык ломать всё, к чему прикасается, но Ли, кажется, в порядке. Ласковые прикосновения грубых пальцев передаются сквозь сон. Ли Минхо не хочет просыпаться, пока шею полностью не расцелуют. Слабый стон побуждает к действию, и Хо опускает плечо ниже, открывая больше пространства для поцелуев. — «Кем бы ты ни был, целуй ещё, пожалуйста», – думает про себя, одновременно покрываясь мурашками. Минхо считал поцелуи в шею интимными, искренними и более желанными. Они вызывали трепет в самых дальних уголках сердца. Жар чужих губ не сравнится с тем, как они же оставляют после себя отметки, после которых приходится жадно хвататься за воздух, молить о продолжении. Рука человека перемещается на спину и, поглаживая, опускается на поясницу. Под этими ласками Хо походит на мурлычащего кота. — Хочешь завтрак в постель? – Минхо приходится открыть глаза и увидеть перед собой ухмыляющегося Чана. Резко подорвавшись, парень отодвигается и пытается понять, что он забыл рядом с Баном. Что минуту назад творил Ли? Нежился в объятиях своего врага. Отличное начало утра. — Ты будто смерть увидел. Полицейский, протерев заспанные глаза, начинает в тупую рассматривать главу «Бродячих Детей». Его короткие чёрные волосы по утрам превращаются в маленькие кудри, спадая на привлекательное лицо. Глаза смотрят с такой заботой, что сердце невольно ёкает. Бан специально делает так? Не показывает агрессию во взгляде, как вчера? — Я.. мне нужно.. срочно, – Минхо слетает с кровати и бежит в ванную комнату на первом этаже. Закрыв дверь на замок, тем самым создав подобие защиты, встаёт напротив зеркала и ужасается: опухшее лицо, красные глаза, разбитая губа с застывшей кровью под заживающей кожей, смесь синяков и укусов на шее. Удивился, как после таких травм на шее, где проходят вены, до сих пор не образовался тромб. Чудо, что Ли Минхо дожил до утра. Боится смотреть на тело, поэтому в темпе вальса принимает водные процедуры. Закончив, почувствовал, как рёбра загудели с новой силой. Попросить Чана перевязать? Конечно, а ещё поднять белый флаг не помешает. Нет, Минхо справится сам. Подождав, когда Минхо окончательно проснётся, Кристофер спускается вниз, с легкостью открывает дверь ванной комнаты. Младший шарахается от неожиданного посетителя, появившегося в отражении зеркала. — От замков осталось одно название, – говорит Крис и подходит ближе. Минхо подаётся назад, и на пару секунд Чан видит перепуганного себя. Забавно, что парни были так похожи. Откинув эту иллюзию в сторону, указывает на мокрую повязку на рёбрах. — Давай помогу, – не спрашивает, а как всегда констатирует факт. Минхо не пытается отвергнуть помощь — стоит, как зачарованный, и следит за каждым действием. На деле Кристофер доволен результатом своей работы, с гордостью вспоминает хруст костей младшего под своей рукой. Но несмотря на это движения максимально осторожные, не способные причинить больше дискомфорта. Бан верит, что в таком шатком состоянии Ли быстро доверится ему, если старший продолжит так себя вести. Насколько же легко управлять человеческими эмоциями. Жаль, что не своими. — Прекрати меня шарахаться, – собирает остатки мусора, иногда поднимая взгляд на младшего. — Я просто хочу помочь, – одна сплошная ложь. — Посмотри, – указывает на зеркало. Оценивая результат работы, Хо подмечает, что бинты намотаны хорошо. Впрочем, Крис часто попадал под обстрелы, поэтому умел оказывать себе и подчинённым первую помощь, что неудивительно. В голове полицейского что-то щёлкает, память путает события предыдущего дня и выставляет преступника спасителем. Он правда желает помочь, а Минхо пугается из-за простуды, не более. — Спасибо, – Ли накидывает на тело футболку. — Не помню, как так получилось, но очень болит. Ли Минхо стал терять память после того случая — мозг блокировал плохие воспоминания или же переделывал их в хорошие, перестраивая отношение самого парня к произошедшим событиям. С одной стороны Ли быстро забывал обиды, а с другой даже не помнил, с чего они начинались. Бан Чана же как холодной водой окатило. Насколько сильную боль причинил младшему, что тот даже не помнит? Или может это очередная актёрская игра? Хочет верить, что так оно и есть. В ином случае пусть остаётся заблокированным воспоминанием. Чан поджимает губы. Тело Лино точно помнило, как оказалось под давящими руками, а мозг зафиксировал вопрос о стоимости полицейского. — Это уже не имеет смысла. Ты в безопасности, – Чан отмахивается и ведёт на кухню. На первый раз подыграет, пока Минхо сам не раскроется. На кухне полный бардак. Под ногами хрустит стекло, которое парни пытаются аккуратно обойти. Указав сесть за барную стойку, Бан приступает к приготовлению обычного завтрака. Навык готовки отвратителен. Яичница — единственное блюдо, что получается на высшем уровне. Чан поставил тарелку перед Минхо и сел сам. За едой каждый погружён в свои мысли. Крис не верит, что Минхо мог забыть вчерашнее. Хо «не помнит», что это за человек, сидящий перед ним. Лицо, глаза, голос кажутся знакомыми, но человек — нет. — «Один твой косяк, и я пойму твою ложь», – думает Чан, не отрывая взгляда от Минхо. — «Тебе не удастся втереться мне в доверие, Бан», – думает Минхо и всем видом показывает потерянного человека. Всё-таки пары психологии в институте принесли свои плоды, да и телевизор оказался полезным. — Кто ты? Ты кажешься мне знакомым, но я не могу даже вспомнить твоё имя, – никак не обращая внимания на упавшие столовые приборы и шокированный вид старшего, произнёс младший. — Но при виде тебя моё тело начинает дрожать, — Хо поднял кружку с водой вверх, показывая, как сильно дрожит его рука. Чан с трудом переваривает информацию, смотря на ничего не понимающего Минхо, что пытается привести собственное дыхание в норму. И в мыслях не возникло, почему так? Почему не помнит этого человека? Были ли они близки? — Скажи, – сцепляет руки между собой, пододвинув ближе на столе, — кто мы друг другу? Возлюбленные? От последнего слова прилетело как кирпичом по голове. Перед глазами чужие лица. Паническая атака охватила. Полицейский падает со стула на пол, поджимает колени под себя, опустив голову, и трясётся как от холода. — Чхве, Чон, Ан, – произносит Минхо, а сам не понимает, что это за фамилии, кому они принадлежат. Сильнее обвивает руки на ногах. Точно будут синяки. — Кристофер, ты мне нужен.. Мне страшно.. Страшно.. – солёные слёзы хлынули по щекам.

***

[ 20**.??.??

Держать кандидатов на должность в неведении? Как это похоже на руководство любого предприятия. Не додумались позвонить, сказать: «Извините, Вы нам не подходите». Постоянное «Мы Вам перезвоним» означало: «Ты пытался, но гуляй». В силу юношеского упорства Ли Минхо не сдавался, швыряя резюме на стол потенциальному начальству. Молодой парень, недавно закончивший институт, будет всяко лучше, чем старики, которые с трудом держат оружие в руках. — Значит, у Вас есть провалы в памяти? – начальник Ким читал резюме мальчишки. В воздухе так и веяло саркастичным тоном. — Нынче дети у нас все с юмором. — Это никак не помешает моей работе, господин Ким, – пропустив фразу про детей, Минхо улыбнулся рабочей улыбкой, как учили, чтобы расположить начальника к себе. — Я продолжаю посещать врачей, – врёт, — и мне можно доверять. Будьте уверены, что я Вас не подведу. — Мне нужно обсудить с коллегами. Позже Вам перезвоним, – у Хо задёргался глаз от очередной лжи, но, попрощавшись, парень вышел из кабинета. До исполнения мечты оставалось всего ничего, но взрослые старые дядьки ради веселья вставляли палки в колёса. Ли в свои 22 года горит идеей наконец стать полицейским, ловить преступников, топить за справедливость и наказывать тех, кто этого действительно заслуживает. По новостным каналам будет меньше сюжетов, наполненных жестокостью и насилием. Искоренить зло полностью нельзя, Минхо это понимал, но можно поубавить его давление на окружающих. Плохо ли желать мира во всём мире? В коридоре Хо замечает высокого светловолосового юношу, который стоит возле торгового автомата, пытается забрать банку застрявшей газировки и ругается матом на неё, не стесняясь окружающих. «Неудачник», – думает Минхо, а сам подходит ближе. — Учись, студент, – пару ловких движений Ли, и бутылка падает вниз. Он много раз проделывал подобные операции, уже наловчился. — Пока я жив, – усмехается, а сам смотрит на парня. Поразила внешность этого студентика: изящные черты лица, родинки под глазом и на щеке, пухлые губы и невероятный взгляд, что кажется высокомерным. Волосы по плечи незнакомцу подходят. Сразу кажется, что стоит принц, сошедший с картин. — Спасибо, ста-рик, – фыркает и достает банку. — Без тебя бы не справился. Все взрослые такие гениальные умы! – язвит «студент», поправляя невидимые очки, и с остервенением смотрит на незнакомца. — Каков наглец, – протянул Минхо, в ответ получив смешок. — Мало тебя пороли в детстве. Повторим во взрослой жизни? Правда, придётся чуть подпортить тебе смазливое личико, малыш, – Хо не собирался драться. Ему была интересна реакция парня. Что он съязвит на этот раз? — Рискни здоровьем, старичок, – открывает газировку и делает глоток. — Уже подобрал место на кладбище? С нынешней обстановкой мест для всех может не хватить. В неспокойное время живём, – протягивает банку Ли, а тот, почему-то, берёт. — Хёнджин, быстро ко мне! – кричит кто-то из кабинета неподалёку. — Прости, дедуль, долг зовёт, – светловолосый разворачивается и делает пару шагов. — Моя фамилия — Хван, – и уходит. — Ли Минхо, – представился, но Хёнджин, кажется, его уже не слышал. Чувствует Ли, что много проблем оберётся с этим парнем, если всё же примут на работу.

***

— Я буду работать с ним? – в два голоса задали вопрос начальнику полиции. — Да я лучше умру! Минхо приняли на работу, а Хёнджин, который устроился чуть раньше, стал его напарником. Огонь и вода слились воедино, создав сильную связь. Перед ними поставили задачу, взяли на слабо: чем больше они раскроют дел и пересажают преступников, тем выше вероятность, что им найдут других напарников, более спокойных. — Понимаю ваше недовольство, но нам важно видеть, на что вы способны, – начальник Ким, по правде говоря, не хотел возиться с молодняком. — Вы должны быть более сдержанными. Повзрослейте наконец, – вышел из кабинета, оставив Ли и Хвана разбираться между собой. — Ладно, слушай, нам нужно научиться работать вместе, или мы вылетим отсюда с пинком под зад, – начал Минхо, как только дверь закрылась. Упирался руками в стол, с едва сдерживаемой агрессией смотрел в глаза Хёнджина, что вальяжно сидел напротив. — Я сам не горю желанием быть с тобой в одной команде, но есть «не хочу», а есть «надо». — Ты развалишься через пару дней, – не обращая внимания на старшего, сказал младший. — Какой с тебя толк? — Если сломаю тебе ноги, какой толк будет от тебя? – что этот шкет себе позволяет? Думает, что Минхо не найдёт на него управы? И не с такими справлялись. Хёнджин — ещё одно испытание, и то на терпение. — Ты меня раздражаешь, Хван. — Ах, ну хоть в чём-то я с тобой согласен! – блондин в открытую рукоплескал, добавляя тонну сарказма в голос. Почему именно Ли приставили к нему? За какие грехи? И дело бы дошло до драки, если бы Хёнджин не взвесил все «за» и «против». Сотрудники полиции — уважаемые люди, которые получают достойную зарплату и имеют авторитет. — Блять, окей, если у тебя получится впечатлить меня тем, что ты можешь не только гонять «младшенького», но и делать полезные вещи, я, так уж и быть.. — Что ты? – не особо заинтересованно спросил Хо, садясь на стул. Стоять слишком долго довольно сложно, а в приправку идёт ссора с «напарником», что по итогу скажет очередную чушь. — Свожу тебя, скажем.. – Джин задумчиво посмотрел наверх и вопросительно приподнял бровь. — В Луна-парк? — услышав: «Что за бред?», добавил. – За свой счёт. — Я похож на ребёнка, которому такое интересно? – ребёнок внутри заиграл. — В сообразительности тебе не занимать. Так что? — Должен признать, умеешь заинтересовать, но как всегда слабовато. Денег не хватит на всё, что я хочу, – Ли сам уже злорадствовал, что по итогу Хван останется ни с чем с самого начала. По итогу «слабо» на парнях сработало безотказно. Если Ли делал основную работу, собирал информацию, выяснял местонахождение, в общем и целом занимался подготовкой, то Хван выполнял всё остальное — облавы, захват, очистка территории и так далее. Не прошло и года, как напарники пересадили порядка 20-ти преступников благодаря хорошему уму и умению анализировать. Требовалась лишь грубая сила и побольше людей в подчинении. За этот год чего только не произошло, но драки оставались неотъемлемой частью рабочего процесса. Один съязвил, второй не сдержался, съязвив в ответ, и снова драка. Руководство, конечно, ругало напарников, выписывало штрафы, но двум юнцам было это побоку. Однако как бы они не дрались, не выражали ненависть, на поле боя они всегда прикрывали спины как свои собственные. Знали, что могут положиться друг на друга, и не последует выстрел промеж рёбер. — Спасибо, что не дал мне сдохнуть, мелкий, – после одной из вылазок Хёнджин несёт раненного в ногу Минхо на себе до скорой помощи. Сам кровью истекает, но товарища не бросает. — Не сдохнешь, пока имущество на меня не перепишешь, – даже в такой ситуации Джин позволяет себе шутить, а Хо лишь усмехается. — И никакой я тебе не мелкий. Год разницы не считается. Надоел. ]

***

Глава «Бродячих Детей» не на шутку перепугался. Почему сейчас и кого именно вспомнил Минхо? Зачем зовёт его, Кристофера? — Минхо, – Крис вскакивает с места и садится на корточки перед Минхо, берёт его за руки. Они ледяные. — Посмотри на меня, я здесь. Твой Кристофер здесь. — Я не помню, кто ты, – из-за слёз кожу на щеках начинает стягивать. Перед Баном Ли верно играет роль через неаккуратно сказанные слова, вызвавшие у него самого триггер. — Не помню, кто ты такой. Душевное состояние описать довольно трудно. Ощущение, будто физически переехали огромной машиной, а психологически надругались над самим мозгом. Минхо пытается вспомнить, что за человек перед ним. Крис притягивает к себе, Хо вжимается лицом в упругую грудь, обнимает в ответ и плачет. Не зная, кто сидит перед ним, он всё равно доверяет. В любом случае память на мгновение вернётся, и от этого человека стоит ждать как положительной, так и негативной реакции. Однако сейчас, находясь в объятиях Чана (самых тёплых, что когда-либо испывал), чувствует себя в безопасности. «Незнакомец» не даст в обиду. Может, это и правда было, а может Лино себе просто придумал. — Тише, Хо, – старший ничего не мог толком сказать, тем более успокоить. Младший как никогда ранее казался беззащитным ребёнком. Ничего не помнить — полностью оказаться без защиты. Простые воспоминания приносят так много боли, но разве они имеют вес в настоящем? Перейдут на будущее? История существует для того, чтобы не наступать на одни и те же грабли, но людей это никак не задевает. — Пойдём, – осторожно поднимает Хо с пола на руки и несёт в спальню. Наверное, стоит дать какое-нибудь успокоительное, чтобы на время отключить Ли от реальности. В спальне садит на кровать и идёт рыться в аптечке. Сложно, когда у самого Криса успокоительным выступает бутылка крепкого алкоголя. Минхо — другой случай. Сидит, всё также поджав колени под себя, и наблюдает. У Бана сразу пропадает вся ненависть — чувства твердят о защите и заботе, мозг — до полного уничтожения. Никому не давать в обиду, чтобы обидеть самому. Так похоже на Ли. — Выпей, – протягивает бутылёк с успокоительным и стакан с водой. – Мне нужно позвонить, – за порогом набирает номер Чанбина. — Ты мне срочно нужен, – не говорит, в чём дело, ведь знает, что Со терпеть не может Ли, и эту ненависть сам внушил благодаря рассказам о совместном прошлом с полицейским. Оставшись один, Хо выполняет указанное и вздыхает полной грудью. Как не вовремя атаковали приступы, но теперь можно рассмотреть спальню подробнее. Голые серые стены, большая кровать напротив окна в пол, старый шкаф с книгами и разбитая бордовая ваза на небольшом столе. — «Даже этот хлам сохранил», – сердце неприятно стучит от осознания. — «Продолжай сомневаться».