Рубиновая клетка

[ 20**.??.??

— Котёнок. Ли Минхо несколько раз моргнул, затем вопросительно приподнял бровь. — Почему котёнок? – спросил Минхо, рукой подперев щёку. — Не знаю, – улыбнулся Чан и пожал плечами, разводя руки в стороны. — Твои глаза напоминают глаза котёнка, да и повадки похожи. Лезешь туда, куда не просят, потому что тебе интересно всё вокруг. За это же и получаешь. — Поэтому не кот, потому что не дорос? – в ответ Чан кивнул. — Тогда ты, скажем.. – призадумался. — Будешь волчарой! — Почему волчарой? — А ты посмотри на свои руки, – указал на руки старшего. — Ты когда успел такие консервные банки накачать, если не отходил от меня ни на шаг? — А, это.. – оглядел свои руки. — Я вечерами хожу в тренажёрный зал, потому что мне нравится, – но на самом деле тоже хочет защищать Ли. Не всегда ведь терпеть оскорбления от школьной троицы? — А так как мы всегда вместе, то ты и разницы не замечал. Подожди, я тебе надоедаю своей компанией? – меньше всего Чан хотел, чтобы это оказалось правдой. Рядом с Минхо комфортно. — Если ты ещё раз скажешь подобную хуйню, то я приду в тренажёрку и скину гантели тебе на голову, – угрожающе проговорил Хо, смотря исподлобья. — Но я поймаю тебя раньше, чем ты это сделаешь, – хихикнул Крис, втянув молочный коктейль из трубочки. — Я быстро бегаю. — Да ладно? Минхо подорвался со скамейки и побежал. В парке людей почти не было. Не оглядываясь, парень понимал, что ему уже наступали на пятки. Несколько поворотов закончились тупиком, и скрыться от «преследователя» не удалось. Под ногами нет ничего, что помогло бы перепрыгнуть стену. Чан, кажется, совсем не устал, пока Хо жадно вдыхал воздух и пятился назад. — На правах младшего имею ещё одну попытку, – Ли поднял указательный палец наверх, тем самым преграждая путь на нападение. — Нам надо уступать! — Не понимаю, о чём ты, – в шутку оскалившись, юноша упорно шёл вперёд. — И ты младше меня всего на 22 дня, так что не считается. — Я сейчас закричу, и люди подумают, что ты меня убиваешь, – Минхо наигранно показывал страх. — Представь, сюда сразу вся полиция съедет! И тогда.. Короче, не жить тебе, Бан Кристофер Чан! Шаг влево, неожиданный рывок, и Минхо оказался прижатым к стене. Кристофер держал руки на уровне головы, и младший услышал прерывистое дыхание. — Поймал, – одарил улыбкой с любимыми ямочками и посмотрел в глаза. — Хотя, может ты всё-таки не котёнок, а кролик? Довольно шустро бегаешь от волчары. — Ты и съесть меня хочешь, садист? – на наигранно повышенном тоне спросил Минхо и неосознанно переключил взгляд на приоткрытые губы Чана. В момент накрыло смущение, и Ли отвернул голову, понадеявшись, что друг не увидел покрасневшие щёки. Но Бан смутился не меньше. — Прости, – произнёс старший и отошёл, как бы невзначай растирая щёки. — Жарко на улице. — Да, – подтвердил младший и опустил голову вниз. В груди сердце стучало до боли быстро. — Пойдём дальше читать, волчонок, – схватил старшего за руку и поволок за собой. ]

***

20**.10.21, thursday

— Чанбин-хён и Джисон-хён должны быть с ним, – нервозность Минхо передалась Феликсу. — Чанни-хёна так просто не убить. Успокойся. — Я спокоен, блять. Спокоен, – впервые подступил страх за жизнь Бана. Не так должны реагировать на новость о возможной смерти врага. Не так должны переживать, что отныне нет шанса увидеть любимые карие глаза, пухлые рваные губы, изогнувшиеся в притягательной улыбке с ямочками, и грубые руки, что мягко прикасаются к покрытому шрамами телу. — Всего лишь злюсь, что не убил его сам. — Мне кажется, что ты врёшь, хён, но ладно. Это не моё дело. — Как и всё, что происходит у «Бродячих Детей». Ты звонил Со? — На миссиях подобного рода ему бесполезно звонить — будет ругаться. Да сядь ты наконец! – Феликс схватил Минхо за плечи и усадил его на диван в гостиной. — От того, что ты ходишь туда-сюда, ситуация не изменится. Нам остаётся только ждать. Кстати.. – стоит ли говорить, что Хёнджин волнуется о напарнике? — Нет, забудь.

***

Вся одежда пропахла смесью гари и пороха. Небольшие ожоги на щеках и тупая боль где-то в груди. Дым ментоловой сигареты заставлял жать педаль газа в пол. Снова предательство? Как привычно, как предсказуемо. Не все люди достойны второго шанса. Это ложь, что человек может измениться. Люди не меняются — остаются теми же сформировавшимися тварями, которыми и были до травмирующих событий. Почему Рикки, находясь под защитой 4 года, воткнул нож в спину? Воткнул и прокрутил несколько раз, как в своё время ненавистный полицейский. Вокруг одни предатели. — Что же делать? – Минхо вспомнил о телефоне в кармане. Куда его спрятать? Мысли перебивает входная дверь, которую открыли со стороны улицы. — Привет, котёнок, – устало улыбается Крис и падает на колени. Его лицо и руки в крови. — Господи, Чан~и.. – как в старые времена называет ласково и бежит к упавшему. Минхо не удивлён таким увечьям, он сам не раз проделывал подобные вещи, правда, до ожогов не доходило, но видеть, как страдает любимый человек, очень больно. — Что? Как? Нужно срочно вызвать ско..— едкий запах дыма ударяет в лёгкие. Хо морщится, а Крис берёт его за руку, затыкая взглядом. — Не умираю же, – Чан умудряется посмеяться. — Помоги подняться и можешь быть свободен. Следом зашёл Чанбин и, не обращая внимания на Минхо и перепуганного Феликса, подхватил главу «Бродячих Детей» под руки и повёл в спальню на втором этаже. Чан никому, кроме Чанбина, не позволял видеть свои физические и ментальные раны. Минхо стоял возле двери спальни и слышал шипения и маты, вылетающие изо рта старшего. Чем Ли сможет помочь? Ничем, поэтому спускается обратно в гостиную. — Угораздило же тебя, – как бы Чанбин не был обижен на Чана, всегда приходил его подлатать. Они оба со сложным и непостоянным характером — это их и сближало. Они не только члены одной банды, но и семья. — А если бы осколки пробили твою голову? — Чересчур волнуешься за меня, малыш, – говорит Крис и следит за каждым действием младшего. — Не сдох ведь. — Долбоеб, блять, – возмущается, но не прекращает обрабатывать раны. Движения аккуратные, не причиняющие дополнительного дискомфорта. — Как на собаке всё заживает, так что и правда не помрёшь так быстро. — Рад, что ты это понимаешь, – сказал Чан и накинул футболку без рукавов. — Они стали ещё хуже, – глянул на руки. — Блядство. — Это твоя самая мизерная проблема из всех, – осталось осторожно подвести к разговору о Ли. — Тебе не кажется опрометчивым, что Ли будет иногда находиться в твоём доме в полном одиночестве? Наши ребята под домом караулят, но если Ли найдёт какое-нибудь оружие, то ему не составит труда убить их. Неужели ты начал ему доверять? Я, блять, беспокоюсь о тебе, а ты так просто оставляешь его одного, – манипуляции, не бросающиеся в глаза, заставляют проводить больше времени рядом с полицейским. — Не хочу, чтобы он вновь сделал тебе больно, Крис. Может, он и вовсе разыгрывает тебя, а ты теряешь бдительность? — Бин~и, ты думаешь, я забыл, что он сделал? Ахах, блять, нет. Он никогда не станет мне ближе тебя, вас, моих ребят. Вы проверены временем, – воспоминаниями возвращается к Рикки и скалится. — Минхо умрёт от моих рук, когда я вдоволь наиграюсь с его сердцем, – почему это утверждение звучит инородно? Кристофер не хочет, чтобы его Хо умирал. Почему им нельзя быть вместе? Разве младший не пойдёт хвостом? Разве Минхо не обещал быть рядом? Или это ложь? — Придёт время, и моя коллекция пополнится ещё одной успешной местью. — С каждым днём ты становишься ближе к нему. Не открывай ему своё сердце, чтобы в очередной раз не получить разряд. Нам нужен босс с холодной головой, – договаривает Чанбин и выходит из спальни, оставив старшего размышлять о сказанных словах. Бан хмыкает и переводит взгляд на разбитую бордовую вазу, стоящую на кофейном столике. «Никогда».

***

— Феликс, – на выходе Чанбин зовёт младшего, и Феликс встаёт с дивана. — Хён беспокоится о тебе, – напоследок шепчет Ликс на ухо Минхо. — Пока, хён! – бежит к выходу. Ли надеется, что Хван получил смс. Надеется, что недолго осталось находиться в дурдоме. Надеется, что совсем скоро Бан и его подчинённые поголовно окажутся в тюрьме. На кухне Минхо смотрит на ножи. Может, закончить всё здесь и сейчас? Не выполнить обещание и воткнуть нож в горло врага, которого не удалось убить час назад с помощью чужих рук? Но вся уверенность в своих способностях испаряется, когда Кристофер подходит сзади и кладёт голову на плечо. Сейчас для старшего младший выглядит как минутная подушка безопасности. — Минхо, ты не предашь меня? — резко задаёт вопрос Кристофер. Простого «Нет» от младшего будет достаточно, даже если это окажется ложью. На мгновение Чан хочет почувствовать себя беззащитным и искренним. Поцелуями проходит по шее Ли, зная, как ему это нравится, губами «прикусывает» некоторые участки бархатной кожи. Нет места грубости — мягкая игра, чтобы расположить к себе. — Я хочу, чтобы ты жил со мной. Всегда. Делил радость, горе и постель. Сводит ноги от прилива нежностей, мускулистых перемотанных рук на талии и шеи, которую покрывают поцелуями-укусами. И Минхо бы упал, если бы Кристофер не развернул его на 180 градусов и не прижал к столу, упираясь руками с двух сторон. Ли не представляет, сколько имеет власти над Баном. Чан исполнит любое желание, кроме того как отпустить Лино на свободу. Выбора в этом доме не будет. Здесь жизнь идёт по правилам хозяина, а остальным приходится подчиняться. Бывшие друзья играют роли, но по внешним и внутренним данным кто-то сдаст позицию первым. И хорошая актёрская игра даёт сбой. — Знаешь, что я хочу на ужин? – Кристофер слегка прикасается к губам младшего, распаляя желание. — Тебя. Трепет сердца вперемешку со страхом. Телефон лежал в кармане, и если Чан захочет перейти к более серьёзным действиям, то Хо точно не сдобровать. Главное отвести внимание, а значит, придётся отдаться старшему, отвлечь своим телом, не позволив прикоснуться к одежде, иначе Ли пропадёт. — Я.. – мешкается полицейский, руками вцепляясь в стол. — Мне нужно в душ.. – Кристофер усмехается. Заподозрил что-то неладное? — И ты.. раны на твоём теле, – своей рукой показывает на щеке следы от ожогов. — Для начала нужно.. — Не хочу ничего слышать, – Чан снова целует сухие губы. Минхо, не зная куда себя деть, усаживается на стол. Прерывать этот поцелуй не хочется, но спасти собственное тело от последующих побоев — вполне, поэтому полицейский отталкивает преступника. Хоть где-то надо показать коготки? — Дай мне пять минут, хён, – спрыгивает со стола и пулей летит в ванную. Бан провожает взглядом и крутит телефон Ли в руках. Находка возвращает с небес на землю. Возвращает в ту реальность, в которой Ли Минхо врёт, что будет рядом. Для парней не существует понятия «Вместе и навсегда», совместного будущего, любви. Есть зависимые сердца, которым предстоит разбиться вдребезги. — «Теряешь бдительность», малыш? – Бан вспоминает слова Со. Лино действительно играет роль невинного мальчика, но Крис так просто это не оставит. Для начала наиграется с желанным телом, затем ударит, преградив путь к кислороду. В какой-то степени Чан понимает чувства младшего — тот буквально в ловушке. — Надо бы поумерить свой пыл, чтобы котёнок доверился мне. В ванной Минхо обшарил карманы — пусто. Пытаясь успокоить себя мыслями, что телефон где-то упал, быстро принимает душ, игнорируя боль в теле, и протяжно дышит. Сердце вот-вот выскочит из груди. Кажется, что за дверью стоит глава «Бродячих Детей», держит телефон в руках и в следующий момент ударит кулаком промеж глаз до сотрясения мозга. Судорожно отпирая дверь ванной комнаты, видит кошмар наяву — Бан с телефоном и агрессивно настроенной аурой. Атмосфера слишком давит, но необходимо выкручиваться. — Я нашёл его, когда ты поехал на берег, – глупая отмазка уровня детского сада. Бан не дурак, на такое не поведётся, и Ли знает. Однако, попытка не пытка? — Кому ты звонил? – старший сжимает кулаки, чтобы не ударить младшего. Нельзя нарушить воображаемую идиллию — лучше выпустить пар в постели. Животные инстинкты взяли верх над остатками здравого смысла, и Бан это просто так не оставит. Если не убить сразу, так отключить на время, сжав руки на чужой шее, слышать хрип и жалкие мольбы остановиться. — Кому, я спрашиваю? Смотри мне в глаза, когда я с тобой говорю, – голос понижается, не терпит возражений. — Х.. Хёнджину, – заикается, держа края футболки в дрожащих пальцах, но взгляд всё же поднимает. В глазах старшего читается сдерживаемая агрессия. — Чан, я правда.. — Минхо, – мысленно досчитав до 10, Крис кидает телефон в стену и медленно подходит ближе. Может, Минхо стоило стать актёром, а не полицейским? Отлично отыгрывает ничего незнающего человека. Жаль, что талант пропадёт, — ты мне не доверяешь, – констатирует факт. Значит, звонил Хвану? Как же бесит, что Ли волнуется об этом копе. Чувство собственничества и ревности пожирает изнутри. Хвана необходимо ликвидировать. — Это твой телефон. Ты в любой момент можешь звонить кому угодно. Я не собираюсь бить тебя за это. У каждого человека должно быть личное пространство, правильно? – но не рядом с Баном. — Да, – поддакивает Минхо, делая шаг назад. — Просто предупреждай меня о том, что хочешь сделать, ладно? – преступник дал малое, чтобы полицейский не просил большего. — Я хочу жить с тобой, но ты меня боишься, водишь вокруг пальца, как незрелого мальчика. Но того Чан~и уже нет. Пойми, я не хочу причинять тебе боль, но ты вынуждаешь меня поднимать на тебя руку. Это огорчает. Огорчает, что ты снова ничего мне не говоришь, прямо как тогда на балконе. Вновь кинешь мои чувства в мусорку, словно они для тебя ничего не стоили? — Это неправда. Я не боюсь тебя, – Хо боится своих чувств. Боится каждый раз возвращаться на тот проклятый балкон, слышать звук разбивающейся вазы. Слышать, как Чан ударяет кулаком по ограждению и не бежит за удаляющейся фигурой. — И у тебя нет ко мне никаких чувств, кроме ненависти. Взаимной ненависти. — Котёнок, – своим лбом прикасается ко лбу младшего и неслышно вздыхает, — доверь мне своё сердце. Пожалуйста. «Пожалуйста, не делайте этого», — пронеслось в голове Ли Минхо. Приторные слова ласкают слух, заставляя на мгновение забыть о происходящем. Актёрская игра обоих парней на высоте, только все слова правдивы. Сами себе не признаются. Между ними ничего не может быть. За них сегодняшних говорят те самые дети, которые не смогли признаться друг другу в прошлом. Второй и последний шанс вновь упущен. Кошки-мышки так и будут продолжаться, пока парней не разлучат они сами или другие обстоятельства. — Я хочу дарить тепло и ласку, заботиться, быть причиной твоей улыбки, – шепчет Чан. — Я хочу, чтобы ты доверял мне. Я хочу любить тебя. — «Пожалуйста, не говори», – мысленно кричит Минхо на разговоры о запретной любви из уст Чана, бегая взглядом по карим глазам. — «Я не хочу тебе верить», – брови хмурит, губы поджимает. — «Мы не можем. Я не хочу. Ты не хочешь», – ощущение, словно в мыслях голос давно сорвался. — «Между нами давно всё кончено, Кристофер». Внутренний монолог перебивает голос подсознания. Голос символизирует ребёнка с верой в светлое будущее. Ребёнок имеет свои мечты и желания, потребности в защите и любви. Это избитый ребёнок с ранами на сердце. Ребёнок, который бился в истерике от безысходности и остался без успокаивающих объятий и голоса человека, которого любил и которым был любим. Где Кристофер был? Почему не пришёл на помощь? Почему не пытался выяснить, что произошло на той вечеринке? Почему с завидной лёгкостью сдался и решил никак не реагировать на оскорбления? Где Бан был, когда Ли больше всех в нём нуждался? Ответа никто из них не знал. — «Заткнись, пожалуйста», – без слов просит Чана замолчать. — «Не хочу тебя слушать», – и Минхо притягивается к чужим губам, целуя. Хоть как-то пусть Бан наконец умолкнет и не сделает обоим хуже наглой ложью. Доверие? Личное пространство? Занимательная комедия. Поцелуй горький, с привкусом отчаяния и соли. Нервы окончательно сдали, а желание пересилило. Показать свою слабость перед любимым, попросить у него помощи, а затем растоптать — такой план. Один протянет руку, а второй утащит на дно. Они искали спасения друг в друге, этим же и погубили себя. Это не любовь, а приручение до определённого момента времени. Кто выживет, тот и победит. Крис оставляет руки на талии младшего, пока Минхо сцепляет свои за шеей старшего, не прекращая столь манящий поцелуй. Пальцы холодные, и ими Ли ощущает дрожь Бана. Парни перестают рассуждать здраво, плывут по течению, дают волю чувствам и эмоциям. Пожалеют ли об этом? Какая разница? В данный момент смысл имеют лишь горячие прикосновения и горьковато-сладкий привкус губ. — Будем делать это в спальне, – прерывает Чан и подхватывает безвольное тело на руки, унося в спальню. Они что-то сносят по пути. Губ младшего катастрофически не хватает — невыносимо на пару секунд расстаться с ними. Бан без особого усилия прижимает тело Ли к стене, словно тряпичную куклу, при этом стараясь не доставлять боль спине и рёбрам. Кристофер нежностью заманит в капкан, и Минхо обязательно поведётся. Это ведь залог здоровых отношений, когда люди заботятся друг о друге? Здоровые отношения, Бан и Ли. Всё вместе смотрится фантастикой. Преступник спускает полицейского на кровать, разрывает его футболку в пух и прах, с себя же просто снимает. Хотел нагнуться к лицу для очередного поцелуя, как Минхо скомандовал лечь на спину. Кристофер повинуется, ведь его котёнку позволено вести себя как вздумается. Лино усаживается на бедра старшего, пригвоздив его руки к подушке и с жадностью целуя. В этот раз руководить парадом будет Ли. Старший позволит младшему вести, сам толкается бёдрами вперёд, желая ускорить мучительный процесс, но Хо медлит. Красивые лица обоих покрыты пластырями, почти живого места не осталось. Минхо рвано целует пластыри на лице Чана, убирает его чёлку в сторону и прислоняется лбом ко лбу. — Я не хочу, чтобы кто-то причинял тебе боль, – глаза Хо прикрыты. — Но самая твоя главная проблема — это я, – повторяет недавние слова. Голыми становятся их тела, но не души. Бывшие друзья уже никогда не смогут доверить кому-либо всех потайных бесов, открыть внутренние переживания. Парни привыкли держать всё в тайне. Каждый в одиночестве переживал свою боль. Так и будет продолжаться, пока один из них не умрёт. — Не ври, – отвечает Кристофер. Он не хочет слышать подобные слова от младшего, но головой понимает, что они правдивы. Живая проблема перед глазами. Проблема, от которой не избавиться, даже если убить физическое тело. Минхо будет ходить тенью, появляться в ночных кошмарах, как и было всё время. Можно раствориться друг в друге, позабыть о прошлом и насладиться тем, что происходит сейчас. О последствиях подумают позже или никогда. Бан снова берёт главенство, садится на кровать и прижимает тонкую талию к себе. — Я люблю тебя, – произносит Чан в шею младшего. — Слышишь? Я люблю тебя, Ли Минхо. По недавно зажившим ранам ведут раскалённым железом, с максимальным усилием надавливая. Есть только двое, только эмоции, только желание. «Я люблю тебя» режет по ушам, вены в висках пульсируют, доставляя неприятное покалывание. Минхо держится руками за широкие плечи старшего, хочет закрыть уши, лишь бы не слышать Кристофера. Позволит ему овладеть собой, но сам заплачет, абсолютно не сдерживаясь. Мысленно вернётся в тот день, почувствует себя использованным и униженным, но в этот раз от человека, что не безразличен. Горечь утраты, поломанное бессильное тело, разбитый телефон и сорванный голос. Полицейский двигает бёдрами навстречу, буквально требует, чтобы преступник прекратил прелюдии и приступил к делу.