Вся правда и признание.

Парфедерия — удивительный мир многих мифических существ. Тут есть множество материков, рас, магии. Буквально мир чудес. Но разве в мирах возможно вечно держать спокойствие и процветание? Того, чтобы никто никого не убивал, ради пропитания и попытки выжить? Нет. Такое невозможно ни в одном мире. Нигде невозможно, чтобы животные были травоядные, а люди и им подобным — мирными. В Парфедерии, на острове с аналогичным названием, развязалась война между двумя королевствами — Королевством Аллия и Королевством Тоснад. Рэй является предводителем королевства Тоснад. Жажда власти затмила мозг короля, и он начал с соседних королевств. Первым под удар попало Лесное Королевство, которое не имеет точного названия, а само оно маленькое, правда на первым взгляд, но разве кто-то легко сможет устоять против разъярённой армии расы кетту? Кетту — раса схожая с расой человека, которая в Парфедери именуется иначе, а именно канса. Данная раса отличается тем, что похожи на кицунэ из мифологии. У них присутствуют вместо обычных людей — уши подобно лисьим, а также лисий хвост. Помимо этих отличий у них есть способность лучше видеть в темноте и улучшенный нюх. Также природа их одарила не только этими способностями, но и острыми приплюснутыми когтями, слегка схожими с ногтями человека. Правда, логично, что их тоже надо стричь, чтобы они не мешали в случае какого-то дела. К примеру, в письме. Тоснад населяло множество представителей этого вида, также было и в рядах армии. Конечно, с завоеванием Скайза и Лесного королевства появились и другие представители, но это не отменяет того факта, что в городе около замка и в ближайших деревнях королевства жила именно эта раса. Аллия — королевство куда лучше. Некоторые называют это райским местечком для всех рас. Сильная и большая армия, на улице всегда светло, даже если идёт дождь или пасмурно. Но, проблема в том, что там нет постоянного правителя, а причина этому Принцессы Даяна, которая сбежала после казни родителей и считавшая, что виновата она. Однако, сейчас она в Королевстве и точно не собирается отдавать Аллию. Так что… разве это всё ещё не хорошее королевство? Законы хорошие, в армию может поступить кто угодно. Любой представитель пола и расы, в то время как в Тоснаде в рядах армии могут присутствовать только представители мужского пола, но какую девушку это останавливало? Никакую. Кто-то стригся, кто-то отрезал себе грудь, а кто-то и то, и то. Однако, одна особа решила отличиться. Имя её Цукасу и на данный момент она является генералом второй кавалерии армии Тоснада. У неё кроваво-красные волосы и фиолетовые глаза. Единственное, чем она отличается от остальных представителей своего вида так это, тем, что у неё отсутствовал хвост из-за нарушения в её клетках. Тем более она всегда старалась спрятать свои клыки, уши и когти. Она не любила расу кетту, хоть и принадлежала к ней. Её тело всё покрыто шрамами в следствии боёв, но сильно отличался шрам на груди. Шрам остался после боя за звание генерала второй кавалерии и был довольно глубок. После боя шрамы также были и на её лице. Один из них шёл прямо через правый глаз тремя линиями, которые чудом не задели само глазное яблоко, а другое поперёк лица. От лба сверху справа и до низа левой щеки. Был пасмурный день в период войны. В лагере, который создан в ближайшем пустующем населении, было бурно. Все друг другу в чём-то помогали. Кто помогал вернуть к жизни товарища по оружию, кто-то кому-то менял повязки. В общем, все занимались очень важной работой. Цукасу, поселившись в доме на самом краю поселения, старалась затянуть бинты, чтобы не было видно её груди, которая могла виднеться из-за майки, но, к сожалению, чтобы это не причиняло боль, было невозможно. Да, она получила ранение в грудь, но, благо, не столь уж и глубокое и всё благодаря своим доспехам из сплава титана и золота. Прочные доспехи, ничего не скажешь, но в этой битве она столкнулась не с простым солдатом или генералом Аллии, а с самой Принцессой Даяной, меч которой выкован из сплава титана и агния, металла из их мира, который наносит куда больший вред броне, чем любой иной меч во всей Парфедерии. Удар был неожиданным, из-за чего в ответ Цукасу не была способна ударить, тем более она и так была ранена, ибо доспехи изношены, а времени подать письмо, чтобы предоставили новые доспехи, попросту нету. Девушка, кое-как затянув бинты на груди и терпя боль, стала искать шлем. Но чувство ей какое-то не давало покоя уже некоторое время. Чувство тепла, растерянности, желание раскраснеться и залезть в объятия генерала первой кавалерии армии Тоснада, спрятавшись от всех. Генералом первой кавалерии являлся очередной представитель кетту с именем Гатс. Это имя в Парфедерии имело помысыл смерти, в то время как у Цукасу имело помысыл тьмы. Жутко не правда ли? Но для людей из Тоснада, видимо, нормально называть своё дитя смертью или тьмой. Волосы генерала, уши и хвост имели рыжий цвет, а глаза были будто светло-оливкового цвета. Поперёк его лица также располагался шрам, но более глубокий. Через этот шрам шёл и другой, но небольшой. Шрам ещё был на левом глазу. Благо, удар тогда не задел его глазное яблоко, иначе бы не допустили его к званию генерала. Он ходил в доспехах из сплава и агния. Этот сплав является самым лучшим сплавом во всём мире, но еле доступным из-за недостатка агния. Агний редко можно встретить под землёй из-за чего он является редким металлом в Парфедерии. Одни лишь мысли о Генерале Гатсе заставляли Цукасу краснеть и ощущать тепло на душе. Какое же тёплое чувство оказывает эта любовь, не правда ли? — Да чёрт побрал бы эту любовь. Это чувство ужасное! — с этими словами девушка ударила по столу, а потом схватил в руки резинку и завязала волосы в хвост. Вдруг она почувствовала на себе чей-то строгий взгляд, хотя она и раньше ощущала это, но сейчас особенно, ибо ранее была занята мыслью о любви. Обернувшись она увидела Гатса и опустила уши, слегка страшась этого взгляда. — Генерал Гатс? Что-то случилось, что вы пришли ко мне в такой час? — на её лице появилась лёгкая улыбка, как только она это сказала. — Цукасу, я всё знаю. — молвил Гатс и подошёл к девушке. Его тон был строгим. — Что вы имеете в виду, Генерал? — молвила в ответ Генерал, понимая, что её сейчас выдаёт её растерянность. — Я знаю, что на самом деле ты девушка и относишься к кетту. Так чего ж ты себя так не любишь, что мужчиной притворяешься, так ещё и кансой притворяешься. Или ты так моё внимание хотела привлечь, красавица? — Генерал первой кавалерии взял за подбородок ту и слегка ухмыльнулся, продолжая смотреть на неё строгим и серьёзным взглядом. — Что вы имеете в виду? Я мужчина и мне 33 года! Вы же знаете, что в армии Тоснада девушки не принимаются! — девушка сжала руки в кулаки, сказав это, будто бы показывая, что она зла из-за этого. — Я наблюдал за тобой, Цукасу. Я прекрасно знаю, что ты сирота, что когда приходишь домой, то горишь желанием прекратить эту боль от бинтов. Не думай, что я прям такой любитель за тобой по пятам ходить, но я живу по соседству. Твой отец, да и то не родной, работает кузнецом. А ещё наши окна напротив друг друга и занавески у тебя не такие уж и плотные. Через них плохо видно что-либо, но возможно. Тем более окна у нас тонкие. Цукасу вовсе опешила тут. В то время как Гатс ухмылялся она просто стояла и смотрела на него, думая же, что делать. Вдруг, она, вовсе растерявшись и слишком поверив в себя, ударила ему в торс. Однако, одно дело, если бы ударила в пресс, всё было бы хорошо, но она ударила ему в бок попав по ранению, от чего тот аж скривился в лице и схватился за рану, но не издал и звука. — Смелая же ты, Цукасу, уважаю. Но не стоило. Я просто решил с тобой об этом поговорить, а не шантажировать тебя этим, лисёна. Как только парень выгнулся и вздохнул, продолжая терпеть ту боль от удара. Он взял со стола девушки нож и подошёл к ней самой. Генерал второй кавалерии отстранилась и облокотилась на стол, чуя со стороны генерала первой кавалерии опасность. Но эта чуйка оказалась неверной. Гатс попросту разрезал бинты на груди девушки и снял, положив на стол и тем самым оголив грудь девушки. Не мусорить же ему в комнате другого человека. Цукасу явно была сильно удивлена подобному действию со стороны парня, но и сделать ничего не могла. Ноги то и дело, что косились, щёки вовсе были покрыты румянцем, а руки сжимали край стола, царапая когтями его низ. — Ты чего так бурно реагируешь? Я не пытаюсь тебя изнасиловать или типо того. Я хочу сделать тебе менее сильную хватку в бинтах. У тебя там рана, а ты перевязываешь, чтобы скрыть грудь от солдат. О чём у тебя мысли вообще? — во время этой речи лицо парня было довольно удивлённое, ибо он представлял, о чём думает Цукасу, но это явно не было в его планах, тем более во время войны. — П-простите меня, Генерал Гатс! — вдруг вскрикнула девушка и прикрыла руками лицо, стараясь параллельно не мешать парню. Последний же взял со стола бинт и аккуратно стал перевязывать грудь той, стараясь сильно не сжимать, дабы не сильно причинить боли девушке. У неё всё также были опущены уши. — Лисёна, убери руки. Мне это мешает. После этого Цукасу опустила руки вновь на стол и сжала его край. Как только Гатс закончил перевязку, то снял вдруг майку, оголив торс. Благо, что хоть в штанах был, хоть и потрёпанных. — Генерал, зачем вы сняли майку? На улице же и так холодно, — произнесла девушка, после чего на нее надели эту самую майку. — А? Но… Зачем? У меня же и своя одежда есть. — Во-первых, обращайся ко мне на «ты», так как давно знакомы же. Во-вторых, в ней будет солдатам более понятно, что у тебя бинты, а если что, то скажи, что я положил тебе туда листы определённого растения для быстрого исцеления. И я предвижу твой вопрос о том, что я мог бы попросту развязать бинты и повязать послабее, но у тебя от сильно завязанных бинтов открылась рана из-за чего они довольно быстро пропитались кровью. А я не хочу позволить, чтобы тебе было больно от того, что ты их просто снимаешь. И, кстати, по той причине, что ты девушка, я сам перевязывал раны тебе после боя и их же обрабатывал. Я не хотел, чтобы кто-то ещё узнал, что ты являешься девушкой. Я бы не хотел позволить солдатам пустить столь милую мадам по кругу. Данные слова заставили Цукасу одновременно и покраснеть, и заставить слегка напрячься. Ей действительно не хотелось быть изнасилованной в последствии того, что о ней узнали. — Но почему, Гатс? Ты же много раз говорил, что казнишь любую девушку, которую увидишь в армии. — Да, ты права, но ты покорила моё сердце моментально, Цукасу. На удивление, я почему-то с самого начала догадывался о том, что ты девушка. Но уже точно я знал об этом, когда посмотрел в окно, а там ты у себя чуть ли не рушишь комнату, после боя на звание генерала. Генерал Гатс хихикнул и аккуратно обнял девушку за талию. Последняя же покрылась ещё большим румянцем и прикрыла руками лицо. — Что это за намёки с твоей стороны, Гатс? Это какое-то признание в любви или что? — в панике заговорила та и посмотрела на парня, раздвинув пальцы для этого. — Всё верно, Цукасу. Какая ты, однако догадливая! От этого я лишь сильнее люблю тебя. — произнеся это генерал первой кавалерии одарил другого генерала поцелуем в губы. От такого неожиданного действия от парня Цукасу даже ушки подняла. Однако, как только лишь на пару миллиметров отдалился Гатс, то она также одарила и его своим поцелуем. — Генерал Гатс! Вы тут? Вы нам срочно необходимы! В лагере люди ребята дерутся! — вдруг раздался крик с улицы, который услышан чётко сквозь тонкие стены и стёкла. — Что же, видимо нам пора прощаться, моя дорогая Цукасу. Но я обязательно постараюсь навестить вас вечером. Извиняюсь сразу, что снова начал говорить на «вы» к вам. — с этими словами Генерал Гатс ушёл, а лица ушла вся радость, чтобы не показывать слабости солдату. Как только на улице настала тишина, правда, хоть, и не полностью. Как никак, то в далеке ещё было слышно голоса солдат из других домов или тех, кто стоял на страже. Для неё этот день хоть и выдался тяжёлым, но показался просто прекрасным из-за того, что чувства, которые она проявляла к Гатсу являются взаимными.