Без надежды на лучшее

Утром Сакура долго не могла проснуться. Был выходной, торопиться было некуда. Поэтому девушка позволила себе поваляться подольше. Кроватка так и манила, и под одеялом было мягко и тепло. Не хотелось подниматься и возвращаться в ту самую реальность, в которой был вынужден жить каждый без исключений человек. Когда она, наконец, вышла из комнаты и посмотрела на настенные часы, был уже полдень. — Ничего себе. Я еще никогда так поздно не вставала, — вслух заметила Харуно. Услышав знакомый голос, новый член семьи соскочил с дивана, где сидел рядом с матерью Сакуры, и во всю прыть помчался к девушке. — Аки, малыш, привет! — обрадовалась Сакура и подхватила того на руки. Щенок быстро облизывал ее лицо, не позволяя спокойно держать его на руках. Харуно вытянула руки, чтобы Аки до нее не дотянулся. Заметив что-то на его шее, она принялась всматриваться. — Ошейник? — спросила Сакура скорее сама себя. — Да, ошейник, — отозвалась женщина из холла. — Он ведь теперь с нами будет жить, верно? Так вот пусть это будет его доказательством. Сакура взяла в руку небольшой яркий медальон, который висел на черном блестящем ошейнике. На нем уже было красивыми буквами выгравировано имя щенка, а на обратной стороне — адрес. Харуно чуть улыбнулась и зашла в холл со щенком на руках и села на диван рядом с мамой. — Спасибо, мам, что согласилась его приютить. А папа правда не против? — Уже нет, не переживай, — улыбнулась женщина. Она наблюдала, как дочь бережно гладила щенка, и как тот от этого быстро успокаивался, будто бы от материнской ласки. От вчерашнего страха и недоверия не осталось и следа. — Он к тебе сильно привязался, — заметила мать. — Ты так думаешь? — спросила девушка, не переставая гладить Аки. — Конечно. Пока тебя не было, он только и делал, что носился по всему дому. А сейчас все совсем наоборот. Сакура улыбнулась и тихо усмехнулась. От приятных поглаживаний и почесываний за ушками щенок устроился поудобнее и, прищуривая от удовольствия глазки, тихонько засопел. — А ты изменилась, Сакура. Причем, очень сильно. Харуно, отвлекшись, посмотрела на маму и задумалась. — Да, наверное... Только вот внутри я изменилась еще больше. — Я очень рада за тебя. Это все из-за него? — спросила женщина, смотря на Аки. — И из-за него тоже... Я столько всего вокруг не замечала. Да и не хотела замечать. Но теперь все по-другому. Женщина смотрела на дочь и пыталась понять, как она так изменилась и кто ей в этом помог. Много лет она пыталась сделать тоже самое, но так и не смогла. Не смогла подобрать нужных слов. — Спасибо тебе, мама. Ты ведь тоже многое сделала для меня. Я понимаю твои стремления помочь мне, и ты очень сильно помогла. Если бы не ты, я бы не смогла понять кое-что очень важное, — словно прочитав мысли, добавила Сакура. — И тебе спасибо, доченька, — она улыбнулась и обняла розоволосую. — Эй, мам, хватит. Задушишь. — Прости-прости, — женщина отстранилась, и девушка заметила, что в ее глазах поблескивают слезы. — Мама, ты что, плачешь? — обеспокоенно спросила Харуно. — О, не волнуйся, это слезы счастья, — улыбнулась она. Розоволосая смотрела на мать, будто бы чего-то не понимала. «Слезы счастья? Как могут быть слезы от счастья? — усмехнулась своим мыслям она. — Не понимаю. Ведь люди плачут, когда им плохо». В горле очередной раз запершило. Поддавшись рефлексу, Сакура сразу начала часто кашлять. — Сакура, что с тобой? — тут же вскочила мать. Аки быстро соскочил с колен, чувствуя, что мешает, и отбежал в сторону. Харуно поднялась с дивана, но почти сразу же почувствовало сильное головокружение, и в ее глазах потемнело. Едва не упав, она успела опереться о столик, а дальше ее подхватила мама. — Сакура, не вставай. Ложись, тебе станет лучше, — женщина подвела дочь к дивану и аккуратно уложила ее. Розоволосой лучше не становилось. Где-то в груди сильно болело, а голову будто сжимали в тиски. Закатив глаза, Сакура уронила голову на подушку и больше ничего не чувствовала. — Сакура! Сакура! — пыталась дозваться ее женщина. — Дорогой, быстрее, вызывай скорую! — крикнула она в соседнюю комнату. Щенок подошел к дивану с опущенной головой и, поскуливая, бережно и аккуратно облизал руку девушки, свисающую к полу. — Сакура, только держись! — уже срывалась на крик женщина. Из уголка рта бессознательной девушки тонкой струйкой скатилась кровь. Увидев это, мать окончательно впала в истерику. — Черт, что здесь творится? — в холл вбежал отец. — У Сакуры приступ. Скорее! Не тормози! — крикнула женщина. — Уже набираю... Черт, у нее же кровь! Она что, лекарства не принимала? — Сейчас это уже не важно. Главное — успеть... ***** Скорая приехала быстро. Молодой врач вошел в дом и сразу же начал осматривать Сакуру. — Сколько она без сознания? — быстро спросил он. — Десять минут, не больше, — ответил отец Сакуры. Врач первым делом пощупал пульс, а потом достал из чемоданчика какую-то бутылочку с жидкостью. Промочив ею вату, он поднес ее к носу девушки. Пару раз вдохнув, Сакура поморщилась и открыла глаза. — Сакура! Ты очнулась! — радостно воскликнула мать. Отец облегченно вздохнул. Харуно приложила руку к голове и болезненно замычала. Она попыталась встать, но ее остановил доктор. — Нет-нет, вам еще рано вставать. — Доктор, у нее что-то серьезное? — снова забеспокоилась женщина. — Вот сейчас и посмотрим. Но мне кажется, что вы должны лучше знать, что с ней произошло. Но осмотр я все же проведу. Как ты себя чувствуешь? — спросил он, обратившись к девушке. — Голова немного болит. Но в основном все хорошо. — Сакура, скажи, ты сегодня принимала таблетки? — спросила мать. — Да. Как только проснулась, — ответила Харуно. Женщина сбилась с толку. Сакура принимала лекарства уже много лет, и женщина верила, что ее дочь жива лишь благодаря им. А что теперь? Они перестали помогать? Значит ли это... Врач что-то вколол и начал осмотр. Померял давление, температуру, послушал. Но ведь доктор-одиночка без специальных принадлежностей не смог бы нормально определить, что произошло. — Ну, что я могу сказать... Давление немного повышено и в легких першение. Побольше отдыхать нужно. А вообще надо ложиться в больницу, или хотя бы пройти обследование. С этим шутки плохи, — сказал он и начал собираться. Но Сакура этого не хотела. Она знала, что если она ляжет в больницу, то может оттуда уже не вернуться. Хотя жизнь ее была не такая красочная, но переселяться в помещение с белыми стенами уж точно не хотелось. — Сакура, ты как? Надеюсь, тебе уже лучше? — спросила женщина у девушки, когда проводила врача. — Не беспокойся, уже ничего не болит. Я лучше пойду к себе, — хмуро ответила розоволосая и поднялась на второй этаж. Мать печально посмотрела ей вслед и не стала останавливать. Сакура вошла в комнату и сразу завалилась на кровать. Ее одолела слабость и не позволяла даже стоять на ногах. Пустой взгляд уставился куда-то в стену. За дверью вскоре послышался скрежет когтей и жалобное повизгивание. Но даже просто пойти и открыть дверь было тяжело. Остаток дня Сакура провела в комнате, не выходя и не впуская никого. ***** Прошло два дня. Харуно бродила по городу, о чем-то размышляя. Был понедельник, и в этот день в школу она не пошла. Вечера были длинные, и уже начинало темнеть, хотя еще не было и шести часов вечера. Город сейчас почему-то казался более суетливым, чем обычно. Рабочий день заканчивался и начинался час пик. Но Сакуре торопиться было некуда. А если точнее, то она никогда не торопилась. Поэтому все успевала. Она не любила лишнюю суетливость, и сейчас это ее раздражало. Девушка перешла на менее людную улицу, где было спокойнее. Очень скоро начали зажигаться ночные фонари, освещающие улицы, на небе появлялись звезды. И какой-то совсем свежий ветерок пробежался вдоль домов. На какое-то мгновение все стихло. Не было ни души. Казалось, что Сакура одна на этом белом свете. От этой мысли на душе стало легче, но в то же время грустнее. Она, конечно, хотела бы остаться совсем одна, без всех своих обидчиков, но что-то одновременно противоречило этому. Раздумья прервали очередные звуки проходящих мимо людей. Розоволосая не обратила на них внимания, но когда те подошли ближе, она узнала знакомые голоса. — ... Эй, смотри! Это же наша тихоня! — Сакура остановилась и уже хотела развернуться и уйти, но поняла, что было уже поздно: она подошла слишком близко. — Ну-ка подожди. Ты что это тут, гуляешь? Небось, с самого утра? — усмехнулся один из парней. Харуно не убегала. Она знала, что они могут без проблем ее догнать, если понадобится. — Знаешь, у меня сегодня плохое настроение. А знаешь почему? Потому что только мы сегодня парились в школе. А тебя там не было. Если тебе родители все позволяют, то это не значит, что мы тебе все позволим! — Вот именно! Так что не думай, что мы тебя быстро отпустим! — воскликнул другой, и оба зловеще засмеялись. Сакура стояла на месте и пыталась понять, что они собираются делать. Чего нужно было ожидать и что предпринимать, только эти вопросы сейчас беспокоили ее. Двое мальчишек из параллельного класса сейчас выглядели более пугающе, чем когда-либо. Страшно было и подумать, что у них на уме. Один из них подошел к Харуно и сильно пихнул, отчего та не удержалась и упала, больно ударившись. — Ты что, даже не попытаешься убежать? Сакура обернулась и посмотрела ему в лицо, но не поднималась. — Только не говори, что не боишься нас! Мы же все прекрасно знаем! — второй усмехнулся и от всей души ударил девушку в живот. Та тихо вскрикнула и схватилась за место удара. — Так будет слишком скучно... Точно, у меня идея! Тебе повезло, малявка, я сегодня добрый. Мы с другом даем тебе фору ровно в две минуты, чтобы убежать, а потом будем тебя отлавливать, так сказать. Так что вставай и беги, пока я не передумал. Девушка чуть приподнялась и села на землю, опустив голову вниз. Дрожащие руки упирались в похолодевшую от осени почву, удерживая Сакуру от очередного падения. Но вот нужно ли вставать? Нужно ли ей сейчас подниматься и убегать? Будет ли от этого толк? Они ведь просто хотят с ней поиграть, как кошка с мышкой. Стоит ли пытаться убежать от боли, унижения и, возможно, смерти? Может быть, сейчас просто сдаться, приняв все, как должное? — Эй, ты собираешься использовать нашу доброту? Или нам тебя избить сейчас, чтобы ты потом не смогла и пошевелиться? — усмехнулся один из парней. Сакура молчала и продолжала сидеть на месте. В голове начали проноситься картинки счастливого беззаботного детства. «В то время я была слишком счастлива. Может быть, еще тогда, ничего не замечав вокруг, я упустила что-то важное? Кто-то страдал, когда я веселилась. Тогда получается, что именно за это я сейчас расплачиваюсь?» — подумала она. — Хватит уже сидеть, поднимайся! — разозлился парень и сильно пнул Сакуру. Та в очередной раз упала на землю. Поняв, что они так просто не отвяжутся, девушка собрала волю в кулак и опять начала подниматься. Медленно, но уверенно, она встала сначала на колени, а потом и на ноги. «Смерть — это не выход», — в голове прозвучали уже знакомые слова. — Вот, молодец! У тебя две минуты, не тормози, — сказал другой парень и подтолкнул Сакуру, чтобы она, наконец, начала убегать. Ноги не слушались, но нужно было действовать. Она бежала прямо по улице, вдоль зданий, но куда бежала — это уже вопрос другой. Хотелось только скрыться и больше никогда не попадаться им на глаза. Воздух в легких быстро закончился, и Харуно начала часто и тяжело дышать. В глазах потемнело, но она не останавливалась. Девушка, все еще не любящая спешить, теперь бежала, и не думая сбавлять скорость. — Ну что, сколько прошло? — спросил один из парней у своего друга, когда Сакура скрылась из виду. — Почти минута. — Отлично, пошли. — А разве мы ей не две минуты давали? — Две, одна, какая разница? Ты ведь знаешь, я слаб в математике, — довольно улыбнулся он. Другой лишь усмехнулся. Охота началась, и парни двинулись к цели.