Без надежды на лучшее

Помолчав около минуты, Наруто неуверенно начал: — Как ты уже знаешь, я жил в небольшом городке немногим меньше этого. Мое детство было довольно шумным и веселым, как у обычного ребенка-непоседы. Может, по мне и не скажешь, но я был еще тем хулиганом и сорванцом, который устраивал проделки всем, кого знал, и даже совершенно незнакомым людям, — парень ностальгически усмехнулся. Сакура скептически изогнула левую бровь. Действительно, он не был похож на себя прежнего. Он был совсем другим. Однако вскоре блондин вернул себе серьезность и продолжил: — Я не давал покоя своим родителям, которые просто вынуждены были пресекать мои розыгрыши всеми возможными способами. Но, думаю, следует начать именно с моих родителей, ведь я тебе ничего о них не рассказывал. «И правда, — подумала Сакура. — Он ведь переехал в другой город. Значит, что-то заставило его это сделать. Я думала об этом, но почему-то не придавала особого значения». — Мой отец был добрейшей души человек. Он многое позволял мне, но только в меру допустимого. А по вечерам часто устраивал мне лекции по поводу того, что можно делать, а что нельзя. Я не слушал его и часто сбегал из комнаты, надеясь, что мне все равно все сойдет с рук, и на его доброту. Настоящий же ужас внушала мне мама. Наруто поднял голову вверх, мечтательно смотря на ясное небо, которое, впрочем, уже начало заливаться багрянцем со стороны запада. И вот опять. Кажется, совсем недавно было утро. Время проходило быстро, когда он находился рядом с Сакурой. И даже слишком. — Как теперь помню, у нее были длинные красные волосы, словно символизирующие реки крови, которые могли бы пролиться, если бы ее кто-нибудь ослушался. Эта женщина не терпела ни одного нарушения и была очень строга. А когда я пытался ей перечить, то отчетливо ощущал нарастающий холодок страха где-то в области желудка. Она могла взорваться в любой момент и была страшна в гневе. Но в остальное время она была другой. Я отчетливо помню ее восхитительную материнскую улыбку. Это отразилось в моей памяти лучше всего, хотя и внешность родителей я помню туманно... Но эта улыбка была лучшим доказательством того, что мама на самом деле была такой же доброй, как и мой отец... Наруто замолчал, судя по всему, пытаясь сдержать эмоции и переполнявшие его чувства. Сакура не смела перебивать его даже в эти порой слишком затянувшиеся паузы. Ему было нелегко это вспоминать, и это было видно невооруженным глазом. Парень сжал кулаки и продолжил, практически выдавливая из себя роковые слова: — Мне было всего десять лет, когда я потерял их. Они оба погибли, возвращаясь домой с работы на машине. Банальная автокатастрофа, в которых ежедневно погибают тысячи людей. В тот день эта участь постигла и моих родителей, — его голос стал твердым и сухим и отлично передавал его душевное состояние. Сакура была ошеломлена. Она удивленно смотрела на парня, полагая, что это было наибольшее из его жизненных трудностей. Но все еще только начиналось... — Некоторое время я ничего об этом не знал. Я как и всегда ждал родителей дома, когда вернулся со школы. А поздно вечером плохие новости дошли и до меня... Тогда я заперся в квартире, не желая впускать внутрь мою новую судьбу и принимать жестокую реальность. Я не верил. Не верил никому из них. Я продолжил ждать моих родителей и был уверен, что в любой момент дверь может открыться, а на пороге будут стоять мама с папой. Они подойдут ко мне, обнимут и скажут: «Прости, сынок, нам нужно было задержаться на работе». Но все оставалось неизменным... Снаружи слышалась лишь бесполезная возня и постоянные уговоры в мой адрес, чтобы я открыл дверь. Я перестал отвечать им уже на второй день. Сколько времени я просидел в запертой квартире, я не знаю. Я перестал ощущать время и сбился со счета с того момента, когда луна четвертый раз сменила солнце. Должно быть, прошло не меньше семи дней. Я ничего не ел и практически ничего не пил, продолжая ждать отца и мать. Но они все не возвращались. И я поверил тем людям, но едва не погиб из-за своего упрямства. В какой-то момент я перестал осознавать реальность, судя по всему, потеряв сознание. Очнулся я уже в больнице, спустя пару дней... «Что же ему тогда пришлось пережить... Теперь понятно откуда было то чувство. Когда умер мой отец, я почему-то была уверена, что он меня понимает», — Сакура с глубоким сочувствием и болью смотрела на друга, продолжая слушать. — Мне сказали, что я едва не умер. Еще бы пару дней, и врачи не спасли бы меня... Пока я был в больнице, ко мне приходило множество людей. Мои родители были весьма известны. Так вот, все они будто бы беспокоились обо мне, будто бы сочувствовали. Но на самом деле только делали вид, — парень снова сжал кулаки. — Они не понимали, что мне было только хуже. Эти их лживые сочувственные взгляды... Они выводили меня из себя, хотя я ничего не мог с этим поделать. Они выходили за дверь моей палаты и тут же обо всем забывали. Но я помнил. Я бы никогда такое не забыл. И моя боль была настоящей. «То же самое... Я помню взгляды всех, кто смотрел на меня с таким же лживым кратковременным сочувствием... Но от этого легче мне не становилось. Скорее, наоборот». — Эти люди не понимали, как тяжело было десятилетнему ребенку пережить смерть родителей и остаться одному. Почти одному... Единственным человеком, который вытащил меня из этого бездонного колодца отчаяния и одиночества, была моя бабушка. Она взяла меня к себе под опеку, потому как жила в том же городе, неподалеку. Больше родственников у меня там не было... Впрочем, бабушка утаила одну важную деталь, чтобы взять меня к себе. После я узнал, что это была последняя стадия рака. Очевидно, она планировала найти для меня более надежное и лучшее место, где бы я смог провести остаток детства. Но она не успела... — Наруто тяжело вздохнул, продолжая смотреть в пустоту. — Она умирала прямо у меня на глазах. А я понимал, что не могу ничего сделать... Она не хотела умирать. Она держала меня за руку и смотрела так, будто предает меня. По ее щекам катились слезы. Она изо всех сил цеплялась за жизнь, но, к сожалению, не всегда все идет так, как мы хотим... Она умерла в страшных муках, а я снова остался один, погрузившись в тот самый колодец еще глубже... И где же тогда были все те люди, которые мне «сочувствовали»? Где были они со своей мнимой помощью, которую они мне так настойчиво и слащаво предлагали, но которую я просто не мог принять в то время?!.. Парень на какое-то время замолчал, перебарывая непонятно откуда взявшуюся злость. В этот вечер он пробудил в себе все те негативные чувства, которые за долгие годы так старательно были подавлены другими, не приносящими боли. Но добиваться от Сакуры правды он просто не мог, когда сам не раскрыл всех карт. — Вот так вот спустя полгода, когда боль утраты только начала стихать, я получил очередной удар, — продолжил Наруто, когда вернул самообладание. — Но на этот раз мне уже не на кого было положиться... Я сбежал из дома бабушки как только пришел в себя. Я знал, что меня должны были запихнуть в какой-нибудь детдом, а там мне пришлось бы еще чаще видеть их лживое сочувствие. У меня не было выбора. Я бы просто не вынес всего этого... Потеряв себя, я брел, куда глядели глаза. Была мысль просто покончить со всем этим, бросившись под машину или куда еще... Но это означало бы сдаться и принять все трудности даже без малейшей попытки противостоять им... Я не помню, как и где я пережил ночь, но наутро я понял, что смертельно проголодался. И почувствовал, как сильно хочу жить. В прошлый раз я неделю провел без еды, но это, скорее, была забастовка. Я был уверен, что родители вернутся и накормят меня. Но тогда мне не на кого было рассчитывать, и я понял, что если я сам не смогу о себе позаботиться, то вскоре обязательно умру. Это был почти животный инстинкт, который толкал меня на поиски пищи... Начались самые тяжелые времена в моей жизни... Наруто снова замолчал, а по его интонации можно было догадаться, что именно об этом он хочет вспоминать меньше всего. Сакура могла только догадываться, что пришлось ему пережить. Но ее воображение не рисовало даже половины всего того ужаса, что пережил блондин на самом деле. Она всегда жила в тепле и уюте, под охраной и опекой отцовых денег, которые решали все их проблемы. Но теперь девушка, кажется, начала немного понимать. — Спустя шесть лет мне удалось заработать и скопить немного денег. Я решил все проблемы с документами благодаря образовавшимся связям. Но там меня все еще помнили как мальчика, потерявшего родителей, поэтому я собрал все, что у меня было, и купил квартиру здесь, прежде оборвав все контакты и оставив все сожаления и память о прошлой жизни там, в том городе, который приютил меня и позволил испытать все страхи на своей шкуре. Я решил начать новую жизнь, с чистого листа, и ничуть не жалею об этом. Я похоронил воспоминания о прошлом глубоко на дне души, и до сих пор не тревожил их. Я полностью изменился и заново выбился в общество. На этот раз сам, своими силами. Жестокая реальность заставила меня рано повзрослеть, но благодаря этому я понял, что такое жизнь, и какая она бывает. По воле судьбы я прошел нелегкий жизненный путь и потерял трех самых дорогих людей. Не знаю, что бы случилось со мной, если бы я потерял еще кого-то. Для меня это больная тема до сих пор, прошлое оставило не самый лучший осадок... Но я стараюсь об этом не думать. Я дал себе обещание защищать остальных. И сделаю все возможное ради этого. Тихо вздохнув, Наруто откинулся на спинку скамейки. Судя по его возросшей оживленности, разговор был окончен. — Ну вот, собственно, и все, что я пережил. Сейчас мне семнадцать, но, я думаю, не многие могут похвастаться такой разнообразностью в жизненных неудачах, — Узумаки усмехнулся. Кажется, прежнее спокойствие и невозмутимость полностью вернулись к нему. — Что ж, думаю, теперь ты знаешь меня чуточку лучше. Нет, она совсем его не знала. Правда открылась только сейчас. Сакура с уверенностью могла сказать, что в нем сейчас не было того маленького мальчика, потерявшего родителей и прошедшего предназначенный тернистый путь до самого конца. От навалившейся информации девушка сжалась, как пружинка, непонятно почему чувствуя во всем свою вину. Она больше не могла смотреть на Наруто, боясь пересечься с ним взглядом. Виновато склонив голову, она молчала. В голове постоянно вертелись слова Наруто, не позволяя думать ни о чем другом. Заметив реакцию Сакуры, Узумаки поспешил все разъяснить: — Но знаешь, это уже давно в прошлом. Сейчас у меня совершенно другая жизнь, которая меня вполне устраивает. Я не жалею о том, что было, и у меня не было времени грустить по этому поводу. Так что не бери в голову. Что было, то прошло, — в доказательство парень весело улыбнулся. Похоже, искренне. Но девушка никак не реагировала. Она сжалась еще сильнее, продолжая смотреть в одну точку. Ее руки побледнели от того, что были сильно сжаты. В носу защипало. Эта история все кардинально поменяла. Сакура поняла, что совершила ошибку. Необходимо было все исправить, но не сейчас. Сейчас хотелось лишь спрятаться. Снова. — Эй, Сакура... С тобой все в порядке? — в недоумении спросил Наруто, совершенно ничего не понимая. Он положил руку на ее плечо, но в ту же секунду девушка вздрогнула. По-прежнему пряча взгляд, она поднялась со скамейки. — Мне... Прости, я... лучше пойду... — Что? Постой, Сакура. Что случилось? — Извини, я... больше не могу здесь находиться... Мне нужно домой. Ничего более не объяснив, Харуно сорвалась с места и побежала куда-то в направлении дома. В ее движениях было что-то непонятное, что-то сбитое, словно девушка убегала от собственного страха, который вот-вот ее настигнет. Наруто растерялся, но почти сразу сообразил, что нужно ее догнать. — Не ходи за мной! — услышал Узумаки, как только поднялся со скамейки. Она словно прочитала его мысли. Но скорее, она просто хорошо его знала. И, как выяснилось, плохо одновременно. Наруто стоял на месте, не зная, правильно ли он поступил, что не пошел за ней следом. Все произошло так быстро и неожиданно. Множество родившихся только что вопросов не давали ему покоя. Он ничего не понимал. Он лишь смотрел на силуэт медленно удаляющейся девушки, которая вскоре скрылась за стволами деревьев. Наступила тишина.