Картошка

      Утро начиналось так себе. Сначала ему что-то капнуло в глаз, а затем его с размаху ударили по лицу. Князь резко сел и посмотрел на развалившегося рядом Горшка. Тот мирно похрапывал, закрыв предплечьем лицо. На место, где только что спал Князь, упала капля, затем вторая и по оставшимся частям крыши забарабанил мелкий противный дождь. На Горшка капало чуточку меньше, но тем не менее он заворочался и сонно хлопая глазами привстал на руке. — Чё, Зевс хандрит? — скрипучим со сна голосом, спросил Миха. — В смысле? — не понял Андрей. — Да дождь этот ебучий… — А, это да. Вставай, завтракать будем.       Андрей отправился инспектировать плоды их вчерашнего похода за провиантом. Новость о завтраке Мишу вдохновила, он сразу зашевелился, снял матрац с кровати и куда-то утащил, чтобы не промок окончательно. А потом направился к Андрею. Тот уже успел вытащить все продукты на покосившийся стол, протер его рукавом от пыли и начал сооружать бутерброды. Миха посмотрел на это и снова убежал в соседнюю комнату. Там что-то загремело, а затем показался Горшок с двумя блюдцами и чашками. — Ого! Это откуда такое богатство? — удивился Андрей. — Да тут же бабушка жила. А бабушки они знаешь какие? Всю жизнь всё хранят на какой-нибудь особенный день. Этот день так и не наступает, а их богатство даже не воруют, потому что богатством это считали только бабушки. Вот так оно и стоит нетронутое… — Грустно как-то это, — заметил Князь. — Еще как! — согласился Горшок. — Свое богатство надо использовать по максимуму и живым, а то потом все равно никто его не оценит, если сам не покажешь. Давай пить чай! — А откуда мы чай возьмём? — удивился Андрей. — Городской ты человек, Андрей, не смекалистый, — ёрничал Горшок. И, открыв шкаф, достал оттуда котелок. — Сейчас мы разведём костер под навесом. Тут поленница сухая есть в старой бане, немного, но нам хватит. Нарвем листа смородинового и малинового, закинем в котелок с водой и у нас будет вкусный чай. — разъяснил Горшок.       Князю же оставалось покорно кивнуть. Он взял блюдца, чашки и отправился их мыть под дождь. Бутерброды положил на блюдца. Свой надкусил и понес второй Михе, который уже корпел над костром.       Несмотря на влажность, огонь развели быстро и чай не пришлось долго ждать. Разлили по кружкам, аромат от смородины стоял умопомрачительный, сидели на скамеечке под навесом, обхватив руками кружки, пили маленькими глотками, чтоб не обжечься. Грянул гром. Горшок от неожиданности дернулся и пролил на себя кипяток. Выматерился, с шипением потёр обожженную ногу, поморщился. — Князь, ты какие-нибудь истории знаешь? — Знаю. — Тогда рассказывать, мы тут на долго.       Князь улыбнувшись кивнул и отпил чай. Рассказывать истории он любил.