Океаны холодной лавы

Багровые споры летали в душном воздухе Преисподней, наполняя Кримзоновые леса горьковатым ароматом. Хоглины с рычанием похрюкивали, и громко чавкая, надкусывали шляпки багровых грибов. В Незере было спокойно, всё было на своих местах. Молодая суккубша по имени Ники разгуливала под стекающими шляпками огромных грибов, отодвигая багровые лианы когтистой рукой. Красивая, но дерзкая, ценящая лишь силу, она была прозвана местными жителями Правильной или Верной, или как это звучало на языке далёкого прошлого - Райт. Она подходит к краю выступа, легко ступая по багровому нилию, замечая на противоположной стороне временную стоянку бродячих пиглинов. Несколько сильных взмахов и стройное тело суккуба приземляется возле обнаживших свои мечи путешественников. Ники покачивает головой, заставляя золотые кольца на длинных рогах зазвенеть. Пиглины слегка успокаиваются, но с подозрением смотрят на блестящие кусочки тяжёлого металла. Райт поднимает руки в примерительном жесте, присаживаясь на багровый нилий возле самой кромки огня. Ещё немного подумав, бродяги садятся обратно, продолжая жарить волокнистую плоть. Один из пиглинов растирает в копытах несколько багровых грибов, присыпая мясо полученной специей и протягивает кусок демонессе. Ники протягивает самородок золота, принимая горько пахнущее блюдо и откусывая зазубренными клыками немного от края. Пиглин принимает плату, начиная раздавать пищу своим сородичам. Бродяги начинают говорить о своём и Райт краем уха слушает рассказы о поверхности. Самый крупный из группы со смехом поглядывает на старуху, не веря в её рассказы о огромной воде, что затопила многие города, заставляя то, что раньше было хребтами гор, стать не более чем равниной. Остальная группа смеётся вместе с остальными, а покарёженная годами пиглинша с печалью хрюкает. Ники подсаживается ближе, слегка касаясь плеча старушки. Та удивлённо храпит, но до неё нету дела её спутникам. Райт просит рассказать больше о той безмерной силе, что когда-то давно заставила целую расу уйти в пучины Ада. И она рассказывает, говорит о Страшном потопе, про руины затонувших городов, про разрушенные порталы, дымка которых будто стекло трескалась, стоило только воде коснуться фиолетового вихря. Говорит с пониманием, так словно сама видела как тонны воды затопляли поселения, захватывая в свои смертельные объятия её сородичей. Ники смотрит с уважением и благоговением, стоит только ей представить нечто такой мощи. В ней загорается желание увидеть это бедствие, почувствовать мокрые объятия смерти на своих плечах. Но пиглинша покачивает головой, говоря, что для того чтобы дышать под водой, нужны жабры - прорези на шее. И Ники в пару мгновений располасовывает своё горло, открывая испуганной старухе вид на трахею. Раны заживают и болтающиеся куски кожи приподнимаются с каждым вздохом. Райт спрашивает, остались ли ещё порталы на поверхность, туда, под солнце, в водную пучину, и старуха кивает, указывая поломанным копытцем куда-то вдаль. Ники бросает в ладони пиглинши несколько самородков и взмахнув крыльями, улетает прочь.

***

Ники выходит из завихре́ний портала и чувствует, что здесь холодно, здесь ярко и слишком много воздуха. Из-за перенасыщения кислородом, Райт падает в обморок, ощущая как сознание утекает. Просыпается она, когда на чернеющем небосводе начинает рождаться луна, освещая поверхность земли тускло. Летают едва заметные точки-светлячки, запутываясь в её волосах и недовольно мигая. Ники оглядывается и замечает краем глаза бескрайние воды. Поднимается с земли и завороженно идёт к блестящей в ночи глади. Опускает красную руку в воду, заставляя её бурлить и пениться от жара. Оглядывает горизонт, смотря на нескончаемый океан, тихо шумящий о чём-то своём. Бесконечный океан, неудержимая сила.

***

— Я уже говорила, что моё существование - иронично? — Ники смотрит на летающий неподалёку Твитч, останавливаясь и читая всплывающие сообщения. На экране пролетают слова и предложения, но никто не говорит "да" и Райт объясняет — Я демон, адский демон, отрастивший жабры, чтобы жить под водой, с гидрофобией!