Влюбленные в Туссенте

Оранжерея стояла на возвышении на территории Корво Бьянко, идеальная место, где могли процветать травы и цветы, которые жадно поглощали солнце. Изредка жирный, пролетающий шмель или яркое мерцание крыльев бабочки украшали бутон каждого цветка. Ветер, проносившийся по долине Сансретур и поднимавшийся к Корво Бьянко, как легкий бриз, ослаблял сильную жару и заставлял зелень шелестеть там, где она росла густыми рядами, щекоча показные бутоны цветов. К счастью, ремонт был завершен в начале года. Благодаря Варнаве-Базилю кирпичная кладка снова стала идеальной на большой срок, пока растения росли выше и сильнее. Это было особенно удачно, поскольку по одной из стен что-то безсвязно ползло вверх. Растение было лиственным и зеленым, колючим, но увенчанным белыми цветками с сильным ароматом. Геральт потянулся к одному из загадочных цветков, повернул его белые лепестки к себе, сморщил нос, принюхиваясь к воздуху, чтобы осмотреть его. Он не был знаком с этим растением, но у него возникли подозрения по одному только его естественному аромату и колючкам. — Это роза, дорогой, — протянул Эмгыр, подтверждая невысказанные мысли Геральта и разглаживая нахмуренный лоб . Бывший император появился под одной из кирпичных арок, лениво проплывая в легком черном одеянии с тонкой золотой вышивкой. Шелковый халат был распахнут обнажая грудь Эмгыра, вырез глубоко и широко погружался, и было туго завязан на талии. Этого эффекта было достаточно, чтобы отвлечь внимание Геральта от сада, и он переключился на более интересные планы на вторую половину дня. — Ну, привет, — проурчал белоголовый, потянувшись к бедрам Эмгыра. Они поприветствовали друг друга коротким поцелуем, который вар Эмрейс не прерывал, даже когда Геральт попытался прильнуть к нему еще сильнее. Эмгыр отстранился, несмотря на то, что в каждой руке было по бокалу с зеленым оттенком, наполненному щедрой порцией их собственного Сепременто. — Вот. — Эмгыр вложил один бокал в руку Геральта и отпил глоток из своего, вырвавшись из рук мужа и направившись к следующему кусту роз, взобравшемуся на кирпичную кладку. Геральт сокрушался об упущенной возможности, но с болью осознавал, как Эмгыр наслаждался тем, что в течение дня понемногу доводил его до отчаяния. По правде говоря, Эмгыру требовалось совсем немного усилий, чтобы возбудить его. Геральт сделал большой глоток вина и последовал за Эмгыром обратно к розам. — Самая странная роза, которую я когда-либо видел. — Геральт нахмурился и опустил голову, наблюдая, как Эмгыр берет одну из них в руки и наклоняется ближе, чтобы вдохнуть ее пьянящий аромат. Для носа Геральта он был более насыщенным, в нем было что-то более темное, но он был похож на розу. — Эти розы растут исключительно в Туссенте, где почва достаточно плодородна. Обычно в тех местах, где уже есть виноградники. — Эмгыр сделал неопределенный жест в сторону пейзажа. — Грунтовых вод в этом месте должно быть достаточно. — Затем он махнул рукой в сторону ручья, который протекал через поместье, за пределами видимости, но его журчание и плеск был слышен обоим. — Они предпочитают сочетание солнца и тени, — пояснил Эмгыр, прижимая ладонь к кирпичной кладке, которая была обращена в сторону от солнца, чтобы убедиться в правильности своих расчетов. Геральт наблюдал за действиями Эмгыра с небольшой улыбкой, понимая, что на широкие жесты мужа повлияло то, что он уже выпил бокал вина. — Они исключительно редки и востребованы. Сама герцогиня желала их на своей свадьбе, но в тот год не удалось найти ни одного цветка. Она была в ярости. — Его рот подергивался в углу в безобидной злобной манере, которая показалась Геральту наиболее привлекательной. Ведьмак хмыкнул, заинтересовавшись розами, но все меньше и меньше. Он сделал глоток их вина, обводя языком вкус терпких фруктов с пряностями и одновременно желая попробовать его на языке Эмгыра. Не отрываясь от сада, Геральт наблюдал, как длинные пальцы Эмгыра скользнули за бутон одной розы и так нежно обхватили ее. Он долго держал розу, молча любуясь ею, а Геральт с удивлением смотрел на нежность на лице бывшего императора. Он понял, насколько моложе и спокойнее выглядит Эмгыр после переезда в Туссент, насколько открытым и уязвимым выглядит он в своем слегка помятом халате, с намеком на улыбку на губах и медленным вздохом удовлетворения, который он нашел в розе. Геральт сглотнул и сделал несколько шагов ближе, проведя рукой по спине Эмгыра, желая прижаться к нему, как бы доказывая, что этот момент реален. То, что он так сильно полюбил Эмгыра, было ошеломляюще. — Я думал, ты знаешь свои розы. Твои познания в флоре безупречны - или я так думал. — Эмгыр повернулся и вложил свой бокал в руку Геральта. С этими словами вар Эмрейс присел на корточки, мелькнув голым бедром, чтобы снова возбудить непристойные мысли Геральта. К несчастью для Геральта, Эмгыр всего лишь достал короткий нож, спрятанный в сапоге ведьмака. Эмгыр повертел его, вставая, и быстрым движением ножа срезал одну розу с куста. — Эта роза, — он покрутил стебель между пальцами, показывая ему красивые, нежные лепестки. — она напоминает мне о тебе. Геральт ошарашено уставился на мужа, но тут же на его лице появилась улыбка. — Белоснежная, с золотым сердцем, красивая, удивительно чувствительная... и с приятным насыщенным ароматом, который мне очень нравится. — Эмгыр вернул внимание Геральта к розе, вертя стебель пальцами. Простая структура из меньшего количества широких лепестков, в отличие от более пышных роз, которые Геральт привык видеть, окружала теплое желтое солнце в самом центре. Она выглядела хрупкой и слишком красивой, чтобы сравнивать ее с ведьмаком, и Геральт смутился от этого сравнения. Он глотнул вина, чувствуя, что ему становится жарко под пристальным янтарным взглядом Эмгыра. — Не уверен насчет золотого сердца. Или "красивая". — Геральт скорчил гримасу. — Ерунда. Я не позволю тебе клеветать о моем муже, — игриво отругал его Эмгыр, проводя шелковистыми лепестками по губам Геральта мучительно нежно, вызывая приятное покалывание. — Ты... очень... красивый. Эмгыр потянул розу вниз, чтобы она соскользнула с губ Геральта. С немного неуклюжей, подвыпившей улыбкой Эмгыр запрятал цветок в волосы Геральта прямо над его ухом. Довольный результатом, Эмгыр мимолетно провел кончиками пальцев по и без того чувствительным губам Геральта, оставив его жаждущим еще одного поцелуя, который в надежде получить, он наклонился ближе. — Эмгыр, — прошептал он, но встретил едва заметное сопротивление Эмгыра, который держал его лицо одной рукой, привлекая его внимание как раз перед тем, как Геральт опрокинул бокалы и чуть не пролил вино на землю. Его почти неуклюжее движение заставило Эмгыра на мгновение ухмыльнуться успеху. — Я собираюсь почитать свою книгу на крыльце и выпить еще бокал вина. Приходи ко мне, как только закончишь с садом, — распорядился Эмгыр, забирая свой бокал и заменяя его ножом, взятым из сапога Геральта. — И срежь мне несколько роз для той антикварной вазы, которую мы купили у Борсоди, хорошо, дорогой? — Ты мог бы почитать позже, — тщетно предлагал Геральт, засовывая нож обратно в ножны в сапоге. — Я бы предпочел закончить чтение, а потом сосредоточить все свое внимание на тебе. — Положив руку на грудь Геральта, Эмгыр прильнул к нему, чтобы они могли разделить томный, жаркий поцелуй, который прервался, когда Эмгыр имел непристойность ухмыльнуться, отстраняясь. Геральт на мгновение обнял Эмгыра, скользнув рукой по шелку, чтобы ощутить каждый изгиб сильной фигуры своего любовника. — Лепестки белых роз не пачкают простыни, как красные. — Эмгыр похлопал Геральта по груди, а затем пронесся мимо него, воскликнув на ходу: — Просто мысль. — Это означало, что Эмгыр ожидал лепестков роз, свечей и соблазна. Геральт был более чем готов к этому. Он с тоской смотрел, как Эмгыр скользит к дому, пока тот не скрылся из виду. Выплеснув остатки вина в бокал, Геральт засучил рукава и принялся за сбор роз.