Первое Рождество Коллекционера

      Коллекционеру очень-очень нравилось, когда в Совином доме собиралось много людей… или не людей. Главное, чтобы было оживлённо и шумно, ведь больше всего на свете он ненавидел оставаться один, и тишина его очень тревожила. Даже по ночам, когда все спали, звёздный мальчик покрепче прижимал к себе любимую мягкую игрушку и лежал с ней в обнимку, чтобы не было так одиноко и страшно. К счастью, в Совином доме всегда кто-то присутствовал: Король, или Совиная Леди, или Луз. Ну а если не было их, то Хути-то обязательно здесь — он уж точно никуда уйти не может. Так что со временем Коллекционер даже почти перестал переживать по этому поводу. Вот сначала было страшновато. Он боялся, что все уйдут, пока он не видит, и больше не вернутся — даже заставлял себя не засыпать, чтобы не упустить момент, когда обитатели Совиного дома решат оставить его здесь одного навсегда. Но здесь ведь был их дом, и они не могли его вот так просто покинуть. Поняв эту простую истину, Коллекционер совсем успокоился. Но ему всё равно нравилось, когда все собирались вместе.       А ещё Коллекционер очень любил, когда кто-то приходит в гости. Он ужасно радовался, встречал гостей у двери и весь вечер не отходил от них, будь это школьные друзья Луз, или Лилит, или Рейн, или кто-нибудь ещё. И чем больше гостей — тем лучше! Со всеми можно поговорить, рассказать о новых интереснейших событиях и иногда даже поиграть. Коллекционер не хотел верить и упорно отгонял от себя грустную мысль, что старшим не всегда интересно его присутствие.       И вот однажды Луз решила позвать всех своих близких друзей — а Коллекционер знал, что их у неё немало, и ужасно завидовал, — на какой-то человеческий праздник со странным названием «Рож-дест-во». Звёздный мальчик был первым, кто поддержал эту идею. Ему очень хотелось, чтобы был праздник, и много гостей, и игры, и веселье. Он сразу заявил, что сто лет ни с кем, кроме Луз, не будет разговаривать, если девочке не разрешат устроить Рождество. И эта угроза сработала! Никто даже возражать не стал.       Ах, как же это было весело! У людей там, в их мире, были рождественские деревья, ели, которые украшались всякими красивыми штуками. В Совином доме тоже такая появилась, большая, до потолка, с колючими зелёными иголками — и Коллекционер вместе с Луз (которая руководила процессом) и Королём (который был слишком маленьким и доставал только до самых нижних веток) украшал её яркими разноцветными звёздами. Получилось даже лучше, чем на картинках, которые показывала Луз.       И были всякие вкусные вещи из мира людей, которые не совсем умело и не всегда удачно пытались приготовить друзья Луз под чутким руководством Камилы, смешивая указанные в рецепте ингредиенты и продукты местной флоры и фауны. Коллекционер с Королём совершили целую вылазку, чтобы незаметно украсть с противня ещё горячее печенье, которое просто восхитительно пахло корицей. Им это не удалось, они были остановлены и отправлены ждать праздник где-нибудь в другом месте — как самым младшим, им ещё никто не давал особо серьёзных поручений. Но Коллекционеру всё равно удалось незаметно стащить несколько печенек, и друзья разделили их поровну и с удовольствием съели, сидя на крыше.       Ещё у людей, судя по рассказам Луз, в некоторых местах на Рождество выпадает снег — и дети там играют в снежки, катаются на коньках, делают снежных ангелов и занимаются множество других замечательных забав. Но погода на километры вокруг Совиного дома стояла жаркая, засушливая и очень солнечная. Куда уж тут до снега? Находчивый Коллекционер не отчаялся и придумал, что можно пойти играть в снежки на Колено. Взрослые не оценили эту замечательную идею — они были очень заняты и недвусмысленно намекнули мальчику, чтобы они с Королём сами придумывали себе игры и не отвлекали других от насущных дел. Король тоже не пришёл в восторг от такого предложения — ему тоже хотелось помочь Луз или хотя бы свернуться где-нибудь в тихом месте в клубочек, прикрыть мордочку пушистым хвостом и поспать часок-другой. Но его надеждам не суждено было осуществиться, потому что он нёс ответственность за своего маленького друга и должен был чем-то его занять. Они с Коллекционером до самого вечера веселились в бескрайних снегах Колена, прямо как дети в измерении людей. Бедный Король после этого не чувствовал лапок и практически падал от усталости, и звёздный мальчик бережно нёс его до дома на руках, заботливо поглаживая по мягкой шёрстке.       В общем, несмотря на все нюансы и тонкости, которые нельзя соблюсти на Кипящих островах, у Коллекционера был настоящий праздник, очень шумный и суматошный, но восхитительный и весёлый. Маленькие не совсем понимают, что праздники — это не только веселье и игры, но и много приложенных усилий и уйма времени, которыми жертвуют старшие, чтобы устроить детям весёлый и насыщенный день. Король был уже достаточно взрослый и понимал это, так что в любую свободную минутку бегал помогать Луз и Иде с уборкой, или Камиле, Уиллоу и Эмити с готовкой. Ну а Коллекционеру ещё только предстояло осознать эту простую истину лет через пять, поэтому пока он просто брал от жизни всё и наслаждался каждой минутой. Уже целую вечность и даже дольше у него не было таких весёлых праздников.       И вот наступил Сочельник, самый важный вечер. Наконец-то все приготовления были закончены, и взрослые могли всё-таки выдохнуть с облегчением, а дети — начать праздновать.       Пришло так много гостей! Больше, чем Коллекционер когда-либо видел! Здесь были и настоящая мама Луз, и девочка-василиск, которую звёздный мальчик видел до этого лишь однажды. И Лилит, сестра Иды, и Рейн. И ещё школьные друзья Луз: Эмити, Уиллоу, Гас и Хантер. Все они, так или иначе, участвовали в подготовке к Рождеству, но только сейчас наконец-то собрались вместе. Коллекционеру ужасно хотелось поболтать со всеми и сразу, и чтобы на него обратили внимание. Он собирался рассказать, как здорово проводит время, и как помогает восстанавливать Кипящие острова, и какую замечательную игру они с Королём придумали на прошлой неделе, и много-много чего ещё. Но Луз опередила его и принялась рассказывать про Рождество, как оно появилось, и как его отмечают в её родном мире — Коллекционер всё это время сидел и задумчиво выводил пальцем на столе какие-то узоры. Ему хотелось двигаться, болтать и играть, а не сидеть и слушать истории о том, как празднуют какие-то там скучные люди. Краем уха он услышал, как Камила рассказывает Иде о том, что в измерении людей в имбирное печенье никто не добавляет всяких жучков. Коллекционера это насмешило — какие же всё-таки люди странные и забавные!       А ещё под ёлкой стояли большие коробки — подарки. Оказывается, подарки на Рождество — это очень важная вещь. В мире людей есть Санта, и он приносит их детям, которые хорошо себя вели. Когда об этом впервые зашла речь, Коллекционер насупился и скрестил руки на груди — ему явно не понравилась эта тема. Дети-то, по словам Луз, обычно очень любят и ждут подарки, и даже в рождественскую ночь не спят, чтобы увидеть Санту и поскорее узнать, что он принёс. Разумеется, все — и Коллекционер в том числе — были уже достаточно взрослыми, чтобы спокойно принять тот факт, что Санты на самом деле не существует. Но идея обмена подарками всем очень даже пришлась по душе. Всем, кроме Коллекционера. Он только наблюдал исподлобья за происходящим — а посмотреть и вправду было, на что.       Всю вторую половину дня к ёлке то и дело кто-то подходил, чтобы положить под неё большую — или не очень — коробку рядом с остальными, оставленными раньше. Самая первая подошла Луз, она долго и аккуратно раскладывала свои подарки. Потом принёс что-то Хантер — и ни у кого не было сомнений насчёт того, кому предназначен его подарок, — положил свой подарок рядом с подарками Луз и быстро ушёл. Чуть позже подошли вместе Гас и Уиллоу, а за ними Эмити. Но сам Коллекционер не подходил и держался на почтительном расстоянии, а на личике его застыло выражение искреннего удивления и наивного непонимания. Он не понимал, зачем это нужно было делать. Зачем портить праздник — очень хороший праздник, с играми и весельем! — какими-то подарками. Остальные явно об этом не думали — они были счастливы.       Коллекционер демонстративно смотрел в окно даже в то время, пока обитатели Совиного дома и гости обменивались красивыми коробками, счастливо улыбались, обнимались и с приятным удивлением принимались распаковывать полученные дары.       И вот под деревом осталась только одна коробка, и все знали, кому она должна достаться. Но Коллекционер не спешил брать её. Наоборот, он очень усердно старался смотреть куда угодно, только не на ёлку, и вообще становился всё угрюмее и мрачнее с каждой минутой. Он изо всех сил делал вид, что происходящее его совсем не касается, и не ждёт его никакая большая коробка в красивой, яркой, блестящей упаковке с нарисованными звёздами. Мальчик походил по комнате, поприставал к старшим детям, с любопытством изучая их подарки — всякие дурацкие безделушки. Взял себе горстку печенья, сколько поместилось в ладошку. Подслушал, о чём шепчутся Ида и Рейн. Потом пошёл к Луз, которая как раз начала читать вслух своим друзьям какую-то наверняка очень интересную рождественскую историю — а Коллекционер очень любил всякие сказки и истории, — сел рядом, так, чтобы можно было заглядывать в книгу и рассматривать красивые цветные картинки. Ему очень нравилось сидеть рядом с Луз — она добрая и хорошая, как Король рассказывал. Луз даже приобняла его за плечи и прижала к себе, как старшая сестра. Не то что эти дурацкие предатели Архивисты. Им можно было бы поучиться у Луз и остальных, как надо вести себя с семьёй.       Мальчик даже немного задремал, пригревшись под боком у близкой подруги и заслушавшись её спокойный размеренный голос. И даже недовольно пробормотал что-то, когда она начала его расталкивать. — Коллекционер, — позвала Луз ласково, легонько тряся дитя по худенькому плечику. — Остался только твой подарок.       Любой ребёнок уже тут же вскочил бы, мгновенно утратив всю сонливость, и кинулся бы за подарком. Но Коллекционер только пробурчал что-то вроде: «Я потом» — и отвернулся. Если бы открыл глаза, то увидел бы, как озадаченно переглянулись старшие дети, довольные и радостные, приятно удивлённые своими подарками, которые пусть и были придуманы на скорую руку (а идея с Рождеством впервые прозвучала только два дня назад), но готовились с душой и желанием порадовать получателя. А Коллекционер, самый маленький ведь, должен же ждать рождественского чуда — но только хмурится и отворачивается, как будто и не интересно ему вовсе.       Потом Коллекционер услышал шаги — Луз встала и куда-то пошла. Впрочем, она тут же вернулась и села перед ним на корточки, чтобы быть примерно одного роста. — Возьми, Коллекционер, — сказала она мягко, протягивая ему красивую коробку. — Все уже получили свои подарки. Счастливого Рождества.       Сон тут же как рукой сняло. Коллекционер вскочил на ноги, шарахнулся от девочки, словно напуганный дикий зверёк и закричал: — Не надо! Не хочу, уйди!       В этот момент в доме повисла тишина. Перестали оживлённо болтать о чём-то Ида, Рейн и Лилит; удивлённо повернулись в сторону Коллекционера мило воркующие у окна Уиллоу и Хантер; застыл жующий у стола вкусняшки Король. Кажется, кто-то даже обречённо негромко вздохнул. — Не нужен мне твой дурацкий подарок! — кричал Коллекционер, чуть не плача, и стал отступать назад, пока не наткнулся на стену. — Не возьму!       Луз смотрела то на встревоженного и даже напуганного ребёнка, стоявшего перед ней, то на коробку в красивой обёртке, и искреннее непонимание плескалось в её взгляде. Как и в растерянных или даже недовольных взглядах других. Никто из присутствующих не мог понять, почему это странное звёздное дитя снова устроило истерику на пустом месте. Вообще-то Коллекционер правда старался быть послушным и примерным, но иногда ему это не удавалось, и тогда об этом уж точно невольно узнавали все. — Не хочу быть ни у кого в долгу, — сказал Коллекционер, важно скрестив руки на груди. — Знаю я вас. Подарите что-то, а потом, когда понадобится помощь, скажете: «Ой, Коллекционер, ну мы же подарили тебе подарок, теперь ты должен нам помогать». Все так делают! Обещают или даже дают тебе что-то, а потом ты им обязан, потому что они тебе что-то дали. А я так не буду! Я лучше просто так сделаю, потому что мы друзья, а не потому, что должен буду. Подарки — это глупо и подло! Я ненавижу подарки, слышите?! Ненавижу, ненавижу, ненавижу! — Коллекционер, — негромко попыталась прервать его Луз. Девочка всё ещё была растеряна, но непонимание в её взгляде сменилось бесконечным сочувствием. — Это не так. Это же подарок, его… ну… дарят. Это бескорыстно, понимаешь? Никто не будет ждать от тебя ничего в ответ. — Я не могу быть уверен в этом, — вскинулся Коллекционер и скрестил руки на груди. — Я даже не могу взять с тебя клятву на мизинчиках, потому что все её нарушают, кроме меня. Так что не хочу! Забирай свой дурацкий подарок и не приставай! Отстань.       Дерзость его не осталась без внимания, потому что тут же послышался сердитый окрик Иды: — Хэй, полегче, малыш!       Луз пыталась казаться понимающей, на её губах даже появилась слабая улыбка, но было видно, что девочка расстроена. — Да, конечно, Коллекционер, — сказала она, с плохо скрытым сожалением смотря на красивую коробку. — Я поняла. Я оставлю твой подарок здесь, под деревом, а ты откроешь, когда захочешь, хорошо?       «Не захочу, глупая, — прошептал едва слышно мальчик и крепко обнял себя за плечи. — Я не такой наивный, как вы думаете».       Но настроение у него после этого очень испортилось. Во-первых, в воздухе повисло — и практически искрило — напряжение; во-вторых, кто-нибудь — даже Король! — то и дело кидал на него осуждающий взгляд. Наверное, с утра Коллекционеру ещё предстоял серьёзный разговор со старшими из-за этих грубых и обидных слов, просто сейчас все решили не усугублять ситуацию и не портить праздничную ночь разборками. Но мальчик всё равно видел, что и Луз расстроилась, и взрослые обескуражены, и вообще все волей-неволей избегают зрительного контакта с ним. Это было очень неприятно. Ведь Коллекционеру наоборот хотелось, чтобы все с ним пообщались. А сейчас он как будто и среди людей, но всё равно один… как среди Архивистов. Его снова охватило это противное, страшное чувство одиночества, и мальчик готов был расплакаться прямо здесь. Он считал, что прав, и не хотел признавать свою вину. Но в то же время ему хотелось играть и веселиться с другими, а он ведь сам потребовал, чтобы к нему не приставали. И даже самый-самый-самый лучший друг на свете, Король, и тот теперь не подходит. А всё из-за этого дурацкого подарка!       «Но я же прав! — отчаянно думал Коллекционер, обиженно забившись в угол. — Если это мой подарок, значит, я могу делать с ним всё, что захочу. Даже не открывать. Но тогда всё равно получается, что это мой подарок, и я теперь им что-то там должен… не хочу. Почему меня вообще не спросили, нужен ли мне подарок?!».       А другие ведьмы и люди, продолжали праздновать. У них были истории, танцы и песни, они над чем-то смеялись и, кажется, даже во что-то играли. Иногда Луз, или Король, или кто-нибудь ещё достаточно сострадательный, чтобы разглядеть в поведении мальчика болезненный след от нелёгкой судьбы, кидали на Коллекционера сочувствующий взгляд или даже жестом звали подойти. И он понимал, что если не подойдёт, то всё пропустит, и придётся ждать следующего Рождества ещё целый длинный-предлинный год. Но он же не виноват… если он не хотел, чтобы подарок был, то зачем уговаривать? Он так и продолжал стоять, отрешённо и потерянно, как будто и не дома вовсе, и ему хотелось плакать, но он героически сдерживался. И вообще, Коллекционер не хотел просто так сдаваться.       А потом, прошло уже много времени, всё-таки подошёл Король, немного опасливо, неуверенно, ожидая, что Коллекционер сейчас и на него накричит. Помолчал немного и сказал: — А я подарил тебе Франсуа. — Нет! — воскликнул Коллекционер, потому что его очень задели эти слова. — Ты мне его не подарил! Ты мне его отдал, чтобы я о нём позаботился, да? Потому что ты взрослеешь, и тебе теперь некогда с ним возиться. Это не подарок, ты мне просто его отдал, потому что так лучше будет. А подарки — это когда обмениваются… когда ты в ответ что-то должен. Я же тебе ничего не должен?.. Ну, мы же друзья, да?       Король озадаченно моргнул — Мне кажется, ты немного запутался, дружок, — сказал он и едва заметно завилял хвостом. Юный Титан протянул лапку и взял Коллекционера за руку, потянул за собой в сторону других присутствующих, которые сейчас даже не обращали внимания на разговор младших детей. — Давай мы с Луз завтра утром расскажем тебе, как на самом деле принято дарить подарки. А сейчас пойдём, надо проследить, чтобы Ида не перебрала яблочной крови. Опять будем снимать её с крыши.       Коллекционер задумался. Детское упрямство призывало его не двигаться с места, продолжать обижаться на весь мир, капризничать и жалеть себя. Но как же хотелось ко всем… и праздник скоро к концу будет подходить. А он так и простоял в углу в одиночестве большую часть времени. К тому же, сейчас он выйдет и все так и будут на него неодобрительно смотреть. Но Король звал его, хотел, чтобы лучший друг тоже был на празднике. Коллекционер не хотел расстраивать своего лучшего друга. И тогда он последовал за Королём. Мальчик думал, что на него все будут обижаться и злиться — но на лицах ведьм и людей не было ни обиды, ни злости. Но они чего-то ждали от него, не так ли? — Простите… — сказал Коллекционер. Он всё ещё не чувствовал себя виноватым, но ради Короля и ради праздника нужно было заставить себя извиниться. — Я с вами хочу. Можно?       В тот момент ему показалось, что лица старших смягчились после его негромкого извинения, а значит, они не были против. Это было здорово! Коллекционер улыбнулся, и плакать внезапно расхотелось, и капризничать.       И коробка в красивой обёртке со звёздами перестала вдруг казаться чем-то очень плохим и страшным. Ему даже стало совсем капельку любопытно, что в ней лежит, и он подошёл ближе, протянул руку и замер, не решаясь взять свой подарок. Он всё ещё не верил в то, что это бескорыстно, без всяких злых помыслов, потому что ну не бывает такого, чтобы совсем ни за что. Просто если это так важно для Луз, а главное — даже для Короля… наверное, нужно, чтобы хотя бы они порадовались, да? Может быть, тогда хотя бы для них Рождество станет ещё хоть чуточку счастливее. Коллекционер всегда радовался, когда его друзья были счастливы.       И тогда он сорвал упаковку.