Темные дела

«Мне нужно вернуться к Анне, и что бы ни случилось, я рад, что мы встретились». С этими словами Себастьян покинул крипту. Я стояла в полной тишине, оглушенная последними событиями и его словами. В какой момент все пошло наперекосяк? Что теперь с ними обоими будет? Могла ли реликвия снять проклятие? В голове все мысли хаотично перемешались. - Могла ли моя магия…? – этот вопрос вертелся на языке с того самого момента, как мы увидели воспоминания Исидоры и то, на что может быть способна древняя магия. Ее природа так и осталась загадкой как для нее, так и для профессоров, обладающих ей. Так же я знаю о том, что эта магия может принимать и другие формы, исходя из опыта сражения с гоблинами, они черпали ее силы из магических хранилищ, до которых успели добраться. В тот момент, когда Ранрок открыл последнее хранилище, и слился с энергией, питавшей его, то превратился в большое неистовое чудовище, только магия ему не принадлежала, и он не смог вовремя с ней совладать, что дало мне шанс едва его победить. Однако все это дает понимание, что такая сила может стать как началом, так и концом для всего живого. «Я не стану открывать хранилище», - так я сказала профессору Фигу. Его действительно не стоило бы открывать без надобности. Но она есть, и на самом деле, была всегда. Каждую секунду кто-то страдает в этом мире, как бы то ни было, Исидора совершенно права. Но она потратила много лет, изучая древнюю магию, и не смогла найти ответ. Она ждала того, кто сможет. Может быть, мне удастся найти новые формы этой магии и применение им? Большая сила подразумевает большую ответственность. На протяжении всего года я начала осознавать, какой колоссальный вред она может нанести, сколько жизней способна уничтожить. Профессора не доверяли никому и ничему, потому и даже не пытались что-то изменить, сохраняя в секрете всю эту загадочную мощь. Исидоре удалось научиться извлекать эмоции из человека, благодаря чему он становился все равно, что неживым, ходячим мертвецом. Но ведь именно в самих эмоциях и заключена магическая сила, она проявляется еще в самом детстве, как выражение сильных ощущений: страха, радости, грусти, восторга. Забирала ли Исидора вместе с эмоциями и магические способности человека? То, что могли профессора, это управлять с помощью нее явлениями неживой природы, управлять погодой, создавать произведения искусства из природной материи. И все они жестко отстранялись от живых существ и применении магии к ним… Но ведь живые существа это тоже природа? Только живая, эмоции людей подобны природной буре. Итак, подводя к насущной проблеме. Анна. Проклятие, что нанес Виктор Руквуд. Какая исходная точка всей этой магии? Проклятия – это нечто сравнимое с древними силами, настолько укоренившееся и вросшее в века, что с ними не могут справиться даже самые опытные лекари магического мира. Оно поражает и парализует человека изнутри, продолжая разрастаться. Будто болезнь, вызванная аномальным отклонением от естественного течения жизни. Сила проклятия питается с самых древних времен, она исходит из ужасных проявлений эмоций, которые обрели вещественную форму и проносились через столетия и поколения. И все это от банального желания зла кому-то другому и поглощающей ненависти. Пронося подобные мысли годами, они материализуются в проклятия, которые как яд разъедают тело и душу. Но на все действия есть противодействие. Как на счет противопоставления всепоглощающей обиде, злости и тьме светлых чувств? Таких как любовь к ближним, себе, окружающему миру? Она и должна являться противоядием, она способна даже спасти от смерти… Я проносила эти мысли раз за разом, в попытках найти ответ и решение. Я не забыла о просьбе Себастьяна, и не считаю, что на это нужно закрывать глаза. Его сильное желание спасти другого, не сидеть на месте и бороться до самого конца, хоть и маневрируя между жизнью и смертью, зажгло во мне огонь. Прошло несколько дней с момента его ухода, на уроках Себастьян не появлялся, мы с Оминисом так и не получили никакой весточки. Уроки шли своим чередом. Стены Хогвартса все также сохраняли свое таинственное молчание, одному только Мерлину известно, какие секреты и тайны от нас ускользают в этих бесконечных коридорах, какие ответы ожидают в конце каждого из них. Сидя на занятиях, я в очередной раз размышляла о судьбе семейства Сэллоу, если бы Себастьян не бросился во все тяжкие в одиночку и прошел весь путь с нами рука об руку, доверяя своим друзьям, возможно не случилось бы ненужной никому смерти дяди Соломона. А так как я сблизилась с другими ребятами из класса, и заручилась поддержкой и доверием каждого из них, возможно все мы смогли бы помочь Себастьяну, я уверена, что все они хорошие ребята. Нужно уметь доверять своим союзникам. Возможно, доверься профессор Фиг своим коллегам больше, мы могли придумать план получше и избежать и его смерти. Но все это только теории. На деле мы имеем Анну, оставшуюся без единственного опекуна, и еще больше отчаявшегося Себастьяна, который вот-вот потеряет последнего члена семьи. Прошло около трех недель. С тревогой и волнением я в очередной раз направилась в крипту в надежде на то, что Себастьян хоть раз там появится за все это время. Конец учебного года не за горами, мне удалось научиться лучше контролировать и отточить свою магию и поразмыслить над ее формами. К моему удивлению, как только калитка крипты открылась, взору предстала угнетающая картина: Себастьян сидел на холодном полу, облокотившись спиной о колонну, и зарылся головой в колени, обняв их руками. Я медленно подошла, устрашаясь той мысли, что что-то очень плохое могло произойти с ним за это время, да и станет ли он слушать мои утешения. - Себастьян?… - Она отреклась от меня. Анна скрылась и не хочет меня видеть. Я потерял ее, теперь уже навсегда. Я потерял свою семью. Она скоро угаснет, я чувствую это, ведь я ее брат, - его фигура была неподвижной и тускло светилась под мерцающим сиянием свечей, он продолжал говорить, не поднимая головы. Себастьян был в отчаянии. Он впал в агонию после того, как все это время пытался найти Анну, но она отвернулась от него. - Себастьян, почему ты не доверился мне и ушел в катакомбы один? Мы же договорились, что я постараюсь помочь с лечением, - Себастьян поднял на меня грозный взгляд. - Я нашел реликвию, которая была способна разрушить проклятие!, - он определенно негодовал и воспринял мой вопрос как упрек. - Этого мы так и не узнали! А что за «темная жертва» должна была стать частью ритуала? Мы так этого и не выяснили, - Себастьян потупил взгляд от этих слов. - А если бы это должен был быть кто-то из твоих близких? Или ты сам? Ты стал бы жертвовать? Ты убегаешь, продолжаешь окунаться во тьму, пытаясь решить проблему в одиночку, не доверяя своему окружению. Себастьян угрюмо уставил взгляд перед собой, его разум был в хаосе, как бы ни пытался он оправдать свои действия, все же понимание своей ошибки постепенно накрывало его. - Ты продолжаешь упираться всякий раз, когда идешь по кривой, и все закончилось трагедией. - Не нужно напоминать мне об этом! Я и так понял, что подвел всех. Но я не хотел этого! И жертвовать вами я бы не стал!, - Себастьян засуетился и взлохматил голову руками. – Ты говоришь, что спасешь Анну? Так спаси! – он окончательно рассвирепел, мне не стоило так сильно давить… Его отчаяние легло тяжелым грузом на мои плечи. Он был еще слишком юн, чтобы принять последствия и взять ответственность за свои действия. Но а что я? Я ведь ничем не отличаюсь. Я вершу свое правосудие, не сильно задумываясь о последствиях, ведь это не касается моих близких и родных. Но пример Себастьяна заставил меня немного проснуться ото сна. Я еще не понимаю, какой большой и влиятельной силой обладаю, и чем дальше, тем тяжелее это осознавать. А тем временем, Анна продолжает угасать. И нужно уже предпринимать решительные действия, если это вообще возможно. Его вопрос застал меня врасплох, я ничего не смогла на это ответить, и молча вышла из крипты.