2
19 февраля 2024 г., 21:25
***
Вернувшись домой, Маринетт повесила зонт одноклассника на ручку двери в своей комнате. Казалось, что Агрест слишком добренький для популярной модели, и что в обыкновенной школе его в два счёта размажут по стенке. И Маринетт пугало, что ради дружбы с Хлоей, этим предстояло заняться ей самой. Телефон Маринетт завибрировал, и та сразу поспешила ответить на звонок. — Маринетт, я тут познакомилась с одной девчонкой. Она совершенно нелепа и сделает для меня всё, что угодно. Хочешь, я попрошу её сделать домашнее задание и тебе? — Маринетт не была удивлена историей Хлои, ведь практически все в классе хотели подружиться с дочерью мэра, однако сама Хлоя не собиралась дружить со всякой «челядью». — Не нужно, я и сама справляюсь с домашней работой. Но... Кто согласился делать всё за тебя? — Сабрина. — Буржуа усмехнулась, — Она настолько нелепа, раз уже думает, что мы с ней подруги. Пока что моя единственная настоящая подруга — это ты, Маринетт. И я надеюсь, ты поможешь мне... — Помогу с чем? Очередная странная просьба подруги не заставила долго ждать. Она хотела, чтобы Маринетт осторожно проследила за Адрианом и узнала всё его расписание на ближайший месяц. — Для чего тебе это, Хлоя? —конечно же, Маринетт была в недоумении и ждала хотя бы каких-то аргументов. — Я не выношу её. Она не подходит моему Адрикинсу! — на другом конце провода были слышны всхлипы Хлои. Несмотря на заикания, она рассказала, что Адриан по настоянию отца ходит на фехтование, где общается с дочерью хорошей знакомой Габриэля Агреста, — И я хочу убедиться, что эта мерзкая Кагами мне не соперница. — Уверена, что у твоего Адриана нет к ней чувств, тебе не о чем беспокоиться, — попыталась Маринетт утешить подругу и всё-таки согласилась на эту авантюру.***
Уже находясь в раздевалке, Маринетт спряталась в одном из свободных шкафчиков. До этого ей не приходилось следить за кем-то, и от этого становилось ещё страшнее. За Адрианом наблюдать пришлось через небольшую щёлку, этого было вполне достаточно. Сама не понимая, что она делает, Маринетт достала телефон и включила запись видео. Не происходило ничего интересного, Адриан всего лишь болтал со своей знакомой. — Тебя что-то тревожит, Адриан? — поинтересовалась его собеседница. — Всё в порядке, Кагами, просто... Я так хотел подружиться со всеми, быть самим собой. Но для некоторых я просто зазнавшаяся модель, а кто-то мной и вовсе восхищается. Это всё не по мне. Ещё и Хлоя бывает ужасно надоедливой. Казалось, Маринетт справлялась с просьбой Хлои просто замечательно, даже записала видеоматериал, однако они не учли того, что Маринетт бывает ужасно неуклюжей. Это было действительно нелепо. «Шпионка» совершенно случайно облокотилась о дверцу шкафчика. Дверца раскрылась, а сама Маринетт выпала оттуда и очутилась прямо перед Адрианом. Убегать или прятаться уже не было никакого смысла. Всё равно остаться незамеченной у неё не получилось. — Маринетт? Ты, что, следила за мной? — Адриан посмотрел на одноклассницу с недоумением. Он искренне не понимал, для чего бы она могла это делать, и оставалось лишь предполагать. Наконец, избавившись от шока после фееричного падения одноклассницы, он спросил: — Неужели ты притворялась и на самом деле тоже какая-то бешеная фанатка? Или... Я тебе понравился? — Что за бред ты там себе напридумывал? Это же нелепо. Признаюсь, я на самом деле следила за Кагами! — пытаясь выкрутиться, от волнения Маринетт лишь делала хуже. — Я даже не знаю, кто ты. И ты мне уже не нравишься, — холодно произнесла Кагами и посмотрела на Маринетт с осуждением. — Ну... Кагами понравилась одному моему другу, и он попросил меня об этом. Прости! — Маринетт извинилась скорее не за свой поступок, а за ложь, которую уже приходилось придумывать на ходу. Только в идеале просить прощения ей нужно было не у Кагами, а у Адриана. Причём за всё. — Передай своему другу, чтобы даже на метр ко мне не приближался. На этой замечательной ноте Маринетт покинула Адриана с Кагами и отправилась домой. По дороге она отправила Хлое фотографии и видеозапись с подписью: «Я не думаю, что слежку нужно продолжать. Это не имеет смысла». Вдобавок Маринетт прислала подруге голосовое сообщение, где рассказывала о своём безупречном падении и о том, как еле выкрутилась. «Я уже забыла, какой ты бываешь неуклюжей. Спасибо. Можешь больше не переживать. Теперь, когда у нас есть расписание, этим займётся Сабрина!» — ответ от Хлои озадачил Маринетт, но и заставил испытать облегчение. Неужели подруга так и не поняла, что следить за Адрианом необязательно? Как же она могла пропустить мимо ушей слова: «Хлоя бывает такой надоедливой». Такая одержимость каким-то мальчишкой не могла не заставить Маринетт искренне переживать за подругу. От этого были одни проблемы, которые к тому же ещё и свалились на плечи Маринетт. Как только Маринетт пришла домой, она закрылась в своей комнате, взяла блокнот и принялась записывать в него все свои мысли и чувства. Ведение личного дневника было одним из её хобби. Она искренне считала, что бывает полезно анализировать своё эмоциональное состояние и фиксировать важные события на бумаге. От важного дела Маринетт отвлёк голос мамы, которая кричала с первого этажа: — Маринетт, помоги нам в пекарне! — да, иногда довольно непросто, когда твой дом ещё и является местом работы родителей, но к этому можно привыкнуть. Маринетт спустилась по лестнице и была озадачена, когда увидела, что одним из посетителей в очереди был её новый одноклассник, с которым она вообще-то хотела избегать встреч хотя бы вне школы. — Привет, — Адриан робко поздоровался с Маринетт и добавил, — в вашей пекарне самые вкусные круассаны, что я пробовал! — Да, — Маринетт закатила глаза,— сильно ими не увлекайся, а то плакала твоя карьера фотомодели. — Да, спасибо, что беспокоишься за меня. На самом деле я хотел спросить, не могла бы ты вернуть мне зонтик, пока я здесь? — Адриан говорил это с непринуждённой улыбкой, он оставался дружелюбным несмотря на такое отношение к нему. Маринетт не понимала, почему её это так бесит. Ведь Хлои всё равно не было рядом, значит можно было быть хоть каплю дружелюбнее по отношению к Адриану. — Без проблем, если ты поднимешься за ним в мою комнату и найдёшь его, — по правде говоря, Маринетт уже не помнила куда положила этот зонт. В считанные минуты Адриан уже поднимался за ней. В глаза бросались яркие плакаты с известным исполнителем Джаггедом Стоуном, эскизы всевозможных нарядов, но больше всего Адриана поразило то, что вся комната такой мерзкой девчонки была выполнена в нежных розовых тонах. — Милая комната! — подметил Адриан, всё ещё пытающийся найти свой зонт. У Маринетт же в голове в этот момент пронеслось то, что он ни в коем случае не должен увидеть у неё в комнате дизайнерские фотографии с показов его отца, его журналы и всё, что в принципе связано с Агрестом. — Забирай своё и проваливай! — в спешке Маринетт споткнулась об зонт, который всё это время лежал на полу в комнате, — И… Спасибо, что тогда выручил, — ей было безумно стыдно за грубые слова в адрес Адриана, но ведь по-другому было никак. — Не за что. Извини, если чем-то тебя обидел, — в этот момент Маринетт очень хотела всё рассказать, но не могла. Не так сразу. «Дело вовсе не в тебе», — подумала Маринетт, но вслух она сказала: — Я не думаю, что нам стоит пересекаться вне учебных занятий. Раздражает. Адриан молча ушёл, оставив Маринетт наедине со своими мыслями. Она верила, что всё делает правильно. Хлоя бы была в ярости, если бы узнала, что Маринетт брала у её возлюбленного зонтик, так потом ещё и пустила его в свою комнату. Как же в тот момент ей хотелось выговориться кому-то кроме своего личного дневника, но к сожалению было некому. Родителям не стоило об этом знать, Хлоя бы тем более не поняла, а рассказать обо всём самому Адриану и вовсе было выше её сил. Маринетт хотелось верить, что это всё временно, что чувства Хлои остынут и всё нормализуется, но она понимала, что вряд ли всё будет так гладко. Лучше бы Адриан выбрал другую школу...
