пережить

чем больше проходит времени, тем сильнее наступает осознание. сначала ты ищешь оправдания, думаешь, что так не может быть, продумываешь разные варианты событий и действий, которые привели к такому исходу. но с течением времени, ты просто принимаешь все как должное. это то, что ты не можешь изменить. то, что от тебя никак не зависит. осознание не приходит внезапно, отдаваясь резкой болью по вискам, оно медленно расползаеься по телу мерзкой паутиной. сковывает и не даёт дышать, отдаваясь сильной тошнотой. сначала только моральная боль, которая стремительно перерастает в физическую. та, из-за которой ты просыпаешься в три ночи от боли в груди, та, которая встаёт мерзким комом в горле и не даёт ни есть, ни пить. измена, самое мерзкое, что может произойти в отношениях. иногда со стороны кажется, что это не так больно, но когда это случается с тобой — тело разлетается на тысячи осколков, что уж говорить о душе. в моменте кажется, что ты никогда от этого не оправишься и не сможешь жить как раньше. есть, дышать, писать ту же музыку, радоваться тем же вещам. будто бы все, что ты делал до этого — не правильно. хочется избавиться от такого себя. выкинуть на помойку за наивность, за то, что верил и ждал, когда этого делать не надо было. первое время совсем сложно — неужели ты настолько плох, что с тобой можно было так поступить? неужели ты не заслуживаешь даже правды? мирон узнал о поступке шокка от общего знакомого, не поверил сначала, в шутку перевёл. но не поверил или не хотел верить? скорее всего второе. от слов хочется умереть, провалиться под землю, уснуть и не чувствовать, то от чего сейчас разрывает сердце. неужели дима променял мирона? нет, нет это какая-то ошибка. так ведь? но нет. ошибкой было то, что мирон так слепо верил чужим словам, закрывая глаза на все проблемы. он же понимал, что что-то не так, но не хотел этого видеть. уйти сложнее всего. может все не так плохо? может он меня все ещё любит и просто оступился? может все же стоит его простить? но диме и не нужно прощение мирона. он забил на него ещё тогда, когда в баре флиртовал с другими. вещи собраны, все слова сказаны, но почему так хуево? почему мирон с трудом передвигает ногами, а дима как ни в чем не бывало пьёт на кухне чай. на кухне, в которой они несколько лет вместе готовили, курили по ночам и обсуждали всякие мелочи. неужели действительно плевать? ему и правда все равно? день за днём идут, а ты будто бы в каком-то трансе. после каждой сигареты тянет блевать, а от выпитого уже в глазах двоится. как забыть, как не думать, как дальше жить? это же не конец, правда? почему фёдоров в умирает в своём мине мирке, в то время как дима живёт как жил. почему нельзя просто перестать чувствовать? почему нельзя закончить вот так?

я выдам добровольно, что мне сказала жизнь: «когда кому-то больно… кому-то заебись!»