БТС. Начало.

«Лошадиная морда, как его вообще взяли в команду?! Уберите его из группы!» На Хосока будто вылили ушат ледяной воды - он затрясся от разрываемой обиды и боли, но не смог выдавить из себя ни единой слезы. Он и раньше читал про себя подобные комментарии, но сегодня почему-то было больнее в тысячи раз. Хосок ничтожество. Его называли уродом, критиковали стиль одежды, и он был единственным среди мемберов, кто ни разу не получил ни единого письма от фанатов. Вокруг как обычно суетился стафф, бантаны веселились - словом, протекал обычный будний вечер. Только Хосок был лишним на этом празднике жизни. Он порывисто поднялся и буквально выбежал из помещения. Задыхаясь от душевной боли, спотыкаясь и чуть не падая добежал до уборной. Не найдя в себе силы, чтобы закрыть дверь, тяжёлым грузом медленно осел на пол, сползая по такой же холодной, как сердца хейтеров, стене. Хосок обнял колени руками, уткнулся в них лбом и начал медленно раскачиваться из стороны в сторону. Прореветься бы, может стало бы хоть немного легче. Но слёзы не шли - казалось, боль заморозила их, как и ранимое сердце парня. Вдруг его плеч кто-то мягко коснулся. Хосок не успел поднять голову, как рядом с ним рухнули на колени и порывисто обняли - крепко, но нежно. - Хён... Чимин. Тут-то Хосока и прорвало. Он крепко сжал младшего в ответ и зарыдал, вздрагивая всем телом. Горькие слёзы лились на футболку Чимина, облегчая душевную боль и очищая истерзанное сердце. Чимин молчал. Да тут и не нужно было слов. Прямо здесь и сейчас на холодном полу уборной маленького здания БигХит через боль и сердечные муки рождалась дружба - крепкая, мужская, преданная дружба на всю жизнь. ***через некоторое время*** Чимин сломя голову нёсся в комнату, в которой отдыхали мемберы. В его руках были 2 стопки писем от фанатов. Одна - для Чимина. Вторая - для Хосока. Чимин нес эту стопку в руках как величайшую драгоценность - это были первые письма от фанатов для самого лучшего танцора в мире, которого знал Чимин и для добрейшего человека на свете по его же мнению.