Круг судеб

Сердце колотилось так сильно, что Бельге мерещилось – его стук слышат все, кто пришел в Круг Судеб. Эзеллохар – страшный почерневший, совершенно невозможный в краю света – казался сейчас не курганом, а островом в бурном море. Слишком многие явились взглянуть на смертную, ступившую в земли, где смерти нет. Не должно быть. Каменные троны валар больше напоминали волчью яму, в которую бросили каниэ Химринга. А лики валар… Бельга закусила губу, заставляя себя стоять прямо и неподвижно. Боевая выучка криком кричала, что надо принять стойку, схватить меч и приготовиться подороже продать жизнь. Только меча не было. И не было никого, кто прикрыл бы ей спину. Леди Нерданэль сидела на каменной скамье, и вокруг нее как-то сам собой образовался круг пустоты. Бледная, как собственные статуи, она до боли напоминала Бельге лорда Майтимо. И от этого вдруг стало легче. Владыка Манвэ, неподвижный и величавый, вдруг слегка склонил голову. Легкие светлые волосы взвились, как от порыва ветра, хотя кругом было совершенно тихо. −Тебе известна суть претензий, что предъявляет народ Амана, Бельга из атани? – проговорил король Валинора почему-то на талиска. −Известна, владыка. – разомкнула губы Бельга. Луч Анора запутался в гранях фибулы на ее плече – вправленного в серебро кристалла, выращенного в виде восьмиконечной звезды. Гул вокруг стал громче. Бельга видела кругом только златовласых ваниар. Куда меньше оказалось тэлэри, но шума от них, кажется, было на порядок больше. Немногочисленные нолдор стояли молча. Манвэ бросил короткий взгляд на неподвижно сидевшего на своем троне Намо Мандоса, укрывшего лицо темным капюшоном, и снова перевел жутковатый взгляд почти прозрачных глаз на Бельгу. −Что ты можешь сказать в свое оправдание? Рука сама собой метнулась к оружейному поясу, которого не было. Бельга с силой выдохнула, успокаивая, наконец, сердце и вспыхнувший внутри гнев. Медленно отвернулась от первого среди валар. Вскинула голову, скользя глазами по рядам собравшихся эльдар. Коротко опустила веки, поймав испуганный взгляд леди Нерданэль. −Мне не в чем оправдываться. – выговорила Бельга на квенья, возвысив голос, так, как привыкла отдавать приказы в Химринге. – Я Бельга из Химьяринги. Верная Первого Дома и его главы лорда Нельяфинвэ Майтимо, сына Феанаро. Голос, отразившийся от каменных тронов, неожиданно вознесся куда-то вверх, рванулся птицей в бескрайнее голубое небо, к ладье Ариэн. −Я прожила в Эндорэ пятьдесят четыре года. – продолжала аданет, глядя куда-то поверх голов. – Немногим меньше срока, что отмерян атани. Тридцать восемь лет я была Верной лорда Нельяфинвэ Феанариона. И за эти годы не было дня, чтобы я в чем-то сомневалась, чего-то боялась или стыдилась. Со стен нашей крепости видны пики Тангородрим, за которыми лежит Ангамандо – цитадель Моргота. Порыв ветра ударил в лицо, но Бельга, привычная к ледяной пурге Химринга, не замолчала и не сбилась. −Наша крепость – первый рубеж, который сдерживает в Эндорэ темных тварей. Представляете ли вы себе, что это такое? Это не отдельные чудища времен Великого Похода. Это огромное войско, которое все пополняется и пополняется. Это кузни, которые работают днем и ночью. Это тысячи угнанных в рабство и замученных в плену. Бельга коснулась кончиками пальцев звездной фибулы на плече, вспоминая ожог на груди лорда. Побелевший с годами, но по-прежнему страшный и отчетливый. −Вы хотели знать, почему я верна Первому Дому – мятежникам, смутьянам и братоубийцам? Потому что именно они стоят стеной между Морготом и свободными народами Белерианда. Они и те, кто остался верен им. Бельга обернулась к молчаливым валар и поймала неожиданно пристальный и внимательный взгляд владычицы Варды. −Они вернутся сюда. – негромко проговорила Бельга. – Рано или поздно, так или иначе, но вернутся. И я буду ждать. Столько, сколько понадобится. Разве не затем Эру дал атани право на свободный выбор? Вала Тулкас подался было вперед, словно желал что-то сказать, но сидевший слева от него владыка Оромэ, чем-то неуловимо напоминавший лорда Келегорма, поднял ладонь, и воин промолчал. Бельга уже второй раз совершенно непочтительно повернулась к властям спиной, дошла до скамьи, где сидела леди Нерданэль, и протянула ей руку. Жена Феанаро крепко сжала ладонь каниэ Химринга. В звенящей тишине перед ними расступались, образуя широкий коридор. За спиной оставались могила Древ, каменные троны и валар, так мало похожие на эрухини. Никто больше не сказал ни слова.

***

Майтимо осторожно убрал руку от виска Бельги, скользнув кончиками пальцев по теплой живой щеке. Аданет открыла глаза, передернув плечами и устало опираясь о мозаику, занимавшую почти всю стену в старой спальне первого сына Феанаро. Майтимо на миг почудилось, что Бельга растворится в безбрежной морской синеве, выложенной когда-то руками Финьо. Но Бельга никуда не делась. Только дернула уголками губ в намеке на улыбку. −Спорить с валар, очевидно, вошло у моего рода в привычку. – проговорила она. – Верно, от Первого Дома научились. Майтимо глубоко вдохнул, унимая забившееся слишком быстро сердце. −Ты ждала нас так долго… − начал он, но Бельга не позволила договорить. −Тебя. Только тебя. В Незримом она ощущалась теперь совсем по-другому. Майтимо чувствовал трепет, почти дрожь, чужой феа. Вернее, больше не чужой. Никогда не бывшей чужой. Он потянулся к ней не только руками, а, кажется, всей сущностью. Так, как никогда даже не мечтал прикоснуться хоть к кому-то. Со всем жаром и страстью, которые в Эндорэ без остатка пожирала Клятва. И с восторгом почувствовал прикосновение феа Бельги. Осторожное, как движение крыльев бабочки. Не слишком умелое. Бельга даже осанвэ общалась пока с большим трудом. И все же… Чтобы ее поцеловать, пришлось обхватить за талию и легко поднять над полом. Бельга обняла Майтимо за шею, вплела пальцы в волосы на затылке и сама, первая, потянулась за поцелуем. Нельо чудилось, что вокруг них закручивается воронка. Будто судьба, наконец-то, сделала круг, и вернулась туда, куда и должна была. Словно и не было нескольких эпох, бесконечных войн, потерь и разрушений. Словно по-прежнему стояла несокрушимая крепость на холме Химринг, были живы братья и верные, а улыбка Бельги была светлее Анора и Итиль. Майтимо крепче сжал объятья. Бельга обхватила его за пояс ногами. Оторвалась на миг от губ, заглянула в глаза, будто искала что-то. Улыбнулась, найдя. И снова приникла в поцелуе. Губы у нее были тонкими, искусанными. Не слишком умелыми, но горячими и жадными. А феа дрожала, приникая так же горячо и страстно, пылая так же ярко. Нельо закрыл глаза. На внутренней стороне век сияли отблески белого пламени. Одного на двоих. Теперь одной на двоих судьбы. Наконец-то.