Насыщенные приключения призрака или же нянька инспектор

А вот и новая рубрика! Надеюсь всем понравится и вы также напишите свои вопросы:) Кира Ниджимасу 1 сентября 2023 г., 02:02 Вопросы к Войду. 1. Ты там это, ешь хоть что-нибудь?.. 2. Оцени на сколько баллов ты привязан к Маше, от одного до десяти. 3. Кого бы ты выбрал, Машу или закон? Вопросы к Калебу. 1. Слушаешь музыку по-мимо винила? 2. Если бы у тебя был выбор: Узнать сразу все секреты Империи или сохранить жизни Кейт и Маши, чтобы ты выбрал? 3. Когда вернешься в Империю, сдай кровь на нехватку витаминов, минералов и микроэлементов. Питание одними ягодами в течении долго времени может сказаться на здоровье. 4. Можешь описать мир в котором оказался, в трех словах? 5. Чего бы ты хотел сьесть после этой голодовки больше всего? Вопросы к Маше. 1. Родной мир или Империя? 2. Любовь или семья? 3. Сколько временных линий ты повидала? 4. Войд или Калеб? 5. Твоя заветная мечта? 6. Ты бы хотела убрать Систему из своей жизни? 7. Какими бы были твои последние слова Войду? При условии что ты умираешь не от его рук. Вопросы к родителям Маши. 1. Вы сильно скучаете по дочери? 2. Вначале вы старались забыть о том что она у вас была или теплили надежду что она еще вернется к вам? 3. Как вы относитесь к тому что она изменилась? Вроде все. Автор, вы умничка, очень стремительно улучшаете свой стиль письма ^^ Вдохновения вам и удачи 💖 Инспектор находился за своим рабочим местом, однако в руке у него была пластиковая вилка, а на столе стоит картонная открытая коробочка. Она небольшого размера. Кажется от туда исходит весьма приятный для многих и знакомый всем запах специй, а главное заваренного теста, в нашем случае лапши. Войд неторопливо мешает вилкой лапшу, однако по лицу не скажешь, что ему не все равно. Скорее всего он выбрал данное блюдо из-за быстроты приготовления и не высоких цен. Однако ему все равно наплевать на то, что он сейчас есть. Настроения у него явно нет. Кажется ему послышался какой-то звук и он посмотрел в сторону двери, где возможно могли бы стоять вы, но там никого не оказалось. Отмахнувшись он решает попробовать блюдо. Все же эта еда имеет вкус, но мысли путаются, как и эта лапша между собой. «Ну как можно спокойно есть когда твои дети пропали, а теперь в тяжелом состоянии в больнице?» — инспектор злится сильнее от этих мыслей, но знает, что так будет лучше. Он точно не сможет их найти или помочь если будет голодать и работать до потери сознания. У всего есть границы и он далеко не глуп, чтобы их нарушать. А тем более границы закона. На следующий вопрос он явно задумался. — Она моя дочь, естественно я привязан к ней. Мою привязанность нельзя измерить в единицах исчисления, однако наверное это можно описать, как одиннадцать. Войд старается осторожно подобрать слова, а ещё вспоминает смешную и противоречивую манеру Маши. В некоторые моменты она спасает ситуации. Однако он сам задаётся вопросами, даже несколькими сразу. Откуда вам это известно? Неужели дети уже разболтали об этом или же кто-то подслушал? Он делает вывод, что в ближайшее время соберет сведения о слухах. — Хм? Маша или закон? Почему вы задаете столько некорректный вопрос? Почему я должен выбирать? Сформулируйте свой вопрос в определённое русло, — Войд нахмурился мысленно начиная на вас точить ножи. Ой, не нравится ему это все. Но выбора у него кроме как ответить нет. Следующий персонаж находился у себя в палате. Он весьма убит, но пропилить взглядом потолок очень даже не против. Калеб страдал от скуки и волнения. Как минимум его глазной имплант был повреждён, ему запретили напрягать глаза чтением, письмом и подобным. Разговаривать. Если только с воздухом и растениями, но он не скатывается до уровня сводной сестры. Больно надо быть настолько ненормальным. Ваше внезапное появление очень даже его обрадовало хотя Калеб этого не показал. — Это редкие произведения, да и я не меломан, — отмахивается он, чувствуя внутреннее воодушевление. Однако следующий вопрос убивает все веселье. — Что за ерунду ты несешь? Откуда ты вообще знаешь про Кейт? Ой-ой, кажется атмосфера похолодела вместе с настроением Калеба. Вам не удастся сказать, что вы не имели что-то ввиду. Слишком легко найти аналогию в этих событиях и вас на этом поймали. К счастью вам удалось выкрутиться. — Ни один секрет империи не стоит жизни моей сестры. — недовольно отвечает секретарь на самом деле он беспокоится за обеих сестёр. Хоть и не так давно, но все же Маша тоже стала ему дорога. — Все анализы и подобное сданы. Я рассказал о ситуации врачам и они сделали прививку, но категорически отказываются говорить как там мелкая! Я черт возьми в бешенстве от этого! — ярость быстро закипела в его глазах. — Мх, я просто надеюсь, что она жива и просто пока не пришла в сознание, но с ней все хорошо. Маша пострадала больше меня и я переживаю. Все же я не Во. Кхм бесчувственная машина. Мир? Ох, это сложно. Его нельзя описать в трёх словах без нарушения закона. Несколько разных локаций были очень близко друг к другу. Я без понятия как такое произошло. Их объединяет эта долбана синяя хрень похожая на вирус. То есть практически все пространство: деревья, земля, трава, камни — покрыты этой хренью. Этот синий вирус покрывает и захватывает предметы, так же и него есть несколько видов: доносчики, блоки и только начинающий зарабатывать блок. И если тебя услышат доносчики, то появится мутант и не дай Терра ты дернешься или двинешься — тебе конец. Он быстрый и очень сильный. Никогда бы не хотел ощутить его удары, но. Маша. Он её подкинул, а после вдавил в землю. Я не представляю, что она за боль почувствовала. Его грустное настроение вскоре меняется, ведь вы снова отвлекаете Калеба вопросами. — Я чертовски хочу хорошо приготовленный плотный обед с мясом! Девушка лежит на постели и рассматривает руки. Теперь то она точно выделяется. — Хм, я знала, что этот день наступит. А? Вопросы? Ну ладно, почему бы и нет? Девчонки хихикает и решает сесть. — Ох, слушайте. Я люблю свой родной мир, но не думаю, что теперь смогу там жить и дальше. К тому же я слишком привязалась к Империи и компании Войда, а он в моем мире не сможет выжить. Мне еще здесь его предстоит заставить жить. В любом случае я хотела бы попрощаться на последок или забрать некоторых сюда. А после жить счастливо тут, — на её лице расцветает довольная улыбка. А затем наступает следующий вопрос. — Хей, это не честно! Я люблю их обоих и не буду выбирать! — несмотря на свой возраст ей нравится вести себя, как ребенок. Поэтому Мария показывает вам язык. — Моя мечта обрести покой и свободу. Однако сейчас я мечтаю вкусно поесть! ~ Ох, так давно не ела ничего нормального, что готова сожрать Войда. Ой, то есть. Ну да. Она потирает затылок, отводя взгляд. — Убрать? Естественно хочу, главное оставьте мне прокачку и мои чит коды, — вновь улыбается и хихикает, а затем немного меняется в лице. — Я уже умирала от его рук и думаю вы знаете. Раз вы смогли задать мне вопросы, то по-любому знаете, так ведь? В общем когда-то я извинилась, а в первую такую смерть сказала, что он плохой отец. Как потом оказалось он в любом из этих вариантов плакал перед Калебом и Винсом. Вы повторяете свой вопрос после чего у подростка начинается ступор. — А. А-а! Черт, я опять прослушала. Прости, приятель, только не злись. Если не от его рук, то наверное скажу, что он прекрасный папа. Я люблю его и кажется вполне неплохо понимаю. Ой, надеюсь он ел пока меня не было, а то придется серьезно поговорить с ним. Ребенок впадает в свои мысли постепенно превращая беседу в монолог. Момент использован и вы ушли. Все же есть и другие персонажи. Наверное одни из самых загадочных и не раскрытых. Родители Маши. Как только она пропала мать не находила себе и места. Эта утрата сказалась на здоровье всех близких родственников, которые узнали. Друзья из этого мира были в не меньшем отчаянии. Все были в трауре и не хотели принимать мысль, что девушка мертва. Они были образованы, но надежда только постепенно угасала. Все тянулось мучительные дни, недели, месяцы. Это было очень тяжело. Никто даже не мог представить, что такое возможно случится когда-нибудь. Девушка всегда была осторожна и послушна. Будучи ребёнком ни с кем из незнакомых не разговаривала — боялась даже друзей родителей. Эта новость стала чуть ли не убийственной. Старики, как известно слишком легки здоровьем, вы понимаете о чем идем речь. Но стоило Маше объявиться, как никто сразу в это не поверил. Но стоило начать говорить. Это было самое настоящее чудо и счастье. Родители, друзья, родственники, знакомые — все рады и Маша тоже. Естественно пришлось всем доказывать, но все рады. Но опечалены, что она не останется и снова исчезнет. Никто не готов к очередному удару по душе. Однако на все есть время. Время на обдумывание, просьба, мольбы. Ничего не помогло. Была лишь капля надежды, что теперь не утихала до самого конца. Хех, я очень рада, что вам нравится. Я допишу этот фанфик до конца и надеюсь вы будете со мной все это время:) я очень ценю вашу поддержку и любые комментарии, активность и прочее. Спасибо огромное, что поддерживаете меня, всех целую: 3 Тихий ехидный смех переносил ветер вентилятора. Девушка подросток сидела на больничной койке вытянув руки вперёд. — Это конечно все мило видно и так далее, тому подобное, другое и прочее. Но черт возьми, какого хлеба? Неужели моя душа состыковалась с этим телом? Честно говоря опасно такое здесь вслух обсуждать сама собой эту тему. Но с чем черт не шутит? С пивом и вином блин! За последние сутки меня только врачи посетили. Жрать хо-чу! Жрать хо-чу! Дайте поесть, пожалуйста. Я не ела почти месяц. Почему мир так жесток? Девушка схватила одеяло и, смявь, решила обнять. Весь мир ей не понятен и Система тоже. Слишком все затрачено, запутано и убито. Девушка начала сбивать одеяло ногами и ворочаться по всей территории койки. Неожиданный звук её привлёк. Кто-то открыл дверь и Маша отвлеклась на это. — Калеб! — в глазах подростка загорелся огонь. Она не ожидала. — Ну, рассказывай. Как ты здесь? Ох, е… — с милой улыбки его лицо перешло на ужас. — Что с твоими. — Я не знаю, но оно мне не мешает. Просто есть и есть. Я прекрасно себя чувствую, честно. Однако нет догадок из-за чего. Это типо не убивает меня, — уверяет она. Но ничего от глаз Калеба не уйдет. Он сам начал осмотр. Очень тщательно, но куда не надо не лез. И слава богу. Вскоре их беседа вновь возобновилась. Ребята пытались думать о будущем, о работе, но они уже привыкли думать о выживании в том мире, поэтому тема быстро переменилась. Ребятня вспоминала эти глупые и щекотливые ситуации, однако скорее всего они просто радовались возвращению домой. — Слушай, ты ведь ел? — Ну да. А, ты есть хочешь? Нет, здесь не помогу, они сами приносят еду по расписанию. Насколько я понял ближайшее это полдник через час. — Ха-а?! Да что за хрень?! Почему та-ак долго? Я уже несколько часов, видимо с самого завтрака, без еды здесь. Врачи заходили и осмотрели меня, но почему я должна голодать? — ноет ребенок. Солнце благоприятно поливало постель своими теплыми лучами. Комнату заполняли веселые возгласы детей. Последнее приметил Войд, когда собирался зайти. «Кто это у Маши? Знакомый голос. Кажется Калеб. Однако ему запрещено покидать палату, да и не особо то он новую сестру возлюбил. Мне ли не знать как он относится к переменам такого плана. В любом случае главное, чтобы они не создавали множество проблем», — думал Войд. Врач сзади отвлёк его и они вполне тихо поговорили. Разговор был короткий, все по типу: все ли хорошо или нужна помощь. Естественно инспектор отказался. Однако к моменту когда он хотел зайти почему-то в палате стало тихо. Видимо его заметили несмотря на другой шум коридора. Что ж, ладно и так сойдет. Мужчина постучал и зашел. Однако следующий поступок он явно не ожидал. — Папа! — не успел он закрыть дверь, как на него налетела девчонка и вцепилась, что было мочи. — Я так по тебе соскучилась ты даже не представляешь! И тут же слышны Войд все еще стоит ошарашеный. Кажется за эти два дня он и позабыл о том, как себя проявляет его дочь. Она все еще ребенок и о ней нужно заботиться, детям важно внимание родителя. И этому его опять же научила Маша. Где-то в глубине души ему жаль, что он не смог стать Калебу такой семьёй. Сейчас его старший сын снова стоит в стороне. — Я тоже тебя рад видеть, Маша, — тихо произносит инспектор и видит краем глаза сына. Он даже не смотрит на них. И ведь действительно с чего бы ему идти к Войду? — Хей, Калеб, ну что ты как чужой? Иди к нам! — подросток улыбается и вытирает рукавом слезы. — Э-э?! Еще чего! У меня руки болят, — первую попавшуюся отмазку берет из арсенала Калеб. — Поболят и перестанут, не ломайся. — Уж кто бы говорил, сестренка, — продолжает язвить. — Калеб, пожалуйста. Я бы хотел обнять тебя тоже, — выдает Войд от чего замирают оба ребенка. — Ох, эм. Хорошо, инспектор, — Калеб подходит к вытянутой руке. Слишком робко, Судьба растягивается. Однако Войд мягко притягивает обоих к себе. — Я так волновался за вас, где же вы были.?