Ненависть, текущая по венам

Женская спальня Гриффиндора: — Пс, эй! — Джинни пыталась разбудить подругу. — Что такое? — недовольно промычала Гермиона, закрываясь подушкой. — Ну просыпайся же скорее, мне столько всего нужно тебе рассказать, я уже не могу терпеть! Гермиона убрала подушку с лица и приподнялась на кровати, показывая свою готовность к прослушиванию рассказов от Джинни: — Хорошо, хорошо, я проснулась, теперь можешь рассказывать. — Вчера на вечеринке я не стала сильно менять свою внешность и конечно, надела самый лучший наряд. Ночью со мной познакомился такой шикарный парень! Боже, Герми! Ты не представляешь какой он, настоящий мужчина: заботливый, чуткий, добрый и страстный. — Кхм, что значит «страстный»? Неужели ты вчера… — Это был лишь поцелуй, но такого у меня никогда не было, даже сейчас мурашки бегут, — Джинни завороженно посмотрела на свои руки, а затем лихо «стряхнула» рябь со своей кожи. — И кто же он? Тебе что-то о нём известно? — В этом то и проблема. Я настолько увлеклась, что совершенно забыла спросить о том, как мы можем связаться. — Но и он не стал проявлять желания встретиться с тобой в реальности, верно? Джинни вздохнула и опустив голову едва слышно прошептала: — Да, не стал. Гермиона раскрыла свои руки и позвала Джинни к себе: — Иди ко мне, Джиневра Уизли, я уж точно тебя успокою! — Уф, опять ты меня так называешь, — расхохоталась девушка. — Вот видишь, зато теперь ты улыбаешься. И знаешь, если он твоя судьба, то вы обязательно найдете друг друга, а если нет, то и не нужно его искать. — Ты как всегда даёшь самые мудрые советы, — шмыгнула носом Уизли и сильнее прижалась к подруге. Хогвартский квиддичный стадион: Сегодня проходил дружеский матч между факультетами, ученики собрались на поле, чтобы поболеть за своих друзей и однокурсников. Гермиона не была увлечена игрой, вместо этого она читала очередной роман. Страница за страницей и вот она уже полностью погружена в историю, для неё не существует ничего другого, будто она вне зоны досягаемости, будто время остановилось, как вдруг: — Ой, извини! — красное пятно стремительно впитывалось в страницу книги. — Пэнси, твоя фамилия всё-таки говорящая? — сквозь зубы прошипела Гермиона. — Какая еще говорящая? — Ну как же, ты Паркинсон и судя по тому, как ты на ровном месте вылила пол стакана мне на книгу — очевидно, что у тебя болезнь Паркинсона, не иначе. Пэнси хмыкнула, а затем наклонилась к Гриффиндорке и прошептала: — Слушай сюда, грязнокровная тварь, это было тебе маленьким предупреждением. — Предупреждением о чём? Паркинсон достала из своей мантии смятый лист бумаги и швырнула его в книгу: — Почитай это на досуге, может что — то и прояснится в твоей пустой башке. Гермиона раскрыла книгу, взяла лист, и предусмотрительно огляделась по сторонам, чтобы никто не любопытствовал. — О боже, так вот к кому она приземлилась — в руках девушки лежала та самая фотография, где Драко обманом чуть не поцеловал Гермиону. — Не могу поверить, что Пэнси действительно подумала, что между мной и Малфоем есть что-то, кроме ненависти. Джинни подбежала к Гермионе и буквально приказала ей идти на поле вместе с ней. — Да что произошло? Почему ты ведёшь меня на поле? — Ты помогла мне этим утром, я хочу тебя отблагодарить и тоже помочь тебе избавиться от кое-чего. — Так, я вижу твой хитрый взгляд, мётлы и перчатки. Джинни, только не говори мне, что ты заставишь меня летать на этом чудовище! — Совсем нет, всего лишь на метле! — Похоже ты хочешь мне помочь избавиться от жизни. — А точнее от страха высоты, — подметила подруга. Джинни схватила свою метлу и подмигнула Гермионе: — Ну что, запрыгивай! — Мне что-то нехорошо стало, я наверное схожу до Мадам Помфри. — Гермиона Джин Грейнджер, ты никогда не умела врать, залезай скорее, чем быстрее сядешь — тем быстрее я опущу тебя обратно на землю. Собравшись с духом, Гермиона перекинула ногу через метлу и обвила талию Джинни руками. — Готова? Тогда на «три» полетим, хорошо? — Да, — кивнула девушка, зажмурив глаза в ожидании полёта. — Раз… — Два… — Полетели! — Эй, а как же «три»? — завизжала Гермиона, сильнее вцепившись в подругу. — Дыши, успокаивайся, а затем осторожно открывай глаза. Вокруг такая красота, ты даже не представляешь. Гриффиндорка осторожно раскрыла один глаз, а затем второй. Среди облаков было так спокойно, так тихо, и смотреть вниз было не так уж и страшно. — Как тебе? Нравится? — Джинни, это чудесно… И ты видишь всю эту красоту каждый день? Теперь я тебе даже завидую. Бескрайние поля и леса простирались на сотни километров вдаль, острые пики башен Хогвартса блестели под солнцем, будто заигрывая, а люди казались маленькими точками. Здесь действительно испарялись все проблемы, не оставалось ничего, кроме природы, высоты и свободы. — Держись покрепче, будем идти на снижение, — крикнула Джинни, наклоняя черенок метлы вниз. — В момент спуска Гермиона заметила тёмный силуэт, который стремительно приближался к ним. — Джинни, что это там такое? — настороженно спросила гриффиндорка и крепче схватилась за подругу. — Что? Ты о чём? Не успела Джинни и поднять головы, как в неё на скорости врезался тот самый тёмный силуэт. Уизли не успела сориентироваться на месте и перекрутилась на метле, но быстро вернулась в устойчивое положение. — Вроде бы всё обошлось, да? — она обернулась назад. Пусто. — Джинни! — снизу раздался истошный крик Гермионы, она стремительно летела к земле. Вот и сбылся тот самый страшный сон: высота, пустота и полёт вниз. Казалось, что это всё, конец. Гермиона зажмурила глаза и прошептала: — Я люблю вас, мама и папа. Не почувствовав боли от столкновения с землёй, девушка очень удивилась, а затем осторожно открыла глаза. Малфой. Перед ней был именно он, одной рукой он придерживал её за талию, а второй держался за свою метлу. Приземлившись, он скинул гриффиндорку на землю и схватился за виски. — Может я чего-то не понимаю или что? Какого хрена твоя полоумная подружка не может даже нормально ориентироваться в воздухе? — Я, — начала заикаться Грейнджер, — в нас кто-то врезался. — Мы уже в курсе кто. Да, Пэнси? — Малфой схватил Паркинсон за запястье и притянул к себе. — Мне стало нехорошо и я потеряла равновесие, — быстро протараторила Пэнси и вырвала своё запястье из крепкой хватки Драко. — Слышала, грязнокровка? Я спасал не твою никчемную жизнь, а репутацию своей подруги. — Передавай своей компашке, что если они ещё раз соберутся прокатить тебя в километре от земли, от пусть сразу возьмут с собой погребальные венки и свечи, — плюнул Драко и направился к выходу из поля, Пэнси послушно поплелась за ним. — Ты идёшь? — крикнул Малфой, оборачиваясь к Блейзу. В этот момент к Гермионе подбежала Джинни, её всю трясло, было видно, что она испугалась не столько за себя, сколько за подругу. — Прости меня, если сможешь, я не думала, что так получится, — уже плакала Уизли. — Иду, — крикнул Блейз и так же направился к выходу. — Тщ, всё закончилось, видишь — со мной всё в порядке! — Гермиона пыталась из-за всех сил успокоить Джинни, ведь действительно её вины в этом не было. Большой зал: — Что это сегодня с Джинни? Она какая-то тихая, — Рональд осторожно спросил у Гарри. — Даже не знаю, может что-то случилось вчера на вечеринке. — Точно, вечеринка, — Гермиона решила перевести тему, чтобы парни не приставали с допросом к Джинни. — Как вчера прошла ночь у вас? — Вполне себе посредственно, я вообще никого не узнал и ни с кем не познакомился, просто вдоволь насытился вкусностями и пошёл спать, — монотонно проговорил Гарри. — Не знал, что тебе восемьдесят лет, — отшутился Рон и воодушевленно вздохнул: — А вот я вчера познакомился с такой девушкой, просто мечта! Добрая, умная, красивая! Гермиона улыбнулась, подумав, что её догадки были верны, и вчера она действительно общалась с Роном, но только в другом обличии. — Ладно, не буду говорить ему раньше времени, подожду до Новогодней встречи, это будет так романтично, — задумалась девушка, нанизывая горох на вилку. — Джинни, да что с тобой такое? — вновь продолжил Рон. — Рональд, да оставь ты её в покое, — раздражённо кинула Гермиона. — Нет, посмотри — она вся красная. — О нет, у меня вновь та самая сыпь, — прошептала Джинни, начиная чесать кисти рук и шею. Может это было и к лучшему, что сыпь так вовремя проявилась, меньше всего на свете Уизли хотелось бы объясняться перед друзьями. Быстро добравшись до медицинского крыла, Джинни присела на скамью в зале ожидания и прислушивалась к звукам. — Крошка, здравствуй! Что же тебя привело ко мне? — Мадам Помфри поправила свои очки и взглянула на ученицу. — У меня сыпь, всё чешется. Такое уже происходило летом перед началом учебного года, врач предупреждал, что может произойти рецидив. — Как любопытно, у меня как раз мальчик лежит в палате с точно такой же сыпью. Похоже твой друг, раз вы одновременно подцепили заразу. — Ой, я не хотела никому вредить, мне очень жаль, что так вышло. Ну вот, от меня одни неприятности, — всхлипнула Джинни, закрывая лицо руками. — Девочка моя, не плачь. Всё в порядке! Никто не застрахован от этой болячки, тем более это всё быстро и безболезненно проходит, — женщина заботливо протянула флакончик с зельем. — Вот, выпей лекарство, и я отведу тебя в палату, полежишь у нас пару дней, договорились? — улыбнулась Помфри. — Да, мэм, — робко кивнула Джинни и залпом выпила зелье. Палата была наполнена солнечным светом, свежестью и чистотой. Прозрачные занавески виртуозно кружились в воздухе, переплетаясь между собой. — А вот и твоя подруга, можешь поздороваться, — Мадам Помфри обратилась к парню, сидящему за занавеской. Джинни резко дернула ткань и встретилась взглядом с человеком, которого меньше всего ожидала увидеть здесь. — Блейз Забини? — растерянно спросила девушка и прикрыла рот рукой.