Трансляция

      Что может быть приятнее, чем провести трансляцию после концерта в расслабляющей обстановке и в придачу, в компании со снэками. Абсолютно все медийные личности обожают взаимодействовать с фанатами, общаться, вместе смотреть фильмы на трансляциях, рассказывать истории, слушать музыку и просто весело проводить время. Для фаната это может быть спасением, ведь все мы прекрасно знаем, какая жизнь нынче суровая, и что айдол может стать последней надеждой и причиной существования на этой планете. А сам артист чувствует облегчение, ведь не нужно натягивать маски или придерживаться какого-либо концепта. Нет сценария, нет правил, лишь не спойлерить, а то Джей Парк-оппа отшлепает, и не взболтнуть лишнего. А так, можно хоть обсуждать смысл существования медузы. Все в рамках приличного и этого достаточно. Но и здесь Феликсу повезло, ведь сегодня с ним нет стаффа, и он может полностью расслабиться, улыбаясь не ради того, чтобы не выдать свой дискомфорт, а от чистого сердца, просто потому, что хочется. Омега всех радостно приветствует, мило махая крошечной ладонью, завлекая своей домашней обстановкой новых и новых зрителей. Вдруг слышится щелчок дверного замка, и Ли отвлекается, пытаясь распознать гостя. Странно, вроде стафф не должен был прийти, он благополучно отправил их по домам, чтобы они отдохнули, но кто же тогда? И лишь по дыханию и плавным шагам, Ликс догадался, кто же заявился к нему практически ночью. — Кто же это? О, Хенджин пришёл? — улыбка на лице становится все ярче и уже слепит фанатов, на что вошедший парень тихо смеётся, приближаясь к дивану и залезая на него так, чтобы сесть на спинку и держать за плечи Ли. — Всем привет, — здоровается Хван, продолжая немного нависать над Феликсом, на что он стучит по коленке, говоря, чтобы он спустился с небес на диван и сел, как человек. Но Хенджин не так-то прост, он попросил Ликса чуть привстать, после посадил наконец свою задницу и, не давая выбора бедному парню, усадил того меж своих ног. Ли никак не отреагировал, лишь начал поглаживать по коленке, полностью увлеченный комментариями, которые, казалось бы, невозможно прочесть, ведь здесь нужна супер способность чтения со скоростью света. Ничего не предвещало беды, парни просто сидели вместе, иногда комментируя что-то и просто беседуя. Но Феликсу в нос ударяет резкий запах бергамота, из-за чего омеге приходится выдохнуть весь воздух из лёгких одним разом. Стоило вновь вдохнуть, как нос начал саднить от такого количества аромата в комнате. Он с недоумением глянул на альфу, но тот делал вид, словно ничего не произошло, и смотрел себе в экран, мило улыбаясь. Феликс решает, что это лишь случайность, может, после концерта держать под контролем не получается или мало ли, побочное действие от таблеток, которые их заставляют принимать каждый день, чтобы потом во всех статьях не писали "Айдол XXX возбудился во время концерта и выпустил свои феромоны, соблазняя омег", и прочие громкие заголовки с полной чухней, лишь бы унизить мембера, а хейтерам только на руку. Вернёмся к проблеме, Феликс бросает многозначительный взгляд-просьбу поумерить свой пыл, но в ответ лишь получает тихую усмешку, а после Хван чуть поддаётся вперёд, упираясь своим дружком прямо в промежность омеги. Инстинктивно "усевшись удобнее", Феликс хотел обернуться и дать хорошую такую оплеуху, но его крепко обнимают за талию, не давая сопротивляться. Хитер засранец, обезопасил себя заранее. Ли шумно выдыхает, прикрывая глаза, стараясь поймать свой дзен и не обращать внимания на бесстыдство, что творит с ним Хенджин. Фанаты замечают напряжённое лицо Феликса и беспокоятся, строча миллион комментариев, с вопросом о состоянии Ли, но тот с улыбкой отвечает: — Не стоит беспокоиться, я лишь немного устал на концерте и все, — на перебой словам, Хван сильнее упирается в упругие ягодицы через ткань тонких шорт, из-за чего омега натурально начинает возбуждаться, но все также подавляет собственные феромоны, стараясь держать все под контролем. В какой-то момент запах бергамота пленит, шорты становятся ощутимо влажными, а мозг перестает функционировать, не обращая внимания ни на что. Секунда, две, и комнату заполняет приятный аромат гвоздики, с мелькающими нотками ментола (да, я пью чай с гвоздикой, несколько раз жрала её, внутри ментол есть, потом язык не чувствуется). И здесь Хенджин понимает, что к черту эту трансляцию, пора действовать. — Стэй, мы, наверное, пойдём уже спать, так устали за сегодня, да и время позднее, — с милой улыбкой и спокойным тоном поговаривает Хван, а сам чуть ли не сдирает с себя кожу, вцепившись в собственную ногу, чтобы не выдать эмоций. После легонько прикасается к Феликсу, чтобы и он попрощался. — Да, Хенджин-и прав, мы пойдём уже спать, всем пока, спасибо, что были с нами, — ярко улыбается омега, словно не он готов застонать, лишь бы его уже взяли на этом треклятом диване. Хван быстро тыкает на кнопки, промазывая несколько раз, а после толкает штатив с телефоном, что впоследствии приводит к грохоту, но это сейчас никого не волнует. Хенджин сжимает желанные ягодицы Ли, впиваясь в губы настойчивым поцелуем. Язык доминирует в чужом рту, пока шаловливые руки безнаказанно блуждают по телу омеги. Тот лишь тихо мычит в губы, выгибаясь навстречу ласкам. Мозг на секунду проясняется, и до Феликса наконец доходит причина такого зверского желания нагнуть, подчинить, заставить стонать. — "Гон", — проносится в голове и тут все встаёт на свои места. Хоть они и пьют подавители, природу не обманешь, поэтому им везёт, что есть три дня выходных. Хенджин отрывается от губ, скидывает с своих колен Феликса на диван и нависает сверху. Карие глаза кажутся ещё темнее, словно смоль. Глубоко внутри прослеживается эта необходимость в тесном взаимодействии со своим партнёром. Приоткрытые губы, с которых то и дело срываются судорожные вздохи, и плавные движения рук на своём теле. Феликс без стыда хнычет, желая наконец почувствовать альфу внутри, но тот из последних сил пытается не накинуться на своего драгоценного парня. Мягко раздевает омегу, стягивая промокшие насквозь боксеры и закусывает до боли губы, увидев природную смазку, которая так и текла по худым ногам Ли. Не в силах устоять перед соблазнительной картиной, альфа опускает голову к промежности, смачно проводя языком, тем самым слизывая жидкость. Феликс под ним дрожит, инстинктивно стараясь свести ноги вместе, но ему не позволяют это сделать сильные руки Хенджина. Войдя во вкус, Хван начинает обводить кончиком языка колечко сжатых мышц, откуда то и дело выделялась смазка, после понемногу начинает проникать внутрь, вылизывая стенки вокруг. Омега, казалось, задержал дыхание, прикрыв ладошкой рот, что совсем не нравится Хенджину, и он покидает чужую хризантему, чтобы вновь толкнуться внутрь, отчего Ли красиво выгибается в спине, громко мыча. Терпение Хвана лопается, как могли бы лопнуть бедные штаны, которые держались на добром слове все это время. Хенджин резко входит в податливое тело, нависая над парнем, почти сразу же срываясь на бешеный темп, выбивая высокие стоны из прекрасного ротика. Феликс льнет ближе, выгибаясь, когда Хван проезжается по простате и слегка царапает спину альфы отросшими ногтями. Омега раздирает горло от непрекращающихся стонов, по щекам текут слезы. Ему не больно, ему слишком приятно. Такой вид своего парня сильнее заводит альфу, и он вновь ускоряется. Дверь в комнату не запрета, что ещё больше накаляет обстановку, два аромата становятся одним целым, парни сливаются вместе, будучи кислородом для каждого из них, они жадно поглощают все, стараясь вобрать в себя как можно больше. Вскоре наступает оргазм и омегу словно током прошибает. Он бурно кончает себе на живот, пока Хенджин продолжает вдалбливаться в тело, после резкий укус в шею, и альфа кончает на бедро изможденного парня под ним. И так три дня...