Сама дура.

– А все таки точно это проклятие,– сказала Вика, затушив сигарету об урну. Уже было темно и холодно. Апрель по-прежнему не радует своей теплой погодой, а весна чувствуется лишь фантомно. – Да, Надежда тоже сказала об этом, лишь эта выскочка-психологичка какую-то хуйню морозит. – Саша уже вызывал такси, пока его братец где-то шлялся. – Выскочка-психологичка обладает хорошим слухом, между прочим. – хриплым голосом донеслось сзади.  Неожиданно появившаяся Лина зажгла сигарету, выпустив дым в ночное небо. Саша быстро исчез после своих слов, затащив в машину и Олега, дабы он до ночи поздней не пропал. – А способности такие же хорошие у психологички? – Виктория последнее слово смаковала на своем языке, так уж ее забавило это обращение. – А ты проверить хочешь? – бесило. Лину бесило то, что ее считают слабым звеном, смешивая где-то в ногах вместе с Димой. – А может хочу, выскочка, – довольная улыбка и шепот, пробивший в грудь блондинке. – Иди нахуй. – резко кинула окурок в ноги Вике и прошла мимо. – Нам в одну сторону, злюка, – мягко и пушисто, но с такой порцией цинизма это было услышано, что Лине хотелось ее придушить. До этого они как-то и не контактировали, но сейчас она ее уже бесит насквозь.  Вика шла сзади чуть, ведь огонь этой девицы мог ее запросто испепелить. Маленькая, хрупкая, но такая взрывная. «с ней невозможно» – слова Влада в готзале, описывающие ее точно. Невозможно точно – невозможно. Вика умилялась ей, как ребенку, вспоминая эстонку. Та была такая же вредная и несносная, еще и с акцентом. Мысли Вики Лина разбила об свою хрипотцу. – Ты не говори, что мы в одном доме живем. – закурив под подъездом, в кармане ищет ключи.  – В одной парадной. – открытая дверь, ведь у Вики не бардак в карманах – лишь в голове. – дома покуришь. – Хозяйка пиздов даст. – Приходи, покурим у меня. Я уже взрослая, меня не наругают. Вика поднялась уже на свой третий, пока Лина громко и медленно шла на пятый. – Пиздец, конечно, тебе повезло. Не нужно идти за три пизды, еще и куришь прямо в хате. Вика лишь мягко улыбнулась и зашла в квартиру. Если Лина и не заметила ее сразу, не обратила внимание, то Вика зацепилась моментально. Вредная выскочка, но у Вики не меняется типаж.        Душ. Поздний ужин. Кухня. Кофе. Звонок. – Мне было лень спускаться и курить у падика. –  Лина стояла в рубашке и шортах, перепутавшая квартиры, разбудившая соседа Вики в три часа ночи. Райдос всё улыбалась ей. Нашла привычку – умалчивать и бесить ее этим. – Будешь много улыбаться – зубы отвалятся. – села как-то даже по-хозяйски на подоконник, закурив.  – Порчу наведешь? – ебанный сарказм Лину выбешивал.  – Нахуй иди. – резкий звонок, но сразу скинутый. – Чего ты не подняла трубку? Я, если что, могу выйти. – Нахуй мне общаться ночью с бывшей? – ошибка. Грубая, резкая ошибка.  – Так Линочка у нас по девочкам? – у Вики в голове лампочка зеленая загорелась, но тряпкой красной сразу закрыли ее – можно.  – Тебя до сих пор с Керро сводят, хули ты тут. – У Лины внутри черти бегали в панике, не понимая, что говорить и делать. – Ну нас не было ничего. – вновь улыбалась. Вновь бесила.  – Ой да брось. Будто вы не трахались.  – Трахаться – это трахаться. – Вика заботливо взяла окурок из рук девушки и кинула в пепельницу. Лина лишь пару затяжек сделала, ведь потом мозг сработал на тревогу.  Открыв пачку, дабы достать еще одну, приторных сигарет не осталось.  – Кури, бедняжка. – Вика не курила кнопки. Она любила в сигаретах крепкость, а сладкий вкус на губах получала от гигиеничек с чужих.  – И как ты такое куришь? С туберкулезом вместе? – От сигарет его не будет.  – Я поняла, че у тебя форточка открыта вечно, душнила. – Выскочка, – Лину, на удивление, это уже позабавило. Бесило, конечно, невероятно, но забавно. – Я спать пошла. Завтра на испытание ебучее.  – У нас тоже завтра съемки. Сладких снов. – Вика смотрела уже через порог на девушку, которая поднималась на свой этаж. – И тебе завтра проснуться. – Выскочка. – Душнила.       Поздний вечер был на удивление теплее, чем вчерашний день. Вика лежала на качелях площадки у дома. Суббота. Показан выпуск, где Лина упрямо доказывала точку зрения свою. Проклятий у нее нет. А что ты такое тогда, Линочка?       Неделю они уже не виделись. Снимали пока испытания. Даже под подъездом не было курящей девушки.  Вика не понимала многое. Но знала одно – У Лины хахаль и бывшая, которую она любит, а у самой ее муж, вот-вот перечеркнутый в паспорте вторым штампом.  – Тебя все таки выгнали за курение? Или в квартире душно стало даже для тебя? – Лина не могла не уколоть. Ей хотелось быть громкой и колючей.  – Ты на ежика похожа. – Вика смотрела уже в глаза. Понимала, что нихуя тут не ежик. Ежики тихие. Они мило фырчат и носиком водят. Лина же кричит, бьет посуду, скулы сводит и брови хмурит.  – Сигарету дашь? – Туберкулез захотела? – вновь. улыбалась. – От сигарет его не будет. – театрально передразнив Вику, девушка выпустила горький дым, от которого закружилась голова. – Пойдем погуляем? – тряпка красная бесила. Райдос не понимала – нахуя и зачем ей это, но хотелось. До боли в висках хотелось. – Ночь на дворе. – Лина успела охуеть. Предложение кололось, но безумно хотелось. Почему-то. – Мама наругает? – Муж ждет. – Кинутый окурок в ноги, на который Вика наступила, встав перед лицом слишком резко. – Подождет. – максимально серьезно и даже грубо. Лина уловила. Лина начала понимать.       В молчании девушки шли по ночной Москве, где все равно было шумно. Тут всегда шумно. Поэтому Вика тут и не живет. Вика спокойная. Вот Вика похожа на ежа больше, но она не колючая. – Ты правда с Керро трахалась? – тишину и мысли вновь резко разбили вдребезги. Вика лишь засмеялась громко. – Тебе зачем? – широкая улыбка вновь. – Интересно просто. – опустила голову как-то неловко. Поняла, что ответа не будет.  – Да. – Может выпьем? – В моей квартире – что угодно. – Райдос посмотрела в зеленые глаза и улыбнулась. Красивые.  – А если изнасилуешь? – Лина колола.  – Нужна ты мне. Пойдем.       Поставленная тарелка с пастой перед лицом Лины не нуждалась в вопросах и не принимала отказы. – Ты не ела, блять. Пить она собралась.       Вика пила дорогое вино, курила дорогие сигареты, да и блюда были изысканные. Лина же принесла пива бутылку фруктового яркого и чипсы. Вино было всегда слабостью – пьянела моментально. Две бутылки ушли слишком быстро, до того, что Лина собрала все косяки  – Пойдем гуля-я-я-ять! – Слащаво улыбалась. Так глупо, по-детски. Смотрела на Вику также. – Куда тебе гулять? Там вон дождь пошел. – Ну Вик, – настоящий ребенок. – Ой блять. – как мама.         Лина поднимала голову к небу, ловя капли дождя ресницами. Разбегалась и прыгала в лужи. – Я так давно не испытывала этих эмоций. Рутина и грусть лишь. Злость. Спасибо тебе. – серьезно вдруг повернулась девушка к Вике. – А мне за что?  – За то, что позволила их испытать рядом с тобой. Вика улыбалась и смотрела в яркие зеленые. Подошла ближе и, подняв руку, дернула ветку над головой Лины. Та сморщилась из-за резких капель в лицо, двигая носом. Ежик. – Спать пойдем.  – Надо бы домой пойти.  – В душ иди и спать. – Вика показала на диван. – пойдет сейчас будить пол дома.  Лина была по-прежнему пьяная. Выйдя из душа, легче было идти прямо, где была спальня, и, врезавшись в кровать, упасть. Вика лишь укрыла ее и поправила подушку. Лина уснула мгновенно. Сопела и морщила нос. Нет, все-таки ежик.       Открыв глаза и увидев Вику, Лина охуела. Пытаясь встать, разбудила Райдос. – Ты чего? – Мы спали? – Ну да. Что мы по-твоему всю ночь делали? – Ты понимаешь, о чем я. – Лина переходила на крик. Взрывалась сразу и масштабно. – Не было у нас ничего. Успокойся. Спала ты лишь в футболке, потому что пьяная не оделась нормально.  Лину колотило. Она села на кровать и смотрела на Вику. Пусто и потерянно. – Ты не лжешь? – Если бы я тебя трахнула, я бы с утра злорадствовала. спать ложись обратно, семь утра, блять.       Спустя кучу часов сна и сборов – опять этот зал. На этот раз переживания за Вику, где Марьяна вновь ставит меньше пяти.  – Глупо и эгоистично ставить такие оценки. – голос Лины резко перебивает объяснения Марьяны, – просто боишься, что тебя обгонят. – Я бы тебя попросила не лезть. – неловкая пауза перед словами.  – А ты попроси. Можешь следом что-то другое попросить, а потом съебать. – Марьяна поняла. Лина колола. Лину выбесил их одноразовый секс когда-то перед проектом. – Так, Лина, что случилось? Вы считаете, что Марьяна занижает оценки? – Я то считаю, а вот она больше пяти – вряд-ли. – зрителям хотелось хлеба и зрелищ после Шепса – пожалуйста. Марат быстро свел спор на нет, и Лина уже смотрела на небо рядом с готзалом. – Выскочка-защитница опять без сигарет? – Вика появилась внезапно за спиной. – Я не хочу.  – Про что ты там Марьяне говорила в зале? – в голосе чувствовалась некая тревожность. – О чем ты? – У вас было что-то? – Ревнуешь? – Нет. Просто такой великий психолог не понял, что она сохнет по другой? – ревновала.  – Я тоже. – Лина резко в глаза посмотрела и села в машину.  – Дура.        Лина через окно смотрела на фонари и понимала, что не сохнет она по другой. Что ее псевдо-хахаль ей не нужен полностью. Но признавать не хотела. 

«Приходи сегодня, у меня вино осталось»

«иди ты нахуй со своим вином. Я сок попью» – Я услышала как ты насилуешь мой звонок, а не сам звонок. – открытая дверь и понимание, что звонок сломался. – Я уже подумала, что видеть не хочешь. – Не звала бы тогда, выскочка-защитница. – Прекрати. Вика сидела на подоконнике,пока Лина стояла в проходе. – Это мое место. – девушка подошла вплотную к Райдос и смотрела в глаза. Лина сейчас заметила то, какие они красивые. Ей не хотелось разрывать контакт, ей хотелось смотреть и запоминать. Вбивать в память. – Как ты отреагируешь, если я сейчас совершу ошибку? – Какую же? Убежишь к бывшей или расстанешься с недомужем? – окончание ее фразы не было услышано, ведь чужие губы резко врезались в ее. Лина целовала ревностно и грубо, Вика же была нежной и мягкой. Райдос прижимала за талию все ближе, пока блондинка сжимала шею руками, будто бы пытаясь слиться воедино с Викой. В ее голове не было ничего – в голове Вики – ураган.  – И сама ты дура. – Лина дышала часто, будто бежала марафон, Вика не дышала вообще. – Мне понравилось.  – Продолжения не будет. – А повтор? – Райдос коснулась губами чужой улыбки и прижала девушку к себе.  – Место мое мне отдай. – Лина нахмурилась и посмотрела в глаза. Вика слезла с подоконника, где сразу разместилась блондинка. – Нет, все-таки ежик. – А я все-таки нужна.  Вновь губы накрыли чужие.