Закладки

Капитан Дреяр тяжелым взглядом провожал упругую попку, с тягучим восторгом представляя грядущее развлечение. Лексус не мог не признаться в том, что дурочка приглянулась ему ровно с того момента, когда он начал нарушать закон, помогая избежать наказания за распространение легких наркотиков. Сжалился исключительно из-за юного возраста, воспитанного поведения и довольно приятной внешности скромной персоны. — Нахрен контроль потеряю, — так и не притронувшись к алкоголю, коп оставил стакан в покое, выложив на стол запрещенный товар, изъятый при грубоватом обыске молодого женского тела. Острый нож быстро справился с поставленной задачей. В нос ударил резкий запах ароматной шишки, вызывая довольную улыбку мужика. Хотя Лексус и являлся сотрудником полицейского отделения Магнолии, он любил время от времени баловать себя травкой. В его доме даже находилась пыльная коробочка с инструментами для скручивания косяков. — Вечер обещает быть томным, — улыбка не сходила с довольного лица, ему хотелось хоть немного отвлечься от проклятой работы. На секунду задумавшись, мужчина на время позабыл о каннабисе. Увесистый робочий жилет тяжело опустился на стул. Наконец-то капитан остался в одних рабочих брюках и темной рубашке, которая заметно пропотела в районе подмышек. Усталый здоровяк не посчитал нужным сменить грязную одежду и просто расстегнул проклятые пуговицы, открывая вид на свое подтянутое массивное тело. — Пожрать бы, — открыв холодильник, вечно голодный Лексус на минуту завис, внимательно рассматривая пустующие полки в надежде, что кроме пива там что-то появится. Приходилось довольствоваться тем, что есть. Недовольно выругавшись, он скривился и неохотно засунул в зубы вчерашнего окорочка. Дверь хотела закрываться, но мужчина резко ее задержал, взглядом зацепившись за дорогое красное вино. Немного подумав, капитан Дреяр достал стеклянную бутылку, оставив остывать на столе. Спустя минуту рядом с алкоголем покоился твердый английский сыр, банка консервированных оливок, плитка швейцарского шоколада и мешочек различных видов орехов. Нетронутое куриное бедро все также находилось между больших белоснежных клыков. — К винишку залетит, — одобрительно закивал тот, наконец-то принявшись обгладывать сухое жесткое мясо до костей. Почему-то в черством мужском сердце внезапно проснулся джентльмен. Снимая время от времени девушек, обычно капитан настоятельно избегал ненужных прелюдий, сразу переходя к самому главному. Но не в этот раз. Даже такой напыщенный эгоистичный чурбан немного переживал за глупую маленькую блондинку, решив по-началу сильно не приставать. Слишком пугливая и малолетняя, чтобы жестко оттрахать прямо у входной двери. Так и создаются огромные психологические травмы. — Всю жизнь мужиков бояться будет, или вообще лесбиянкой станет, — мрачновато бормотал блондин, закатывая рукава по-локти. Он видел, как ей страшно, поэтому и решил попридержать член в штанах, создавая призрачную видимость какого-то романтического свидания. Молоденьким девочкам такое нравится. — Выебать в любом случае успею, — припеваючи ликовал белобрысый здоровяк, нарезая неровными кубиками вкусный твердый сыр. Солнце медленно уходило за горизонт, в просторной квартире заметно потемнело. Посмотрев на часы, мужчина небрежно накидал авторский фуршет на толстую деревянную доску, паралельно понемногу подъедая закуску. Лексус хозяйничал не спеша, но слишком резкие рваные движения выдавали его торопливость. Главное торжество по идее должно происходить на большой кровати хозяина, поэтому полицейский неохотно кое-как заправил дорогую мебель и перетащил к ее подножью низкий журнальный столик. Бокалы, закуска и бутылка вина тоже не заставили себя долго ждать. — Нахрена я вообще парюсь? — удивлялся себе капитан, усевшись на кровать. Мужчина прикурил очередную сигарету и оценил свои старания. Малолетке точно понравится. Спрятав ранее известные девушке наручники под свою подушку, усталый Лексус тяжело откинулся на спину, прикрыв свинцовые веки. Темноватые мешки под глазами говорили о его регулярном недосыпе. Не успел он расслабиться, как раздался тихий звук открывающейся двери. Капитан Дреяр не заставил себя долго ждать, быстро вернувшись в сидячее положение. Широко открытые удивленные глаза загорелись опасными искорками. С этого момента думал здоровяк совершенно другим местом, точно не головой. Она надела его рубашку, и смотрелось это чертовски привлекательно. Жадно проглотив собравшиеся во рту слюни, мужчина взглядом поедал оголенные длинные стройные ножки. От такого прожорливого внимания бедняжка быстро растеряла всю свою уверенность, пугающий кровожадный оскал не обещал ничего хорошего. Переминаясь с ноги на ногу, дурочка оставалась стоять у двери, сгорая от стыда за свою наготу. Только одна тонкая большая тряпка едва прикрывала упругие женские ягодицы, Люси тысячу раз успела пожалеть о своей инициативе. — Иди к папочке, — слишком низким и утробным голосом захрипел пошляк, мгновенно прокашлявшись от сухости во рту. Но блондинка так сильно растерялась, что гладкие ножки ослушались капитанского приказа, не в силах сдвинуться с места. Дреяр недовольно нахмурился, следом затушил окурок о пепельницу и быстро подорвался с места, направившись в ее сторону. Хартфилия оцепенела от ужаса, стоило ему оказаться за спиной, побледневшие хрупкие пальчики старательно натягивали прочную ткань рубашки в попытке хоть как-то прикрыться. Она чувствовала его хриплое тяжелое дыхание на собственном блондинистом затылке. Ей казалось, что голодное животное сейчас безжалостно набросится на свою жертву, но тот лишь мягко приобнял осиную талию и по-собственнически повел за собой. Она не сопротивлялась, покорно поддалась умелому контролю. Карие глаза остановились на небольшом романтическом столике, который блондин накрыл во время ее отсутствия. Он пока еще не собирался ее брать, Люси немного успокоилась и мысленно поблагодарила сотрудника полиции за снисходительность. — Ты очень красивая, детка. Не надо стеснятся своего тела, — приятный хриплый мужской шепот раздался у маленького ушка. Хартфилия хотела сообщить, что стесняется в этой квартире только одного человека, но смелости катастрофически не хватало в данный момент. Усадив малышку на кровать, Лексус на несколько секунд куда-то потерялся, возвращаясь с небольшой аптечкой в руках. Присев на пол возле привлекательных гладких ножек, он властно притянул к себе тонкую травмированную конечность. Приказав не совершать никаких движений, обходительный сотрудник правоохранительных органов принялся перебинтовывать хрупкое покрасневшее запястье, грубовато затягивая ткань плотнее. Очарованная таким заботливым обращением со стороны обаятельного копа, Люси на время позабыла о грубом и жестком сексе, который он обещал еще сидя в автомобиле. Карие глазки не были в состоянии наблюдать за здоровенным мужиком у собственных ног, поэтому румяная девочка отвела взгляд в сторону и старательно пыталась запомнить все те эмоции, которые он даровал своими умелыми прикосновениями. Приятно. — Не туговато? Только отвечай честно! — требовательно поинтересовался капитан, поднимая белобрысую голову к обладательнице столь нежной кожи. — Нет-нет! Как раз в самый раз. Большое Вам спасибо, Капитан Дреяр, — быстро промямлила златовласка, изнемогая от неловкости данной ситуации. — Ну и отлично, — Лексус нежно погладил ушибленную ладонь и следом ее поцеловал, под конец легонько оттягивая зубами приятную на вкус нежнейшую кожу. — Выпей. Это обезболивающее, — здоровяк выудил из пластинки две маленькие белые таблетки и положил на край журнального столика. — Не надо, спасибо. Рука уже почти не болит, — мгновенно солгала глупышка, показательно разминая перебинтованное запястье. — Выпей, — обворожительный низкий мужской голос приобрел холодноватый приказной оттенок. К сожалению, глупышка в ответ лишь виновато улыбнулась, так и не притронувшись к пилюлям. Такое непослушание немного возмутило обладателя густых бровей, но тот лишь загадочно хмыкнул, принимая таков расклад событий. Люси не понимала, что травмированная конечность далеко не в первую очередь волновала опытного мужчину, ведь болеть будет не только она одна. Хотя Лексус и являлся сотрудником полиции, в постели он предпочитал вести себя по-животному, мягко говоря. Здоровяк устало вздохнул и тяжело поднялся на ноги, его взгляд зацепился за шоколадные глазки, которые продолжали прожигать то место, где раньше находилась его голова. Это заводило. — Пока я не забыл, разберемся еще с одним вопросом, — вдумчиво произнес капитан, засунув конечность в задний карман своих брюк. Только сейчас Хартфилии удалось заметить, что массивное мужское тело больше не прикрывал увесистый рабочий жилет, открывая вид на могучий рельефный волосатый торс. Огромная татуировка и множество различных шрамов от порезов и даже пулевых ранений первыми зацепились за смущенный женский взгляд. Хотя Люси имела много друзей парней, но никто даже близко не сравнивался с мужественностью человека, стоящего напротив. Слишком брутальный, ходячий флакон тестостерона. Даже страшно представить, какое это чудовище в постели. Стало слишком жарко, растерявшаяся Хартфилия быстро увела пытливые глазки ниже, нагло прожигая массивное мужское достоинство, которое выпирало даже сквозь черные брюки. Покраснев еще сильнее, глупышка только сейчас осознала плачевность данной ситуации, ведь Лексус находился настолько близко, что не смотреть на этого Апполона казалось невозможным. Дреяр наслаждался этим моментом с невероятным эгоистичным самолюбием. Скромность девчонки с полуоборота заводила животное начало здоровяка. Далеко не каждой очередной подстилке в его кровати такое удавалось совершить лишь только одним взглядом. Желание взять милашку с каждой секундой возрастало, и не только оно одно. — Эм... Про что я там говорил..? — неохотно пришлось прервать это сладостное напряжение, — Ах да! Вспомнил! — мысли немного рассеялись из-за пошлой фантазии, поэтому даже такой вечно хладнокровный и собранный человек немного растерялся. Выудив из кармана кошелек, сотрудник полиции выудил несколько денежных купюр довольно внушительной суммы и небрежно бросил на стол. Люси провожала его действия полным непонимания взглядом. Внутри глупышки разлилось отвратительное чувство обиды, ведь все это походило на какую-то сферу интимных услуг. Эскортница. — Детка, не надо на меня так смотреть, — недовольно ворчал блондин, перехватив растерянный, слегка обиженный взгляд. — Н... но... — Если ты не вернешь деньги за товар, то скорее всего, тебя будут искать. Я просто купил у тебя с рук. Ты ведь отдала свои последние средства в залог, не так ли? — тяжело вздохнул мужчина, неохотно разъясняя мотив своего поступка. — Но здесь гораздо... — неловкая девчонка хотела сказать, что здоровяк расщедрился на гораздо высшую сумму, нежели стоимость товара. — Хватит! Малышка, не буди во мне зверя! Ты не шлюха, чтобы я платил тебе за секс, так что расслабься, — мгновенно перебил гневный капитан, довольно сильно рассердившись на пугливую красотку. Люси хотела продолжить данный разговор, но невероятно хмурый недоброжелательный мужской лик напрочь отбил какое-либо желание раскрывать пухлые розовые губки. Блондинка немного поникла и в который раз виновато опустила голову. Наблюдая данную картину, Лексус шепотом выругался отборным матом, проклиная слишком вспыльчивый характер. Твердый ортопедический матрац жалобно прогнулся под весом тяжелого мужского тела, от чего маленькая, хрупкая златовласка непринужденно пошатнулась в его сторону, по-дурацки столкнувшись с крепким массивным плечом. Пылающая стыдом глупышка мгновенно отпрянула, чувствуя давящее напряжение данной ситуации, румяные щеки приобрели более багровый окрас. Капитан наслаждался этими растерянными глазками, но накалять обстановку не стал. Ему очень сильно нравилось видеть, когда его малышка волнуется, она совсем не умеет скрывать свои эмоции. Бутылка вина быстро сдалась под напряжением больших медвежьих рук, Хартфилия с трепетным восторгом наблюдала за притягательной демонстрацией грубой мужской силы. Даже просто открывая бутылку алкоголя, капитан это делал чертовски привлекательно. — Это моя любимая рубашка. Жаль, что придется разорвать ее на части, — игриво подмигнув, Лексус залпом осушил содержимое своего стакана, тяжелым голодным взглядом непрерывно прожигая свою собеседницу. Люси неуверенно кивнула, пригубив немного вкусного кисло-сладкого напитка. Невероятно растерянная глупышка уже и позабыла, что сейчас одета в чужую вещь, никак не отреагировав на его комментарий. Осознание пришло секундой позже, в миг покрасневшая златовласка с чудовищными глазами недоверчиво пялилась на пошловатого собеседника, который только то и делал, что загадочно улыбался. В воздухе повисла тишина, неловкость от которой испытывала только блондинка. Дреяр нагловато любовался неземной красотой своей подруги на ночь, полностью позабыв о течении времени. Молоденькая студентка хотела как-то завязать беседу, чтобы хоть немного развеять давящее напряжение, но никаких идей для разговора в светлой головке никак не возникало, а выдерживать его животный похотливый взгляд с каждой секундой становилось все тяжелее. Словно затишье перед бурей. — Очень вкусный, а где Вы его купили, Капитан Дреяр? — наигранно заговорила девчонка, с трудом проглотив кусочек сыра. Попытка завязать диалог с треском провалилась, ведь данный спектакль выглядел настолько жалким и наигранным, что даже Люси не поверила собственным словам, тысячу раз пожалев о сказанном. Мужчина озадаченно нахмурился, в его тяжелом взгляде читалось едва заметное непонимание. — Ты так напряжена, — владелец низкого глубокого баса мгновенно прокашлялся, ведь его слова были произнесены с более утробной и пугающей интонацией. Массивные большие руки властно притянули поближе хрупкое женское тело. Теперь дрожащая Люси чувствовала его тяжелое дыхание на своем затылке, ощущала исходящий от него жар и дикое первобытное желание. Блуждающие по спине чужие конечности никак не давали собраться с мыслями. Слишком быстро, слишком неожиданно. Становилось страшно. — Твои прекрасные хрупкие плечи так скованы, я помогу тебе немного расслабиться, — неотесанные мужские ладони принялись массажировать нежнейшую бледную кожу. Грубоватые пальцы сомкнулись на тонкой изящной шее, Лексус пытался быть аккуратным, ведь с присущей ему силой он мог ненароком и сломать эту прекрасную женскую часть, в которую так сильно хотелось намертво вцепиться клыками. Увы, расслабиться златовласке никак не удавалось, скорее наоборот — с каждой секундой становилось все страшнее находиться с этим человеком в одном помещении. — Крошка, ты не замерзла? Твоя кожа такая холодная, — хриплый шепот раздался у маленького ушка, обжигая его горячим тяжелым дыханием. — Н... нет, — прерывисто ответила покрасневшая красотка, сгорая от опытных мужских ласк. — Не бойся. Ты должна расслабиться, иначе папочка будет негодовать. Доверься мне, детка, — словно какой-то преподаватель, Дреяр говорил сдержано и вкрадчиво, постоянно акцентируя внимание на довольно большой разнице в возрасте. И Люси покорилась, сдавшись под напором настолько властного и обаятельного мужика. Сгорая от стыда, миловидная блондинка обмякла в умелых медвежьих руках. Аристократическая ровная осанка наконец-то разрушена, позволяя хрупкой спине прислониться к мощной мужской груди. Незаметно улыбнувшись своей победе, довольный здоровяк притянул маленькую глупышку поближе, по-собственнически сомкнув массивные конечности на стройной женской талии. Мордастый подбородок мягко опустился на вздрогнувшее крохотное плечо, багровая пухленькая щечка молоденькой девчонки сгорала от неприятного покалывания небритой колючей мужской щетины. Капитан Дреяр блаженно прикрыл глаза, жадно глотая сладкий умосводящий запах юного ухоженного тела, наконец-то ему удалось хоть как-то сблизиться с пугливой и невероятно скромной милашкой. — Малышка, покорми меня, а то мои руки немного заняты, — утробно прохрипел сотрудник правоохранительных органов, показательно сжимая тонкую талию крепче. Покорная студентка до этого момента боялась даже пошевелиться в его медвежьих объятиях, а покормить фактически незнакомого мужика казалось вообще непосильной задачей. Но, вызывать его недовольство хотелось меньше всего, ведь полицейский до дрожи в коленках пугал одним только своим видом, когда злился. Данный человек уже полностью разрушил какие-либо границы личного пространства, у бедняжки попросту не оставалось выбора, приходилось полностью повиноваться капитанскому приказу. Кое-как дотянувшись к закуске, златовласка неуверенно протянула кусочек сыра к широкой клыкастой пасти. Недолго думая, Дреяр зубами вцепился в костлявые дрожащие пальчики, мертвой хваткой мощной челюсти сжимая основание фаланг. Скромная глупышка не ожидала настолько интимных манипуляций со стороны Лексуса, но вырвать собственную конечность из больших пугающих клыков не рискнула. Расставаться с пальчиками особо не хотелось, они еще пригодятся. Люси питала страсть к написанию романтических произведений. — Ты такая вкусная, я бы тебя до костей обглодал, — сквозь зубы хохотал грубиян, ловким языком смакуя нежную кожу. — Пустите, пожалуйста, — на секунду встретившись с горящими голодными глазами, Хартфилия бегло увела взгляд, привыкнуть к столь близкому общению девушке никак не удавалось. — Посмотри на меня, — словно какой-то кобель, потерявший интерес к косточке, сотрудник полиции выпустил из челюсти женские пальчики. Взгляд, которым блондинка одарила мужика, очень сильно запал ему в душу. Дреяру катастрофически необходимо встретиться с ним еще. Шли секунды, напряжение возрастало, а пугливая дурочка никак не могла исполнить его желание. Далеко не самый сдержанный человек в этом мире к своему удивлению требовательно выжидал, хотя терпение с каждым мгновением становилось все меньше. И, это того стоило, ведь девчонка в очередной раз повиновалась. Повисла недлинная неловкая пауза, которая казалось вечностью. — Ты очень красивая, — утробно прохрипел мужчина, самым наглым образом набросившись на пухлые розовые губки. Пропитанная ужасом Люси не успела даже осознать происходящего, ведь брутальный полицейский уже навалился своим немалым весом на хрупкую малышку, грубо вжимая ее в кровать. Хилые женские конечности уперлись в массивную каменную грудь в попытке хоть как-то оградить от себя обидчика, но здоровяк больше ничего не замечал, впившись большими клыками в тонкую изящную шею, которая так сильно его манила. Сдерживать внутри похотливого животного он больше не мог. Изображать обаятельного джентльмена сил тоже не оставалось, ведь Лексус таковым не являлся. Просто глупая блондинка была настолько растеряна, что мужчина исключительно из-за жалости не набросился на привлекательную девчонку сразу. Учитывая, что у копа из-за плотного рабочего графика несколько дней не было секса... После этой ночи от Люськи и мокрого места не останется. Паника звенела в блондинистой голове, студентка очень сильно испугалась кровожадного животного, который и секунды не терял, требовательно исследуя каждый сантиметр нежной девичьей шеи. Теперь-то златовласка понимала, почему сотрудник правоохранительных органов ее предупреждал, ведь все его действия являлись настолько грубыми и безжалостными, что ранее бледная холодная кожа в данный момент вскипала от следов кровавых засосов. Она не брыкалась и не предпринимала попыток вырваться, хотя и было очень страшно за свою сохранность, а местами даже больно. Хрупкие конечности, которыми Люси пыталась хоть немного оградиться, бесили зверюгу больше всего. Недовольно рыкнув, безумный Лексус скрестил чужие ручки над блондинистой головкой, мертвой хваткой сжимая тонкие запястья в крепком кулаке. Наконец-то ему удалось полностью навалиться на девчонку, теперь ей никак не сбежать. Бедняжка прикусила нижнюю губу и сдавленно издала болезненный стон. Идея с обезболивающим уже не казалась такой бредовой. Наигравшись вдоволь, капитан свободной рукой несильно сжал тоненькую изящную шею и принялся мощными рваными движениями бедер толкаться между длинных привлекательных ножек, искренне наслаждаясь данной картиной. Ему очень нравилось видеть под собой беспомощную маленькую милашку, с которой можно делать все, что в голову взбредет. Ворвавшись языком в чужой сладенький ротик, здоровяк блаженно прикрыл глаза, жестко сминая пухлые розовые губки. Люси катастрофически не хватало кислорода, с каждой секундой дышать становилось все тяжелее, ведь мало того, что мужчина всем своим весом навалился на кукольное хрупкое тело, при этом крепко сжимая горло, так еще и беспрерывно изучал чужой маленький ротик, полностью перекрывая поступление воздуха. Животный страх вовсю завладел блондинкой, казалось, бедняжка сейчас попросту задохнется, но она не могла сопротивляться. Приоткрыв глаза, заведенный до предела капитан Дреяр встретился с мокрыми покрасневшими шоколадными зрачками, в которых читалось одно только отчаяние. Словно огромный колокол громко зазвенел в голове, мгновенно сменяя дикое животное желание на трезвый разум. Полицейский быстро оторвался от сладкого женского ротика и приподнялся на локти, немного освобождая обездвиженное тело. — Эй-эй! Да ты вся дрожишь... — даже такой черствый и безжалостный мужик немало испугался за тяжело дышащую девчушку, которая быстро поджала освобожденные тонкие рученьки к упругой груди. Капитан Дреяр свел густые брови и критически осмотрел следы своих деяний. Даже за одну только жалкую минуту он сумел оставить столько кроваво-красных отметин. Беглого мимолетнего взгляда хватило, чтобы понять, что малышка до ужаса боялась этого дикого животного. Шли секунды, а здоровяк все так-же нависал сверху и невероятно тяжело дышал, явно взвешивая непростое решение. Он просто не мог сделать это с глупышкой, в глазах которой нету даже и намека на хоть какое-то призрачное желание. Он ведь все-таки представитель закона, а данный акт любви больше напоминал надругательство над несовершеннолетней девочкой. Зарычав, словно какой-то раненный зверь, капитан громко выругался и неохотно отпрянул, оставив бедняжку в покое. Присев у края кровати, мужчина прикурил очередную сигарету, жадно хватая пропитанный никотином дым. Дрожащая Хартфилия неуверенно отползла в другой конец большой кровати и сжалась в колачик, с подозрением прожигая необъятную спину, до последнего момента ожидая какого-то подвоха с его стороны. А он только кипел яростью от злости к себе, Лексус не ожидал, что с концами потеряет голову, эта глупая малолетняя девка напрочь свела его с ума. Великое чудо, что здоровяк вообще смог остановиться, это поражало больше всего. — Собирай манатки и проваливай, пока я не передумал, — прохрипел утробным басом Дреяр, следом выпустив объемный клубок дыма, — я себе шкуру вызову, — приглушенный антураж горящей свечи перебил яркий свет экрана телефона. Капитан даже не смотрел в ее сторону, не хотел лишний раз провоцировать свой нестабильный нрав. Хотя ему и удалось открыть список контактов, мужчина давно пролистал нужный номер, он вообще не понимал, чем занимается в данный момент. В голове стучало только одно желание, которое находилось у него за спиной. Просто возьми. Забей на человечность. Бугай так сильно вожделел малолетнюю блондинку, что кроме секса вообще ни о чем не мог подумать. Стоячее достоинство в тесных неудобных брюках все время приятной томной болью напоминало о себе, умоляя хозяина побыстрее вставить милашке по самое немогу. — Какого хрена ты все еще здесь!? Выметайся от греха подальше, кому говорю!? — взревел сотрудник полиции, с каждой секундой заводясь все сильнее. Очередное молчание, блондинка там вообще жива? Дреяр не рисковал обернуться, ведь прекрасно понимал, что больше не позволит снова себя остановить. Девка начинала уже бесить своей жалкостью, а идея преподать ей хорошенький урок с каждым мгновением все больше склоняла плохого полицейского совершить жестокое преступление. Кстати о преступлении, стоило бы как минимум наказать девку за отвратительную работу, за которую он и произвел задержание. А ведь она такая милая, когда боится или волнуется. Неуверенность невероятно красила эту беспомощную, жалкую милашку. Очень хотелось задавить ее своим огромным авторитетом. Внезапно массивные накаченные мышцы в одно мгновение сократились, отвлекая своего хозяина от собственных, не очень-то хороших мыслей. Лексус всем телом напрягся, чувствуя едва ощутимое прикосновение чужих нежных конечностей. Опустив голову, он увидел тонкие бледные ручки, которым с трудом удалось обвить его большое тело. Маленькие бархатные ладоши покоились на ранее мягком расслабленном мужском животе, который в одно мгновение превратился в рельефный каменный пресс от столь неожиданной, но невероятно приятной инициативы. Неловкие пальчики незаметно поглаживали полицейское брюхо, лаская жесткие волоски, которыми был покрыт зрелый привлекательный торс. Здоровяк напрягся до такой степени, что казалось, сейчас начнет производить электричество. В голове стучал только один вопрос. — Зачем? — тяжело прохрипел коп, утробно зарычав от удовольствия. — Пожалуйста, простите меня, глупую дуру, Капитан Дреяр... — ласковый шепот раздался сзади, девчонка прижалась к его спине, вдыхая его зрелый, пропитанный тестостероном и сигаретным дымом запах. От массивного крепкого тела этого человека исходил такой сильный жар, что блондинка неосознанно прикрыла усталые веки, чувствуя его тепло. Люси видела, насколько тяжело ему давалось сдерживаться, но плохиш в очередной раз с титаническим усилием подавлял собственные желания. Ей было приятно чувствовать его заботу, он ведь и в самом деле переживал за малышку. — Вы так добр ко мне... Немного опухшие благодарные красные губки прикоснулись к мощной широкой шее, она впервые его поцеловала. И это было сделано с такой любовью и нежностью, что даже такой непробивной сотрудник полиции вздрогнул, покрывшись мурашками. Большие медвежьи лапы накрыли ласковые женские ладони, которые все время гладили его живот. Как же ему хорошо. — Вы не должны волноваться обо мне... Еще один след от пересохших розовых уст вынудил мужика в очередной раз напрячься. Только второй поцелуй был немного ниже, но даже ткань чертовой рубашки не помешала капитану блаженно заурчать, словно какой-то довольный, объевшийся сметаны кот. — Не сдерживайтесь... Хартфилия с каждым томно произнесенным словом дарила ему невероятно нежную женскую ласку, с каждым поцелуем спускаясь вдоль его огромной трапеции, переходя к невероятно массивному, крепкому плечу. — Пожалуйста, делайте со мной все, что пожелаете... — Малышка, — слишком резкий и пугающе опасный мужчина в одно мгновение повалил привлекательную девчонку на кровать, снова нависая сверху. Лексус мягко говоря, охреневал от слов, которые шептала эта миловидная чертовка. Глупышка завела его до такой степени, что мокрый от пота лоб покрылся набухшими венами. Он может не сдерживаться, может с ней делать все, что пожелает. А самое главное, что в растерянных широко раскрытых карих глазках читалось едва уловимое, пугливое желание. Люси с трепетом задержала дыхание, он снова так близко, снова до жути устрашающий. Златовласка открыла сладкий ротик, явно собираясь сообщить что-то важное, но мужчина грубо закрыл его своей неотесанной ладонью, так и не позволив словам вырваться наружу. Дурочка попросту могла уйти, но самовольно решила отдать себя на растерзание. Какая самоотверженность. — Глупышка, ты не понимаешь, какую ошибку совершила... — капитан пугающе зашипел, свободной конечностью сжав до посинения сочную упругую ягодицу. — Ты такая крохотная и хрупкая, и просишь не волноваться? Я ведь не хочу, чтобы ты сломалась... — он говорил хрипло, тяжело и невероятно обворожительно, с каждым словом наклоняясь все ближе. Лексус грубовато раздвинул дрожащие острые коленки и по-хозяйственному разместился между стройных ножек, лишая девчонку возможности сбежать. Наконец-то он снова кусает эту тонкую сладкую шею, паралельно совершая мощные, рваные толчки бедер. Как же приятно удерживать ее в пасти, как же хочется в конце-концов ее трахнуть. Но пока капитан худо-бедно еще себя контролировал, но с каждой секундой сладкий запах молодого тела сводил его с ума. — Ты ведь никому не расскажешь, что папочка с тобой сделал? — альфа-самец по-животному рыкнул, покрепче сжимая в клыках нежную тонкую женскую кожу. Люси отрицательно замычала в ответ, он еще не позволял ей говорить, ведь его неотесанная грубоватая ладонь продолжала сжимать опухшие мягкие губки. Она у него в долгу. Блондинка ничего никому не расскажет, чтобы этот плохиш с ней не сотворил за эту ночь. В любом случае, этот вариант куда лучше и приятнее, нежели исправительная колония. — Хорошая девочка, — в одно мгновение кобель убрал свою лапу от кукольного личика, на котором остались следы от его пальцев. Грубовато задрав длинную рубашку повыше, он наконец-то принялся обеими руками разминать прекрасную попку, эти мягкие булочки идеально подходили размеру его здоровых ладоней. Капитан языком ворвался в маленький ротик, требовательно прожигая широко раскрытые пугливые карие глазки. Какая же она милая, маленькая и покорная. Все, как любит доминантный, зрелый самец. Хрупкие хилые ручки больше не пытались оградиться, панически сминая края чужой рубашки. Она боялась к нему прикоснуться, она боялась его до ужаса, но старательно пыталась это скрывать, чтобы ничем его не разочаровать, не перебить его пылкий задор. Ведь если мужик уже начал, его нельзя отрывать, пока он не закончит. Да и Лексус больше не переживал по этому поводу, можно себя не сдерживать, глупая блондинка сама об этом попросила. Огромное достоинство всеми молитвами просило хозяина наконец-то выбраться из тесных штанов, Дреяр больше не мог терпеть, рваными резкими движениями растегивая ширинку проклятых брюк. Полностью снимать с себя одежду он не стал, выдержки попросту не хватало. Пока наглый мужской язык изучал чужой ротик, Люси даже не заметила, что капитан вывалил своего большого дружка на свободу. Внезапно златовласка запаниковала, чувствуя, как рвется ткань недешевых трусиков, какой же с Лексус плохой представитель закона. Глупышка пыталась сказать, чтобы тот обязательно воспользовался презервативом, она и раньше хотела об этом сообщить, но он ей не позволил этого сделать. А сейчас уже поздно, ведь что-то очень большое уже упиралось в сокровенное женское место, вынуждая бедняжку сжаться внутри, задержав дыхание. Как же страшно. Дикая режущая боль пронзила ее хрупкое тело. Слишком резко, слишком грубо. Он вошел по самые яйца, полностью заполняя ее без остатка. Слезы выступили на покрасневших глазах, златовласка не смогла вытерпеть, мгновенно взвывая от страшной боли. Капитан мгновенно наглухо запечатал ее маленький ротик рукой, ему ни к чему, чтобы соседи услышали столь громкий, переполненный болью крик несовершеннолетней девочки. Конечно, она была невинна. — Черт тебя подери! Дура, об этом надо предупреждать! — недовольно зашипел здоровяк, нахмурив густые брови. Он еще в самом начале догадывался, что малышку еще никто не успел продырявить, ведь она была настолько скромная и скованная. Но это было всего лишь предположение. Оказалось, он первый у нее. Это так сильно возбуждало и радовало огромное мужское эго, что Дреяр утробно зарычал от удовольствия, всем весом навалившись на хрупкое маленькое тело, клыками цепляясь за покусанный участок тонкой шеи. Ему было настолько хорошо, что известными словами просто не передать. Бедняжка слишком маленькая, слишком узенькая для него. Казалось, капитан просто порвет ее изнутри. — Терпи, тебе уже никто не поможет! — крепыш не позволил ей привыкнуть, сразу начиная грубо вдалбиваться в крошку. Слишком жестоко для первого раза. Здоровяк прекрасно понимал, что причиняет ей невероятную боль, но уже не мог остановиться. Она нарушила закон, она провинилась перед ним. Пусть мучается, пусть кричит ему в ладонь, никто итак не услышит. А копа это только заводило. Ему нравилось быть грубым и жестоким, нравилось видеть страх и беспомощность в ее глазах. Дрожащие ручки по-началу истерически пытались оттолкнуть от себя обидчика, но все попытки являлись настолько жалкими, с самого начала обречены на провал. Люси намертво вцепилась ними в белую простыню, пытаясь хоть как-то подавить боль. Она знала, что первый раз будет больно, поэтому и так сильно боялась этого здоровенного взрослого мужика, который одним только видом пугал настолько, что коленки дрожали. Но ведь не так грубо. Сотрудник правоохранительных говорил правду, он настоящий зверь, не знающий пощады. Лексус в данный момент полностью наплевал на нее и ее чувства, она просто его дырка, которую он бесцеремонно жестко имел. Блондинка просила не сдерживаться, и он не будет испытывать никаких угрызений совести, безжалостно издеваясь над молодым телом. Ему очень приятно. Какая же девчонка молодец, что предложила себя в качестве оплаты, ведь у капитана полиции так давно не было секса. Боль никуда не уходила, кристальные слезы непрерывно продолжали стекать по горящим румяным щечкам. Его рука крепко сжимала ротик, не позволяя этим жалким стенаниям вырваться наружу. Кислорода катастрофически не хватало, сердце выпрыгивало из груди, а еще этот здоровенный амбал всем своим немалым весом буквально втрахивал в кровать бедняжку в миссионерской позе, ни на секунду не останавливаясь. С каждым новым толчком он пытался войти все глубже, хотелось разорвать ее изнутри. Его мощные бедра работали непрерывно, словно швейцарские часы. Свободной медвежьей лапой он крепко удерживал хрупкое женское плечо, силой помогая натягивать девчонку на свой толстый член. Его сбитое рваное рычание у маленького ушка так сильно пугало, Люси казалось, что это кровожадное животное не остановится, пока не затрахает ее до смерти. — Крошка, как ты? Не молчи! Поговори со мной! — наконец-то оторвавшись от бедной истерзанной шеи, мужчина убрал руку с миловидного испуганного личика, где оставались бледные следы его пальцев. Малолетка жадно начала хватать воздух, пытаясь хоть как-то придти в сознание. В бедной головке все время кружилось, боль понемногу становилась терпимой, она просто уже привыкла. Звериный, пугающий до ужаса невероятно мужественный лик нависал над ней так близко. Он выжидал, словно какой-то хищник, с восторгом поедая взглядом свою добычу. В диких глазах плясали молнии, а вместо вечно хмурого недовольного вида сиял кровожадный оскал. Нечеловечески большие клыки опасно сверкали при тусклом свете сиротливой свечи, готовые в любой момент сожрать малышку, которая так сильно его боялась. Капитан Дреяр больше не напоминал угрюмого злого и недоброжелательного человека, сейчас он был счастлив, благодаря глупышке, которая отдала себя, свою чистоту и невинность. И почему же она не выпила эти проклятые обезболивающие?! — Мне страшно... мне очень... страшно... — призналась бедняжка, она очень хотела просить его остановиться, но попросту не могла в который раз давить на жалость, он должен закончить. — Я вижу, детка, вижу! Это хорошо! — его итак невероятно низкий хриплый бас в данный момент был еще ниже, с нотками животного рыка. — Испытывая страх, человек чувствует себя по-настоящему живым! Наслаждайся, и не переживай, ты со мной в полной безопасности! Папочка никому не позволит обидеть свою маленькую кроху! — словно какой-то волк, капитан принялся жадно вылизывать каждый уголок невероятно милого кукольного личика. Пригубив нежные румяные щечки, он жадно слизывал каждую капельку кристальных слезинок, будто бы извиняясь за ту боль, которую ей причиняет. Малышка дарила ему незабываемые ощущения, а он только заставлял ее страдать. Но, не сказать, что Люси было плохо от такого обращения. Она чувствовала себя с ним защищенной от всего мира. Вряд ли рядом с таким человеком придется вообще о чем-то переживать, просто надо без остатка отдавать ему себя, дарить ему любовь и заботу. Принимать таким, каким он является. — Жарко... очень жарко... я схожу с ума... — наконец-то из этих сладких уст вырвался едва слышимый стон, блондинка сходила с ума, боль граничила с каким-то пугающим запретным удовольствием. — Чувствуй мой жар, не бойся ко мне прикасаться! Дари мне свою ласку, и я не останусь в долгу! — громко рыкнул мужик, еще сильнее навалившись на малышку своим большим телом, буквально втрахивая ее в кровать грубыми резкими толчками. Покорная малышка мгновенно исполнила его приказ, уткнувшись в его невероятно массивную мужскую грудь, от которой исходил испепеляющий жар. Пухлые благодарные губки припали к его толстой шее, язычком вылизывая каждый рельефный уголок. Хрупкие ручки наконец-то требовательно обхватили его широкую грудную клетку в попытке прижаться к нему еще ближе. Ранее неподвижные стройные гладкие ножки крестом сомкнулись на его мощных бедрах, которые беспрерывно толкались в узенькое маленькое пространство, с каждым разом пытаясь вогнать огромное толстое достоинство еще глубже. Люси прижалась к нему настолько, что между их телами больше не осталось свободного места. С каждой стороны Лексус покрывал ее маленькое хрупкое тело своими большими мышцами. Она в нем потерялась, чувствовала вкус его пота, манящий запах взрослого мужика, который буквально кипел тестостероном, животным желанием и страстной похотью. Грубо. Жестко. Безжалостно. Он матрасил бедняжку, словно последнюю шкуру, которая наконец-то полностью ему доверилась, с каждым толчком издавая утробные хриплые рыки в ее светлую макушку. Девчонка сводила его с ума. Такой узенькой дырочки, которая буквально засасывала его член, Лексус еще никогда не имел. Хрупкая, маленькая, молодая и невероятно глупая. Чистая, невинная и только его. Дреяр не позволит ей сбежать, пока вдоволь не наиграется с ее телом. Это только начало, а ведь еще целая ночь впереди. Крепись, детка. — Кто твой папочка? — громко рыкнул брутальный самец, с особенной жестокостью толкаясь в нее. Обмякшая Люси сжалась от боли, сдавлено пискнув. Почему он настолько груб с ней? Ей же даже нету восемнадцати. Прикусив опухшую губу, румяная малышка от стыда прикрыла карие глазки, не желая отвечать на столь странный, пугающий вопрос. Это звучало слишком пошло для нее. Белобрысый амбал на мгновение остановился и немного приподнялся на локтях, со злостью прожигая строптивую девчушку, которая не стала исполнять его пошлый приказ. — Кто твой папочка!? — плюнув ей прямо в миловидное кукольное личико, недовольно повторил мужик, с разгона вгоняя член внутрь узкой дырочки. — Вы... — неуверенно ответила шепотом златовласка, уводя переполненный стыда взгляд в сторону, до последнего не веря в то, что он настолько грубо к ней относится. — Я не слышу! Кто твой папочка!? — взревел недовольный Лексус, повторив толчок мощных бедер, причиняя ей особенную режущую боль внутри. Ему это непослушание ой как не понравилось. Он не оставит ее в покое, пока не услышит нужных слов. Грубо схватив тонкую шею, сотрудник полиции нагло вернул ее испуганное багровое личико на место. Она должна смотреть только на него. Немного сжав хрупкое горло в кулаке, он опасно приблизился ближе, буквально испепеляя своим негодованием милашку. Вторая рука оставила на бледной коже красный след, он отвесил ей несильную пощечину. Какой же он брутальный и безжалостный. Златовласка поджала пухлые губки, пытаясь подавить глубокую обиду, но жалость на него не работает, ведь он бесчувственный самовлюбленный мудак, который слишком сильно разошелся. Сначала плюнул в лицо, следом размазав свои слюни пощечиной. Конечно, это игры его дико заводили, чувство превосходства радовало нарциссическое эго, но бедная студентка сгорала стыдом от его унижений, как же ей обидно. Лексус ждал, но терпения было так мало, набухшие на лбу вены не сулили ничего хорошего, ей просто надо исполнять его приказы, ведь он в конце-концов, капитан полицейского отделения. — Вы... мой... папочка... — тяжело произнесла блондинка, перехватив его удушающий захват. — Умница! — довольно ответил мужчина, похотливо улыбнувшись во все свои тридцать два. — Повторяй, — его устрашающий лик больше давил на бедняжку своим авторитетом, сотрудник правоохранительных органов жадно накрыл опухшие розовые губки, возобновляя ритм движений своих бедер. — Вы мой папочка... — повторяла в его уста милашка, пытаясь сдерживать стоны удовольствия, граничащие с болью. — Еще! — Лексус зализывал покрасневшее место, куда ударил ее минуту назад, он не сдержался. — Вы мой папочка... — повторяла она, словно мантру, с каждым словом понемножку избавляясь от стеснительности перед этим зрелым, чертовски привлекательным соблазнителем. — Хорошая девочка! — мужчина прорычал ей в губы, испытывая огромную гордость за свою малышку. — Вы мой папочка... — женские стоны становились все громче, блондинка упрямо отказывалась верить в то, что мысленно умоляет его двигаться быстрее, как же ей стыдно за свое поведение. — Ты только моя! — словно услышав ее молитвы, здоровяк грубовато закрыл ее ротик рукой, с каждым толчком все быстрее и яростнее втрахивая малышку в кровать. Бедняжке только оставалось прижаться к нему покрепче, медленно сходя с ума. Маленькие ручки доверчиво обнимали его, ноготками царапая необъятную рельефную спину. Дреяр с каждым тяжелым вздохом утробно рычал ей в ушко, словно дикое неуправляемое животное. Крошка доставляла ему невероятное, неземное удовольствие. Ангел, спустившийся с небес. Какой же Лексус счастлив, что по чистой случайности заметил эту красотку, когда проезжал мимо заброшенной територии, где Люси прятала закладки. Эта ночь будет ее наказанием за совершенное преступление. Коп не может оставить ее безнаказанной, пусть терпит, пусть мучается. Глупая малолетняя дурочка, он как следует займется ее перевоспитанием. Добросердечно позволив ей несколько секунд отдышаться, хранитель порядка грубо засунул в маленький ротик три пальца, пытаясь протолкнуть их как можно дальше. Ему катастрофически захотелось оценить все способности малолетки. Эта картина так сильно заводила похотливого самца, он больше не мог держаться. — Я кончу в тебя, — тяжело прохрипел мужчина, с восторгом вздрагивая только от одной этой мысли. Большие карие глаза широко распахнулись после услышанного. Блондинку словно окунули в ледяную воду, разум затрубил о ужасающей опасности, она уже и позабыла, что капитан так и не воспользовался презервативом. Бедняжка жалобно замычала, отрицательно махая головой. Хрупкие ручки упирались в его массивную грудь, пытаясь хоть как-то отвлечь Дреяра от столь безумной идеи. Меньше всего хотелось забеременеть от взрослого мужика, с которым она знакома всего лишь несколько часов, он ведь в два раза старше. Но сотрудник полиции не спрашивал разрешения, он уже все давно решил. Вцепившись клыками в тонкую изящную шею, Лексус принялся долбиться в девчонку с невероятной силой, с каждым мощным толчком набирая быстрый темп. Златовласка продолжала что-то невнятное выкрикивать сквозь пальцы во рту, его это мало волновало, здоровяк уже на пределе. Переместив свои медвежьи лапы под малышку, капитан крепко обхватил хрупкие плечи, чтобы поудобней было матросить молоденькую студентку. С каждым новым толчком он по-звериному рычал в нежную кожу, которая пылала жарким огнем от его укусов. Милашка с перепуганным кукольным личиком, полным отчаяния, прекрасно понимала, что ее молитвы не будут услышаны, капитан Дреяр больше вообще ничего не замечал. Оставалось только прижаться к нему покрепче, уткнуться в толстую шею и сдавленно стонать, с пугающим трепетом чувствуя неизбежное приближение его развязки. Глупая девка, лихой папочка ведь предлагал собрать вещи и свалить подальше от греха, но благодарная и необычайно добросердечная блондинка просила его делать с ней все, что ему захочется. Дура. Люси не посмеет его в чем-то обвинить. Сама во всем виновата. Утробно зарычав от волны удовольствия, Лексус совершил последний грубый толчок, вгоняя толстый член по самые яйца. Блондинка с пугливым восторгом чувствовала, как все его огромные мускулы одновременно сократились, а внутри мощной струей разлилось обжигающее мужское семя, наполняя глупышку до предела. У здоровяка давно не было секса, как же много спермы внутри узенькой, грубо оттраханной дырочки. Глупышка громко стонала под ним, чувствуя дрожь его тела, чувствуя его зрелый мужской запах, смешанный с приторным сигаретным дымом, к которому она так сильно привыкла. Прерывисто дыша, Капитан Дреяр блаженно прикрыл глаза, все еще на автомате толкаясь в узкие бедра, как же ему сейчас так хорошо. Он кончил в несовершеннолетнюю, невинную и невероятно привлекательную малолетку, которая заводила его достоинство одним только взглядом пугливых карих очей. Что может быть лучше? Только от этой мысли захотелось повторить героический подвиг. Ничего, пошляк еще успеет. Закончив изливаться в студентку, Лексус устало повалился прямо на хрупкое маленько тело, полностью расслабившись. Член пока не вынимал, уж слишком там тепло. Златовласка сдавлено пискнула где-то под ним, ведь абсолютно расслабленный здоровенный мужчина казалось, сейчас просто раздавит бедняжку своим огромным весом. — Хорошая девочка. Моя маленькая умница, — хрипло прошептал капитан, понемногу восстанавливая тяжелое дыхание. — Мне нечем дышать... — с трудом ответила златовласка, сморщив носик от его липкой, потной массивной груди. — Плевать, — быстро ответил тот, громко расхохотавшись, у сотрудника правоохранительных органов сейчас отличное настроение. Златовласка чувствовала, как его каменный стояк понемножку становился мягче, но увесистый камень обиды на похотливого самца никак не покидал хрупкие женские плечи. Бедняжка до отказа наполнена его горячим семенем, она это чувствовала. Какой же все таки это бессердечный мудак. Самовлюбленный идиот. Хотя блондинка и являлась девственницей, она прекрасно знала, что существует шанс забеременеть даже при первом половом акте. Поджав искусанные опухшие губки, малышка упорно пыталась сдержать подступившие горькие слезы, капитан не должен этого видеть, пусть вдоволь насладиться моментом своего триумфа. Наверное, это единственное, что радовало девчонку, ведь он сейчас больше не напоминал вечно хмурого и угрюмого дядьку, который вселял страх одним своим видом. Довольный капитан мягко целовал ранее истерзанную тонкую шею, зализывая каждый покрасневший уголок нежной гладенькой кожи. Он хрипло шептал у маленького ушка различные несуразные глупости, которые вгоняли в багровую краску скромную милашку. Дурачился, словно какой-то мальчуган. Такое нежное обращение оказалось настолько приятным, что дурочка уже и забыла, на что обижалась, доверчиво прижимаясь к его мускулистому телу в ответ, мокрым язычком выводя узоры на массивной широкой груди. Ей нравилось чувствовать себя девушкой, чувствовать себя желанной в его умелых, властных и невероятно привлекательных руках. Лексус оказался настолько обаятельным мужчиной, что дурочка прониклась к нему теплыми чувствами, неосознанно привязалась. Глупая. Хотя и первый сексуальный опыт, мягко говоря, принес немного удовольствия, в целом блондинка оставалась довольной. Уж лучше скрасить досуг невероятно сексуального, большого, взрослого, зрелого и опытного мужика, даже если он вел себя словно безжалостное кровожадное животное, нежели переспать с неумелым, неуверенным в себе одногодкой. — Крошка, ты самая лучшая, — вдоволь отдохнув, капитан наконец-то приподнялся на локти, больше не прижимая малышку своим тяжелым весом. Блондинка с пугливым восторгом чувствовала, как его член медленно покидает узенькую дырочку. Она уже к нему так привыкла, внутри стало очень некомфортно от этого ощущения, ледяной холодок словно прошелся по телу, Лексус большее ее не согревал теплом своего тела. Но, к счастью, пропало то страшное ощущение дискомфорта, когда что-то чужое находилось в ней. Присев на колени, здоровяк с довольной улыбкой пошире раздвинул стройные ножки, с гордостью оценивая свои старания. Кровь с молоком. — Ч... Что..? — большие карие глазки широко распахнулись, с пугающим ужасом прожигая его толстое мужское достоинство, да Люси бы никогда на этот секс не согласилась, если бы увидела размер его члена пораньше. Как такое вообще смогло туда поместиться? Вдруг он порвал ее изнутри, и сейчас она истекает кровью от ранений. Капитан Дреяр перехватил этот неверящий взгляд, громко рассмеявшись. Гордо выпучив широкую грудь вперед, сотрудник правоохранительных органов наслаждался ужасом в ее зрачках, это приносило невероятное чувство превосходства. Даже обмякший, полуприподнятый половый орган являлся слишком большим, он и в правду мог спокойно затрахать малышку до смерти. — Сам в шоке! — громко хохотал блондин, виляя докторской колбаской в разные стороны. Бедняжка сильно смутилась его пошлых шуток, спрятав румяное личико в маленьких ладонях, как же ей стыдно. Вдоволь насмеявшись, мужчина покинул кровать, вразвалочку направившись к шкафу. Златовласка между пальцев одним глазком подглядывала за ним, восхищаясь его греческой эстетикой. — Детка, лови! — небрежно вытерев своего дружка, здоровяк бросил через всю комнату небольшое полотенце, за что она была ему невероятно благодарна. Пока здоровяк околачивался возле барной стойки, наполняя стакан крепким алкоголем, Хартфилия незаметно быстренько привела себя в порядок, с ужасом поражаясь большому количеству крови. Она запачкала его белоснежную простыню, как же неловко. Скривившись от приторного вкуса напитка, он накатил еще, паралельно прикуривая сигарету. Довольствуясь пагубными вредными привычками, он обернулся к малолетке, которая с титаническим усилием присела у края кровати, требовательно натягивая ткань длинной мужской рубашки. Ей не хотелось светить своей наготой, даже после случившегося. Хартфилия имела аристократические корни, она слишком скромная и воспитанная. Впервые за долгое время в воздухе повисло давящее напряжение. Прикусив нижнюю губу, златовласка теребила подол чужой рубашки, пугливый взгляд старательно пытался прочитать мелкий шрифт на дорогой бутылке вкусного вина. Все тело жутко болело, особенно сильно внизу. Что делать дальше? Уже можно уходить? По идее, девчонка рассчиталась за содеянные грехи, но как же об этом спросить? — Детка, я не переусердствовал? — обворожительный низкий баритон сорвался с его уст, какой же у него красивый голос. — Все вроде хорошо... Спасибо за беспокойство... — неуверенно соврала блондинка, пригубив бокал вина, который раньше так и не успела выпить. Капитан Дреяр продолжал неотрывно прожигать студентку тяжелым хмурым взглядом, словно смотря на кусок мяса. Люси не решалась посмотреть в ответ, ведь его достоинство продолжало свисать с открытой ширинки, а он вообще не парился по этому поводу, пусть глупышка краснеет, Лексусу нравилось. Осушив очередной стакан, здоровяк протяжно выдохнул последнюю затяжку, погасив окурок в остатках алкоголя. Мысленно пожалев малышку, он направился в ее сторону, паралельно стягивая с себя липкую пропотевшую одежду, которая так сильно сковывала его массивное мускулистое тело. Златовласка вздрогнула, по телу прошелся неприятный холодок, хрупкое тело сковал пугающий страх. Темная обтягивающая рубашка, скрывающая его крепкие плечи с тяжелым трудом покидала его массивное тело. Блондин это делал так захватывающе, неотрывно прожигая бедняжку голодным животным взглядом, который вообще не обещал ничего хорошего. — Эм... Капитан Дреяр... — тонкие пальчики намертво вцепились в чужую вещь, которая все еще скрывала ее упругие прелести. — Можно я уйду..? — в истерической панике Хартфилия вскочила на ножки, которые в мгновение подкосились, царапая острые коленки о паркет. — Глупышка, ты не перестаешь меня удивлять, — хрипло произнес здоровяк, опуская брюки, — ты на ногах стоять не можешь, куда ты собралась бежать? — его тяжелый взгляд пугал больше всего, Лексус искренне наслаждался ее беспомощностью. Он полностью освободился от одежды, какой же Апполон возвышался над испуганной блондинкой, его тело в идеальном состоянии. Настоящий мужик. Медленно наклонившись, капитан с невесомой легкостью поднял малышку, грубо бросив на большую кровать. — Передохнула? — хрипло поинтересовался тот, показательно разминая толстую шею и большие медвежьи лапы, словно готовясь к следующему раунду. — Вы... же... закончили... — дрожащий голосок сорвался с ее уст, страх быстро заполонил миловидную красотку. — Крошка, я кто по-твоему, не мужик!? У меня неделю не было секса, в моих яйцах еще полно спермы! — бедная кровать тяжело заскрипела под его тяжелым весом, алкоголь в крови принялся медленно опьянять капитана. — Тебе придется всю ночь меня удовлетворять, так что хорошенько постарайся не разочаровать своего папочку, договорились? — хрипло произнес Дреяр, опасно нависнув над хрупким, сжавшимся в комочек, дрожащим телом. Испуганная блондинка чувствовала, как от него несет спиртным, это вызывало еще большее волнение. Здоровяк по-настоящему пугал до ужаса своим голодным взглядом, животной похотью и многообещающим желанием. Это только начало, а она уже настолько растоптана его жестоким обращением. Переживет ли она эту ночь? Она ведь еще девочка, почему этот безжалостный грубиян не проявит милосердия? — Пожалуйста, не надо, — взмолилась девушка, попытавшись отползти подальше. — Маленькая, не бойся, — мужчина выудил из-под подушки наручники, которые раньше там припрятал. Она не могла сопротивляться, сотрудник правоохранительных органов обездвижил хрупкие женские запястья, приковав их к изголовью кровати, теперь красотка никуда не сбежит. Веселая азартная улыбка не слетала с его лица, как же ему нравилось видеть свою пленницу такой незащищенной, хотя, здоровяк это делал для ее же блага. — Детка, я не хочу, чтобы ты пострадала. Просто не вырывайся и не рыпайся, а попытайся расслабиться, лады? — закинув две обезболивающие пилюли себе в пасть, он грубо ворвался в чужой сладенький ротик, и терпеливо лишал ее кислорода, заставив проглотить бедняжку таблетки. — Не думай, что я настолько бессердечное животное. Я ведь правда волнуюсь за тебя, мое солнышко, — плохиш успокаивал ее словами и невероятно приятной улыбкой, оставляя мокрые следы языка на маленьком кукольном личике, слизывая подступившие капельки слез. Внезапно златовласка вздрогнула, замерев в неподвижном положении. Люси с ужасом ощутила, как что-то прижалось к ее маленькой нетронутой попочке, медленно погружаясь внутрь. К огромному счастью, это оказался только палец его неотесанной руки, но легче от этого не становилось. Хартфилия от ужаса прикрыла глаза, сгорая от дикого, очень неприятного дискомфорта. Она умоляла его остановиться, но он не обращал никакого внимания и хозяйственно продолжал растягивать запретное место, медленно погрузив второй. Дурочка пыталась отпрянуть, как-то выползти из-под него, но только делала себе больнее. — Понимаешь, просто ты слишком маленькая для меня, — хрипло шептал на ушко, обдавая его жарким пылающим дыханием. — Я трахну тебя в попочку. Будет больно, но я уверен, что ты справишься, — веселился дурак, с трепетным восторгом представляя, насколько там его дружку будет узко. — Не надо, прошу, он слишком большой! Он не войдет! Вы меня сломаете! Я порвусь! Умоляю Вас, Капитан Дреяр, не делайте этого! — Хартфилия всеми возможными словами пыталась его отговорить от столь безумной идеи, но тот всего лишь продолжал загадочно ухмыляться, предвкушая грядущее событие. — Зачем ты так говоришь? Папочку это только сильнее заводит! Ты видишь, как я счастлив, это твоя заслуга, глупышка, — терпение лопнуло, здоровяк не стал дожидаться, пока подействуют таблетки, удобно пристроившись между стройных ножек. По-началу мужчина думал поставить ее раком, но решил насладиться выражением ее милого, пугливого, кукольного личика, которое дарило ему огромную радость. По-хозяйственному пристроившись между стройных гладких ножек, полицейский уперся головкой в маленькую дырочку, которая напрочь отказывалась его принимать. — Не надо! Молю! Только не туда! — Умоляю, расслабься, иначе я не буду с тобой аккуратничать! — недовольно рыкнул здоровяк, ему пришлось ей угрожать, это для ее же блага. И Люси попыталась расслабиться, приказы куда лучше действуют, нежели просьбы. Он это запомнит. Капитан стал медленно входить, погружаясь все глубже. Бедняжка вцепилась зубами в его крепкое плечо, пытаясь сдерживать крик от ужасающей боли, хотя он и был очень аккуратен. Секунды казались вечностью, блондинка не знала, когда же это кончится, ведь здоровяк все продолжал входить глубже, а бедняжка сходила сума, чувствуя, как он ее растягивает. Внезапно мужчина остановился, мягко чмокнув светлый затылок, следом громко рассмеявшись от данной ситуации. — Маленькая... Я на половину даже не вошел, а твое лицо уже выглядит так, как будто бы это конец света, — весело хохотал блондин, с безграничным удовольствием чувствуя, как его член плотно сжимает благодарная узенькая попочка. — Ч... что..? — Твою мать, не могу больше терпеть! — чрезмерная аккуратность, словно ужасная пытка, здоровяк грубо вошел во всю длину, по самые яйца. Это продолжалось долго.