Другой

Когда послышался настойчивый стук в дверь чулана, Том уже не спал. За те несколько лет, что его приучали к ранним подъемам ради приготовления завтрака, он привык к режиму. Петунье не приходилось будить его визгливыми криками. Стука было вполне достаточно, чтобы Том встал и направился в гостевой туалет на первом этаже чистить зубы. Потом он оделся, привел себя в порядок и вышел на кухню. - Приготовь Фриттату, - приказала ему тетка, сервирующая стол к завтраку. Том молча пошел к холодильнику. Спорить в данном вопросе он не видел смысла, таков был его шаткий мир с родственниками. Он готовит, убирает, а потом его весь оставшийся день не трогают – сиди в чулане, гуляй, лишь бы на глаза не попадался. За несколько секунд до полного приготовления омлета, спустилась Петунья с Дадликом. Дидичка уселся ближе к телевизору, как можно дальше от Тома. Когда-то, чувствуя поддержку родителей, младший Дурсль думал, что может издеваться над недолюбленным кузеном. Но Том быстро его от этого отучил. Он научился причинять ему такие страдания, что мелкий неодаренный даже пожаловаться на него не мог. Не подбирались слова, чтобы описать. Том проводил много времени на улице и быстро обнаружил у себя способности к управлению всякой живностью. Сначала он натравливал на Дадли шмелей, гадюк, запугал его до того, что кузен боялся выходить на улицу. Вследствие чего тот не мешал его прогулкам. Но Петунья всегда обвиняла во всем плохом его, даже когда это на самом деле было случайностью. Пока однажды Том не научился также воздействовать и на неё. Тогда жизнь Дадли превратилась в ад. Том не мог полноценно управлять дядей и тетей, но мог убедить их, что все творившиеся вокруг странности не его рук дело. - Подаришь мне такую же собаку? – с вызовом спросил Дадли указывая на картинку в телевизоре и смотря на Вернона. Игрушка могла издавать лай. - Конечно, - погладил его по голове мистер Дурсль. - А может купим настоящую? – встряла миссис Дурсль. – Будешь с ней гулять, она будет тебя защищать…. - Я не пойду гулять! – заорал Дадли. - Ну не расстраивайся… Том, раскладывающий омлет по тарелкам, усмехнулся. Петунья ненавидела грязь, но ради того, чтобы Дадличек вышел на улицу, готова была терпеть в доме собаку. Вот только это бы не помогло Дадли, а вот Тому…. Однажды он заставил Злыдня прокусить палец собственной хозяйке, этой отвратительной сестре дяде Вернона, как ее там…? Подав еду ко столу, Том отошел к плите, чтобы стоя съесть свою часть омлета. Так ему было спокойнее – не садиться с родственичками за стол. Доев, он помыл тарелку и пошел забирать почту, услышав характерный шлепок в коридоре. Разбирая письма, он замер, уставившись на конверт с зелеными чернилами. - Что там у тебя? – взревел дядя Вернон. – Неси сюда! - Оно адресовано мне, - удивленно ответил Том, желая поскорее удалиться в чулан и открыть находку в одиночестве. - Еще чего, давай сюда! - Оно. Мое. - Щенок! - МОЕ. Глаза дядюшки остекленели. Том торжественно улыбнулся, Дадли сжался, а Петунья икнула. Вернон стал осматривать другие письма, забыв про Тома. Юный волшебник воспользовался отвлечением дяди, замешательством тети и пошел к себе в чулан. Там он раскрыл письмо трепещущим от неясного предвкушения. Читая, он верил каждой строчке, радовался каждому новому слову. Он волшебник! Это все объясняло. Конечно, он не был каким-то уродцем, он достаточно рано понял, что он лучше, сильнее всех ребят, что встречал в начальной школе. Однако, читая список покупок он недоумевал, откуда должен все это взять? Тетка крикнула что-то, пришлось пойти на кухню и убраться там после завтрака. *** То, что происходило всю следующую неделю оставляло в голове Тома вопросы и сомнения. Их дом на Тисовой улице атаковали совы и письма из школы. Они все засрали так, что крыша из некогда коричневой, стала леопардовой, а в доме начались разрушения. Петунья плакала от отчаянья и невозможности убраться. Том слегла ее понимал, он тоже предпочитал порядок. Тем более все письма были одинаковыми. Зачем это было нужно? Зачем засыпать его дом одинаковыми приглашениями в школу? Том начинал сомневаться в адекватности волшебного сообщества. По началу это было весело, но всему есть мера. Тем более Вернон на него набросился в ярости, хотя лично Том никак не мог остановить совиную атаку. Его побили и заперли в чулане. Маленький волшебник даже не смог этому противостоять своим убеждением, дядя был слишком эмоционален. Потом Дурсли решили бежать. Вместе с ним, слава Богу. Тому на тот момент было слегка страшновато оставаться одному в ожидании следующих атак. Они отправились якобы с экскурсией к смотрителю маяка на несколько дней в Британскую глушь. Тому там понравилось, он раньше никуда выезжал. Мальчик гулял по берегу холодного океана, наслаждался видами и свежим бризом. Той ночью ему должно было исполниться одиннадцать, и Дурсли умудрились сделать ему лучший подарок в этот раз. Ночью грянул шторм, дождь лил немилосердно и капли громко стучали по дешевой крыше. Том рисовал на пыльном полу тортик с поздравлениями себе самому. Уснуть не получалось, донимали мысли о волшебниках и их странных обычаях. Беспокойство было прервано грохотом от выбитой двери. Том тут же вскочил и обмер от страха. В проеме стоял просто огромный человек. Человек ли? Скорее недовеликан. Все чувства обострились. Том весь подобрался и думал, что же ему делать. Дверь это чудище не удержало, поможет ли стена? Не успел великан и шагу сделать внутрь, как перед ним выросла кирпичная стена. Великан что-то закричал из-за стены, его не было слышно из-за шторма. Вниз вбежали перепуганные Дурсли. - Что это такое? – взревел Вернон. Тому очень сильно захотелось убраться отсюда. Чтобы не связываться с чудовищем и с разъяренным дядей. Он закрыл глаза и раз! Он уже в своем чулане. Здесь очень тихо, никаких писем, сов и пока никаких угроз. Том выдохнул и лег на кровать. Он теперь очень сомневался, что волшебный мир такой уж сказочный. Скорее он был довольно угрожающим. Возможно, ему стоило остаться в обычном? Он бы и дальше тренировал свое убеждение и определенно бы добился успеха. Создал бы компанию, уж точно не хуже той, в которой работал дядя Вернон. Женился бы. Его жена бы так же чисто убирала и хорошо готовила как тетя Петунья, но имела бы менее визгливый голос. Завел детей. Он стал бы круче всеми обожаемого Дадлика. И тогда люди бы также лебезили перед ним. Тревога не оставляла Тома. Вдруг чудовище убьет Дурслей? Тогда его отправят в приют. Он уже думал о побеге когда-то и выяснил, что приюты ужасны. Даже хуже жизни, где его заставляют готовить завтрак каждый день. Он очень надеялся, что волшебники приглашающие его в школу, поумерят свой пыл. Но не тут то было.