Let me find happiness with you

В этот же день решено, что Уён и Ёсан будут жить на окраине поселения в небольшом доме. Когда-то он принадлежал Сонхва и Тэхёну, но уже несколько лет старший омега живет в Главном доме, а его брат — в соседнем, и их прошлый дом просто-напросто пустует. Минги и Ёнджун помогли ребятам перенести их немногочисленные вещи, после чего ушли по своим делам, а сами омеги сейчас занимаются уборкой. — Ёсан, твоя нога еще не зажила, — произносит Уён и забирает у друга ведро с водой. — Может отдохнешь? — И что, мне теперь без дела сидеть? — беззлобно фыркает омега, открывая в кухне окно на распашку. — И вообще, может стоило рассказать всю правду? — Про то, что я сбежавший принц, а ты единственный Целитель на нашем материке, которого мой отец постоянно держал чуть ли не под замком? — протирая стол, спрашивает Уён, на что Ёсан одаривает его недовольным взглядом. — Что? Думаю, ребята именно так и поняли бы все. — Кто знает, — омега вздыхает и видит из окна, как к дому приближаются Тэхён с Бомгю, отчего на его лице появляется легкая улыбка. Двое ребят запали ему в душу. — Ну что, обустроились? — зайдя с другом в дом, спрашивает Тэхён. — Да, осталось немного прибраться и все, — отвечает Уён, вытирая пот со лба. — Кстати, а где мой кинжал? — А, я отдал его Ёнджуну, чтобы он заточил лезвие, — поясняет Бомгю. — Брат в нашем поселении работает кузнецом, у него золотые руки! — Что ж, тогда хорошо, — омега улыбается, ибо Ёнджун произвел хорошее впечатление, но затем хмурится. — А этот ваш Сан? — Уён, будь повежливее! — сразу же говорит Ёсан и слышит фырк со стороны друга. — Все в порядке, — с улыбкой заверяет Бомгю. — Сан — один из охотников, как и Минги. — Но они не сравнятся с… — Тэхён хочет дополнить, но почему-то резко замолкает и вздыхает. — У вас что-то случилось? — решает спросить Ёсан, вспоминая сегодняшний разговор с Сонхва, который также что-то не договорил. Двое омег переглядываются, как бы спрашивая у друг друга, стоит ли рассказать ребятам о явно непростой ситуации. Решив, что омегам надо быть в курсе событий, Тэхён поясняет в чем дело. — Около недели назад меня и Бомгю поймали с другой стороны леса, и потому в город нас привезли не сразу. Наши старшие незаметно следовали за повозкой до самого Рейка, и их заметили прямо перед ним, — говорит омега, нервно заламывая пальцы. — Люди начали стрелять из луков и арбалетов, а старшие не хотели нападать. Хотели спасти нас… Видя, что Тэхёну тяжело вспоминать эту ситуацию, Бомгю кладет руку на его плечо и слегка сжимает. — Главный охотник и муж Вожака — Хонджун, решил взять некоторых людей на себя и увести их от Сана с Минги в глубь леса, но в противоположную сторону от поселения, — теперь уже говорит второй омега, и ребята все также внимательно слушают. — Когда все затихло и старшие не вернулись, а несколько людей пропало — нас все же увезли в город. Вернувшись, благодаря вам, в поселение, мы узнали, что Хонджун после того случая пропал. Двое друзей, словно не веря данному исходу рассказа, удивляются и переглядываются. — Как пропал? — мотает головой Уён. — И следов никаких нет? — Запах Хонджуна обрывается на утёсе, где также нашли следы его крови и несколько трупов тех людей, — сжимая переносицу пальцами, вздыхает Тэхён. — А спуститься вниз утёса нельзя? — аккуратно уточняет Ёсан, размышляя над данной ситуацией. — Утёс — одно из самых опасных мест на территории Вервульфов, он под запретом у нас. Если Хонджун и сорвался вниз, то… — Навряд ли он выжил, — прикрыв глаза, шепотом договаривает за друга Бомгю и, дабы не заплакать, закусывает губу. — Если бы нас не поймали… Ёсан бесшумно подходит к ребятам и обнимает их, а те удивленно распахивают глаза, из которых вот-вот хлынут слезы. — Вашей вины здесь нет, — немного отстранившись от омег, мягким тоном произносит Ёсан и смотрит теплым взглядом серых глаз. — Не корите себя, Хонджун явно не хотел бы этого. Ребята одновременно всхлипывают, а горячие слезы скатываются по щекам и падают на пол. Ёсан заботливо поглаживает омег по макушкам, думая, что у Вервульфов сейчас, мягко говоря, непростое время. Уён молча переводит грустный взгляд в окно, где виднеется темнеющее небо, на котором вскоре появятся маленькие звезды, что, возможно, будут проводниками для заблудших душ.

***

В Главный дом заходят двое уставших альф, которые за последние пару часов, в компании с другими охотниками, прошерстили несколько крупных участков территории. Пройдя в темную гостиную, где лишь горит слабый свет и чувствуется тепло от камина, ребята замечают одиноко стоящего напротив окна Вожака, что в руке держит какую-то вещь. — Сонхва, — негромко зовет его Минги, из-за чего названный дергается, — прости, не хотел тревожить. — Все нормально, — отвечает омега и спрашивает с надеждой в голосе. — Есть какие-нибудь зацепки? — Никаких, — опустив голову, кратко произносит Сан и трет пальцами глаза. — Совсем никаких. Сонхва на это прикрывает глаза и поджимает губы, но старается не подавать грустного и беспокойного виду. Он — вожак, — должен уметь контролировать эмоции, держаться стойко до самого конца. — Понял, — Вожак тихо выдыхает, вновь переводя взгляд в окно. — Спасибо вам, идите отдыхать. Альфы безмолвно кивают и покидают дом, оставляя Сонхва наедине с собой. Только это одиночество — безрадостное и тоскливое — все больше гложет омегу. Он, поднявшись на второй этаж в спальную комнату, где кое-как можно уловить еще один запах феромонов, облокачивается спиной на дверь и садится на пол. Сонхва обнимает колени руками и слегка бьется затылком о деревянную поверхность, давая слезам скатиться по щекам. Сморгнув неприятную пелену, омега устремляет синие глаза в распахнутое окно и глядит на темное небо, на котором уже рассыпались маленькие звезды и светит месяц. — Сонхва, ты — мой свет, — в голове всплывает до боли родной и любимый голос, а перед глазами стоит теплый янтарный взгляд. Сонхва втягивает носом свежий воздух, улавливая тонкий запах феромонов, что еще не выветрился, и вновь смотрит на вещь в своей руке, а точнее — на браслет из маленьких камней, которые сделаны из редкого белого минерала. — Я не могу без тебя, Хонджун... Я скучаю, — шепчет омега, зная, что в ответ не услышит ничего, кроме слабого шелеста листьев за окном.