Let me find happiness with you

Когда все собрались в гостиной, включая Ёнджуна и Бомгю с Тэхёном, которые из-за недавно пролитых слез до сих пор шмыгают носами, Хонджун рассказывает, что с ним произошло. — В тот день, я упал с утеса, — говорит альфа, и все понимают, какой день он имеет ввиду. — Но упал не в самый низ, а на небольшой выступ, благодаря чему остался жив. У меня были сломаны пара ребер, вывихнута нога и сотрясение. Возможно, я бы умер, если не помощь трех Отступников. Все, не считая двух людей, впадают в шок. — А кто это? — выгибая бровь, спрашивает Уён. — Отступники — Вервульфы, которые по разным причинам ушли из стаи, но их довольно мало, — поясняет Минги, на что омега активно кивает, как бы улавливая суть сказанного. — Да, и среди них был знахарь, который, собственно, и выходил меня, — продолжает Хонджун, держа ладонь Сонхва в своей. — Из-за серьезных ран, на восстановление ушло много времени, и даже после моего ухода от них, у меня все еще были проблемы со здоровьем. Я не смог отбиться в лесу от людей, но Ёсан с Уёном помогли мне. — Это, конечно, хорошо, но на кой черт вы пошли в лес? — все еще не понимает Сан, смотря на двух омег. — У меня было некое видение во сне, а после него внутренний голос кричал, чтобы я пошел в лес, — произносит Ёсан и глядит на своего друга. — Без Уёна я бы не справился. Уён мягко улыбается, обнимая омегу за плечи, и прижимается щекой к щеке, отчего Ёсан не сдерживает улыбку. — Но мне непонятны некоторые моменты, — более серьезно говорит Хонджун, обращая на себя все взгляды. — Во-первых, я абсолютно здоров, у меня ничего не болит. Совсем ничего. — Ах да, ты не знаешь, — вздыхает Сонхва, на что альфа вопросительно выгибает бровь. — Ёсан — целитель. Хонджун несколько секунд тупит взгляд, после чего изучает названного янтарными глазами, а Вожак мягко смеется с его реакции. Его мужа редко чем можно удивить, но вот данная ситуация явно заняла мозг альфы мыслительным процессом. — Что ж, это многое объясняет, — подняв уголки губ, отвечает Хонджун и кивает Ёсану. — Еще раз, спасибо. — Не стоит, Хонджун, это мой долг — помогать другим, — произносит омега и, переведя взгляд на Сонхва, улыбается. — Теперь понятно, почему ты не увидел Хонджуна в той технике. — Да, потому что он жив, — с ярким блеском в глазах отвечает Вожак, а альфа непонимающе смотрит то на одного, то на второго омегу, и Сонхва шепчет ему. — Я потом расскажу. — А что еще не понятно тебе? — интересуется Бомгю, вспоминая недавние слова старшего. — У одного из людей, с которыми я столкнулся, был вот этот знак, — говорит альфа и достает из кармана штанов нашивку, что заляпана грязью. На черном знаке нашита красного, даже кровавого цвета корона, отчего у трёх присутствующих расширяются глаза. — Насколько я помню, это знак чужого Королевства. — Эта нашивка, — шепотом говорит Сан, пристально смотря на знак, а после на Хонджуна, — она была у людей, которые убили Киёна. — Это знак Королевства Дарк, — сиплым голос выпаливает Ёсан, который со страхом глядит на нашивку и сжимает руку Уёна в своей. Реакция омеги озадачивает всех, кроме Уёна, что также беспокойно смотрит на знак. Только этого не хватало. — Откуда вы знаете? — с прищуром произносит Хонджун, которому уж очень не нравится реакция двух людей на нашивку. Ребята переглядываются, как бы спрашивая друг у друга одобрение на то, что пора все рассказать. — Скорее всего, те люди пришли за нами, — негромко говорит Ёсан, чувствуя, как внутри него все дрожит. — Но зачем вы нужны им? — Потому что, я — первый принц Королевства Дарк, а Ёсан — единственный Целитель на нашем материке, — отвечает Уён и, боясь увидеть реакцию Вервульфов, опускает взгляд в пол. — Что ты такое говоришь, Уён? — неверяще мотает головой Сан, что отказывается верить в сказанное. — Скажи, что это неправда! — Это правда, Сан, — произносит за друга Ёсан, в туманном взгляде которого образуется пелена. — Мы сбежали из Королевства, но не думали, что люди Короля будут искать нас тут, да еще и в лесу. Сан встает и быстрым шагом покидает дом, а Уён, не выдержав, идет за ним, чтобы во всем объясниться. Второму омеге же придется все рассказать остальным, что терпеливо ждут объяснений. — Ёсан, скажи причину вашего бегства, — мягким тоном просит Минги, обнимая Ёсана за плечи, а тот готов разрыдаться от того, что все время обманывал такого чуткого и понимающего альфу. — Все наше с Уёном детство проходило во дворце, нас постоянно держали под контролем, — говорит омега, смотря на свои руки в перчатках. — После смерти второго Короля — папы Уёна, — мы твердо решили, что покинем Дарк, так как Уёна тоже могли убить. — Но почему? — непонимающе спрашивает Тэхён. — Уён — первый кандидат на престол, но ему не сдалось правление. Второй наследник — Дэчжун, как раз хочет занять престол, но Король не видит в нем будущего правителя, да и один из наших законов гласит, что второй кандидат может занять престол, если первый будет не в состоянии сделать этого. Тут и гадать не нужно, что Уёна могут убить — отношения с его братом держатся на божьем слове. — Как-то… это все жестоко, — вздыхает Минги, все еще обнимая омегу за плечи и успокаивающе поглаживая. — Простите, что обманывали вас, — Ёсан по очереди смотрит на ребят и смаргивает слезы. — Мы хотели прошлое унести с собой в могилу, чтобы никто не знал о нем, но не думали, что Король кого-то пошлет на наши поиски. Простите. — Все в порядке, Ёсан, — садясь возле омеги, мелодичным голосом произносит Сонхва и аккуратно накрывает его щеки ладонями. — Вы многое пережили, причем не самое хорошее, и не хотели ворошить прошлое. Я понимаю вас. — Думаю, все обошлось, — говорит Хонджун, почесывая подбородок пальцами. — Навряд ли кто-то придет искать вас двоих в поселении Вервульфов. Все присутствующие кивают, а Ёсан понимает, что он и Уён нашли новый дом, в котором они смогут остаться. Уён выбегает вслед за Саном, чьи феромоны становятся более тяжелыми, но омегу это нисколечко не пугает. Для него сейчас главное — все рассказать альфе, что стал для него непросто учителем, но и защитником. Защитником его сердца. — Сан, пожалуйста, выслушай меня! — просит Уён и хватает Сана за руку. — Зачем? Чтобы я опять слушал твое вранье? — фыркает тот, смотря пристальным взглядом темных глаз на омегу. — Почему ты не рассказал мне? — Я не думал, что все так обернется, — искренне отвечает Уён и, держа альфу за запястье, опускает взгляд в землю. — Я знаю, что виноват и мне нет оправданий. Я хотел рассказать, но не знал как… как ты отреагируешь. — Что ж, теперь узнал, — сквозь зубы произносит Сан, после чего вырывает руку из ладони омеги. — Оставь меня. Альфа уходит в сторону леса, пытаясь унять в своей груди неприятное ёканье сердца, а Уён, оседая на колени, прячет лицо в ладонях и плачет. Плачет от того, что все это время скрывал правду от Сана. — Уён, пожалуйста, встань, — просит позади мягкий голос, принадлежащий Ёнджуну, который помогает омеге встать на ноги. — Поссорились? Уён, кивнув, облокачивается на альфу, дает новым слезам скатиться по щекам и чувствует приятные поглаживания по своему плечу. — Я не хотел… — Знаю, Уён, знаю. Вот увидишь, все образуется, — выдыхает Ёнджун, глядя на лес, где недавно скрылся его брат, а затем стирает большими пальцами соленую влагу с щек омеги и улыбается. — И с Саном помиритесь. Он вспыльчивый, но когда успокаивается и все осознает — становится шелковым. Уён кивает и поднимает уголки губ, тихо благодаря альфу за поддержку.