Потерянное не вернуть.

       Жади просидела в доме Латифы до вечера, и уже собиралась уходить, как домашний телефон начал звонить. Трубку поднял уже вернувшийся с учëбы Амин. Лукас, это был он, и звал к телефону свою пока ещë жену. На ватных ногах женщина подошла к племяннику. Мальчик отошëл в сторону чтобы не мешать. — Алло? Жади? Жади, прости за пощëчину. Я устал на работе, и к тому же выпил с Лобату. — Его голос звучал немного холодно, но он хотя бы извинился. Неужели передумал? Как ей хотелось в это верить. — Лукас… Ты передумал? — С надеждой в голосе ответила Жади. Глаза заблестели от слëз. — О Аллах. — Прошептала Латифа глядя на свою сестру, понимая что у той случилось что-то не хорошее. Молчание. Мучительное молчание. Спустя несколько секунд тишины, мужчина откашлялся, и продолжил говорить. — Нет. Просто хотел извиниться за пощëчину. Ты уже сделала аборт? В сердце что-то кольнуло. Жади еле как дрожащими руками держит телефон чтобы не уронить. Слëзы градом полились из глаз. Не передумал. Просто дал надежду. Латифа захотела подойти к ней, но не хотела мешать разговору. Видно как та начала переживать за свою сестрицу, и нервно водить полусогнутыми пальцами по губам. — Нет. За что ты так со мной? За что? Аллах проклянëт тебя! Ты сломал мне жизнь! — Уже срываясь на крик тараторила Жади всхлипывая. Лукас в ответ лишь тяжело вздохнул. — Жади, успокойся. У тебя есть родственники. Дядя Али тебя простил, и всегда примет в своëм доме. Тебе есть куда идти. — Он говорил об этом так спокойно, так непринуждëнно, и будто пытался оправдаться. — А от ребëнка советую избавиться. — Продолжил Лукас — Мне он не нужен. Эти слова лезвием прошлись по еë и без того разбитому сердцу. Бедняжка просто молча положила трубку, и с пустым взглядом направилась ко входной двери. Еë сестра схватила за плечи, и прижала к себе чтобы обнять. — Почему ты не сказала милая? Аллах..Оставайся тут. Куда же ты пойдëшь на ночь глядя? — Она искренне хотела ей помочь, но Жади была непреклонна. Поцеловав сестру в лоб, она выпорхнула за двери, оставляя чуть ли не плачущую Латифу позади. ----------------------------------------------       Саид пришëл раньше чем обычно, но сделка прошла отлично! Правда его это не радовало. Хадижа молниеносно подбежала к отцу чтобы обнять, и сердце немного оттаяло при виде дочки. Он даже улыбнулся. Жëны лишь дежурно поздоровались оставаясь позади, и выглядели как две тени. — Здравствуй папочка! — Звонким голоском поздоровалась девочка. — Здравствуй моя принцесса. Как ты? — Мужчина погладил свою малышку по голове. Руку неприятно жгло после сегодняшней ночи. Сколько Рашид сменил бинтов одному только Аллаху известно! Их просто почти не осталось в аптечке! — Завтра увижусь с мамой, я так рада! — Хоть это и поднимало ей настроение, но перед глазами Хадижи пронëсся недавний сон, от чего бедная затряслась, что мигом заметил Саид, и присел на корточки чтобы успокоить свою принцессу. — Что случилось милая? Что с тобой? Тебе не хорошо? — Он взял еë руки в свои чтобы удержать от падения в случае чего. — Я боюсь за мамочку!.. Мне такой плохой сон приснился! Я боюсь. У меня плохое предчувствие! Можно она приедет сюда? Пожалуйста папочка! — Ребëнок почти что плакал, и утыкался головой в плечо отца. Саид опешил, но обнял еë. Еë просьба была выполнима, но скольких же моральных сил ему она стоит. — Хорошо. Тогда позвоню ей, и вызову такси. Завтра.. Ему придëтся с ней встретиться. От этого факта что-то неприятно защемило в сердце, но так же появилась некая надежда. Может они помирятся?.. У Рании от злости челюсть повело, она ушла к Амине что сидела с Муниром, а Зулейке девочку стало жаль, ибо понимала как тяжело маленькому ребëнку пережить развод родителей, и видеть каждый день своего отца таким грустным. Хадижа натянула слабую улыбку, и поблагодарила папу за этот 'подарок'. Мать ей была дороже всякого золота и игрушек вместе взятых. Вторая жена осторожно сделала пару шагов вперëд, и предложила малышке посидеть с ней, на что последняя согласилась. С ней почти не было конфликтов, и то, они были только когда Зулейка только вошла в этот дом. После это сошло на нет. Саид проводил их взглядом, и тяжело дыша сел на диван. У него сильно разболелась голова. Если Жади приедет завтра, он сможет с ней поговорить, может дать ей ещë хоть тысячу шансов стать его женой снова. Хотелось искупить свои ошибки прошлого, из-за чего их брак затрещал по швам, а в итоге и вовсе развалился. Он виноват, и понимал это. Не смог вырвать из сердца свою марокканскую розу, не смог. Она ранила своими шипами, заставляя болеть не только тело, но и душу. Везде видел еë, и старался углядеть в своих жëнах что-то общее с Жади, но нет, ничего. Конечно понимал что Хадижа просила его увозить к ней чтобы попытаться помирить, но тот лишь трусливо прятался в тонированой машине, оставляя присмотр на служанку, лишь изредка выходя на свет чтобы позвать дочь если та забывала о времени или не хотела уходить, и бросал тоскливый взгляд на свою бывшую жену. Ему казалось что взять на себя тяжкий грех — убийство, не такая уж и плохая идея. Если бы не было этого Лукаса, Жади бы не ушла. Саид закрыл лицо руками, ибо глаза его налились слезами. Не хотелось чтобы кто-то увидел его в таком беспомощном состоянии. Словно брошеный котëнок он сидел тоскуя по своей любви. Казалось что мир утратил все краски с еë уходом, стал чëрно белым. Ни Мунир, ни жëны его не радовали, он не смог их полюбить. Словно чужие люди… Чужие. Словно это происходило не с ним. Словно это не часть его семьи. Всë стало серым. Всë стало бессмысленным. ------------------------------------------       Жади сидела на берегу моря и с тоской смотрела на горизонт. Любила всю жизнь человека, а сейчас он так поступает с ней. Приложив руку к животу, женщина тихо всклипнула. Надежды не оправдались, и даже ребëнок не спас ситуацию. Завтра всë будет. Завтра она встретится с дочкой, позвонит Зорайде и Дяде Али, сделает аборт как еë попросили, и уйдëт из этой жизни. Больше не будет никому мешать, трепать нервы. Поздно сожалеть и что-то делать как ей казалось. Вся жизнь прошла в мечтах которые в один момент разбились на осколки которые уже не склеить. Зачем сетовать на кого-то? Раньше ей казалось что все против неë, но только сейчас осознала как был прав дядя, как был прав Саид когда в очередной раз говорил о том, какой Лукас отвратительный человек. Жизнь заново прожить нельзя, ах как жаль. Волны бились о камни, всплески воды успокаивали. Звëздное небо было прекрасным. Жади было даже жаль что она не замечала ранее такой красоты. «А как там Лео? А Зейн? А Саид?.. " — Думалось ей. Смогла бы она полюбить хоть кого-то из них если бы не Лукас? Возможно. Но зачем гадать? Содеянного не изменить. Переживала она и за дочку, и за то, простит ли та еë за страшный харам – самоубийство. Эти мысли слишком крепко засели в еë голове. Желание со всем покончить было невообразимо огромным. Завтра всë прояснится. Завтра всë случится.Может вот еë мактуб? Умереть от собственных рук совершенно несчастной и одинокой..