симбиоз

мира раздраженно выдыхает и ловит себя на мысли, что находится он не в отношениях с двумя взрослыми парнями, а взялся за бесплатную подработку нянькой за двумя непослушными пиздюками, которые умеют только раздражать, кричать, толкаться и пытаются в эти толкания затянуть самого миру тоже. то один шапку не наденет, то второй шарф завяжет так, что вся шея останется голая. — а потом ноете, что горло болит, заболели, — снова ворчит, когда поправляет на денисе шапку. резкими, но по возможности мягкими движениями, заправляет ему за уши отросшие кудряшки, смотрит сверху вниз в эти щенячьи глаза и пытается не утонуть в этой любви, которая в них концентрированная. приходится отдернуть себя от сигитова насильно, чтобы не расплыться лужей, а продолжить строить строгую злую мамку. — н-неженки. дергает за концы шарфа, что криво повязан на шее маги, который стоит и в открытую смеется с дена. губы свои в улыбке растягивает, от которой возле глаз паутинки морщинок появляются. но когда мира тянет на себя, то точно такой же щенячий взгляд видит. насмешливый, но такой полный любви и покорности. — опять потом просить димана, чтобы у меня пожили, — бурчит почти что реалистично, если бы мага и ден его не выучили наизусть. потому что мира делает вид, что он такой весь сучный, как будто они не знают, что так он прячет заботу. потому что мира поймает за шкирятник, когда кто-то из них летит в пол носом. скажет, конечно, что этот кто-то еблан безглазый, но поставит на ноги и все равно все пылинки отряхнет (— гномы тоже должны смотреть под ноги). потому что даже когда ден случайно режет пальцы ножом на кухне, то колпаков заикается, что-то говорит, что внимательности у сигитова отрицательно что на мапе, что в жизни. но все равно самый первый среагирует и побежит за аптечкой (— это просто царапина, там даже крови нет, мир. — уйди нахуй от ножа, д-дурак). потому что мира по нос зароется в свой шарф, чтобы только глаза было видно. если бы мага и ден не знали его так хорошо, то даже подумали бы, что действительно его бесят. в реальности же мира просто прячет за теплой тканью свои красные щеки и тупую улыбку, которая только рядом с этими двумя появляется на лице. иногда мире кажется, что десятый инт вызвал эмоций не многим большим, чем то, как он себя чувствует в этих отношениях. — не заболеем, — пытается мага убрать с лица насмешку и смотрит глазами честными-честными. — ага, — поддакивает денис. — плавали, — закатывает глаза мира, отворачиваясь. потому что смущение на щеках не списать на холод уличный, не так уж и замерз. прячет руки в карманы пальто, смотрит куда-то в сторону речки, на набережной которой они и устроили прогулку (— выгул, — фыркал денис, послушно почти бежав за длинными шагами миры). но несмотря на похолодание и попытки выпасть снегу, внутри было поразительно тепло. мира сам себе завидовал. и за лирикой мыслей слишком поздно обратил внимание, что сзади него снова началась нелепая потасовка между магой и деном. обернувшись к ним с какой-то ужасно сопливой фразой, мира даже рта не успел открыть, чтобы сказать ее, потому что… потому что он точно не в отношениях с двумя взрослыми парнями, которые, как он думал, достаточно самостоятельные и разумные. он, блять, нянька двух непослушных детей, от которых он отвернулся всего на секунду, за которую ден успел подскочить к маге и начать тянуть его за концы шарфа. а руки маги стянули с того шапку и взъерошили волосы в еще больший беспорядок. — г-господи, какие вы ебланы, — мира прижимает к лицу ладонь и даже не пытается сделать свой голос менее мертвым.