Джин с Соком

      Саша ненавидела песню Си Си Кетч.       Ненавидела всей душой и телом, потому что слова и музыка забугорной певицы прочно ассоциировались у советской девчонки с кровью, синяками и прочими прелестями, оставшимися от мордобоя, красующимися на теле одного из её лучших друзей.       Ненавидела, потому что эта песня играла в люберецком клубе, когда они с ребятами прилетели туда на Линкольне Космоса, а Сашу толпой избивали тамошние имбецилы.       Ненавидела, несмотря на смысл песни, говоривший о том, что не надо сдаваться, нужно держаться за свои мечты.       Но сейчас, когда по иронии судьбы, в клубе решили включить популярную музыку девяностых и зазвучал уже знакомый голос Си Си Кетч, вещающий всё о том же, Сашка подумала, что не так уж и сильно она ненавидит эту песню.       По крайней мере, в руках ранее под неё избитого, а сейчас с улыбкой танцующего Белого – точно.

***

– Тебе чё надо? – угрожающе посмотрел Кос на вздумавшую припереться к беседке Елисееву.       Она понимала, что уже ничего не исправить. Даже если она сейчас стояла, как раньше, в обычном спортивном костюме, без косметики и с простым хвостиком. Прежняя Ленка Елисеева.       Но загвоздка была в том, что прежнюю Ленку уже не вернуть. Да и всех их тоже. Они все изменились. Кто-то в лучшую, кто-то, как она, в худшую.       Но оправданий у неё нет. Даже то, что не хватало денег – не оправдание. Другие девчонки из кожи вон лезли, но не позволяли себе опуститься до такого. А она позволила.       Валера и Витя не встревали, замерев в беседке, Саша просто смотрел на Лену с полными разочарования глазами, а Кос, казалось, ещё чуть-чуть, и начнёт гнать Елисееву поганой метлой.       Но метлы в Линкольне не было, а в руке Холмогорова была лишь сумка с выпивкой, которую он закинул себе за спину. Из этого следовало, что держать теперь, в случае чего, нужно было не Белого, а Коса.       Но ребята просчитались.       Никто из них, скованный напряжением, не заметил, как быстро и юрко маленькая тёзка Белого переместилась из заднего сидения машины к Елисеевой. Ступор отпустил парней только тогда, когда манекенщица свалилась на траву, глухо завывая, а на неё сверху села, прижав за горло к сырой земле, разъярённая Бесова, разбившая блондинке нос лишь одним точным ударом. – Ты совсем охуела, дрянь?! Ты какого члена сюда припёрлась?!       Присвистнувший от шока Пчёла уже было ринулся отцеплять подругу от изменщицы, но Фил придержал его – не надо мешать Сашке разбираться.       У всех присутствующих было желание всечь Ленке, но они же мужчины – девушек не бьют. А вот Санька вполне могла себе позволить такую вольность. За что каждый ей был тихо, но благодарен.       Кос, впрочем, хотел повторить поползновения Пчёлкина, но ему не позволил уже сам Белый.       Холмогоров мог поклясться – в этот момент он видел в глазах лучшего друга благодарность, некое подобие радости и гордость. Но всё это мигом снова скрылось за маской равнодушия.       Парни больше не хотели влезать, ясно поняв – их друзья уберегли их от участи попасть под горячую руку Беса. А это будет пострашнее, чем попасть под горячую руку Юрия Ростиславовича.       Тот просто кинет уничтожающий взгляд и повысит голос. А эта бесшабашная изобьёт до полусмерти, успев поверх этого открыть в тебе несколько гештальтов так, что ты действительно поверишь в собственное мудозвонство.       Но в данный момент в, с виду хрупкой девушке, не было и капли терпения и выдержки, поэтому она просто орала на Лену, доводя до её сведения своё мнение о ней. – Сашу из-за тебя избили, а он просто хотел поговорить с тобой! Его чуть не грохнули! А ты поверь, – Бесова, пользуясь теми силами, что давала клокочущая в ней ярость, ещё больнее сдавила горло блондинки так, что та начала хрипеть. – если бы это, не дай Бог, случилось, я бы тебе все ноги, все руки переломала, вывернула наизнанку, засунула в глотку и сбросила бы с многоэтажки, чтобы ни один судмедэксперт нихера не разобрался!       Впали в состояние тотального шока все. Ни один из друзей никогда не видел Бесову в таком бешенстве.       Вдруг, Саша встала с Лены и не дожидаясь, пока та хоть немного придёт в себя, схватила за волосы и поволокла дальше от беседки, явно наплевав на крики Елисеевой и то, что может оставить на блондинистой голове неплохую плешь.       Вот тут Пчёлкин и Филатов присели. Благо около лавочек стояли.       Именно в этот момент они окончательно перестали воспринимать Шурика как простую девчонку.       То, что она ходила на бокс вместе с Валерой, дало свои плоды.       Крикнув, на грани рыка: «Пошла вон!» и дождавшись, пока девушка, спотыкаясь и оборачиваясь, быстро скрылась, Шурик, наконец, посмотрела на друзей.       Сдув выпавшую из растрепавшегося высокого хвоста каштановую прядку, Саша подошла к своему тёзке. И виновато на него посмотрела.       До неё только сейчас дошло, что она натворила. Белый точно этого не одобрил бы.       Она боялась отнюдь не того, что Елисеева побежит в милицию.       Саша боялась осуждения лучшего друга.       Но тот, вдруг, усмехнулся, покачал головой и притянул подругу к себе, обнимая её намного крепче, чем обычно.       Наконец, парни отмерли и заулюлюкали, громко смеясь и обсуждая тяжёлую руку маленькой подруги. – Маленькая моя. – с теплотой и сквозившей в голосе улыбкой проговорил Белов, прикрыв глаза и зарывшись носом в по-родному пахнущие сиренью волосы названной сестры. – Не нужно было. – Ты издеваешься?! – тут же отстранилась от него Бесова, схватив парня за плечи. Но Саша всё равно смотрел на неё так же снисходительно и с такой же теплотой, граничащей с гордостью.       Он был безмерно рад и горд тому, что она заступилась за него, не дала Лене снова задеть его за живое и прогнала. Но он так же понимал, что не должен поощрять насилие. Должен, как старший брат, наставить на путь истинный.       Но не мог. Сил просто не осталось. Лена своим поступком просто разорвала его душу на кровавые ошмётки, которые в силах были как-то собрать только они – его друзья. И то, что сейчас устроила Бесова, заставило и его, и остальных парней, лишний раз убедиться – Бес всегда будет рядом. Единственная девчонка, которую они приняли в детстве в свою компанию. Единственная девчонка, которую они любили, как свою сестрёнку.       Единственная девчонка, которая будет всегда им верна, преданна и всегда будет на их стороне. И им повезло. В свете последних событий они могли потерять веру в то, что остались нормальные девушки, кроме Сашки.       Каждый раз, стоило кому-то из них посмотреть на солнечную улыбку этого бесёнка, как сомнения развеивались – пока что, её им хватает. Пока что, она для них – самая светлая, самая добрая, самая верная и лучшая. Их сестрёнка.       И всё это Саша видела в глазах своего тёзки. Видела то, как он благодарен ей, но не мог закрыть глаза на насилие, противником которого всегда был. Он просто не мог на неё злиться.       А она на них.       Поэтому, зеленоглазая просто взяла, щёлкнула Белова по носу, заставив улыбнуться, и приобняв за плечи, повела к друзьям в беседку. У них сейчас и так есть, о чём думать.

***

      Услышав выстрел совсем рядом, Кос и Витя, уже закалённые подобным, мигом пригнулись и обернулись назад, но увидев стрелявшего, расслабились.       Саша стояла с занесённым в их сторону Макаровым, который ей буквально недавно подарил Белый, на замену старому ТТ-шнику, перешедшему ей, как было в шутку сказано, по наследству от Космоса.       Но целью девушки были не бригадиры. А Крыса. Крыса, которой они все доверяли. И которая сейчас лежала на холодном асфальте, во дворе офиса свежеиспечённого депутата Белова Александра Николаевича. – Кос, подгони машину, бегом к Филу!       Шок мигом прошёл, а осознание того, что если бы не Мелкая, они с Витей сейчас лежали бы вместо Карельского, со вспоротыми глотками, они успеют потом обмозговать. Сейчас главное успеть к Филу.       И Холмогоров, еле успев кивнуть и поблагодарить всех известных Богов, что носит ключи постоянно с собой и за ними не надо бежать в офис, тратя бесценное время, припустил к Мерседесу, припаркованному в наглую у крыльца.       В такие моменты со стороны могло показаться, что между этими индивидами существует какая-то телепатическая связь – каждый знал, что нужно делать именно ему, без чужих подсказок. И это здорово выручало.       Саша, перебросившись несколькими словами с Пчёлкиным, лишь на секунду задержала на его лице тревожный взгляд, понимая, что могла не успеть, но отмахнулась и едва улыбнувшись на ободряющее подмигивание самого Пчёлы, обыскала тело Макса и найдя помимо ножа пистолет, взяла с собой, подбежав к притормозившему с визгом шин около неё Косу.       Витя же понёсся обратно в офис, предупреждать Белого и разбираться с телом.       Покрышки снова оглушающе заскрипели и иномарка Холмогорова понеслась, нарушая все правила, которые только можно было. Но им было плевать. Главное – успеть, спасти, уберечь. А со штрафами... Да и хер с ними. Это несоизмеримо с двумя жизнями.       А Саша была уверена, что Тома, как обычно, не покидала палату Валеры даже ночью. И поэтому уповала на то, что Филатова, всё же, сможет разлепить веки, несмотря на чудовищную усталость, и поднять трубку.       И Тамара подняла, вселяя в Коса и Шурика надежду на то, что они успеют. Тома тоже давно в этом варилась и прекрасно понимала, что звонок от Бесовой посреди ночи не сулит ничего хорошего. – Тома! Тома, слушай меня очень внимательно! – тут же затараторила Сашка, еле удержавшись за ручку двери и не завалившись на колени Космоса при резком повороте. – Запри дверь в палату, подвинь к ней что-нибудь тяжёлое и сиди тише воды! К вам могут наведаться гости. – Поняла. – сонный и тихий голос жены Филатова мигом сменился на осознанный и серьёзный, хотя Саша знала – Тома очень нежный и добрый человек, в отличие от неё, но в панику впасть себе позволит только после того, как всё закончится. – Тома, в ящике стола лежит пистолет. Возьми его и перезаряди, как я тебя учила. – услышав в трубке звуки судорожно отодвигающегося ящика, а потом характерного щелчка затвора, Саша на мгновение выдохнула, но тут же отмахнулась от удивлённого взгляда Космоса, шикнув «Я сама его туда положила, доволен?». – Будь наготове. Мы уже совсем рядом. – Хорошо, Саш. – и в этот момент, Бесова услышала, как задрожал голос девушки. У самой, в этот момент, опустилось всё нутро.       Нет, они успеют. Они не могут не успеть. Они не позволят ни Филу, ни Томе умереть. Саша никогда не простит себе этого.       Наконец, когда время начало казаться просто ужасно резиновым, машина аккуратно припарковалась со стороны заднего въезда скорой, чтобы не навести шуму и не спугнуть возможного убийцу.       Друзья мгновенно вылезли из машины и в несколько особо быстрых шагов и прыжков преодолев подъездную дорожку и лестницу крыльца, подобрались к двери.       Та оказалась взломана.       Космос и Саша переглянулись, передёрнули затворы на пистолетах и аккуратно вошли, стараясь не оставлять «пальчиков», на всякий пожарный.       Охранник в холле был вырублен, пульс у него, по словам Александры, слава Богу, был. Они двинулись дальше.       За финальным поворотом ребята услышали еле уловимые шаги и тут же притаились за стеной, осторожно выглядывая из-за угла.       К палате Фила почти неслышно подошёл какой-то мужик во всём чёрном, с пушкой в левой руке. Он стоял спиной к бригадирам, стараясь открыть дверь отмычками, видимо, полагая, что она заперта.       Мысленно отдав должное расторопности Томы, Саша знаками дала понять Космосу, что пойдёт вперёд, попытавшись, в силу своей маленькой комплекции, бесшумно подкрасться сзади.       Тот возражать не стал, прекрасно зная, на что способен их Бес, и так же знаками предупредил, чтобы Сашка мигом ложилась на пол, если эта тварь её услышит и начнёт стрелять.       Девушка кивнула, всё же уповая на то, что им не придётся ставить на уши всю больницу, и посмотрев на Холмогорова таким же взглядом, каким недавно смотрела на Пчёлкина, одёрнула себя и аккуратно вышла из-за угла, перед этим сняв сапоги, бесшумно передвигаясь в одних носках.       Но, видимо, кому-то не нравилось, что пока всё шло так относительно гладко.       Киллер, плюнув на неблагодарное дело с отмычками, развернулся, очевидно, решив выйти и пробраться через окно.       И столкнулся едва ли не нос к носу с успевшей подкрасться слишком близко Бесом.       Секундный ступор и крик начхавшего на ночное спокойствие пациентов Космоса.       Но Бесова среагировала быстрее, понимая, что хотя бы эту мразь им нужно взять живым.       Пригнувшись, уходя от удара слева, девушка тут же ответила ударом в живот, заставляя незадавшегося убийцу согнуться пополам.       Мигом выпрямившись, шатенка ногой выбила ствол из руки мужчины и вторым ударом по голове свалила его на пол. Тот, от такого резкого знакомства с не самой чистой поверхностью, отключился.       Дождавшись, пока неодобрительно на неё глянувший Космос подбежит и возьмёт мужика под свой контроль, Саша кинулась к двери в заветную палату. – Тома! Тома, это я! Всё хорошо. – услышав всхлип и то, как отодвигается, по всей видимости, шкафчик, Саша до крови прикусила губу. Дверь распахнулась. – Всё закончилось, моя хорошая.       Филатова с громкими всхлипами тут же кинулась в заботливо распахнутые объятия подруги, содрогаясь у неё на плече. Пистолет Тамара предусмотрительно оставила на многострадальной тумбе. – Всё хорошо, маленькая моя. – с вымученной улыбкой повторила Бесова, с наполняющимися слезами глазами смотря в глаза Валеры.       Понятное дело, он не спал. Но Сашка даже не представляла, какого ему – проснуться после стольких месяцев комы практически овощем и просто бессильно наблюдать за тем, как твоя любимая женщина пытается защитить тебя и себя. Невыносимо.       По лицу Фила, огибая кислородную маску, скатилась слеза, сжимая сердце Бесовой и заставляя всё её нутро сжаться.       Космос на заднем плане, уже успел достать простыню из всё того же шкафчика, разорвать её и связать лоскутами недокиллера. А Валера благодарно и долго моргнул Саше, пристально глядя в её, такие родные, зелёные глаза. – Братан... – наконец, произнёс освободившийся и запыхавшийся Холмогоров, на негнущихся ногах заходя обратно в палату и наклоняясь к Филатову, аккуратно утыкаясь лбом тому в грудь. – Твою маму, успели... Сань, мы успели... – Успели, Космик. – сквозь слёзы улыбнулась Бесова и оставив почти что материнский поцелуй на макушке более-менее успокоившейся Томы, убрала пистолет за пояс штанов и набрала Белого, от которого уже насчитала десять пропущенных. Благо, телефон был на беззвучном и Белый своими истеричными попытками дозвониться их не спалил. – Мы успели, Белый...       И именно в этот момент решил прибежать на шум явно уснувший в своё ночное дежурство медперсонал. Их взял на себя Космос, тут же с порога в лоб решив идти в атаку, апеллируя тем, о чём подумала Сашка. – Саня, блять! Ещё раз трубку не возмёшь, я тебе её в задницу запихаю!       Бесова лишь тихо засмеялась и присела на стул Томы около койки Фила, беря того за ладонь, ничуть не обижаясь и не беря слова друга всерьёз. В нём сейчас говорили страх потери, неизвестности и напряжение. Филатов, на радость шатенки, очень даже крепко для своего положения, в ответ сжал её ладонь.       В этот момент кому-то из врачей позвонили. Те успели сообщить о проникновении, но не договорили и сбросили и им перезванивали из милиции. И на звонке стояла та самая дрянная песня Си Си Кетч.       Бес уронила голову на грудь в беззвучном, истерическом хохоте.       Экая у Судьбы ирония!       Через какие-то несчастные двадцать минут подъехали и Пчёла с Белым, подобно тайфуну врываясь в палату. К этому моменту с медперсоналом было всё улажено.       Только главный бригадир показался в проёме, а его бешеные глаза забегали по помещению, друзья выдохнули. – Идиотка... – выплюнул Белов, кинув взгляд на Бесову, когда удостоверился, что с Филом всё нормально и успел выслушать от Холмогорова всю историю.       Верные ребята уже увели связанного Космосом киллера. В палате остались только самые близкие. И Белов решил отпустить себя. – Слышь, Белый, не перегибай. – тут же ощерилась зеленоглазая, недовольно зыркнув на мужчину. – Я всё понимаю, отходняк, но не надо так.       На это он ничего не ответил. Лишь встал со стула и за какие-то секунды преодолев расстояние до окна, о подоконник которого поясницей опиралась его тёзка, прижался к ней и впился в её губы резким, ничуть не нежным, но отчаянным поцелуем.       Повисло молчание.       Но стоило Бесовой отойти от шока и самой прижаться к Белову, быстро и ничуть не романтично запустив руку в его волосы, как в палате поднялся довольный гул. – Ну нахера ты полезла на рожон? – прижавшись своим лбом к её, Саша с упоением ловил сбившееся дыхание шатенки, чувствуя её пальцы, сгребающие в кулак его волосы на затылке и ткань рубашки на спине. – Он же мог тебя убить... – По-твоему, Белый, нужно было дать Косу его пристрелить и оставить кучу свидетелей, которые мгновенно высыпали бы в коридор? Да и к тому же, мы бы из него тогда точно ничего не вытащили бы.       Александр только тихо засмеялся и снова припал к губам такой любимой подруги, понимая, что его постоянно откладывающийся разбор полётов касательно его изменившихся чувств к Саше мог вообще не произойти.       Постоянно отдёргивал себя, мол «Потом, потом». Не верил самому себе, что начал к ней что-то чувствовать. Она же всё равно, что сестра!       А сегодня он мог потерять их всех. И это дало какой-никакой, но толчок к активным действиям.       И пусть она потом отпинала бы его за это. Пусть. Зато он понял. Понял, разобрался и принял. А она приняла его. – Маленькая моя... – произнёс Белов так же, как несколько лет назад, даже не пытаясь уместить в этих двух словах всю любовь, всю нежность, весь трепет и благодарность, что он испытывал к этой маленькой, но сильной девушке – не получилось бы. Но она и так это чувствовала.       А остальные бригадиры где-то на задворках сознания этих двоих что-то довольно улюлюкали про них, благодаря всю небесную канцелярию, что эти два огненных идиота, наконец, прозрели.       Всё же, весело будет Стрельцу и Льву в отношениях. И их друзьям с ними.