Очевидная история, как драма

      Йерим стояла напротив небольшого продуктового магазинчика и проверяла указанный адрес. Когда девушка удостоверилась в его правильности, она сделала глубокий вдох и прикоснулась к дверной ручке. Переезд в новый район, как таковым «новым» не назвать. К сожалению, она приехала туда, откуда когда-то начинали её родители. Вернуться в неблагополучный район спустя много лет — не самая лучшая затея, особенно, когда ты студентка престижного университета, который расположен на другом конце города. Но это её новая реальность, после того, как отец обанкротился и на фоне всех вытекающих проблем совершил суицид. Поэтому ей жизненно необходима была сейчас работа и начать всё с нуля.       Йерим поставила себе две главные цели — это не скатываться в учёбе, чтобы продолжать бесплатное обучение, хотя многие до сих пор думают, что семья Ким купила дочери обучение. Вторая же цель девушки — это работа. Она была нужна для того, чтобы содержать себя, мать и свои походы к психологу.       Йерим нужно было просто выжить.       Именно она нашла отца повешенным в собственном кабинете. Больше месяца Йерим не хотела об этом говорить. Девушка не нашла в себе силы, чтобы достойно проводить его в последний путь, отстранённо наблюдая издалека скопление людей на кладбище.       Лицемерную толпу.       Йерим была практически уверена, что среди всех людей мог быть тот, кто помог отцу лишиться всего, ведь Вселенная так и работала. Если кто-то что-то терял, другой непременно это находил. Девушка много думала в те дни. И пришла к страшному выводу: она потеряла не только отца, но и человеческие чувства, ранее ей свойственные. Никто не посмеет обидеть стальной металл или лежачий камень, который никому не мешает. Она просто должна жить так, чтобы никто не тревожил её и не имел смелости даже для попытки сближения. Поэтому Ким носила полагающуюся маску на своём лице вот уже около полугода.       Возможно, лицемерно.       Возможно, она в итоге навредит себе.       Но разве сможет судьба нанести ей настолько печальный удар ещё раз?       Девушка мотнула слегка головой, прежде чем зайти внутрь магазина, прогоняя внезапные мысли о своём бытии.       — Здравствуйте. Я Ким Йерим, —Йерим, как и полагалось, поклонилась и постаралась улыбнуться, показывая весь спектр своих манер, если в этом районе кто-то о них вообще знал. — Я звонила пару часов назад.       — А-а-а... Это, — пожилая женщина машинально махнула рукой. — Помню, помню, — госпожа обошла витрину и оказалась вскоре около Йерим, не запрещая себе окинуть её изучающим взглядом от макушки до пяток.       Девушка хоть и старалась влиться в местный колорит, но всё ещё выделялась своими «городскими замашками». Успела она и выучить эту нелестную фразу, иногда доносившуюся её слуху.       — Вам ещё требуется сотрудник? — колко поторопила её Йерим, не желая растрачивать своё время попусту.       — Да. Но... — женщина запнулась. — Уверена, что тебе подходит эта работа? Ты не похожа на ту, которая готова работать в каком-то небольшом ларёчке, — произнесла она, подпирая свой подбородок одной рукой.       — Иначе бы я стояла здесь? — недовольно вскинула бровь девушка. Почему бы людям просто не оставить её в покое и перестать делать выводы лишь по одежде?       Пусть хоть что-то напоминает ей о прошлой жизни.       — Да кто вас знает, молодежь. Ладно, — обессиленно выдохнула женщина. — Давай посмотрим, на что ты способна. Но скажу сразу, — госпожа поучительно взмахнула указательным пальцем в подкреплении своих серьёзных намерений, — здесь нужно работать! Это единственное, что кормит меня. Так что не расстраивай старушку, — женщина тяжело опустила плечи, напоминая самой себе своё печальное финансовое положение и плачевный выбор среди тех, кто готов идти на эту вакансию.       — Я готова. Если буду получать взамен нужную денежную сумму, — Йерим тонко намекнула, что работа за «спасибо» и «Ваша зарплата задерживается» её совершенно не интересует. И судя по закатившимся от недовольства глазам госпожи, она всё поняла.       На удивление, оставшиеся время, что девушка пробыла в магазинчике, прошло незаметно и даже продуктивно. Госпожа Лим смягчилась и добродушно помогла ей найти нужный баланс. В принципе, женщина делала на неё большие ставки. Ведь молодая и ухоженная девушка — куда лучший сотрудник чем она, даже при всей своей холодной отстранённости. Значит, есть доля вероятности, что посетителей станет больше, а соответственно и прибыли тоже. Йерим же не была полностью удовлетворённой работой, но выбора у неё не было. Да и близкое местонахождение с домом — это тоже огромный плюс. С учётом того, что ей нужно будет возвращаться каждый раз после одиннадцати вечера. Она и сегодня осталась с госпожой Лим до закрытия, дабы получить полную инструкцию по окончании рабочего дня.       На следующий день Ким пришла, как и полагалось, к семи утра, заранее договорившись об этом с женщиной. Девушка перед сном посчитала свои будущие смены и количество дней, которые она сможет посвятить учёбе, имея даже незначительные пропуски из-за работы, и пришла к утешительным выводам, что дало ей первоначальную почву для стремления вернуть себе хоть малую долю уверенности в следующем дне. Пусть она не Феникс, но восстать из пепла планировала. Йерим держалась только на этом. На том, что всё обязательно изменится, если она будет усердно трудиться. Но порой она срывалась, а перед глазами — тело отца... В такие дни Йерим незамедлительно направлялась к своему психологу, к которому её приставили после смерти господина Кима и больше месяца молчания. В чём был ещё один плюс такого рабочего графика — у неё не было времени думать о том, как всё было раньше и чего она лишилась к своим двадцати двум годам.       Время шло и вот уже третью неделю Йерим разрывалась между учёбой и работой. По ночам, перед тем, как отключиться от реальности и усталости, она мечтала о том, как для начала изменит свою маленькую комнатушку. Как поднимет настроение маме чем-то вкусным и красивым. Ведь женщина тоже привыкла к тому, что ранее их жизнь была роскошной, и сейчас госпожа Ким находилась в подавленном состоянии в стенах своего прошлого. Ей не помогали никакие доводы дочери, что всё было бы гораздо хуже, будь этот дом уже продан кому-то, и им бы просто не было куда идти. Женщина ничего не хотела слышать сейчас, но Йерим не теряла надежды достучаться к единственному родному человеку. И каждый вечер она тихонько подкрадывалась в комнату госпожи Ким и, еле притрагиваясь губами, оставляла тёплый поцелуй на щеке, чтобы утром вновь стараться для них двоих.

***

      Звонок от госпожи Лим застал младшую Ким за завтраком.       — Здравствуйте, — ответила девушка, включая громкую связь на своём телефоне и оставила его на столе.       — Наверное, я тебя потревожу, но старушка к тебе с просьбой, — Ким сразу услышала больной голос хозяйки и, нахмурившись, приблизилась поближе к динамику.       — Вы не здоровы?       — Да...       — Вам нужно открыть магазин? — Йерим старалась быть спокойной, но ветающая в воздухе ситуация, которая лишит её выходного дня, заставила неосознанно перебить женщину и негромко цокнуть.       — Да, если бы ты смогла, — несмело проговорила нужные слова госпожа Лим.       — Желания особого нет, скажу честно, — Ким встала из-за стола и, взявши телефон в руки, направилась в свою комнату. — Но если однажды мне нужен будет внеплановый выходной, мы будем в расчёте, — в своей манере озвучила Йерим.       — Конечно, — беспрекословно согласилась госпожа Лим.       Женщина наспех рассказала молодой подопечной о дополнительных вопросах касательно работы и любезно попрощалась, заметив за собой, что стала чувствовать себя немного иначе рядом с Йерим. Стала более мягкой и приветливой. Девушка же, в свою очередь, не могла похвастаться такими же успешными изменениями. Она, конечно, стала уважать женщину больше и благодарила, когда нужно. Но каких-либо чувств, трогающих её сердце, не было. Это распространялось и на покупателей, с которыми она пересекалась на протяжении всего дня. За первые месяцы она уже успела изучить постоянных людей. Молодого мужчину, который всегда покупал дочери одни и те же конфеты. Пожилую госпожу, которая любила есть рамён сразу на месте и запивать холодным чаем.       Кстати о холоде...       Чёрные, отстранённые глаза парня, неприступный взгляд которых заставлял её тело содрогаться, она тоже успела хорошо запомнить. Он был всегда в тёмной одежде, будто его жизнь не была достойна других красок. Никогда не улыбался и мало говорил. Вёл себя так... как будто он умер, но всё ещё видит этот мир. А его постоянные сопровождающие — это личные демоны или палачи. К великому счастью Ким, компанию молодых людей она видела редко и зачастую в обеденное время. Йерим потом узнала от местных, что рядом находился университет и, скорее всего, они оттуда. В принципе, ребята и без этого имели уже установленную репутацию в этом районе.       Устрашающую.       Иначе почему от приветствия чёрного демона у Йерим каждый раз нагнетающая пульсация в районе солнечного сплетения.       — Привет, малыш, — Тэхён надменно соприкоснулся локтями с витриной и смотрел на неё насмешливым взглядом. А у Йерим будто эхом остались его слова и щекотали слух, заставляя вслушиваться по новой.       — Здравствуйте, — коротко ответила девушка, пытаясь уверенно смотреть на него и не уводить взгляда, но тихий шепот товарищей парня заставлял отвлекаться.       — Однажды мы перейдём с тобой на более чувственное приветствие. Ты как любишь? — брюнет лениво наклонил голову в одну сторону и искусно облизал свои губы, ликуя внутри от собственного превосходства над людьми.       И, конечно же, в данный момент над Йерим. Ничего особенного в ней не было для Тэхёна, очередная новая игрушка, только злости и презрения к ней было больше, чем к другим людям. Потому что даже обычный взгляд девичьих глаз говорил о том, что она брезгует. Её надменность читалась и в движениях, и в речи.       — Я люблю взаимно, — Йерим не прекращала наблюдать и за остальными людьми в магазине.       Особенно за тем, кто так умело игнорировал её и в данную секунду заставлял ощущать горький вкус поражения, что, конечно, расстроило девушку и разозлило. Поэтому привычный диалог с Тэхёном доставлял ещё большего дискомфорта. Ведь в какой-то мере Йерим боялась его, тело бесконтрольно вздрагивало, стоило ему появиться на горизонте.       Но сейчас на пьедестал возвысились иные чувства.       — А я не люблю отказов. Вот незадача, — голос парня стал немного грубее, особенно сильно хотелось сжать руками её скулы, когда заинтересованный взгляд Йерим был подарен не ему. — Ненавижу, когда меня игнорят, — не имея нужного терпения, Тэхён вскипел. Он облокотился одной рукой на витрину, а второй крепко схватил подбородок девушки. — Кто посмел отнять драгоценное время, которое ты должна тратить на меня?       — Что? — Йерим была сбита с толку, испуганный взгляд вцепился в тёмные глаза парня, а зрачки послушно смотрели лишь на него.       Будто он и правда был всесильным и от него зависела её жизнь.       — И что мне с тобой делать? — рука Тэхёна всё так же держала её лицо, внимательно осматривая каждый контур, на котором читался его любимый жанр — страх.       — Отпусти! — наконец-то Йерим немного пришла в себя и избавилась от ненужных прикосновений к своей коже.       Голос её был нестабильным, но стойкая уверенность ощущалась во взгляде, который она тут же перевела в сторону, когда около разозлившегося от её действий Тэхёна появился Чимин.       — Нам пора, Тэ, — спокойно произнёс парень, поочередно награждая беглым взглядом Тэхёна и девушку.       — Идём, — парень свёл брови к переносице и умышленно цокнул зубами перед лицом девушки настолько близко, насколько позволяло расстояние между ними. — Я за себя не ручаюсь, если встречу тебя ещё где-нибудь, — Тэхён задействовал весь свой ликующий тембр в голосе и спокойно произнёс слова, будто он не собирался запугивать Йерим.       Девушка ощутила, как холодок прошёлся по её коже, оставляя терпкие следы страха на теле. Но, с другой стороны, Йерим была приятно одурманенной, ведь пока только им удалось пошатнуть её выстроенную схему бесчувствия.       Только им.       Чёрным глазам и тому, с милой родинкой на мизинце, невзначай замеченной.       Однажды она услышала, как его зовут. Чимин. Он был таким же грубым, как и все. Таким же вызывающим. Но почему его имя такое мягкое и воздушное?       Возможно, эта ассоциация пришла к ней, когда она встретила парня у моря, пока тот стоял на пирсе, облокотившись на деревянные стёртые перила. Без своих друзей Чимин выглядел совсем другим. Йерим не нужны были знакомства, но единственное место, которое она полюбила в этом районе, был как раз таки пирс. Но она немного удивилась, увидев здесь кого-то ещё. Обычно она была одна. Кажется, местные жители и не знали про эту местность, ну или не очень любили посещать. Девушка нашла на чердаке их старого дома раскладной стул для походов, который прямо сейчас разместила неподалёку стоявшего парня. Он медленно обернулся, когда заметил боковым зрением движение рядом с ним, а когда услышал досадный вздох, любопытство приумножилось, заставив его полностью переместиться к Ким.       — Если хочешь остаться без куска платья, так и скажи. В следующий раз я приду со своим псом, — голос парня был монотонным, несмотря на его активные попытки помочь девушке с тем, чтобы освободить часть ткани её длинного платья, застрявший между конструкцией стула. Чимин так долго посвятил время себе и своим одиноким мыслям, что не заметил, сколько ерунды наговорил сейчас незнакомке.       — Спасибо, — Ким не прятала своего возмущения от его слов, но кое-как поблагодарила, поправив подол платья. Девушка расположилась на мягкой сидушке и открыла только что приобретённый журнал. Решение не обращать внимания на парня пришло к ней в тот же миг, когда он отчитал её как подружку, не имея ни капли тактичности.       Бесил.       — Думаешь, тебе это понадобится? — хорошо или плохо, но Чимин не мог читать мысли девушки, поэтому, по его ощущениям — это она ворвалась в его личное пространство. Да и ему казалось, что он совершенно разучился общаться, как ранее, окружив себя компанией Ким Тэхёна и остальных. Поэтому ему не нужны были люди рядом. Особенно девушки.       — Что? — медленно шевеля губами, поинтересовалась Йерим. Она приподняла голову так, чтобы следить за действиями парня, но он, наоборот, отдалился и вновь принялся смотреть вперёд, прямо на морскую воду.       — Все эти модные заголовки, которые кричат о том, чего ты не получишь, живя здесь.       — Поэтому я работаю над собой, — фыркнула Ким, не понимая, почему должна объяснять очевидные вещи взрослому человеку.       — Ты работаешь в маленьком дешёвом магазинчике, а не над собой, — Чимин не смог остановиться и безудержно выплёвывал свои мысли.       — Послушай, Чимин... — но девушка запнулась, как только заметила резкие шаги молодого человека, который мигом оказался рядом с ней.       — Не произноси моё имя и не запоминай. Поняла? — сквозь зубы прошептал парень, склоняясь к Йерим достаточно близко, облокотившись руками на стул.       — Какого чёрта сам ко мне полез? — Ким не желала отдавать победу, и ответ не заставил себя долго ждать.       — Это ты пришла туда, где я уже был. Я хочу побыть один...       — Я тоже, — перебила его Йерим, сложив журнал на коленках, а руки скрестила на груди. Шея её немного затекла от постоянного напряжения смотреть вверх, но ради того, чтобы указать парню его место, она не обращала на это внимания.       — Как ты вообще нашла это место? Местные жители сюда не приходят, — Чимин не оставлял попыток отвоевать себе своё нужное одиночество.       — Так же, как и ты.       — Хм, — слишком досадно послышалось от Чимина. — Надеюсь, что не так же, — парень резко поменялся в лице. Если до этого его лицо выражало злость, то сейчас грусть и разочарование? Плечи его резко опустились, а напряжение в скулах смягчилось. Пак взмахнул рукой и стал отходить, намереваясь уйти, кинув напоследок: — Можешь приходить сюда когда угодно, но не в чётные числа.       И только небесам известно, зачем он проговорил так, а Йерим для чего-то пришла в следующее чётное число.

***

      В первый день они не обменялись ничем, кроме оценивающего взгляда, медленно сканируя друг друга. На следующий визит Йерим ответила на сухое «привет» от Чимина. Не замечая того, как вздрогнули её ресницы, когда она пыталась долго наблюдать за его силуэтом, боясь моргнуть. Через две встречи Чимин помог девушке отремонтировать застёжку на сломанной обуви, когда она неудачно спустилась к пирсу. Конечно, молодой человек не забыл наградить её осуждающим взглядом, которым смотрят на провинившегося ребёнка. А Йерим непременно колко ответила ему, что не нуждается в его компании.       Так проходила их уже вторая совместная неделя. И чем дольше они оставались в одиночестве вместе, тем быстрее вспыхивали их потерянные чувства. Йерим не понимала лишь одного, почему Чимин так часто один и так отличался от своих друзей, с которыми периодически бывал в магазине. В такие дни он абсолютно не обращал внимания на девушку. Будто это не он вчера принял от неё кимбап, когда Ким решила устроить мини пикник в связи с тем, что наконец-то туман в их городе развеялся, и солнце стало выходить почаще, а она...       Улыбалась больше.       Меньше скучала по прошлому, не считая тоски по отцу, но стала ещё чаще представлять себя счастливой. Раньше Ким визуализировала лишь материальные вещи, такие как новые обои в комнате. Дверь, которая не скрипит, или ваза, в которую она с удовольствием приносила бы цветы. И ей не хотелось признавать, что именно напряжённые встречи с Чимином приносили ей нужные эмоции. Сперва она ощущала любопытство, затем злость и презрение после первой внезапной встречи. Спустя время присоединилась тревога, когда она приходила раньше, чем он и сидела в ожидании. Так банально, но даже его силуэт рядом приносил ей успокоение. Йерим боялась того, что чувства вновь возвращаются, ведь если ты ждёшь чего-то, значит уже зависим и скучаешь.       Возможно, Ким было бы проще понять свои эмоции, если бы знала о том, как терзал себя Чимин. Сколько раз парень собирался пропустить свой ход и не явиться на пирс? Сколько листков он исписал её именем, изгоняя из своих мыслей. И как часто он боялся встретить в тёмном переулке именно её. Но он облегчённо выдыхал каждый раз, когда приходил на пирс, а она уже была там. Чимин намеренно опаздывал, чтобы проверить крепость выдержки, только непонятно, чьей именно. Своей или Йерим? Он так долго жил в своей серой реальности, что абсолютно не понимал, зачем судьба подарила ему встречу с ней, когда он совершенно точно решил оставить себя прошлого.       — Вновь опоздал, — вырвалось из девичьих уст. Это сконфузило и её, и Чимина.       — Приятно, что ты следишь, но не стоит, — парню хотелось залезть к ней в голову и прокричать «беги», а ладони чесались от желания схватить её за руку и умоляюще прошептать «останься».       Но о чём бы Чимин не думал, он лишь сжал губы и остановился у своего привычного места. Он провёл в одном положении пару минут, а затем вновь обернулся к Йерим, замечая вместо таких уже знакомых журналов обычные конспекты среднестатистического студента.       — Хочешь помочь? — девушка не смотрела на него, но интуитивно ощутила, как за ней следили.       — Не думаю, что получится.       — Но ты даже не пробуешь, — Йерим подняла на него свой обеспокоенный взгляд.       Она и сама не расскажет, что подразумевала под невзначай брошенной фразой. Но по её телу прошлась волна надежды, а нежная кожа требовала объятий. Эта милая родинка на мизинце парня всё ещё не давала ей покоя. Она изучила каждый миллиметр его кожи, доступный её взору. Ей было так легко представить, как он защищал её. Как крепкие руки, украшенные браслетами, крепко сжимают в объятиях и возвращают к новым ощущениям. Но об этом Йерим думала до тех пор, пока испытующий взгляд парня не поставил её на паузу. Он немного сузил глаза и выдохнул воздух через нос. Чимин неспешно приблизился к девушке и присел около её ног, закрывая учебную тетрадь.       — Что именно ты несёшь в этой фразе? — парню не потребовалось много времени, чтобы добраться до сути.       — Если ты всё понимаешь...       — Нет, не понимаю, — Чимин учтиво перебил её, прикрывая глаза.       Но ему хотелось совершенно иного. Хотелось напугать её, если нужно, крикнуть и оттолкнуть. Он учился этому много времени, не имея понятия, на ком придётся испытать это. Парень желал, чтобы она ушла. Желательно в слезах. Он бы непременно отпустил её, провожая давящим взглядом в спину. А потом бы ощутил прежнюю пустоту и силу бесчувственности.       Но сейчас он слаб.       Поэтому губы Йерим вскоре приоткрылись и ощутили прикосновения чужих уст, когда пальцы парня оказались на её подбородке, крепко надавливая, чтобы ему ничего не помешало пробраться внутрь и грубо сплести их языки. Чимин крепко ухватился за тонкую талию девушки одной рукой, стоило Йерим умоляюще простонать и издать короткий выдох.       Слышите? Это скрипящий звук дверей. Тех самых, которые Йерим хотела отремонтировать, а Пак Чимин свои закрыл уже давно.       Видите? Это два сломанных человека, которые обещали себе быть сильными.       Но произошла та самая суббота, когда Йерим вышла в свой выходной день на работу после звонка госпожи Лим.       И этот день ничем не отличался от остальных. Людей было много, как и полагалось в выходной день. Но почему-то сердце девушки каждый раз останавливалось на звук дверного колокольчика. По телу скитались ощущения, будто она не на своём месте сейчас, и что это обязательно вновь изменит её и без того не сложившуюся жизнь       После разговора с Тэхёном Йерим больше не виделась с компанией ребят в магазине. Что не распространялось, конечно, на Чимина. Они всё также проводили свои одинокие встречи вместе. Пак никак не комментировал свой порыв, который перерос в глубокий поцелуй на пирсе. А она и не интересовалась. Ким было достаточно того, что он уже позволял находится около него. Иногда девушка стояла рядом с ним и смотрела на воду, аккуратно укладывая голову ему на плечо. В такие моменты Чимин старался не дышать, чтобы уловить её дыхание рядом вперемешку с морским бризом. Только вид на холодную воду удерживал его от того, чтобы запретить ей убирать свои локоны с его лица. Пак не признался ей, но самому себе он готов вынести вердикт.       Привязался.       Он знал, что в пятницу она придёт расстроенной. Парень всё ещё не понимал почему, но его удовлетворил и её спокойный ответ:       — Это врач. Но нет, я не умираю.       В такие дни он позволял себе больше слабости в отношении Ким, сгребая её в охапку, чтобы долго молчать. По средам он ждал её в платье, чтобы губы кусать и останавливать своё желание провести костяшками пальцев по открытым плечам. Он невольно улыбался на все её попытки соблазнить его и сорвать цепи. И однажды у неё практически получилось, когда они попали под дождь.       — Бежим, — Чимин схватил её ладонь в свою крепкую руку и скорым шагом направился в сторону небольшой постройки, которую, по всей видимости, забросили ещё несколько лет назад. Атмосфера внутри стояла пресная и удручающая, но это единственное место, где была крыша над головой.       — Холодно... — постукивая зубами, отозвалась Йерим.       — Иди сюда, — молодой человек перенёс свои руки на хрупкие плечи Йерим, которая стояла напротив, и стал интенсивно проводить ладонями по её коже, чтобы хоть как-то согреть.       — Нам нужно снять одежду, — девушка бесконтрольно следила за лицом парня. Наблюдая все его усердные эмоции в попытках помочь ей. Он бойко сжал свои губы и свёл брови к переносице, которые тут же полезли вверх, стоило осознать слова Ким.       — Что прости? — Чимин остановил свои движения, но всё ещё не убирал руки от неё.       — Наша одежда мокрая и мы так не согреемся.       — По-твоему, если ты останешься без мокрого платья, то согреешься?       — Нет, — Йерим хитро улыбнулась и склонила немного голову, усердно смотря в глаза Чимина, будто фокусируя его мысли в нужное для неё русло. — Но если ты сможешь меня обнять... это определенно поможет, — девушка убрала руки парня, хоть ей совершенно этого не хотелось, ведь прикосновения вызывали давно забытые чувства.       Затем она сделала маленький шаг назад и, взявшись за край своего платья, избавилась от него, подняв руки вверх. Чимин произвёл тяжёлый выдох, наблюдая, как Йерим оставила мокрую одежду на своём раскладном стуле, который она схватила, как только им требовалось покинуть пирс.       — Я ничего не собираюсь снимать, — отозвался Чимин, смотря, как Ким неуверенно подходила к нему.       — Я замёрзла, — девушка проделала те же манипуляции, что и Пак, проводив ладонями по его крепким плечам. — И ты тоже, — дополнила Йерим, после того, как тело парня ответно откликнулось на её прикосновения.       Ведь так трудно было не заметить, как оно вздрогнуло. А стоило девушке спуститься вниз, притрагиваясь подушечками пальцев к его обнажённым участкам кожи, благодаря футболке, она почувствовала наступление мурашек на его коже. Было непривычно так действовать, но она внезапно поняла, что не хочет сейчас ничему противиться. Не будет искать ответ на вопрос: почему он? Не будет требовать от самой себя рассудительности сейчас и критиковать появившиеся чувства. Произошло то, чего она боялась, но в глубине души так ждала. Даже психолог заметила её изменения, точнее...       Её возвращение.       Доктор ничего не произнесла конкретного, ей достаточно было сказать:       — Неважно чем ты сейчас занимаешься. Просто продолжай. Верни себе себя.       Но как можно вернуть себя с помощью другого человека? Что, если он уйдёт? Получается, Йерим нашла себя вновь, но никто не спасёт её от повторного падения... Поэтому какая, к чёрту, разница, что произойдёт, если она в сию же минуту не рискнёт.       Ким, не переставая, следила за своими руками, пока её собственные мысли заставляли производить нужные движения. Девушка добралась к низу футболки и слегка оттянула ткань, а затем на одном выдохе приподняла одежду парня, надеясь, что он не станет противиться этому.       И он не стал...       Чимин судорожно мотнул головой и резко откинул вещь в сторону. Сейчас Йерим ещё больше стала напоминать ему его прошлое, сколько бы он не пытался отрицать это и бежать. Поэтому все выстроенные стены рухнули в один миг. Он прислонил её к холодной стене, ощущая на своих губах укус, когда он вовлёк её в поцелуй, а девичья спина почувствовала болезненные прикосновения к коже из-за соприкосновения к бетону. Но каждая царапина исчезала на моменте, когда губы Чимина мягко и сосредоточенно сминали её. Парень тяжело вздохнул в её уста и не желал прикрывать своих глаз ни на миг.       Ему хотелось запечатлеть каждый особенный момент, воспоминания которого вернёт его ненадолго к прошлой жизни. Ему не требуется реанимации. Но почему именно сейчас касания её ладоней на собственной спине кажутся ему спасательным кругом, который он должен принять. Оставляя её без ничего. Возможно, Йерим смогла бы себя обезопасить заранее.       Если бы прочла мысли Чимина, если бы уловила потоки бедствия. Если бы услышала, что их связь несёт привкус горечи и ауру отчаяния. Как это серое бетонное помещение. Как этот город — город серой морали. Место, где никто не позаботиться о тебе, потому что никто даже не в силах заботиться о себе лично.       Иногда Чимин думал, что море — это не совокупность воды, а разрушающие остатки разума местных жителей, которые превращаются в солёные волны из-за невозможности восстановиться. Каждый человек чем-то сломан... И он тоже.       Йерим порой думала, что море — это спасение самоутопление от собственных мыслей. Поэтому ей было комфортно одной на берегу, около воды. Ведь ничто не сможет приглушить твой разум также сильно, как место, где громкие брызги чужих мыслей разбиваются о берег пляжа.       Поцелуй всё никак не прекращался, отбирая у молодых людей возможность полноценного дыхания. Девушке хотелось большего. Казалось недостаточным то, что кожа парня ощущала прикосновения её груди сквозь кружевное белье. А ему было мало объятий, когда он сильнее прижимал её тело к себе, перенося одну ладонь на поясницу, а второй прислонился к стене, не замечая, как волнение пробиралось сквозь пальцы, оставаясь отпечатками на холодном бетоне.       — Я хочу, чтобы ты спас, — прошептала Йерим, оторвавшись от губ парня. Её дыхание было трудным, глаза расфокусированно следили за реакцией на лице Чимина, а губы бесконтрольно облизывал собственный язык.       — В каком смысле? — у Чимина были странные ощущения. На его лице не было и малейших признаков удивления, будто он услышал то, что хотел. Но уста всё же освободили логичный вопрос.       — Это трудно объяснить, — девушка потупила свой растерянный взгляд, а затем вновь вернулась к глазам, которые привиделись ей ночью в тёмной комнате. — Я не хочу останавливаться. Я хочу продолжать. Я хочу делить своё одиночество только с тобой, — Йерим не стыдилась обнажить душу.       В ней не было уверенности, но она прекрасно помнит его первые умышленные прикосновения. Его внезапный поцелуй, который оставил след. Помнит первую искреннюю улыбку и ямочку на щеке. И если эта судьбоносная встреча — не случайность? Тогда зачем всё это и для чего?       — Этого не должно было произойти, — спустя время заговорил Чимин. — Я чувствую себя рядом с тобой и хорошо, и нет. Моя совесть не позволит сделать тебя счастливой, я не тот, кто нужен. Ты не должна зависеть от встреч со мной... они закончатся.       — Почему? — глотая ком грусти, задала вопрос Йерим.       Они всё ещё близко находились друг к другу. Ладони парня оставались на талии девушки, а её руки блуждали по обнажённому торсу Чимина. Но это не мешало их концентрации внимания, а скорее наоборот, показывало, кто из них на самом деле врёт словами.       — Я не умею беречь тех, кого люблю...       — Любишь? — тут же перебила его Ким, приподнимая брови вверх.       — Тех, кто дорог, — продолжил Пак.       — Дорог?       — Да.       — Я не понимаю...       — Я тоже. Давай... Давай наслаждаться одиночеством вместе. Но я хочу, чтобы ты не ждала меня всякий раз у пирса. В том плане, — Чимин отодвинулся от девушки, но руки всё ещё обнимали её, — однажды я могу не прийти.       — И что это будет означать?       — Что я исцелился, — несмотря на всю серьёзнось, лицо Чимина озарила лёгкая улыбка.       — Но...       — Дождь прекратился, — без агрессии перебил её Пак. — Я проведу тебя домой.       Это было впервые. Чимин не позволил себе более никаких прикосновений и вольных движений по отношению к Йерим. Хотя его часто посещало желание приподнять её и кружить, пока чёрные длинные волосы мешали бы им, развиваясь за порывом ветра.       Но он всё ещё не доверял себе и не простил.       Знал ли он, что их личные круги ада расходятся не для того, чтобы закончиться... А для того, чтобы продолжить, но вместе.

***

      Очередной рабочий день Йерим не отличался от других. За исключением того, что привычной компании Ким Тэхёна она сегодня не увидела. Девушка всё ещё не понимала, почему Чимин игнорировал её всякий раз и не давал внятных ответов, когда они стояли на пирсе, вдыхая в друг друга маленькие крупицы жизни.       — Я не так давно с ним. Возможно, по глупости. Но он страшный человек, держись от него подальше, — повторял Чимин каждый раз на девичий вопрос.       Девушка вновь вспомнила слова парня, когда закрывала магазин по окончании рабочего дня. Огорчённый вздох сам напрашивался к сложившейся ситуации. Её встречи с Чимином — сплошная загадка. У неё даже не было его номера телефона.       Всё, с чем ассоциировался у неё парень — это пирс, море, успокоение и родинка на пальце.       Всё, с чем ассоциировалась Йерим у Чимина — это пирс, воспоминания, боль и лекарство.       Парень действительно считал Кима страшным человеком. Именно поэтому он согласился стать частью их компании после долгих уговоров от Тэхёна. Чимин всё ещё не понимал высокого интереса к себе, но отвращение к этому человеку позволяли ему жить без давящих воспоминаний. Презрение к своему окружению напоминало реалии их города и давало жизненных сил для «существования».       Ведь жизни он уже не видел... До того самого дня на пирсе.       И до сегодняшнего.       Когда Чимин увидел в тёмном переулке Йерим, которая неспешно шагала по асфальту, будучи, скорее всего, в наушниках, хотя он тысячу раз просил снимать их, когда она идёт домой в столь позднее время. Но девушка всё ещё жила в иллюзиях.       — Ну наконец-то мы встретились, — а вот и кульминационный треск обмана. Йерим так испугалась, что ступор совершенно не позволил ей лишнего движения. Дыхание остановилось, но тело продолжало существовать. Она увидела напротив глаза демона, а в его руках слышны отголоски музыки из наушников. — Малыш...       Тэхён в привычной для себя манере волнующе произносил слова, а томный взгляд, несмотря на темноту вокруг, испепелил каждый участок на испуганном лице Йерим.       — Тэхён... — Пак тут же сдвинулся с места, но ему молниеносно перегородили дорогу «товарищи» компании, негласно давая понять, что ему не следует мешать, окружая того в круг и грозно оскалившись. — Какого хрена происходит? — заглядывая из-за спины одного из парней, тревожно задал вопрос Чимин.       Он знал, чем любил баловаться Тэхён. От этого по его венам блуждал страх и переживание за Йерим — как раз то, что любил созерцать и чувствовать лидер компании.       — Смотри, как оживился, — Тэхён, слегка обернулся и прикусил нижнюю губу. — Мне нравится эта картина, — продолжил он, наблюдая за обескураженным Чимином, который всё ещё пытался делать нелепые попытки освободиться из «дружеского круга». — Но не нравится причина.       Тэхён вновь перевёл свой пытливый взгляд на девушку, а затем спрятал её наушники к себе в карман штанов, покачивая головой в разные стороны, улавливая отголоски песни из музыкального аксессуара, так как Йерим, потерявшая реальность из-за наплыва страха, надавила пальцем на кнопку регулировки громкости.       — Что ты задумал? — поинтересовался Пак, понимая, что девушка не до конца осознавала ситуацию, в которой оказалась.       Он стал ощущать различные эмоции, которые ранее благополучно удавалось деактивировать. Ему было бы легче, если бы сейчас это была любая другая девушка. Которую не будет жаль, которая сама, скорее всего, будет не против, которая не вызывала бы в нём ничего, кроме как презрения к самому себе... к Тэхёну... к окружающим... Чимин поэтому и присоединился к местной компании с нездоровой репутацией. Ему нужно было место, которое не вернёт его к прошлой жизни. Потому что он больше этого не достоин.       — Разве ты не знаешь, чем я люблю заниматься в столь прекрасное время?       Тэхён беспрерывно смотрел в девичье лицо, а затем аккуратно провёл костяшками пальцев по её щеке. Йерим тут же попыталась предотвратить его прикосновения, но парень оказался ловким и быстро перехватил её руку, тем самым дав себе возможность приблизить девушку поближе к себе. Затем, схватив её подбородок рукой, приподнял голову, чтобы провести кончиком языка вдоль щеки, неспешно добираясь к уху, оставляя холодное дыхание. Йерим сильнее сжала руки в кулаки и закрыла глаза, крепко сощурившись. Несмотря на весь свой нарастающий страх, она не прекращала злиться на Тэхёна и испытывать полное отвращение. А понимание того, что всё это видит Чимин, придавало её смешанным эмоциям полную капитуляцию перед врагом. Ей хотелось бы быть сильной, но касания чужих рук становились жадными по отношению к её телу, и она понимала, что останавливаться Тэхён не собирался. И это так...       — Ну что за шум? — с презрением произнёс парень и обернулся на звук, мешающий ему, но при этом не прекращал держать в своих руках чужое тело. Тэхён чувствовал, что у девушки нет смелости на побег, но его забавляли такие игры, поэтому оставаться неудовлетворённым не планировал. Тем более сейчас, наблюдая, как доблестный рыцарь Чимин спешил оспорить его решение. — Что такое? — показательно цокнул Ким. — Не так крепко, — сделал он замечание тем парням, которые удерживали Чимина. — Ты же моё золото, не бойся. Я им не разрешу портить твою красивую мордашку, — проговорил он, смотря на парня. Тэхён приблизился к товарищам, не отпуская руки девушки ни на миг. — Хочешь её? — он кивком указал на Йерим, остановившись с ней напротив Чимина и подтолкнув поближе к нему.       — Отпусти её, — Пак не смотрел на неё. Не мог.       — Да я и не планировал трогать. Точнее, не так быстро. Но ты слишком прикипел к новенькой. Думаю, это нам мешает.       — Да блять отвечай нормально! — вскипел Чимин и оттолкнул одного из ребят, стоявших рядом, но остальные, не дожидаясь команды от лидера, молниеносно отреагировали.       Один из парней завёл его руки за спину, а собственную ногу поставил перед Чимином, чтобы удерживать его ещё крепче, пока остальные два парня нанесли Чимину по два удара. Один перенёс свою силу на его лицо, а другой произвёл удар в область живота, что заставило парня ощутить пульсирующую боль в том месте, сковывая его и без того ограниченные движения. Всё, что смог сделать Пак — это встряхнуть головой и выплюнуть часть скопившейся слюны с примесью собственной крови.       — Забыл предупредить, — спокойно проговорил Тэхён, несмотря на свои собственные спорные ощущения. — Мальчики сегодня не в духе. Стой смирно, Пак.       Парень сразу же заметил реакцию Йерим. Как только Чимин получил первый удар, девушка бесконтрольно попыталась приблизиться к нему. Затем, когда Тэхён вернул её поближе к себе, крепко сжимая девичью ладонь в своей руке, она предприняла попытки отдалиться и сбежать. Ему было тяжело рассмотреть её взгляд, но трудное и громкое дыхание рассказали многое о его владелице.       — Чимин? — еле слышно проговорила Йерим, упрямо глядя на Пака. Она боялась, что её шепот не дойдёт к нему, но парень устало поднял глаза к ней.       — Прости... — Чимин сглотнул комок, мешающий дышать.       Вот только это не доставило ему облегчения. Вместо этого его окутало презрение к собственной персоне, вызывая неприятное покалывание в области груди. Чимин даже попытался прислонить ладонь к тому месту, но руки других людей всё ещё сковывали его.       — Я ещё ничего не сделал, а ты уже «прости», — нервно цокнул Тэхён и наградил холодным взглядом девушку, стоявшую по правую его руку. — Поэтому ты мне и нравишься, Чимин, — продолжил Ким, устремившись серьёзным, но в то же время спокойным взглядом на парня. Будто крупицы человеческих эмоций на секунду добрались к нему, — но это должно быть только мне. Прости, я не буду делиться.       — Тэхён...       — Крошка вспомнила, как меня зовут, надо же! — он резко перебил девушку. — Тебе всего лишь нужно было держаться от него подальше. Знаешь, флиртовать можно со всеми. Трахать можно кого угодно. Но чувства эти... дрянь, — парень говорил всё достаточно тихо, а затем резко обхватил шею девушки своей крепкой ладонью. — Ненавижу что-то чувствовать. Не люблю, когда трогают моё. Понимаешь?       Тэхён приблизился к лицу Йерим и соприкоснулся своим лбом с её. Он думал, что ему будет достаточно того, что полученное превосходство над ней успокоит его бушующие эмоции, которые вот уже который день мешали ему, как только он узнал о тайне на пирсе. Но на деле он заводился не на шутку лишь от одной мысли, что его грязные намерения из-за предательства воплотятся на ней перед Чимином. Чтобы он всё видел.       Несмотря на то, что Чимина всё ещё крепко держали, а дыхание его было не стабильным из-за отголосков боли и переживаний, он беззащитно ощущал лишь одно — Йерим в его глазах не останется прежней. Он в её глазах навсегда лишится статуса спасательного круга. Она для него не будет больше той самой светлой мечтой без будущего.       Ким Тэхён отнимает их у друг друга.       — Почему? — неосознанно произнёс вслух Пак, глядя куда-то себе под ноги. Голос его был тихим, но Тэхён ожидал его слов, поэтому в любом бы шуме уловил.       — Сказал же... Не люблю делиться, — рука Кима всё ещё находилась на шее Йерим, сжимая её не в полную силу.       Он короткими шагами прислонил девушку к стенке и откинул её волосы назад. Открывая себе вид на острые ключицы. Всё же он был слаб и перед женским телом.       — Я никого у тебя не забираю, — Пак был не уверен в качестве своих слов, ведь всё ещё не понимал лидера, но то, что он услышал следом, заполнило все недостающие пробелы.       — Она забрала у меня тебя... Эти сучки так и ошиваются рядом, — Тэхён развёл коленкой ноги Йерим, прижимаясь к интимному месту, наблюдая самый настоящий панический страх в глазах напротив. Парень обнял девушку руками за лицо и прошептал: — Этой стало слишком много, — он слегка надавил ногой на девичье лоно, чем выдавил из уст Йерим звук отчаяния. — Тише-тише, — Тэхён мигом накрыл ладонью её губы, надавливая так, чтобы её голова была полностью прижата к стене. — Тебе всё понравится.       — Тэхён! Это отстойная шутка! — Пак старался вырваться, но крепкие руки остальных парней не намеревались отпускать его ни на миг.       Чимин не уводил взгляда от Тэхёна, всё ещё боясь смотреть на Йерим. Наверное, девушка находилась на грани паники. Быть может, она тяжело дышала и сглатывала снова и снова скопившуюся слюну. К сожалению, ему было проще нарисовать в своей голове её такой образ, чем тот, где она счастлива рядом с ним.       — Всё более чем реально...       — К сожалению, — тихо отозвалась Йерим, как только Ким убрал свою руку от её губ. — Отпусти, а?       Неожиданно для самой себя, задала вопрос девушка. Самооценка её оказалась где-то под ногами парня, но, несмотря на свой страх и смешанные ощущения стыда, она понимала, что следующие чувства могут нанести ей ещё большего вреда. Почему бы не попытаться себя спасти? Странно, но она вдруг поняла, как сильно ей нужна жизнь. И не важно, какая часть прошлого к ней вернётся. Ведь прямо сейчас Тэхён делает всё, чтобы заменить её худшие воспоминания другими.       — А я говорил тебе согласиться и прийти ко мне добровольно, — послышался хитрый голос парня около девичьего уха.       Йерим вздрогнула, когда ощутила холодные прикосновения его руки к полушарию своей груди. Потому что ладонь парня забралась под футболку и, не растрачиваясь на нежности, крепко схватилась, лениво нащупывая сосок.       — Тэхён!!! — Чимину понадобилось некоторые время, чтобы осознать весь масштаб ситуации. Его переполняли чувства несправедливости, да так, что он вновь предпринял попытки освободиться, но силы всё ещё были не равны.       — На пол! — зарычал Тэхён, глядя в глаза Йерим, из которых медленно освободилась слеза.       Вместе с ней упала и она.       Девушка сдалась. И морально, и физически. Ещё секунду назад она готова была бороться за себя, но голос Чимина... На самом деле девушка чувствовала себя и сильной, и слабой одновременно.       Сильная, потому что приняла свою участь.       Слабая, потому что остановила борьбу.       — Его тоже, — косо посматривая на Чимина, проговорил Тэхён. Он перенёс свою руку в девичьи волосы и, крепко сжимая их, опустил Йерим на колени. Хотя особого сопротивления от неё не было, ему хотелось испортить её как можно больше в глазах Пака.       Чтобы она также пала в его глазах, как и перед ним на коленях.       Смиренно опущена голова, руки ладонями на асфальте, плечи дрожат, а волосы закрыли лицо. Такой Пак Чимин её и запомнит.       Его держали чужие руки. Ему тоже больно. Виноватый взгляд в темноте. Конечно, Йерим не видела во мгле чёткое описание его лица, но кое-что успела запомнить из привычек и характера парня. Но это всё исчезает и приходит иная картина.       Чимин на коленях. Не перед ним. Парня трогают. По его приказу. Именно таким сейчас видит Тэхён Чимина.       Трудно сказать, когда к нему пришло осознание того, что нравятся ему одинаково сильно и девушки, и парни. Чимин далеко не первый, к кому Тэхён испытывал романтические чувства. Но он первый, кто не выходил из его головы. Он тот, кто обращал на него внимание лишь в некоторые моменты. Зачастую Чимин был радостным и счастливым, поэтому все предложения о крепкой дружбе или сотрудничестве на районе были с отрицательным ответом. Когда же Пак был чем-то расстроен, то ему помогала отвлечённая на бессмысленную тему болтовня с Тэхёном. Такими были их редкие встречи в институте.       Знал бы он тогда, что подпустил к себе монстра.       — Знаешь? — Тэхён вернулся из блужданий в своих воспоминаниях. — Её я не буду убивать. Хотя... Я и Ёну пальцем не тронул. Ну, разве что не тем, — медленно протянул слова Тэхён, приподняв голову Йерим и перенося свою левую руку на её подбородок.       — Что ты сказал?! — под воздействием бушующих эмоций Чимин смог практически подняться с колен, но ребята рядом с громким ударом вернули его обратно. Но он не почувствовал физической боли.       Его сердце остановилось с появлением её имени.       — Хорошая была девочка, — Тэхён не обернулся к Паку, изучающе наблюдая за лицом Йерим. Ему нравились её слёзы и страх в глазах. — Зря она так с собой.       — Я убью тебя! Слышишь?! Отпусти её сейчас же! И разберись, как мужик! — несмотря на униженую позу, уверенность застыла в жилах Чимина, и это позволило ему громко произнести свои слова. Злость не покидала его ни на секунду.       — Но-но, — цокнул Тэхён. — У меня другие планы, Чимин-а. Мне нравится, когда ты глубоко несчастен. Жаль, что для этого мой член должен оказаться во рту твоей пассии.       — Глаза... — голос Йерим звучал тихо и хрипло, ей бы не помешало смягчить его глотком воды, но вместо этого она собрала солёную воду на своих искусаных губ. — Глаза демона и душа такая же.       Тэхёна не обескуражили её внезапные откровения. Скорее напротив, его это возбудило и вдохновило на следующие действия. Парень не обращал внимания на хриплые стоны сбоку, ведь Чимин не останавливался в своей злостной истерике, за что и получал соответствующие удары по своему телу. Он упал на бок и закрыл руками лицо, поджав ноги. Скорее это получалось на уровне рефлексов.       Потому что единственная, о ком он думал — это была Йерим.       Он знал, что она прямо сейчас сломалась, а он не смог помочь.       Она слышала его боль, даже будучи в опасности, подвергаясь насильственным действиям Тэхёна, который грубо толкался членом в её рот, крепко сжимая девичьи скулы одной рукой, а второй контролировал голову, вцепившись в волосы. Девушка не сопротивлялась и просто ждала момента, когда это всё закончится. Она специально вспомнила свой худший день, чтобы отключить разум и чувства. Но это только усугубило ситуацию. Теперь она представила, что такого с ней не произошло бы, будь отец жив. Йерим рефлекторно попыталась вздохнуть или мотнуть головой, но поступательные толчки парня, которые с каждой секундой становились всё чаще, не позволили ей ничего. От чувства полной никчемности к самой себе, от ощущения нарастающей тошноты из-за принудительного проникновения в свой рот, из-за стонов удовольствия демона, из-за слышимости ударов сбоку, из-за осознания того, что в эту чёртову пятницу она не должна была быть на работе, не будь обычной замены в её графике.       Йерим заплакала. Она так громко захотела заплакать, что зажмурилась и попыталась отодвинуться от Тэхёна. Ведь возможность получать больше кислорода падала в бездну вместе с её слезами.       — Отпусти, — глухо послышалось от Чимина.       Даже по его голосу было слышно, насколько он сейчас слаб. Тэхён не остановился в своих толчках, но темп убавил. Но, конечно же, он сделал это не из-за проявления заботы к Йерим. Ему так было удобнее наблюдать за Паком.       — На колени, — строго проговорил он, наблюдая уставшее тело парня на асфальте.       Чимин беспрекословно исполнил приказ лидера и приподнялся, несмотря на всю тупую боль из-за серии ударов. Пак думал, что таким образом задобрит Тэхёна, и тот опомнится. Но разве можно ждать чуда в этой реальности?       Толчки Тэхёна вновь обрели предыдущий ритм. Он без особых усилий продолжал насиловать девушку в рот, не обращая внимания на её всхлипывания и некоторые попытки борьбы. Он лишь крепче держал её за волосы и вдалбливался со всей силой. Тэхёну казалось, он сошёл с ума, получая удовольствие от своих действий. Парень издал неконтролируемый стон, представляя вместо Йерим Чимина, которого он не просто так поставил на колени. Йерим же не чувствовала ни-че-го. Примерно такое было с ней и тогда, когда она увидела самоубийство отца.       Боль. Смирение. Жалость к себе.       Даже это покинуло её нутро. Девушка лишь крепче держала руки в кулаках, расположенные на своих коленях. Она не замечала боли от царапин, которые оставила собственноручно на своей коже, не слышала, как Чимин умолял прекратить это всё, стараясь до конца освободиться, не услышала она и слов Тэхёна:       — Когда попытаешься вернуть его, вспомни обо мне, детка, — он прикусил нижнюю губу и сделал серию резких толчков, кончая внутрь Йерим.       Он специально не спешил освобождать рот девушки, а когда всё же сделал это, сжимал её уста таким образом, чтобы у неё не было ни одного варианта, кроме как глотнуть всё то, что он оставил после себя. Но Йерим этого не ощущала. И того, как её тут же вырвало, стоило Тэхёну отпустить её, она тоже не почувствовала.       Йерим больше ничего не чувствовала, но запомнила каждую чёртову деталь.       Как Тэхён небрежно пнул её ногой, проверяя признаки жизни, когда она попыталась отползти в сторону и легла устало на бок, тяжело дыша и медленно приоткрывая глаза, которые слишком долго держала закрытыми. Как ребята из компании также неосторожно опустили тело Чимина, как импульсивно дернулись его пальцы на руках, пытаясь приблизиться к ней, но все его силы ушли в никуда.       Тяжёлые шаги уходящих людей. Свет от фонаря, который включился, стоило им с Чимином вновь оказаться наедине с одиночеством. Кровь на его лице и шевеление губ в попытках произнести слово. Чимин знал, что обычного «прости» не достаточно, что в произошедшем лишь его вина. Он вновь терял дорогого человека из-за своего существования. Парень устало опустил ладонь на асфальт, молясь, чтобы его организм проявил ещё каплю терпения, и попытался помочь Йерим. Но девушка, будто читая его мысли, придвинулась к нему сама, не стесняясь больше своего вида и не боясь казаться жалкой. Размазанная тушь под её глазами, засохшие слёзы, испачканная одежда и коленки в ссадинах — это то, что сейчас предстало перед Чимином.       Именно такая Йерим сейчас прижималась к нему, заходясь в наступающей истерике. Плечи её стали вздрагивать ещё больше, а пальчики старались уцепиться в футболку брюнета. Он тяжело дышал и с трудом перенёс свою руку на девичью спину, стараясь максимально аккуратно провести ладонью. Но разве это смогло бы её успокоить?       — Прости... — устало произнёс Чимин, поочередно открывая глаза, которые немного опухли из-за попадания на его лицо крепких и точных ударов.       — Не оставляй... Только не оставляй, — словно в бреду повторяла Йерим.       И он не оставил. Ну, или не совсем.       Девушка не помнит, как оказалась дома, кажется, в её памяти всплывает образ хромающего Чимина в ту ночь. Её сознание специально отмотало эти воспоминания. Ведь если она их запомнит, значит, будет вспоминать всё из той ночи. А этого ей меньше всего хотелось.       Ким уволилась с магазина и проводила все свои дни, сидя на пирсе. Ждала ли она Чимина? Безусловно.       Ей нужно было узнать, насколько сильно отдалил их Тэхён... О нём она тоже, к сожалению, думала. Каждое утро, когда рвотный рефлекс мешал её утренним процедурам. Когда она видела издалека тот самый переулок. Когда каждый поход в магазин на районе заканчивался слезами, тошнотой и испугом от звонка колокольчика. Почему она раньше не замечала того, что во многих помещениях есть этот звук? Она его не выносила. Как и тишину своего мобильного телефона.       Она всё ещё ждала... Прошла неделя, за ней вторая, третья. Все отложенные деньги были на исходе, а депрессия была готова приступать к своим обязанностям. Но однажды, в нечётный день пятницы она услышала следующее:       — Йерим...       — Чимин?! — несмотря на всё своё удивление, его имя прозвучало еле слышно из уст девушки. И произошло то, чего она так боялась. Память вернулась и предоставила ей все кадры, которые Йерим так усердно прятала в тёмный ящик прошлого. Она смотрела на чистое лицо парня, а видела все его ссадины и отчётливо слышала его вздох на каждый удар. Она распознала его дыхание, так как Чимин осмелился подойти ближе к ней, но её слух так идеально уловил его слова Тэхёну. — Остановись... — повторила она вслух.       — Йерим, — вновь произнёс Пак, не делая больше и шагу к ней.       — Остановись, — девушка выдвинула руку вперёд и отодвинулась на два шага назад, уперевшись спиной к ограждению пирса. — Я так ждала тебя, — тихонько продолжила она, обнимая себя за плечи и смотря в лицо парня. Глаза его были грустные, потухшие, уголки губ опущенные, а руки сложенные в карманах куртки. — Но почему так больно, Чимин?       — Йерим, — в который раз произнёс Чимин. — Прости... — какое жалкое слово, которое не поможет никому и никогда. Разве могут исцелить душу обычные буквы? Тогда почему он просыпался и засыпал с этим словом?       — Я... Это я разрешила. Это моя вина, — Ким часто думала об этом.       Почему она не пыталась обыграть ситуацию? Почему она заблаговременно дала себе место в проигравших? Возможно, она расценивала произошедшее как решение всех своих проблем?       Нет Йерим — нет проблем. Всё так просто. И её больше не было... Но проблем стало ещё больше.       — Ты не виновата, что он больной ублюдок, — одно лишь воспоминание о Тэхёне разжигало в нём невероятную злобу.       Он бы вырвал ему глотку, если бы ему ещё раз удалось подойти к нему, но парень будто испарился из города. Хотя Чимин подозревал, почему. Одно письмо с угрозой влиятельному человеку, у которого получился не слишком хороший ребёнок, и вуаля! Ким Тэхён бесследно исчез.       — Он просто любил, а его нет...       — Йерим, он больной и страшный человек, — Чимин подошёл поближе к ней и расположил руки по обе стороны от девушки, слегка заглядывая ей в лицо.       — Расскажи, — аккуратно проговорила девушка, ощущая, как первые сконфуженные чувства находят успокоение.       — Её больше нет, — парень вдруг убрал руки и отошёл в сторону, облокотившись локтями на пирс. — Здесь я видел её в последний раз... — он сразу понял, о ком именно хотела узнать Ким.       — Мне жаль.       — Ты должна уехать, — не желая продолжать больную тему, перебил её Чимин. — Ты всегда будешь той Йерим с переулка, как и я, тем беспомощным Чимином.       — Я не уеду. Мне некуда и незачем.       — Значит, это сделаю я, — уверенно проговорил Чимин, а затем выдохнул через нос, когда девушка первая прикоснулась к нему, укладывая руку на плечо.       — Ты обещал уйти, когда исцелишься.       — Считай, случилось восьмое чудо. Вот кого ты сейчас видишь? — парень обернулся и встал напротив Ким.       — Его... — не сразу ответила девушка.       — Кого?       — Я же сказала...       — Кого ты видишь?! — более настойчиво спросил Пак.       — Тэхёна! Я вижу Тэхёна! — практически закричала Йерим, прикрывая ладонями лицо.       — Я буду жалким напоминанием того дня, — Чимин неспешно поднял свою руку и убрал локон девичьих волос за ухо. Парень и не заметил сразу, что их стало в разы меньше. — Но ты всё ещё моё исцеление, Йерим. Ты совершенно не похожа на Ёну... И я бы не хотел этого. Я никогда и никого больше не хотел. Потому что терять людей — это больно. Слышать их боль — это тяжело. Видеть их в последний раз и не сказать главного — это тяжело... Вовремя уйти — это порой спасение для другого. Мне просто нужно было поспешить, — Чимин сглотнул тяжёлый ком и провёл ладонью по лицу, а затем взял обе руки Йерим в свои и продолжил: – Если бы я поторопился и признал свои чувства к тебе, я бы оберегал каждый твой шаг, и в тот злополучный вечер ты не оказалась бы там, где была. Если бы я не противился, я бы... Если бы...       — Замолчи, — перебила его Йерим, упорно смотря в глаза. Кажется, его взгляд стал немного яснее на фоне солнечных лучей, которые решили украсить их тяжёлый диалог. — Если ты сейчас не останешься со мною рядом... Я стану тем самым песком, который смоет волной. Помнишь, ты мне рисовал рисунок? — девушка болезненно сжала губы, вспоминая их совместный момент. Оказывается, их было так много, несмотря на то, что они так долго молчали. — Если ты меня оставишь, река превратится в море, а море в океан. Найдёшь ли ты меня после, Чимин?       — Найду, — спокойно ответил парень, чуть наклонив голову и сощурившись.       — Не найдёшь, — девушка шмыгнула носом и отодвинулась от брюнета, тяжело вздыхая, в попытках спрятать скопившиеся слёзы.       Боль, которую она ощутила после его прихода, стала совершенно незаметной по сравнению с той, которая окружила её разум и душу сейчас. Лишь одна мысль, что он больше не придёт, стискивала грудную клетку и заставляла сердце биться в разы сильнее.       — Тебе это не нужно будет, — Чимин подошёл к ней поближе и обнял лицо. — Но если я почувствую, что вновь ошибаюсь, я обещаю вернуться...

***

      — Как ты себя сейчас чувствуешь? — женщина чуть больше средних лет наблюдала, как Йерим расхаживала вокруг маленького журнального стола и перебирала пальчиками.       — Сегодня пятьдесят третий день, как он ушёл. Нечётная пятница, — укоризненно ухмыльнулась Йерим и села в кресло. Девушка оказалась напротив госпожи Вон. Да, Йерим всё ещё посещала психолога. Ким было тяжело оставаться на плаву после встречи с Чимином без помощи специалиста. Парень, конечно, оказался прав. В какой-то мере двигаться вперёд ей было легче без него, так как, окончательно разочаровавшись, она отвлекалась на достижения своих целей. Вернулась в учёбу, закрыла все свои долги и нашла другую работу в детском игровом центре. На фоне своей несостоявшейся депрессии она вытащила мать из состояния апатии. Девушка скрестила руки на столе и продолжила разговор, смотря на госпожу Вон. — Вчера я ездила к папе на кладбище, а он мне снится после такого всегда. Я хожу каждый день на пирс, а он не возвращается, хоть и обещал, — Йерим просто пожала плечами и обернулась на звук, доносившийся из приоткрытого окна. — Дождь начинается.       — Погода не для прогулок на пляже.       — Отнюдь, — улыбнулась Ким и встала со своего места, направившись к шкафу, где находилась её верхняя одежда и рюкзак. — Если не сейчас, значит никогда.

***

      К тому моменту, как Йерим добралась до пляжа, дождь практически закончился. Лишь маленькие капли, будто остатки, падали на землю. Девушка стояла на пирсе, оперевшись локтями на ограждение и, подперев ладонью подбородок, наблюдала, как капли падали на морскую воду. Это место по прежнему пустовало, поэтому брюнетка всегда прислушивалась к каждому шороху. Отголоски той ночи не покидали её и по сей день.       Пусть разговоры с психологом и помогали, но, скорее всего, Ким не излечима от этого и просто научилась жить с новыми ощущениями. Однажды она даже пробовала прийти к тому самому переулку, но её стошнило ещё на полпути. Тэхёна в городе так и не было. Ходили слухи, что отец в конец устал с ним бороться и отправил в закрытый университет, дабы своенравный характер и увлечение сына не помешали его репутации. И вроде бы жизнь кричала: вот смотри, я возвращаюсь. Но чувство опустошения не покидало Йерим. Она настолько сильно тосковала и была одинока, что говорить с самой собой — это обычное проявление общения.       — По тебе можно распознать каждый день недели, — услышала девушка позади себя. — Сегодня пятница, и ты не в духе, значит, была у психолога. В среду ты учила новый материал, сидя во-о-о-он там, — парень указал на место, где пару дней назад Ким расположилась на пляже у моря, в окружении заметок и книг. — Вторник. У тебя был выходной, но ты так привязалась к детям, что сама того не замечая, напевала детскую песенку.       — Чимин... — наконец Йерим не выдержала и обернулась на его голос.       — Я задержался? Прости, — Пак сделал несколько шагов и оказался немного ближе к девушке. — Ты хорошо справлялась без меня. Но я слаб, — парень сократил дистанцию на ещё два смелых шага. — Ты моё исцеление, Ким Йерим. Ты моя боль, которая всегда будет напоминать о периоде, когда я не смог. Ты моё море и мой пирс, к которому постоянно тянет, — Чимин облизал пересохшие от ветра губы и подошёл впритык к девушке.       — Ещё чуть-чуть и я бы сдалась, — Йерим аккуратно и неспешно провела рукой по волосам парня, проверяя насколько он реальный.       — Кого ты видишь, Йерим? — Чимин взял её ладонь в свою и поцеловал тыльную сторону.       — Тебя, — девушка отпустила тревоги и разрешила себе минуту счастья. — Я вижу то, что меня погубило и спасло. Но я не хочу другого, Чимин. Ты был прав тогда, в первый день. Моя жизнь больше никогда не будет прежней, после переезда, после суицида отца, после депрессий и принятия перемен. Но в этом всём отчаянье есть ты. Такой же сломанный и одинокий. Почему бы нам не попытаться разукрасить чёрное белым?       — Очевидная история, как драма, — произнёс парень, изучая изменения в Йерим. — Я обещал уйти, когда исцелюсь, но я не учёл того, что невозможно отдалиться от своего лекарства, — Чимин склонился к Йерим и обвил руками её тонкую талию, аккуратно приближая к себе. — Я хочу остаться...— робким шёпотом пронзил её истерзанное сердце.       — Останься, — Йерим подняла свой затуманенный взгляд в глаза парня и ощутила приятный трепет в своём теле. Этот трепет, который однажды Чимин забрал с собой, теперь вернулся. И когда его губы нежно притронулись к её устам, лёгкая эйфория победно окутала обоих.       Им не нужно спасение. Им не нужна другая реальность, и неважно, лучшая она или худшая. Им нужно то, что сейчас. То, что они уже пережили и скопили в себе.       Если у Чимина спросят, что такое счастье? Он обязательно произнесёт имя Йерим. Но если нужно будет рассказать о самых грустных своих эмоциях — это тоже будет она.       Она — его море. Иногда спокойное, порой волнующее. Она — его вода. Успокаивает его, а иногда наводит чувство страха воспоминаний.       Он — её пирс. Иногда чёрствый, порой поддерживающий, где можно спрятаться ото всех. Он — её океан. Иногда соленые слёзы воспоминаний окутывают лицо. Он – её солнце, и она готова сгореть до тла.       — Ты зашёл так далеко, чтобы найти меня, ведь так?       — Я больше не буду прятаться, даже если это причинит боль, — с горькими словами сладкий поцелуй на девичьих устах.

***

      — Господин... Господин, Пак, — молодая студентка прикоснулась своей ладонью к мужскому плечу и, слегка заглядывая в спящее лицо профессора, продолжила: — Вам снова приснилась она? — задала вопрос девушка, когда мужчина приподнял голову и, сощурившись, пытался вернуться к реальности.       — Студентка Чон, что Вы здесь делаете?       — Я оставила где-то свой пакет и думала, что, возможно, он здесь, — девушка окинула зал для лекций внимательным взглядом и досадно вздохнула, поняв, что и здесь нет её потерянной вещи.       — Нашли? — поинтересовался Чимин.       — Нет. Вы в порядке?       — Да, всё нормально, — мужчина покинул своё рабочее кресло и открыл окно, наблюдая, как темнота поглощала зимний день.       — Мне нравится Ваша история, — почему-то Моа захотела поделиться своими мыслями с мужчиной.       Тем более они были правдивыми. Девушка была очень романтичной натурой, и когда профессор однажды рассказал свою личную тайну в качестве примера для написания важных работ, заплакала первой. И теперь каждый раз ловит бабочки и мечтает о такой же сильной любви.       — Но я бы переписал финал, — грустно ответил брюнет.       — Понимаю. Наверное, тяжело расставаться с человеком, который был с вами больше двадцати лет.       — Тяжело.       — Прозвучит довольно глупо, но если будет возможность, передайте Вашей женщине, что она прекрасна и счастлива, так или иначе.       Чимин промолчал, но на душе стало непривычно тепло. Он уже давно не ощущал чего-то радостного, хоть и старался день изо дня. Но каждый визит к Йерим — как по сердцу тупым ножом.       — Добрый вечер, господин Пак, вы сегодня позже обычного, — улыбчивая девушка на ресепшне поприветствовала постоянного посетителя и приготовила нужные бумаги для заполнения.       — Работа, — пожав плечами, ответил мужчина и поставил нужные подписи. — Как она сегодня?       — Немного лучше. Меньше времени уделили прогулкам из-за погоды, а в целом день прошёл хорошо.       — Спасибо, — правдиво поблагодарил Чимин и надел белый халат. Мужчина поправил волосы и направился к нужной двери. Войдя внутрь комнаты, он увидел её... Йерим сидела у окна и наслаждалась видом на улицу. Чимин знал, что сейчас жена, скорее всего, приковала свой взгляд к луне, которая так ярко освещала тёмные стены. — Здравствуй, — коротко проговорил Пак и закрыл дверь.       — Добрый вечер... — немного неуверенно ответила женщина. — Простите, не помню Вашего имени, — госпожа сложила руки на коленях и, немного нервничая, разминала пальцы друг о друга. Он знал эту привычку, и на лице мигом появилась улыбка, когда кадры прошлого заполнили воспоминания.       — Чимин... Пак Чимин, — мужчина подошёл поближе и присел у ног женщины, которая продолжала находиться в кресле.       — Вы, наверное, новый доктор, да? — изучая черты его лица, поинтересовалась Йерим.       — Можно и так сказать, — Чимин перевёл свой взгляд на окно. — Луна красивая.       — Да. Думаю, я люблю такой вид.       — С точностью скажу, что да.       — Правда? — заинтересовано осмотрела мужчину Йерим, поправив свои чёрные длинные волосы.       — Хотите, покажу красивые фотографии моря?       — Хочу, — уверенно произнесла женщина и безотрывно смотрела на то, как мужчина напротив доставал несколько фотографий из конверта. — Эта девушка кажется счастливой, — рассматривая их совместную первую фотографию, поделилась мыслями Йерим.       — Надеюсь, так и было, — слегка склонив голову, произнёс Пак.       — Точно Вам говорю, господин, — с утвердительной улыбкой говорила Йерим. — Хочу верить, что сейчас они в порядке. Кадры кажутся старыми.       — Не волнуйся, моя Йерим. Я снова найду тебя в следующей жизни...