Притворяясь А разве нужно О искать себе А?

Пока они разговаривали, на терминале Линь Цзинъе внезапно появился запрос на голосовой вызов. Он посмотрел вниз и увидел, что подпись в строке адресата гласила: "Сильная амблиопия*". (* Амблиопия либо ленивый глаз – это состояние, при котором наблюдается снижение зрения, не поддающееся коррекции с помощью линз или очков) Что это за чертовщина, когда в его адресную книгу попало что-то странное? Но потом он посмотрел на номер... Ну, это был его отец. Он посмотрел на спокойного, величественного маршала и вздохнул. Этот парень мог украсть его руку, пока он был в душе, так что чего суетиться из-за измены подписи в адресной книжке без предупреждения. Он поднял трубку, слегка вздохнув, и тут же раздался громкий крик: — Сукин ты сын, в последний раз ты… Он не успел закончить фразу, как в ответ раздался еще более властный и злой голос: — Откуда ты, черт возьми, взялся, как ты смеешь здесь кричать? Линь Цзинъе: ... Президент на другом конце линии, привыкший к гневным крикам, задержал дыхание, а когда заговорил снова, его голос упал на октаву: — Кто ты? Я его родной отец! Меня даже не волнует, что я уже старый кролик, но откуда взялся ты, сующий нос не в свои дела, неотесанный отец? Линь Цзинъе: ... Как только он это сказал, инструктор Лю перестал разглагольствовать, но его уровень гнева, казалось, вырос, и он стоял в стороне с черным лицом. Он стоял в стороне с сердитым лицом, сцепив руки, как будто собирался найти несчастливого первокурсника, которому в следующую минуту даст взбучку. Лэй Энь стоял в стороне и бесстрастно сказал: — О, я не думал, что это будет драка двух А. — Кхм… Человек на другом конце линии, очевидно, услышал это и выглядел довольно смущенным, но он по голосу не узнал, кто это был, и кашлянул на мгновение, прежде чем сухо ответить: — Четвертая лаборатория филиала, та, что производит новые ингибиторы для альф в виде глазных капель, говорит, что они везут партию в Северный Крест на техническую выставку и для развития внешней торговли. Инструктор Лю Хуан снова взял на себя инициативу и сказал низким голосом: — Какой еще ингибитор в виде глазных капель для альф? Такой же, как ингибитор в форме глазных капель, специально разработанный для омег высокого уровня? Доза такого размера совершенно бесполезна для альфы ниже уровня Б, а альфы высокого уровня обычно не нуждаются в ингибиторах, их самоконтроль может помочь им плавно пройти через восприимчивый период. Если они сходят с ума во время восприимчивого периода, им нужно сразу же вколоть успокаивающее и обезболивающее. Если альфа сойдет с ума, посмеете ли вы подойти и схватить его, чтобы закапать глазные капли? Это, казалось, ткнуло Линя в больное место, и он сердито зарычал на другом конце: — Я не альфа, я понимаю это? Это те ублюдки, которые подали заявку на финансирование с приличным дизайном продукта и сказали, что для него есть рынок, черт возьми, кто знал, что обманывают, чтобы производить нелегальные наркотики! Лю Хуан усмехнулся: — С каких это пор невежеством можно хвастаться? Удар был настолько точным, что даже Лэй Энь был поражен. Президент Линь известная фигура, и у него два больных места: один — его пол, а другой — то, что он мало ходил в школу, приехав из зоны боевых действий. Это были просто два больших ножа подряд от инструктора Лю, вонзившиеся в слабые места Линь Лу. В тот момент, когда Линь Цзинъе начал подозревать, что у собеседника случился сердечный приступ, Линь Лю сказал: — Они воспользуются эксклюзивным маршрутом компании, вылет завтра в девять часов утра, внутренний чартерный рейс, я скажу вам номер. — Хорошо, спасибо. — ответил Линь Цзинъе. Его голос был мягким и спокойным, он ничем не отличался от вежливых благодарностей, которые он произносил каждый раз, когда находился в офисе начальника штаба, наблюдая за тем, как наземная команда переносит припасы на его транспортный корабль. Инструктор Лю вздохнул: — Они действительно осмеливаются использовать имя компании Линь, чтобы работать на виду у всех. Линь Лу все еще молчал, но Линь Цзинъе не оставил ему времени на раздумья, попрощался и сразу же повесил трубку. Затем он ответил: — Потому что никто бы не догадался, что человек, прошедший тест за Уидиэрта, был мной, обычным бетой, с которым он расторгнул помолвку, поэтому, естественно, они не ожидают, что я узнаю о них и смогу поймать за руку. Атмосфера в комнате на мгновение стала немного напряженной, за исключением самого Линь Цзинъе, настроение которого почти не изменилось, и он все еще внимательно изучал информацию, присланную Линь Лу. — Глава лаборатории Патриция — женщина-омега, ей всего 25 лет, окончила Лазурную медицинскую школу по специальности "менеджмент", не знаю, инструктор, встречались ли вы с ней, — Линь Цзинъе опустил голову, просматривая информацию: — Очевидно, что в этом возрасте невозможно участвовать в предыдущих проектах. Ответственным за технологию является доктор Цинь Мо, которому в этом году исполнится 58 лет, и я думаю, что этот человек главный подозреваемый. Но… Он сделал паузу на середине предложения, поднял глаза и спросил: — Что с вами? Что-то не так? Выражение лица инструктора Лю заставило бы любого пожалеть новых студентов в Лазурном. И казалось, что в воздухе появился дополнительный оттенок сосны, холодная твердость, смешанная со сладким ароматом шоколада. Линь Цзинъе снова взглянул на Лэй Эня, который слегка нахмурился, и подумал, что маршал, вероятно, в плохом настроении, потому что почувствовал запах феромонов других альф в собственном доме. Внезапно поняв, он облегченно рассмеялся и сказал инструктору Лю: — Вам не стоит беспокоиться об отношении моего отца; в конце концов, тот, кому несколько дней назад приставили пистолет к голове, вряд ли позвонит снова с приятным лицом, верно? Инструктор Лю все еще с напряженным лицом слушал, как Линь Цзинъе вкратце рассказал ему о случившемся, все еще злясь, но, по крайней мере, вернув свое внимание к заданию. Лэй Энь взглянул на экран и сказал: — Они все будут там завтра, даже обычные члены лаборатории, так что преступник определенно тоже там будет, но нет гарантии, что не будет и заложников.